понедельник, 25 июля 2016 г.

Владимир Вигилянский ОБЫКНОВЕННЫЙ РАСИЗМ

ОБЫКНОВЕННЫЙ РАСИЗМ
Был сегодня очень удивлен решением МОК об участии (с существенными оговорками, конечно) российских спортсменов в Олимпиаде.
Логика действий в отношении России американских и европейских элит не только на протяжении последних двух с лишним лет, но всех лет после Великой либеральной революции 1991 года – это нейтрализация потенциальной военной опасности, устранения РФ из мировой экономики, снижение политического, культурного, научного влияния России. Всякого рода объявленные и необъявленные бойкоты, блокады, санкции начались очень давно и насчитывают уже тысячи пунктов.
Специалисты в области пропаганды прекрасно знают эти рычаги, самый распространенный из которых - это метафорический или – реже – метонимический перенос. Это когда частный или конкретный пример обобщается (или «переносится») до видового или родового понятия. Определение «русский» с отрицательными коннотациями стал штампом в СМИ и речах западных политиков.
В своем журнале я уже обращал внимание на откровенно расистские цитаты писательниц Алексиевич и Улицкой в отношении русских. Уверяю вас, если бы эти мысли не были бы востребованы на Западе, эти чуткие к политическому рынку литераторши никогда бы не позволили себе их обнародовать.
Русофобская лексика, как некогда в 1930-е годы лексика в отношении евреев, стала общим местом в европейских СМИ.
Владимир (Протоиерей Владимир) Вигилянский
15 ч
ОБЫКНОВЕННЫЙ РАСИЗМ
Был сегодня очень удивлен решением МОК об участии (с существенными оговорками, конечно) российских спортсменов в Олимпиаде.
Логика действий в отношении России американских и европейских элит не только на протяжении последних двух с лишним лет, но всех лет после Великой либеральной революции 1991 года – это нейтрализация потенциальной военной опасности, устранения РФ из мировой экономики, снижение политического, культурного, научного влияния России. Всякого рода объявленные и необъявленные бойкоты, блокады, санкции начались очень давно и насчитывают уже тысячи пунктов.
Однако, все эти действия, чтобы они были поддержаны «снизу», ввиду их явной правовой дискриминационной направленности, должны были быть завернутыми в идеологические обертки. История не придумала более эффективного рецепта, как добиться этого результата, применив механизмы теории расизма.
Специалисты в области пропаганды прекрасно знают эти рычаги, самый распространенный из которых - это метафорический или – реже – метонимический перенос. Это когда частный или конкретный пример обобщается (или «переносится») до видового или родового понятия. Определение «русский» с отрицательными коннотациями стал штампом в СМИ и речах западных политиков.
Специалисты изучили все этапы расистских всплесков прошлого, приведшие, в конце концов, к геноцидам, и всегда они начинались с лингвистических штампов в отношении той или иной нации.
С этой точки зрения интересно обратить внимание на высказывания Альфреда Розенберга, уроженца Таллинна, учившегося в Москве и ставшего одним из идеологов клинического расизма. Любой заинтересовавшийся этим персонажем Нюренбергского процесса может легко ознакомиться с его цитатами о русских, набрав в поисковике «Розенберг о русских». С его текстами и речами о нас и нашей истории можно было бы сегодня выступать с трибун ЕС, не говоря уже об украинской печати, которая даст фору любым розенбергам.
В своем журнале я уже обращал внимание на откровенно расистские цитаты писательниц Алексиевич и Улицкой в отношении русских. Уверяю вас, если бы эти мысли не были бы востребованы на Западе, эти чуткие к политическому рынку литераторши никогда бы не позволили себе их обнародовать.
Русофобская лексика, как некогда в 1930-е годы лексика в отношении евреев, стала общим местом в европейских СМИ.
Понятия «коллективная ответственность» и «коллективная вина» нации, которые становятся правовой нормой, – это отличительные признаки расизма.
Что с этим делать, я не знаю.

Комментариев нет:

Отправить комментарий