ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Сельскохозяйственная депрессия
Когда Пол Варбург подал в отставку из Совета гувернёров Федеральной резервной системы в 1918 году, его место занял Альберт Штраус (Albert Strauss), партнёр в международном банковском доме J & W Seligman. У этого банкирского дома были большие интересы на Кубе и в Южной Америке, и он играл видную роль в финансировании многих революций в этих странах. Его наиболее скандальная история вскрылась в ходе расследования финансового комитета Сената в 1933 году, когда стало известно, что J & W Seligman дал 415.000 долл. взятку Хуану Легии (Juan Leguia), сыну президента Перу, чтобы страна взяла заём.
Частичный список директорств Альберта Штрауса, в соответствии с «Кто есть кто», показывает, что он был: председателем совета директоров Cuba Cane Sugar Corporation; диоектором Brooklyn Manhattan Transit Co., Coney Island Brooklyn RR, New York Rapid Transit, Pierce-Arrow, Cuba Tobacco Corporation, and the Eastern Cuba Sugar Corporation.
Гувернёр Делано ушёл в отставку в августе 1918 года чтобы стать полковником в армии. Война закончилась 11 ноября 1918 года.
Уильям Макаду был заменен в 1918 году Картером Глассом в качестве министра казначейства. И Штраус и Гласс присутствовали на секретном заседании совета директоров ФРС 18 мая 1920 года, когда была сделана возможной сельскохозяйственная Депрессии 1920-21 г.
Один из основных обманов закона о Федеральной резервной системе, раздутый во время шумихи 1913 году – обещание заботиться о фермере. На самом деле, она никогда не заботилась ни о ком, кроме нескольких крупных банкиров. Проф О. М. В. Спраг (O. M. W. Sprague), экономист из Гарварда, в статье в ежеквартальном журнале экономики за февраль 1914 года, сказал:
«Основная цель закона о Федеральной резервной системе – обеспечить запасы денег и кредита в этой стране для удовлетворения необычных требований БАНКОВСКИХ дел». Тут ничего не говорится о помощи фермеру.
Первая мировая война принесла этой стране всеобщее благоденствие, как показали акции тяжёлой промышленности на нью-йоркской бирже в 1917-1918 годах, увеличение суммы денег в обороте и большое количество банковских операций в течение всего 1918 года. Конкретной обязанностью Федеральной резервной системы было вернуть огромное количество денег и кредита, которые избежали их контроля в течение этого времени процветания. Это было достигнуто сельскохозяйственной депрессией 1920-21 гг.
Операции Комитета открытого рынка Федеральной резервной системы в 1917-18 гг., во время председательства Пола Варбурга, показывают значительное увеличение закупок банкирских и коммерческих акцептов. Также имело место значительное увеличение покупок ценных бумаг правительства США под руководством ловкача Юджина Мейера-младшего. Большая часть спекуляций на фондовом рынке в 1919 году, в конце войны, когда рынок был весьма нестабильный, была профинансирована за счёт средств, заимствованных у федеральных резервных банков с ценными бумагами правительства в качестве залога. Таким образом Федеральная резервная система создала депрессию, сначала вызвав инфляцию, а затем повысив учётную ставку и сделав деньги дорогими.
В 1914 году Федеральный резервный банк снизил ставки с шести до четырех процентов, а в дальнейшем съехал на три процента в 1916 году, и оставался на этом уровне до 1920 года. Причина низкой процентной ставки обусловливалась необходимостью запустить миллиарды долларов Кредита свободы (Liberty Loans). В начале каждой кампании займов свободы, Федеральная резервная система вкладывала сотни миллионов долларов в денежный рынок Нью-Йорка через операции на открытом рынке, в целях предоставления денежного стимула для кампании. Наиболее важную роль облигаций свободы было впитать увеличение циркуляции средств обмена, вызванной большим количеством денег и кредита, выпущенных во время войны. Рабочие получали высокую заработную плату, а фермеры получали самые высокие цены за свою продукцию, когда бы то ни было. Эти две группы накопили миллионы долларов наличными, которые они не вкладывали в облигации свободы. Эти деньги фактически ушли из рук Уолл-стрит, которая контролировала деньги и кредит Соединённых штатов. Они хотели вернуть их, и именно поэтому произошла сельскохозяйственная депрессия 1920-21 гг.
Большая часть денег была депонирована в небольших банках на Среднем Западе и Западе, которые отказались от любого участия в Федеральной резервной системе, а фермеры и скотоводы этих регионов не видели причины, почему они должны дать группе международных финансистов контроль над их деньгами. Основной работой Федеральной резервной системы было разрушить эти небольшие банки и получить обратно свои деньги, которые были выплачены фермерам во время войны; по сути, разорить их, что они и сделали.
Прежде всего был учреждён Федеральный совет займов фермерам, который призвал сельхозпроизводителей вкладывать свои накопленные деньги в землю по долгосрочным кредитам, что фермеры стремились делать. После этого инфляции было разрешено идти своим ходом в этой стране и в Европе в 1919 и 1920 гг. Целью инфляции в Европе было аннулировать большую часть военных долгов союзников американскому народу, а в этой стране цель была привлечь избыточные денежные средства, которые были распределены между трудящимся в виде более высокой заработной платы и бонусов за производство. Так как цены пошли вверх и вверх, деньги, которые работники накопили, стали стоить меньше и меньше, нанося им несправедливый урон, в то время как имущие классы были обогащены инфляцией из-за огромного роста стоимости земли и промышленных товаров. Работники, таким образом, были эффективно разорены, но фермеры, которые, как класс, были более экономичными, и которые были более независимыми, должны были быть обработаны более строго.
Дж. В. Норрис (G. W. Norris), в «Collier's Magazine» от 20 марта 1920 года, сказал:
«Ходят слухи, что два члена ФРС поговорили напрямик с некоторыми нью-йоркскими банкирами и финансистами в декабре 1919 года. Сразу же после этого произошло заметное снижение сделок на фондовом рынке и прекращение продвижения компаний. Известно, что действия в том же направлении уже были предприняты и в других частях страны, в качестве доказательства злоупотребления Федеральной резервной системы по содействию спекуляции землей и товарами».
Сенатор Роберт Л. Оуэн, председатель сенатского банковского и денежного комитета, показал на слушаниях Сената в 1939 году (Silver Hearings), что:
«В начале 1920 года фермеры весьма процветали. Они погашали ипотечные кредиты и покупали много новых земель, по настоянию правительства – брали для этого деньги взаймы – и потом обанкротились от внезапного сокращения кредита и денег, которое состоялось в 1920 году. То, что произошло в 1920 году, было как раз наоборот тому, что должно было иметь место. Вместо ликвидации избыточных кредитов, созданных войной в течение нескольких лет, совет гувернёров Федеральной резервной системы собрался на совещание, которое не стало известным общественности. Они встретились 18 мая 1920, и это было секретное совещание. Они провели весь день в обсуждениях; протокол собрания состоит из шестидесяти печатных листов, и они появились в сенатском документе № 310 от 19 февраля 1923 года. Директора консультативного совета Федеральной резервной системы Класса А присутствовали, но директоров класса B, представляющих бизнес, торговлю и сельское хозяйство, не было. Директора класса C, представляющие народ Соединённых штатов, также не присутствовали и они не были приглашены присутствовать.Там были только крупные банкиры, и их работа в этот день привела к сокращению кредита, что в следующем году привело к сокращению национального дохода на пятнадцать миллиардов долларов, оставив миллионы людей без работы, и снизив стоимость земли и ранчо на двадцать миллиардов долларов».
Картер Гласс, член совета в 1920 году в качестве министра финансов, пишет в своей автобиографии, «Приключение в конструктивных финансах» (“Adventure in Constructive Finance”), опубликованной в 1928 году: «Репортеры не были представлены, конечно, как они и не должны были и как они никогда не бывают на любом заседании совета банка в мире»[85].
Это был тот самый Картер Гласс, который жаловался, что, если бы была принята предлагаемая поправка сенатора Лафоллета к закону о Федеральной резервной системе 1913 года о том, что ни один из членов ФРС не должен был быть должностным лицом, директором или акционером любого банка, треста, или страховой компании, в конечном итоге в совете директоров оказались бы механики и батраки. Наверняка механики и батраки не могли бы причинить больше вреда стране, чем Гласс, Штраус и Варбург на секретном заседании совета гувернёров Федеральной резервной системы.
Сенатор Брукхарт (Brookhart) от штата Айова показал, что на этом секретном совещании Пол Варбург, также бывший президентом Федерального консультативного совета, провёл резолюцию направить комитет из пяти лиц в Межштатную комиссию по торговле и попросить об увеличении железнодорожных тарифов. Как глава Kuhn, Loeb Co., которые владели большей частью железнодорожной сети Соединённых штатов, он уже ощущал потерю огромных прибылей, которые правительство Соединённых штатов выделяло во время войны, и он хотел наложить новое повышение цен на американский народ.
Сенатор Брукхарт также показал, что:
«Я зашёл к Мирону Т. Херрику (Myron T. Herrick) в Париже и сказал ему, что я приехал туда для изучения кооперативного ведения банковского дела. Он сказал мне: “По мере того как вы проедетесь по странам Европы, вы увидите, что Соединённые штаты являются единственной цивилизованной страной в мире, где закон запрещает её народу организовывать кооперативные системы”. Я поехал в Нью-Йорк и говорил с около двумястами человек. После разговора о кооперации я стоял в ожидании моего поезда – я не упоминал конкретно кооперативные банковские дела, разговор был о кооперации в целом – некий господин позвал меня в сторонку и сказал: “Я думаю, что Пол Варбург является величайшим финансистом, которого мы когда-либо создали. Он верит намного больше в ваши кооперативные идеи, чем вы думаете, и если вы хотите проконсультироваться с кем-нибудь о кооперативном бизнесе, он как раз тот человек с кем есть смысл провести консультации, потому что он верит в вас, и вы можете положиться на него”. Через несколько минут я был принят г-ном Варбургом, и он сказал мне: “Вы совершенно правы насчёт кооперативной идеи. Я хочу, чтобы вы знали, что крупные банкиры с вами. Я хочу поставить вас об этом в известность в данный момент, чтобы вы не начали что-нибудь делать по кооперации банковского дела и не настроили бы их против себя”. Я сказал: ”Г-н Варбург, я уже подготовил и завтра собираюсь предложить поправки к законопроекту Ланта (Lant), позволяющие создание кооперативных национальных банков”. Это был законопроект о промежуточных кредитах, который тогда рассматривался, чтобы разрешить создание кооперативных национальных банков. Этим мой разговор с г-ном Варбургом закончился, и с тех пор мы с ним не говорили».
Г-н Уинго (Wingo) показал, что в апреле, мае, июне и июле 1920 года, промышленникам и торговцам было сделано очень большое увеличение кредитов. Это должно было помочь им безболезненно преодолеть сокращение кредита, которое было предназначено разорить американских фермеров, которые в этот период были лишены всех кредитов.
На слушаниях Сената в 1923 году Юджин Мейер-младший попал в точку о главной причине действий Федеральной резервной системы в повышении процентной ставки до 7% на сельскохозяйственные и животноводческие [ценные] бумаги:
«Я думаю», сказал он, «что массу неприятностей можно было бы избежать, если бы большее количество имеющих право, но не являющихся членами банки, были членами Федеральной резервной системы». Майер был прав, указывая на это. Цель действий Совета была в том, чтобы разрушить эти штатные и объединённые банки земельного фонда, которые упорно отказывались сдать свою свободу диктатуре банкиров созданной системы. Кеммерер (Kemmerer) в книге «ABC of the Federal Reserve System» написал в 1919 году, что :
«Тенденция будет к объединению и упрощению, которые будут вызваны штатными учреждениями, в растущих количествах, становясь акционерами и вкладчиками резервных банков». Однако штатные банки не отозвались.
Сенатские слушания 1923 года по расследованию причин сельскохозяйственной депрессии 1920-21 годов состоялись по требованию американского народа. Полный отчёт о секретном заседании ФРС 18 мая 1920 года был напечатан в «Manufacturers' Record» Балтимора, штат Мэриленд, в журнале, посвящённом интересам мелких производителей Юга.
Бенджамин Стронг, гувернёр Федерального резервного банка Нью-Йорка, и близкий друг Монтегю Нормана, гувернёра Банка Англии, заявил на этих слушаниях:
«Федеральная резервная система сделала для фермера больше, чем он ещё даже и не начал понимать».
Эммануэль Гольденвейзер (Emmanuel Goldenweiser), директор по исследованиям Совета гувернёров, утверждал, что учётная ставка была поднята исключительно как антиинфляционная мера, но он не смог объяснить, почему это повышение было направлено исключительно против фермеров и рабочих, в то время как Система защитила промышленников и торговцев путём обеспечения их увеличенными кредитами.
В заключительном заявлении о совете гувернёров Федеральной резервной системы, вызвавшем сельскохозяйственную депрессию 1920-21 гг., Уильям Дженнингс Брайан в журнале «Hearst's Magazine) от ноября 1923 года написал:
«Федеральный резервный банк, который должен был быть наибольшим защитником фермера, стал его наибольшим врагом. Дефляция фермера было умышленным преступлением».
|
Сообщения
Комментариев нет:
Отправить комментарий