четверг, 18 августа 2016 г.

Михаил Делягин. Медведевщина.


Здравствуйте. Айфончик как всегда велик. Лидер "ЕР" премьер Медведев выступил с целым рядом заявлений, характеризующих социально-экономические власти нашей страны, полностью контролируемые либеральным кланом.


На коллегии Минфина он заявил: "Состояние российской экономики гораздо лучше, чем в прошлые исторические периоды" — при том, что накануне, во время прямой линии Путина выводимые на экран СМС-сообщения россиян нередко содержали слово "разруха". Этот термин вернулся в общественный лексикон впервые после гражданской войны — и руководитель "Единой России" и правительства этим, похоже, вполне удовлетворён.

Традиционное гадание на нефтяной гуще

Выступив в Госдуме с отчётом о деятельности возглавляемого им правительства, Медведев дал потрясающий пример самодовольной безграмотности.
По его мнению, главной проблемой правительства является удешевление нефти и другого экспортного сырья.
Не примитивная структура экономики, не чудовищный произвол монополий, не африканская коррупция, не незащищённость собственности, не убивающий хозяйства искусственный "денежный голод", не беззащитность производителя перед административным произволом и многие другие проблемы, о которых вот уже скоро 30 лет национального предательства не говорит только ленивый…
Председатель правительства и руководитель крупнейшей партии великой России искренне считает главной проблемой удешевление экспортного сырья. Вероятно, он даже не подозревает, что нынешняя острая фаза кризиса — с девальвацией рубля, паническим бегством капитала и дискредитацией государственности как таковой — началась ещё в январе 2014 года, когда нефть стоила дороже 100 долл./барр. (да и конфронтации с Западом никто не мог себе представить). И кризис начался не из-за дешёвой нефти, тогда она была ещё очень дорогой, — а из-за тотальной коррупции, произвола монополий и принципиального отказа правительства Медведева от исполнения своих прямых обязанностей по организации экономического развития.
Говоря о проблемах России, Медведев, судя по его словам, должен смотреть в первую очередь не на нефтяные котировки, а в зеркало.

Хорошо ли то, что вредит России?

Говоря о необходимости "структурных реформ" (и, как положено либералу, тактично умалчивая об их содержании), Медведев тут же заявил, что их форсирование продлит кризис на несколько лет. Тем самым премьер и лидер "Единой России" признал, что считает необходимыми вредные для России действия! И в качестве высочайшей милости он обещает вредить нам не форсированно, а медленно.
Для либералов уже стала привычной мантра о необходимости "непопулярных мер": мол, всё, что вызывает поддержку народа, — это абсолютно неприемлемый "популизм", и государство имеет право осуществлять лишь те действия, которые вредят народу (и потому, конечно, "непопулярны"). Это естественным образом вытекает из самой сути современного либерализма: он служит (и пытается поставить государства на службу) загнивающим глобальным монополиям, интересы которых прямо противоположны интересам народов, в том числе и нашего.
Служа глобальным монополиям, российские либералы в силу этого обязаны уничтожать Россию, и потому для них всё непопулярное, вредное для народа — хорошо, а всё, что вызывает у людей поддержку, понимание и приятие, — плохо.
Однако даже Гайдар, даже шокирующие своей циничной откровенностью Кох и Чубайс не допускали прямых признаний, что считают необходимым то, что усиливает кризис и является потому вредным для российской экономики.
Конечно, Медведев давал и разумные обещания: так, он заявил о необходимости вернуться от годового к трёхлетнему бюджетному планированию. Оно действительно повышает устойчивость и предсказуемость экономики, но кто будет им заниматься? В правительстве лидера "Единой России" — бывший помощник Гайдара рифмоплёт Улюкаев, прославившийся неадекватностью своих прогнозов и не где-нибудь, а на Гайдаровском форуме публично названный "водолазом" за бессмысленные и назойливые поиски "экономического дна".
Его безграмотность производит впечатление безумного гротеска. Так, в последние дни марта он заявил, что спад ВВП в I квартале превысит 2%, а уже через три недели оказалось, что он составил лишь 1,4% — вдвое ниже уровня аналогичного периода прошлого года.
Чтобы ожидать от человека, неспособного оценить происходящее в прошедшем месяце, способности прогнозировать — и не на наступающий месяц, а на три года, — воистину надо быть человеком, заслужившим прозвища "Айфончик Нанотольевич" и "мистер Бин отечественной сборки".
Выступление Медведева в Госдуме показало, что для него, как и для Гайдара в 1992 году, главной задачей и главным критерием успеха экономической политики является снижение инфляции. И ему безразлично, если ценой этого становится чудовищное падение уровня жизни и низвержение в кромешную безысходную нищету миллионов людей: "они не вписались в рынок", что их жалеть?

Национализировать нельзя: прихватизировать!

Выступая в Госдуме, Медведев проявил редкий даже для себя уровень идеологизированности и безграмотности, заявив, что национализация крупных компаний смертельно опасна для российской экономики. Вероятно, по его логике, "смертельно опасными" стоит признать "Газпром", Сбербанк, ВТБ и другие государственные корпорации России, а люди, в начале "нулевых" вернувшие государству контроль за "Газпромом" и "Алмазами России — Саха", совершили абсолютно недопустимое и опасное для экономики деяние!
В качестве премьера Медведев готовит приватизацию крупных российских компаний, которая не просто будет грабежом (так как в условиях кризиса активы можно продать только весьма дёшево), но и создаст реальную угрозу сохранению национального суверенитета России. Высокопоставленные американские эксперты отмечают, что переход занимающих "командные высоты" отечественной экономики под контроль глобальных корпораций лишит руководство России возможности проводить самостоятельную политику.
Растущее в России недовольство приватизационными планами правительства Медведева вынудило его заявить, что приватизация нужна, лишь если передача компании в частные руки повысит её доходы и, соответственно, уплачиваемые ею налоги.
Здесь прекрасно всё: и бухгалтерский подход, сводящий всю государственную политику к повышению налоговых поступлений, и идиотическая вера в возможность точно предвидеть рост или сокращение доходов после смены формы собственности, и неявное признание заведомой нечестности приватизационных процедур (ибо для понимания последствий приватизации при принятии решения о ней надо заранее знать, кому достанется предприятие).
Таким образом, лидер "Единой России" и премьер, насколько можно понять, одной корявой фразой признал, что будущая приватизация будет не конкурсной и честной, а "дружеской" — в стиле бандитского и олигархического капитализма эпохи Ельцина.
При этом Медведев демонстрирует принципиальное непонимание характера производства как такового. Дело в том, что в производственной компании, как правило, можно довольно просто повысить прибыль (и выплачиваемые налоги), резко сократив необходимые для производства издержки, и поставленные во главе корпораций "эффективные менеджеры", не имеющие представления о производственном процессе, часто так и поступают, обрекая компанию на колоссальные проблемы, если не вообще на гибель в среднесрочном плане.
Провозглашение роста налоговых поступлений в качестве цели приватизации объективно толкает будущих владельцев производственных корпораций на урезание расходов и наращивание краткосрочных финансовых показателей — с фатальными для производства последствиями, которые, впрочем, вряд ли волнуют Медведева и его коллег по либеральному клану.
И, самое главное, ему даже в голову не приходит простой вопрос: а зачем федеральному бюджету деньги, которые предполагается выручить от приватизации? Ведь после того, как Минфин в марте, наконец, начал покрывать дефицит бюджета не новыми займами, а валяющимися в бюджете без движения "неиспользуемыми остатками средств", — а дефицит в марте составил 8,7% ВВП, или 614 млрд. руб., — эти остатки всё ещё составляют 8,6 трлн. руб. Они всё ещё достаточны для того, чтобы заново отстроить Россию, если вдруг кому-то в правительстве Медведева по непонятной случайности придёт в голову фантазия послужить благу своей Родины, а не посвящать все силы выполнению максимы Дворковича ("Россия должна платить за финансовую стабильность США").
Нежелание организовывать этот катастрофический этап приватизации проявила даже такой последовательный и бескомпромиссный выразитель интересов крупного бизнеса, как руководитель Росимущества Ольга Дергунова, бывшая глава российского "Майкрософта". В своё время она публично отстаивала (если вообще не разработала) дивную схему, по которой средства, уплаченные за приватизацию в бюджет, возвращались приватизированному предприятию в качестве поддержки бизнеса!
Но даже она публично выступила против медведевской приватизации, а затем предпочла уйти с должности, но не иметь с этой постыдной, если не заведомо преступной, операцией ничего общего.

Комментариев нет:

Отправить комментарий