Показаны сообщения с ярлыком Евро. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Евро. Показать все сообщения

понедельник, 10 ноября 2014 г.

Европейские политики призывают отказаться от евро


ipolk.ru


Дневник им. ALEKCEI: Европейские политики призывают отказаться от евро
Европейские крайне правые политики призывают правительство своих стран вернуться к национальной валюте, чтобы самостоятельно, без вмешательства ЕС, контролировать свою экономику. По словам председателя Национального фронта Франции Марин Ле Пен, страна «должна вернуть свою национальную валюту, как 95% стран мира». «Десятки тысяч предприятий погибают из-за евро», — заявила политик в интервью французскому каналу France 3. Того же мнения придерживается лидер оппозиционной итальянской партии «Братья Италии — Национальный альянс» Джорджиа Мелони. По ее словам, членство Италии в Евросоюзе и использование евро не способствуют решению экономических проблем в стране. «Откажемся от евро, этой больной валюты, и вернемся к самостоятельному контролированию собственной экономики», — приводит слова Мелони итальянское агентство ASCA. Источник: ria.ru/world/20141109/1032420877.html

воскресенье, 26 января 2014 г.

Старт ликвидации лита

В июне этого года Литва узнает, разрешат ли ей ввести евро. Если Литва присоединится к еврозоне, то со следующего года придется забыть о литах.
Проект готов
Правительство страны на прошлой неделе одобрило подготовленный Министерством финансов проект закона о введении в Литве евро и представит его на рассмотрение Сейма.
Законом определяется порядок подготовки к введению евро, замена литов на евро, порядок изъятия национальной валюты из обращения, регламентируются другие практические аспекты введения евро.
Этот закон — важнейший документ, необходимый для введения в Литве евро. После принятия закона и сопровождающих его подзаконных актов будет создана правовая основа для введения в стране общеевропейской валюты. Это укрепит имидж Литвы как надежного и привлекательного для инвестиций государства, окажет положительное влияние на условия бизнеса и его развитие, что, в свою очередь, положительно скажется на благосостоянии каждого жителя страны. (Осмелюсь высказать собственное мнение, что все эти слова - пустая болтовня, не имеющая ни какого отношения к реалиям жизни и к экономике)
«Представляя для обсуждения основополагающий для введения евро документ, мы последовательно движемся к цели — членству Литвы с 2015 года в еврозоне – и посылаем сигнал рынкам, что иного выбора не будет. Кроме того, утвержденные в законе положения должны развеять необоснованные страхи части общества, что переход на евро одним принесет нищету, а другим — обогащение. Этого избежим», — заверил министр финансов Римантас Шаджюс.
Проектом предусмотрено, что со дня введения евро обмен литов на евро будет производиться в Банке Литвы безвозмездно, в неограниченных суммах и неограниченное время. Коммерческие банки и филиалы зарубежных банков, а также их отделения будут осуществлять эту операцию на таких же условиях в течение шести месяцев после введения евро. По истечении этого срока еще полгода такую же операцию будут осуществлять подразделения банков, включенные в список, утвержденный Банком Литвы.
Безвозмездно будут пересчитываться и все деньги, хранящиеся на счетах клиентов.
С учетом практики государств еврозоны и рекомендаций Еврокомиссии предлагается установить, что в течение 15 дней после введения евро можно будет рассчитываться и литами, и евро, а сдачу будут давать в евро.
Из стран – членов ЕС – в еврозону пока не входят, но обязаны к ней присоединиться Швеция, Литва, Польша, Чехия, Венгрия, Хорватия, Румыния и Болгария.
Великобритания и Дания также являются членами Евросоюза, однако евро не используют и не собираются этого делать: в Соединенном Королевстве в ходу фунт стерлингов, а на полуострове Ютландия – датская крона.
Поделились опытом
Гостившая на прошлой неделе в Латвии президент Литвы Даля Грибаускайте отметила, что введение евро в Балтийских странах укрепит конкурентоспособность в регионе. Об этом она заявила во время обсуждения с президентом Латвии Андрисом Берзиньшем опыта этой страны по введению евро.
По словам Д. Грибаускайте, Литва уже сейчас отвечает маастрихтским критериям, однако необходимо сокращать дефицит бюджета, чтобы показатели инфляции соответствовали установленным нормам.
«Общая валюта укрепит конкурентоспособность региона, привлечет больше инвестиций», – отметила глава государства.
Одалживать будем дешевле
Участники финансового рынка уже оценили введение в Латвии евро и теперь готовы одалживать этой стране по исторически низкой цене, утверждает Банк Литвы.
Литву же оценивают как рискованную соседку и устанавливают для нее более высокие проценты, хотя совсем недавно оценки были противоположными.
«Очевидно, что соседи уже давненько получают выгоду от введения евро — оценки участников рынка создают предпосылки дешевле одалживать на международных рынках. Несмотря на схожесть экономических показателей обеих стран, проценты по долгам ценных бумаг Латвии в евро уже с 2012 года ниже, чем в Литве», — отмечает главный экономист отдела экономических исследований Департамента экономики Банка Литвы Сигитас Шяудинис.
На такие оценки, по его словам, влияет и то, что Латвия еще в 2012 году определилась с введением евро, осуществляла критерии введения и наконец ввела единую европейскую валюту.
Статистика
За общеевропейскую валюту в Литве высказываются 40% опрошенных, однако страна все еще остается одной из наиболее скептично настроенных в отношении евро, свидетельствуют результаты опроса Евробарометра.
В ноябре прошлого года против евро выступили 49% опрошенных, а мнения по этому вопросу тогда не имели 11% респондентов.
Между тем в Латвии, которая ввела евро с 1 января, за евро выступали 53% респондентов, против – 40%, мнения не имели 7%. Эстония, где евро функционирует с 2011 года, была одной из наиболее благосклонно настроенных стран – здесь за евро выступили 76% опрошенных, против – 21%, мнения не было у 3% жителей.
Более скептично в отношении евро, чем в Литве, настроены жители Кипра (52% против), Польши (55%), Дании (65%),Чехии (70%) Швеции и Соединенного Королевства (по 74%).
Лешек ДЛУГИ

Сколь сильны позиции разрушителей национальных государств. Бедная Литва! Желаю дорогим моим литовцам выстоять и оставить за собой хоть эту часть своей независимости. Держитесь, братцы! Лит нужен не только Вам. 

суббота, 26 октября 2013 г.

Укрепление евро подрывает европейскую экономику

 Финмаркет

В октябре в еврозоне произошел неожиданный спад деловой активности, согласно индексу PMI. Это означает, что слабое восстановление экономики региона может замедлиться, пишет The Wall Street Journal.

У региона хватает проблем: безработица находится на рекордно высоких значениях, потребительские расходы остаются слабыми, а бизнесу все сложнее получить кредиты. Однако теперь к этим проблемам добавилась новая - евро стремительно дорожает. Это представляет угроза для европейского, прежде всего, немецкого экспорта.

Экспорт поддерживал рост экономики еврозоны. Однако рост евро может свести на нет восстановление европейской экономики, а также прогресс в борьбе с долговым кризисом.

Укрепление валюты загоняют в ловушку и Европейский центробанк. Регулятор удерживает ставки на рекордно низком уровне, чтобы помочь восстановлению экономики. Рост евро не только затрудняет выполнение этой задачи, но и может привести к ускорению инфляции, которая пока, по мнению ЕЦБ, остается слишком низкой.

Обычно первым выражает свое недовольство ростом евро французское правительство. На этой неделе оно выступило с предупреждением о том, что валюта слишком сильно укрепилась. Французы призывают ЕЦБ начать действовать. 

понедельник, 17 июня 2013 г.

Финляндия занимает очередь на выход из еврозоны.

evro-krax_130616

  Финляндия занимает очередь на выход из еврозоны.
Один из самых авторитетных экономистов мира и нобелевский лауреат Нуриэль Рубини считает, что Финляндия (Suomen tasavalta) начинает готовиться к выходу из еврозоны.
Чиновники и бизнесмены страны подсчитывают возможные убытки от участия в программах помощи странам PIIGS и приходят к выводу, что возврат к финской марке в данных условиях — самый лучший для страны вариант.
1.Все скандинавские страны, кроме Финляндии, находятся за пределами еврозоны и/или Евросоюза, что никак не влияет на состояние их экономик.
Норвегия и Исландия никогда не присоединялись к ЕС: первая процветает, являясь сырьевой экономикой, вторая попала в кризис из-за лопнувшего в банковском секторе пузыря.
Дания отказалась от членства в еврозоне и полу-привязки своей валюты, датской кроны, к евро.
Швеция должна была вступить в еврозону, но так и не вступила и вряд ли вступит в ближайшее время.
Раз ни одна скандинавская страна не является членом Европейского союза, какой прок Финляндии в нем находиться?
2.Финляндия, чтобы выйти из еврозоны, будет вынуждена выйти и из Евросоюза, однако, она может сохранить большинство преимуществ еврозоны и членства в ЕС безо всяких затрат. Как и Дания, Финляндия могла бы полупривязать свою новую национальную валюту к евро (или немецкой марке, если еврозона окончательно развалится), получая, таким образом, выгоду от низкой волатильности валютного курса и сохраняя при этом возможность двигать валюту при необходимости вверх и вниз. Можно даже сохранить большинство преимуществ свободной торговли с ЕС путём создания соглашения о свободной торговле со всем союзом или только Германией, не попадая под ограничения, которые влечет за собой членство в ЕС.
3.Оставаясь в зоне евро, Финляндия будет нести убытки, которые не нужны национальной экономике. А вот выйдя из нее, она получит массу преимуществ:
Финляндии не нужно вносить свой вклад в Европейский фонд финансовой стабильности (ЕФФС) и постоянный Европейский механизм стабильности (ЕМС) — члены ЕС, которые не являются членами еврозоны, ничего не вкладывают в программы спасения.
Выход из еврозоны позволит Финляндии избежать возможных потерь, связанных с необходимостью наращивания резервов для стабилизации банковской системы ЕС, уже созданные резервы вернутся в национальную экономику.
Торговые потери будут небольшими, индивидуальные соглашения о свободной торговле с некоторыми странами ЕС вообще сведут их к минимуму.
Риск снижения ВВП Финляндии в случае распада еврозоны можно будет уменьшить с помощью повышения гибкости денежной политики и плавающего курса национальной валюты.
Пребывание в зоне евро стоит стране, по неофициальным оценкам, от 10 до 15% ВВП.
4.Консенсус по поводу выхода из еврозоны вполне достижим: некоторые политические силы в Финляндии скептически относятся к евро и поддерживают выход из еврозоны. Самые ярые евроскептики — это Партия Финнов (бывшая «Истинные Финны»). Но даже Национальная Коалиция, ратующая за евро, партия нынешнего премьер-министра, имеет в своих рядах противников единой валюты, одним из которых является президент Финляндии, Саули Ниинистё.
Он жалуется на то, что Финляндия выручает богатых членов еврозоны и всё равно голосует за единую валюту.
5.Сейчас силы, официально поддерживающие «Fixit» (неологизм, производное от англ. «exit» и «Finland») пока находятся в меньшинстве, но в настоящее время в стране идут серьезные дебаты о плюсах и минусах членства. Необходимость новых траншей в европейские антикризисные фонды может стать спусковым механизмом выхода страны из зоны евро.
Как заметили читатели: — Евросоюз разлагается и морально гниёт? А как же думают христиане или католики, и даже обычные граждане которые веруют и идеи Маркса-Ленина или в Бога? Порядочные граждане веруют в гражданственность, иметь полноценную семью и детей.
— И вот с появлением Евросоюза, выдуманного финансовыми мошенниками и гомосексуалистами, за более 23-летний период в республиках не строятся заводы или фабрики, не создаются рабочие места, население обворовано ворами и новоявленными богатеями, а обездоленному населению, бюрократы ЕС пропагандирую и навязывают гомосексуализм.
Однако, даже в протесты в Германии против политики Евросоюза. Протесты населения Германии во Франкфурте-на-Майне против политики грабежа мафии Европейского Центрального банка и политики Ангелы Меркель. Преступная шайка мафии Банкиров Евросоюза, желает создать Концлагерь для всех республик и народов, чтоб воровать, воровать и воровать у народов Европы, издавая только  свои дебильные законы.
Все страны отказываются от евро, а в Литве клупмоголовые заполитизированные бездари, как всегда бегут впереди паровоза, чтоб продать свою Родину за пакетик стирального порошка и бутылку пива? И вот, Министерство финансов Литвы уже подготовило и предложило на согласование Национальный план введения евро и проект стратегии общественного информирования с тем, чтобы в 2015 году Литва смогла ввести евро? Заметим: Гражданам Литвы это евро не нужно!!

понедельник, 27 мая 2013 г.

Немецкие консерваторы призвали отказаться от евро.

 Финмаркет

Развал еврозоны остается лишь вопросом времени. Такое мнение высказал глава недавно созданной консервативной партии "Альтернатива для Германии" Бернд Люке в интервью Die Welt.

Он полагает, что государства Европы только задерживают развал за счет денежных вливаний, что, в конечном итоге, увеличит экономическое бремя выхода из валютного блока для ФРГ, сообщает "Финмаркет".

"Альтернатива для Германии" призывает отказаться от евро, чтобы страны, входящие в еврозону, могли вернуться к своим собственным валютам.

В то же время Люке опасается неконтролируемого развала еврозоны, который может привести к серьезным экономическим проблемам и даже лишить Берлин возможности выплачивать социальные пособия и пенсии.

Напомним, что еще в начале февраля американский финансист Джордж Сорос предупреждал, что Евросоюз может повторить судьбу СССР, ошибочная экономическая политика которого привела его к краху. "Я в высшей мере обеспокоен тем, что евро способен разрушить Евросоюз. Существует реальная угроза, которая состоит в том, что предложенное решение финансовых трудностей еврозоны создает глубокую политическую проблему", — подчеркивал инвестор.
 

суббота, 30 марта 2013 г.

История падения Европы: от введения евро к полному краху


Финмаркет

Присоединение к зоне евро было чудом для стран европейской периферии - новая супернадежная валюта, общая для греков и немцев, подарила им дешевые ставки, кредитный бум и процветание, которому, казалось, не будет конца. Но, как выяснила группа американских и европейских экономистов, они не были готовы к этому процветанию, а потому были обречены. Евро сделало бессмысленным болезненный процесс реформ, которые, как теперь выясняется, были нужны Греции, Испании, Португалии и Ирландии гораздо больше, чем свалившееся им на голову богатство


Множество экономистов, аналитиков, банкиров и предпринимателей винят в европейском кризисе сам евро и то, как выглядит европейский монетарный союз. Среди евроскептиков, предлагающих срочно распустить валютный союз, можно найти кого угодно: от известного экономиста из Университета Калифорнии Брэда Делонга до основателя Saxo Bank Ларса Кристенсена.

Риторика евроскептиков строится на известных аргументах - в еврозоне сначала поощряли финансовую безответственность, богатые страны, фактически, развратили бедные, а теперь богачи, прежде всего немцы, душат их экономики, заставляя сокращать дефициты бюджетов.

Группа экономистов из США и Европы доказала эту теорию в своем подробном докладе , опубликованном на этой неделе. Евро сделало бессмысленным усилия таких стран как в Греция, Испания, Ирландия и Португалия по реформированию экономик, обрушило на их голову процветание, к которому они не были готовы.


Самый большой пузырь в истории

В 1999 году было принято евро. Уже тогда было ясно, что Греция, Португалия, Ирландия и Испания вряд ли от этого выиграют. Им нужно было проводить структурные реформы, чтобы модернизировать экономики и улучшить институты.

В 2001 году Лукас Пападимос, в то время директор Банка Греции, признал, что Греция после принятия евро не сможет и дальше повышать конкурентоспособность, ведь теперь у нее нет возможности снижать курс валюты. Предполагалось, что конкурентоспособность и производительность труда можно будет со временем повысить с помощью реформ.

Но уже к тому времени благодаря евро на мировых кредитных рынках надулся пузырь. К этому привело резкое снижение рисков обменного курса, случившееся на фоне мягкой денежной политики и повсеместного смягчения условий на финансовых рынках. В итоге, страны европейской периферии от реформ просто отказались. Снизился их потенциал роста, а правительства не успели или не захотели отреагировать на рост пузырей.

К кризису в Испании и Ирландии также привели благоприятные демографические тенденции. С 1970 по 2007 в этих странах резко выросла доля людей в возрасте от 15 до 64 лет. Это помогло их экономикам быстро расти без повышения производительности труда и резко повысило спрос на недвижимость. Во Франции и Германии пик случился на два десятилетия раньше.

Демографический фактор способствовал образованию пузырей на рынке недвижимости Ирландии и Испании




Теперь пузырь сдулся, а страны периферии остались один на один с проблемами, мешающими росту: зарегулированный рынок труда, монополизированные рынки, неэффективные образовательные и налоговые системы.

В момент принятия евро в экономике Германии также было не все хорошо - она практически не росла. Но в отличие от переферии, Германия пошла по пути реформ, что привело к быстрому росту экспорта.


Европейский союз не достиг своих целей

У европейского проекта было четыре основных цели:

1. Создать "общеевропейское лицо" - некую новую общность граждан и наций, объединенных общеевропейскими ценностями и интересами.

2. Ликвидировать сильные колебания номинального обменного курса, и крупные дисбалансы, которые они могли создать.

3. Создать орган монетарной власти, независимый от политического давления. Это особенно пришлось на пользу странам, страдавшим от высокой инфляции, вроде Португалии и Италии.

4. Создать основу для структурных реформ, которые позволили бы ускорить темпы роста Европы. Это можно было сделать с помощью введения различных бюджетных и монетарных ограничений, чтобы у правительств просто не осталось выбора: реформировать свои экономики или нет.

Однако ограничения не сработали, а бюджеты, вместо того, чтобы укрепиться, ослабли.


Европейцы боялись не тех рисков

Жесткий режим обменного курса предполагал потерю странами части монетарной и бюджетной автономии. Но европейцы совершенно не задумались о роли финансовых потоков и кредитном цикле. Экономисты в конце 1990-х годов предполагали, что страны периферии пойдут на реформы по нескольким причинам:

Они лишатся возможности стимулировать спрос из-за монетарных и бюджетных ограничений.
Страны периферии должны были повышать конкурентоспособность, чтобы стать более привлекательными для бизнеса, который мог в условиях валютного союза спокойно уйти в другие страны.
Введение евро предполагало децентрализацию процесса регулирования зарплат - это должно было сделать рынок труда более эффективным.
Еще один фактор - повышение требований рынка к качеству государственных финансов, ведь внутренние финансовые институты той или иной страны могли спокойно уйти кредитовать соседнее правительство.

Экономисты даже боялись, что реформы будут даваться правительствам в отсутствии бюджетного и монетарного стимулирования очень тяжело - это считалось главным риском. В реальности, это коснулось только Германии, которой пришлось проводить болезненные реформы. Страны периферии успешно забыли о них из-за кредитного бума.


Финансовый бум и реформы несовместимы


Вступление в зону евро спровоцировало гигантский приток кредитных средств в страны периферии. Греция, Португалия, Испания и Ирландия за 10 лет нарастили чистый внешний долг на 100% ВВП.




Присоединение к евро спровоцировало рост долга стран периферии

В основе кредитного бума лежала переоценка рисков после ликвидации национальных валют. В итоге, страны получили возможность не соблюдать ограничения по дефициту бюджета, наращивать расходы и оплачивать их за счет повышения госдолга - занимать можно было по рекордно низким ставкам. По этому пути пошли Греция и Португалия. Ирландия и Испания жили за счет высоких налогов на недвижимость.

Эта проблема хорошо знакома исследователям, которые изучают, как международная помощь влияет на реформы. Политическое решение о проведении реформ больше напоминает военные действия: политические группы борются до тех пор, пока какая-то одна не решит сдаться, - на нее и ляжет бремя исполнения реформ. Если же группы ожидают помощи из-за рубежа, то реформы будут откладываться до бесконечности. То же самое происходит и во время финансовых бумов.

Кроме того, во время кредитного бума сложно получить достоверную информацию о работе правительства и его служб. Во время пузыря подотчетность и прозрачность никого не интересуют, ведь все и так идет хорошо. Избирателям сложно отфильтровать конкретные сигналы о работе того или иного ведомства, ведь в целом правительства выполняют свою задачу и избиратели получают необходимые общественные блага. То же самое касается банков и компаний - их акционеры и инвесторы получают прибыль. Чтобы распознать риск, нужны специальные знания и тяжелая работа.

Плохие менеджеры в такой ситуации не наказываются и не увольняются, а правительства продолжают переизбираться. При этом ни менеджеры, ни правительства не хотят ничего менять, ведь они уверены, что все и дальше будет хорошо. Срабатывает психологический фактор: люди верят, что их успехи связаны с их усилиями. В крайнем случае, они могут задержать наступление неприятных последствий: рисковые кредиты дают большую прибыль сейчас, а становятся плохими лишь спустя время, да и по обильным социальным программам приходится платить потом. Возможно, этим будут заниматься сосем иные менеджеры. Тем более, промышленным экономикам вроде Германии легче распознать риски: фабрика может быть эффективной или неэффективной, третьего не дано. А с оценкой эффективности рынка недвижимости или финансовой системы гораздо больше проблем.


Кредитный бум стал главной причиной замедления роста

Потенициальный рост экономик стран, переживших кредитный бум, замедлился. Правительства взяли на себя слишком много обязательств, которые нужно будет финансировать и после снижения налогов. Начинается "голландская болезнь", только без нефти: финансовые потоки и люди перераспределяются в строительство и другие сектора, а в промышленности остается все меньше ресурсов. Выздоровление после финансовых кризисов обычно оказывается долгим и сложным, ведь нужно списать большие долги. Кроме того, финансовые бумы разрушают институты, которые становятся все более и более неконкурентоспособными.


Испания: как правительство своими руками создало пузырь на рынке недвижимости

До введения евро экономика Испании была в порядке: бюджет был более или менее сбалансирован, в стране были крупные транснациональные корпорации вроде Telefonica. Финансовая система была надежна, а банки имели достаточный капитал. Снижение ставок подействовало на экономику Испании сразу, ведь значительная часть богатства испанцев хранилась в недвижимости - практически 80% от общего богатства. Ипотечный рынок был крайне чувствителен к росту кредитования. Ситуацию усугубил и приток иммигрантов: их доля выросла с 2% от всего населения до 12% в 1999-2009 годах. Им тоже нужно было жилье.

С 1999-2007 годы испанская экономика в среднем росла на 3,6% против темпов роста в 2% для еврозоны и в 2,6% для США. Но рост происходил только за счет притока новой рабочей силы и капитала, а не за счет роста производительности труда - она не росла с 1995 года. Правительству не нужно было реформировать рынок труда, систему образования и институты - это смертельные проблемы испанской экономики. Рост потребления ухудшал качество торгового баланса. С 2000 по 2009 годы, чтобы оплатить импорт, Испании понадобилось 520 млрд евро внешнего финансирования. Из-за инвестиционного бума случился перекос в экономике: на его пике порядка 25% испанцев работали в строительстве. Бюджет также зависел от налога на сделки на недвижимость и другие налоги, связанные с этим сектором. Интересно, что многие политики и чиновники говорили, что на рынках создан пузырь и это - угроза для экономики Испании. Но никто не стал его сдувать.

Испания все больше зависела от роста кредитования и рынка недвижимости



 
Сберегательные банки Испании как пример упадка институтов

Резкий рост спроса на недвижимость не может просто объяснить постоянный роста цен на испанскую недвижимость в 1997-2007 годах, а также быстрый рост внешних и внутренних дисбалансов. Это было связано с законодательными изменениями, которые привели к развитию сберегательных банков - cajas. В 1997 году регионы получили полную свободу в зонировании и создании планов по строительству.

Компании или группы компаний могли представлять свои планы по развитию города и застройки, им требовалось лишь одобрение городского совета. Под застройку попали огромные площади, которые были раньше закрыты для рынка, - на этом можно было заработать миллионы евро. В итоге, строительные компании завалили муниципалитеты своими планами, которые без проблем утверждались - они позволяли городу и чиновникам хорошо заработать - это стало источником коррупции.

Сберегательные банки cajas финансировали эти планы развития - на эти организации в какой-то момент приходилась половина банковского сектора Испании. Изначально они были созданы для финансирования среднего класса и рабочих. Прибыли от их деятельности отправлялись на финансирование социальных проектов, например, на поддержку искусства. Их приравняли к банкам в 1971 году, тогда их деятельность начал регулировать Банк Испании.

В 1985 году контроль над cajas был передан регионам, а также были сняты территориальные ограничения на их деятельность. В итоге, cajas начали разрастаться, открывать новые подразделения. В 2008 году один филиал cajas приходился на каждые 1800 жителей Испании. Именно они финансировали строительный бум в Испании - на деньги, которые сберегательные банки занимали на рынке, девелоперы строили. При этом cajas так и не стали полноценными банками - у них не было совета директоров, ими управляли советы, которые назначали местные органы власти, коррумпированные сами cajos. Они были не готовы к своей новой роли.

Кредитование строительства выросло с 8% ВВП в 1995 до 29% ВВП в 2005 году. Во втором квартале 2009 года кредитование девелоперов выросло до пикового значения - 234,7 млрд евро, ипотечное кредитование достигло своего пика - 662,8 млрд евро - в третьем квартале 2010 года. Количество строящихся домов выросло с 150 тысяч в 1995 году до 600 тысяч в 2007 году. С 1998 по 2008 годы номинальные цены на недвижимость выросли на 175% по сравнению с индексом потребительских цен, выросшим на 61,5%. Даже в США цены росли медленнее.

Итогом коллапс Bankia, компании, появившейся в результате слияния двух сберегательных банков Caja Madrid и Bancaja. Оба банка служили для реализации политических целей, их руководство постоянно менялось, часто банки возглавляли политики без опыта работы в сфере. Работой банков руководили политические интересы - развитие рынка недвижимости. В 2009 году оба банка слились в Bankia, но в управлении ничего не поменялось. Из-за проблем Bankia Испании пришлось первый раз просить помощи ЕС и МВФ.


Ирландия: кредитный пузырь лучше замедления роста

В 1999 году экономика Ирландии была в порядке. Благодаря реформам 1980-х годов, она устойчиво росла, средние темпы росла в 1978-2000 годах составляли 6%, а безработица составляла 5,5%. Но к началу 2000-х годов этот рост выдохся. С конца 1980-х годов производительность труда росла так же, как в других странах Европы, зато постоянно увеличивалось количество рабочих часов. К концу века уровень безработицы упал до 4%, больше наращивать выпуск было просто невозможно. Ирландии угрожало значительное замедление роста. Но этого не случилось. Реальные ставки падали все 1990-е годы, а в 1998 году снизились до негативных значений. В итоге, начали расти инвестиции и цены на недвижимость. В ирландском пузыре была фундаментальная предпосылка: в начале века недвижимости просто не хватало. Если в 2000 году строилось в год 50 тысяч жилых объектов, то в 2006 году - 93 тысячи.

Сектор недвижимости стал основой роста экономики. В 2007 году 13,3% всей занятости приходилось на строительство против 8% в США и Великобритании. В сочетание с низкой безработицей это привело к росту давления на зарплаты и снижению конкурентоспособности страны. Кредитные организации занимали на внешних рынках, чтобы финансировать строительный бум. Правительство не пыталось сдержать рост пузыря, напротив, оно проводило реформу регулирования и налоговой политики, что лишь усилило привлекательность сектора. В итоге, зависимость от бюджета выросла, а "Кельтский тигр" получил еще пару лет быстрого роста. С 1996 по 2007 годы госрасходы росли на 6% в год. При этом надзор над банками значительно ослаб.

Тогда же начался бурный рост банка Ango Irish, который постепенно стал системным риском - его баланс на пике был 57% ВВП. Банк не обращал внимания на ирландские законы. По его пути последовали и другие банки. Это привело к банковскому и долговому кризису в Ирландии.

Anglo Irish Bank и снижение ставок стали причиной кризиса в Ирландии



 
Греция: главное не замечать проблем

Средние темпы роста экономики Греции в 2002-2008 годах составляли 2%, а перед Олимпиадой они подскочили до 6%. Причиной стало бюджетной стимулирование, рост экспорта и либерализация финансовой системы. Однако дефицит счета текущих операций в 2008 году составил 15% против 8% в 2000 году, он за весь период не опускался ниже 5%. Результатом стал рост чистого долга с 42,7% ВВП в 2000 году до 82,5% ВВП в 2009 году. Большая часть долга пришлась на госсектор - это ключевое отличие от Ирландии и Испании.

Проблемы появлялись с 1980-х годов. В 1980-е и 1990-е годы дефицит бюджета составлял порядка 8% ВВП. В 2000-е годы дефицит текущего счета Греции в среднем составлял 10% ВВП.
После вступления евро эти процессы усилились. Институты разрушались, это видно по некачественной статистике, росту коррупции и другим факторам. При этом правительство даже не задумывалось о проведении реформ. Да и зачем, ведь именно в 2000-е годы ни одна страна в Европе не пережила такого бума, как Греция. В 1994 году доходность по 10-летнем облигациям страны составляла 22%, а в 2003 году снизилась до 3,6% - Греция могла занимать так же дешево, как Германия. Реформы в том числе и пенсионная, необходимая стране, сворачивались.


Португалия: кредитный бум не помешал стагнации экономики

В 2000 году экономика Португалии начала стагнировать. В 2012 году ВВП Португалии оказался ниже, чем в 2001 году. Лишь в 2007 году экономика страны смогла вырасти на 2% - до этого темпы роста были куда ниже. С 1999 по 2005 году производительность экономики Португалии снижалась. Это было связано с ограничением конкуренции, доминирующим положением крупных компаний в нескольких ключевых секторах, неэффективностью рынка труда и другими факторами. Дефицит бюджета никогда не опускался ниже 2,9% ВВП. Госдолг в итоге вырос с 51,2% ВВП в 2001 году до 92,4% ВВП в 2010 году.

Частный сектор прекратил сберегать и начать финансировать свое потребление с помощью зарубежных кредитов. Дефицит текущего счета в итоге составлял 6-12% ВВП. Но никаких реформ не проводилось, а на выборах 2002 и 2005 года победили консерваторы, которые хотели поддержать неэффективную систему. Опять же зачем нужны реформы, если доходность по 10-летним облигациям упала с 12% в 1995 году до менее 4% в 2005 году. Ни спроса, ни предложения на реформы в стране просто не было. В 2008 году потоки капитала в страну неожиданно остановились. В 2011 году страна приняла помощь ЕС и МВФ.

Португалия оказалась в длительной стагнации



 
Германия: финансовые условия не позволили отказаться от реформ

 
В Германии ни евро, ни пузыри не изменили финансовых условий. Доходности всех остальных стран снизились до уровня Гермнаии, но немецкие ставки так и остались немецкими ставками.
До этого в течение десятилетия именно Германия была "больным" Европы. В конце 1990-х годов и в начале 2000-х годов ее экономика росла примерно на 1% в год. В 2005 году безработица в Германии достигла 11%. Это сопровождалось ухудшением демографии. Пока в Ирландии и Испании был бум на рынке недвижимости, в Германии цены снижались.

Из-за объединения Германии правительству пришлось повышать социальные расходы и, соответственно, налоги. Рынок труда в буквальном смысли душили слишком высокие социальные взносы. Германии пришлось идти на непопулярные реформы. Были созданы системы повышения квалификации и общественных работ. Рабочий был обязан принять любое подходящее место работы. Рынок труда стал более мобильным и эффективным.

Для Германии после перехода к евро ситуация не изменилась
 

пятница, 29 марта 2013 г.

Morgan Stanley: Курс евро может упасть к доллару до минимума за 3 года


Финмаркет

Курс евро к доллару США может опуститься до минимального уровня почти за 3 года, полагает глава подразделения валютной стратегии Morgan Stanley в Европе Ян Стэннард.

По его словам, принятая программа помощи Кипру повышает угрозу дальнейшего разрастания кризиса в еврозоне, сообщает "Финмаркет".

"То, что мы сейчас наблюдаем, с учетом сохраняющихся уровней неопределенности на рынке, позволяет ожидать сохранения евро под некоторым давлением в краткосрочной перспективе, — цитирует эксперта агентство Bloomberg. -Европейская валюта продолжит находиться под давлением в течение этого года, и оно, возможно, сохранится в следующем году".

По прогнозу Стэннарда, евро упадет до $ 1,26 в следующем году, поскольку инвесторы потеряют доверие к рынку, после чего европейскую валюту ждет снижение до уровня в $ 1,19, являющемуся минимумом с июня 2010 года.

Министры финансов 17 стран еврозоны в понедельник подписали предварительное соглашение, которое обеспечит выделение Кипру финансовой помощи в размере 10 млрд евро, но при этом грозит крупным вкладчикам самого большого банка страны (Bank of Cyprus) значительными потерями.

среда, 27 февраля 2013 г.

"Сексуальный" подход прибалтов к кризисному евро: скрытый мотив отказа от суверенитета



26 февраля 2013 года председатель Европейского Совета Херман ван Ромпей заявил в парламенте Эстонии, что принятие этой страной в 2011 году евро принесло эстонцам психологический комфорт. Ромпей воспользовался методом доктора Фрейда, когда сказал буквально следующее: "В темные времена кризиса я часто повторял, поскольку новые страны решают переходить на евро, это означает, что европейская валюта все еще сексуальна".
Итак, по словам высокопоставленного политика ЕС, Эстония доказала, что евро все еще сексуально (Estonia proved euro is 'still sexy'). Подобные странные шутки адресованы, разумеется, не эстонцам, а латышам, которым Брюссель тем самым предлагает еще один довод в пользу вступления этой страны в европейский валютный союз.
В тот же день, 26 февраля, управляющий центрального Банка Латвии Илмарс Римшевичс, выступая перед депутатами Европейского парламента (ЕП) членами комиссии ЕП по экономическим и монетарным делам, сравнивал Еврозону со "стабильным и большим кораблем", на который Латвия желала бы попасть. Илмарс Римшевичс и министр финансов Андрис Вилкс побуждают правительство Латвии вступить в Еврозону в начале 2014 года. Они полагают, что состояние национальных финансов позволяет осуществить этот шаг, который сделал бы Латвию 18-м членом европейского валютного союза.
Вилкс даже связывает подобный ответственный шаг якобы с желанием Латвии поучаствовать в решении проблем Еврозоны, не дожидаясь окончания финансового кризиса. Т. е. министр финансов Латвии полагает, что дела в его ведомстве обстоят настолько хорошо, что Латвия может позволить себе платежи в размере пары сотен миллионов евро в общий европейский фонд спасения евро - ESM.
Европейская комиссия считает, что Латвия в 2012 году продемонстрировала отличное состояние своей экономики 5,2% ростом ВВП. При этом латвийскому правительству удалось удержать бюджетный дефицит страны в рамках 1,5%, тем самым выполнив главный критерий Пакта стабильности и роста. Внешний долг Латвии на сегодняшний момент не превышает 42% к ВВП страны при требуемом ЕС критическом пределе в 60%.
В 2009 году Латвия в результате финансового кризиса испытала падение своей экономики на 17,7%. 2010 год добавил еще падение ВВП в 0,3%. 2011 год принес восстановление с приростом ВВП в 5,5%. В связи с кризисом Латвия была вынуждена обратиться к МВФ за помощью. Но из выделенных €7,5 млрд. она выбрала только €4,5 млрд., что является ободряющим знаком с точки зрения высших латвийских финансистов.
В связи с вышеназванными фактами Римшевичс на комиссии Европейского парламента уверял присутствующих, что падение латвийской экономики в 2009 году не было бы столь масштабным, если бы Латвия состояла тогда в европейском валютном союзе.
Глава центрального банка Латвии полагает, что правительство добьется того, чтобы уровень поддержки гражданами Латвии вступления страны в Еврозону достиг 50% уже летом этого года. В настоящее время, по утверждению Римшевичса, за переход на евро в Латвии выступает 30% граждан, 33% - против.
Доклады Римшевичса и Вилкса в комиссии Европарламента связаны с тем, что латышское правительство ищет поддержки в главных структурах ЕС своего проекта введения европейской валюты в своей стране.
Нельзя не отметить тот факт, что правительственные круги Латвии демонстрируют стремление попасть в Еврозону на фоне очевидного нежелания неформального лидера Центральной Европы - Польши сделать подобный шаг в обозримой перспективе.
19 февраля 2013 года польский премьер-министр Дональд Туск, выступая перед Сеймом, исключил возможность вступления Польши в европейский валютный союз в ближайшей перспективе, пока Еврозона находится в тисках долгового кризиса. Туск заявил, что Польша будет оставаться за пределами зоны евро. Она будет на периферии Европейского союза. "Если Европа интегрируется вокруг нескольких осей, и единая валюта будет ключевой одной из них, будущее Польши будет в сообществе, которое использует единую валюту", - сказал он. Это очень важное заявление премьер-министра Польши, поскольку до сего момента его противники из правоконсервативной партии "Право и Справедливость" (PiS) обвиняли премьера в желании втянуть Польшу в европейский валютный союз. Делая подобного рода официальные заявления об отношении Польши к евро, Туск продемонстрировал, что ему приходится считаться с общественным мнением страны, которое настроено против евро.
Формальным предлогом является статья Конституции Польши, в которой польский злотый определен в качестве законного платежного средства страны. Для введения евро в Польше, помимо общественной, необходима еще и парламентская поддержка этого шага конституционным большинством. Ранее в Польше определяли 2012 год временем вступления в европейский валютный союз. Однако глобальный финансовый кризис сделал нереалистичной эту дату. При этом новый срок не был определен поляками. Позиция управляющего центральным Банком Польши Марека Белки относительно введения евро в Польше полностью совпадает с правительственной точкой зрения. Как водится, в ход идет обычная риторика о необходимости проведения структурных реформ в Польше, хотя внешние показатели польской экономики напоминают ситуацию Латвии за одним единственным исключением - размера Польши. В 2012 году Польша продемонстрировала рост ВВП в 2%, в 2011 году - 4,5%, в 2010 году - 3,9%. Дефицит бюджета в 2012 году на одну десятую выше нормы - 3,1% от ВВП. Государственный долг в 2012 году составил 54% от ВВП страны.
В настоящее время евроэнтузиастами в Польше являются левые партии, тогда как правоконсервативные - против. Последние даже не желают обсуждать введение евро в Польше вообще из-за принципа. Польские консерваторы полагают, что введение евро приведет к повышению цен на внутреннем рынке и частичному обнищанию общества. Нынешний курс злотого по отношению к евро (zl 4,20), по их мнению, не отвечает интересам Польши при переходе на евро. Курс ориентирован на интересы польских экспортеров. В случае использования его при обмене средняя месячная зарплата в Польше будет равняться €880 при выросших потребительских ценах на повседневные товары и продовольствие.
75% польского экспорта идет в страны ЕС. Сторонники введения евро в Польше указывают, что переход такой шаг уменьшит стоимость транзакций, что повысит польскую конкурентоспособность.
Если в 2003 году на референдуме в Польше о вступлении в ЕС общественное мнение с энтузиазмом поддержало и пункт о замене злотого на евро, то сейчас после финансового кризиса, как свидетельствуют опросы общественного мнения, большинство поляков выступают в пользу сохранения в Польше национальной валюты. 58% поляков скептически относятся к переходу Польши на евро. Величины показателей общественного неприятия евро в Польше и Латвии близки. Однако политические элиты двух стран демонстрируют кардинально разное отношение к ключевому институту суверенитета - национальной валюте. Общая незрелость латвийской государственности только отчасти может объяснить поведение политической элиты Латвии. Хотя правильней было бы в чисто "сексуальном" подходе прибалтов к кризисной европейской валюте усмотреть иной скрытый мотив - через отказ от национальных валют и введение евро попытаться еще раз доказать самим себе, что выход из геополитической сферы влияния России состоялся.
Дмитрий Семушин - европейский обозреватель ИА REGNUM
Постоянный адрес новости: belarus.regnum.ru/news/1630549.html

понедельник, 18 февраля 2013 г.

Несостоявшаяся евроимперия

 Валерий Панов
Любопытное заявление сделал на днях известный международный спекулянт и спонсор «цветных» революций Джордж Сорос в интервью телевидению Нидерландов. По его словам, Евросоюз может повторить судьбу СССР, к краху которого привела экономическая политика. При этом Сорос полагает, что ЕС ждет распад по советскому сценарию. Корень европейских бед Джордж Сорос видит в том, что нынешние попытки руководства еврозоны сохранить единую европейскую валюту ведут к усилению политических и социальных проблем, которые в итоге грозят уничтожить ЕС. «Я в высшей мере обеспокоен тем, что евро способен разрушить Евросоюз», - сказал финансист.

Странный вывод, так как только евровалюта и не позволяет сегодня развалиться этой межгосударственной конструкции, которая, как явствует из всей ее предыстории, и создавалась с целью экономической интеграции европейских стран. Напомним, вначале это было Европейское объединение угля и стали в составе ФРГ, Бельгии, Нидерландов, Люксембурга, Франции, Италии (1952 г.). Через пять лет, в 1957 г., те же шесть государств учредили Европейское экономическое сообщество (ЕЭС, Общий рынок, EEC - European Economic Community) и Европейское сообщество по атомной энергии.

Поскольку самым широким по своей компетенции из этих трех европейских объединений являлось ЕЭС, то в 1993 г. оно и было официально переименовано в Европейское сообщество. А в 2002 г. ввели в обращение евро. В зону, которую сегодня охватывает эта единая европейская валюта, входят 17 стран (в ЕС – 27): Австрия, Бельгия, Германия, Греция, Ирландия, Испания, Италия, Кипр, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Португалия, Словакия, Словения, Финляндия, Франция, Эстония (в глубоком кризисе пребывают пять из них). Население ЕС превысило полмиллиарда человек, но евро является единой валютой только для 320 млн. европейцев, а вступление в зону евро считается важным шагом на пути к полной интеграции в ЕС, и вход туда открыт. Так прав Сорос или нет?

На вопрос о том, что необходимо сделать, чтобы не допустить краха еврозоны, он ответил так: «Германия должна понять, что политика, которую она проводит в зоне евро (курс на жесткую экономию), является контрпродуктивной». И это не первая ссылка финансиста на Германию в ситуации, когда разговор заходит о европейском кризисе. В январе наВсемирном экономическом форуме в Давосе он говорил, что Германия всегда будет делать минимум (!) для того, чтобы сохранить евро. На предыдущем форуме-2012 Сорос утверждал, что под руководством Германии политики рискуют увеличить напряженность, что уничтожит ЕС.

По-разному можно отнестись к этим словам. Но, согласитесь, такой опытный финансист, к тому же доверенное лицо Ротшильдов, вряд ли станет делать подобные заявления случайно, да еще от себя лично.

Этот экспромт явно подготовлен «дома». В высказываниях подобного рода просматривается намерение Сороса возложить на немцев не только бремя европейских долгов, но и ответственность за кризис в еврозоне. Униженная всей послевоенной западной политикой, Германия и без того, якобы во искупление вины за Первую и Вторую мировые войны, стала донором не только Европы, но и Израиля, и, заметьте, США. Хотя есть еще не менее сильная экономика, входящая в зону евро, - французская. Английская экономика тоже держится достаточно уверенно. Тем не менее, возможный развал Евросоюза Сорос связывает исключительно с Германией и с ее финансово-экономической политикой.

Это заявление многие аналитики и у нас, и в Европе уже назвали сенсационным и скандальным. Я бы назвал его знаковым, но только в той части, которая предрекает развал ЕС. Сравнение же Соросом Евросоюза с СССР выглядит, мягко говоря, некорректным, если не сказать больше – провокационным. Трудно представить, чтобы такой информированный человек не знал, что и Европейский Союз, и его денежная единица были созданы искусственно. С какой целью – это другой вопрос, но уже вполне очевидно, что Евросоюз, как политико-экономическое объединение совершенно разных стран, не состоялся. Вместе с тем, создан огромный рынок труда, услуг, товаров с такими совершенно не свойственными (атипичными) любым рынкам надгосударственными структурами, как Европарламент и Еврокомиссия (ЕК) или, скажем, ОБСЕ.

В любом обществе парламент играет роль законодательной власти. Но единственный выборный гражданами ЕС орган фактически является ассамблеей, то есть совещательной структурой без реального права законотворческой деятельности. Ни одного жизненно важного решения Европарламент не может принять без утверждения Еврокомиссией. Схема законотворческой деятельности такова, что документ инициируется в Еврокомиссии, потом передается в какой-либо парламентский комитет, после чего пересылается в парламентский зал, где депутаты без лишних разговоров принимают его (проштамповывают!). За календарный год, таким образом, было принято 308 законодательных актов. А в течение минувшей каденции в Европарламенте было рассмотрено немногим более 1500 правовых документов, причем все - исключительно с подачи ЕК, то есть чиновников. О какой демократии можно здесь говорить?

Скажу больше: после подписания Лиссабонского Договора и его принятия в 2010 г. страны ЕС окончательно лишились остатков своего суверенитета. Они превратились в бесправные, подверженные наднациональному диктату объекты глобальной политики.

Именно – наднациональному диктату, так как, по странному стечению обстоятельств, все еврокомиссары, да и вообще все ключевые фигуры ЕС, являются членами Бильдербергского клуба. Например, президент ЕС Херман Ван Ромпей, главный еврокомиссар Жозе Мануэл Дуран Баррозу, еврокомиссар по иностранным делам баронесса Кэтрин Эштон и др. Бывшая активистка ГДРовского комсомола (FDJ), сделавшая после объединения Германии блестящую политическую карьеру, фрау Kanzlerin Ангела Меркель – тоже тут, в Бильдерберге. Был замечен там и Чубайс. И Горбачев, между прочим, числится среди бильдербергцев. А нити от этой организации тянутся к Федеральной резервной системе США – частному банку, имеющему право печатать «зеленые» в таком количестве, какое посчитают нужным его «отцы-учредители», и тогда, когда они сочтут необходимым это сделать.

Добавим, что под властью этой Системы находятся все главные эмиссионные механизмы - МВФ, ЕЦБ, биржи, фонды, рейтинговые агентства, а также - СМИ, армии, спецслужбы и т.п. Это и является одной из главных причин плачевного состояния Евросоюза. Финансовая система входящих в него стран попала в отчаянное положение: для сдерживания инфляции под давлением ничем не обеспеченного евро остается все меньше и меньше экономических рычагов. Курс европейской валюты удается поддерживать только в ручном режиме. Капитализация банков сократилась на 30% и более. Короче говоря, дело идет к тому, что вскоре ЕС не только начнет распадаться, но и вынужден будет выставлять себя на распродажу оптом и в розницу.

«Покупатель» известен: то, что США не удалось сотворить с Европой в результате спровоцированных ими двух мировых война на европейской, подчеркну, территории, сегодня может получиться, хотя и не безболезненным, зато бескровным путем. И 20 лет тому назад рассматривался если и не именно такой вариант экономического закабаления Европы, то в любом случае, думаю, очень похожий. Но – не предполагающий развал ЕС, по крайней мере, в столь короткой перспективе. Единой Европой управлять значительно легче и проще, чем опять разделенной на национальные «квартиры», пусть и обедневшие. Только Великобритания, подчеркну, имеет шансы выйти из этой политико-экономической «потасовки» с неразбитым «имиджем».

Но «тряхнет», конечно, всех, и в геополитических масштабах. Россию, около 42% международных резервов которой номинировано в евро, - не в последнюю очередь (в долларах, замечу, 46,5%).

По словам Дмитрия Медведева, в настоящее время экономика США выглядит лучше, чем экономика ЕС, и правительство РФ может поменять структуру международных резервов государства, в частности, заменить часть резервов в евро на ценные бумаги, номинированные в другой валюте (интервью немецкой газете «Handelsblatt», 28.01.2013).

Но даже задумываться над тем, не поздно ли оглашено это намерение (всего-то!), как-то страшновато, поскольку международные резервы России на 18.01.2013 г. составляли $530,4 млрд. Представьте себе, что будет, если около 40% от этой гигантской суммы вылетит в трубу. Могла ли Россия предусмотреть именно такой вариант развития Евросоюза? Точнее – преждевременной кончины той структуры, название которой у нас почему-то звучит как Евросоюз, хотя, думаю, более точным был бы такой перевод, как Европейское сообщество (содружество, объединение). Не только могла, но и просто обязана была это сделать, так как ЕС, кроме всего прочего, создавался еще и как реальный противовес России с ее возможным тогда, а сейчас реальным возрождением и исторически устойчивыми евразийскими устремлениями.

В Европе, заметим, ни о каком союзе государств в его нынешнем варианте и речи не шло. Разве что о союзе «Меча и орала» от Остапа Бендера! Что очень похоже, так как иной внутренней логики, объединяющей эти страны в коалицию, не просматривается. Хотя логика в объединении, конечно, была, но у каждого из участников этой геополитической игры – своя. США, таким образом, намеревались «прикупить» Европу сразу и целиком. Франция делала попытку воссоздания империи Наполеона. Германия явно нацелилась на возрождение империи Карла Великого. Великобритания размечталась о том, чтобы вернуть себе имперское величие на континенте (на морях сохранила). О других, менее значимых, проектах, которые вознамеривались реализовать другие европейские страны с помощью Евросоюза или через него вроде «Польши от моря – до моря» или «Великой Румынии», говорить не приходится. А вот французский и немецкий проекты заслуживают внимания. И ведь был у них шанс, так как историческая основа не забыта.

Напомню, что империя Наполеона I вместе с вассальными и союзными государствами включала в себя почти всю Западную Европу. Соперницами Франции оставались только Англия и Россия: одна на море, другая на суше. Чем не нынешний Евросоюз?

Удивительно была похожа на ЕС и созданная Карлом Великим Священная Римская империя (ок. 800 - 1806 гг.). Сам Карл, между прочим, и сегодня именуется императором Запада.

Опираясь на союз с Папой Римским, Карл соединил большую часть западноевропейских стран, занятых германцами, в могущественную монархию. После 30 лет непрерывных войн получилось государство, охватывавшее нынешнюю Францию, Бельгию, Голландию, Швейцарию, западную и южную Германию, Австрию, большую часть Италии и северо-западную Испанию. На востоке граница владений Карла доходила до Эльбы, но и за этой рекой славянские племена признавали мощь франкского короля, так что его верховенство простиралось до Вислы и до среднего Дуная.

В состав государства Карла входили из романских (бывших провинций римской империи) все те страны, которые уцелели от арабского завоевания. Католическая церковь была теперь заключена во владениях франков вместе с городом Римом, столицей старой империи. Отсюда у Карла возникла мысль принять императорский титул. Так в историю вошел Карл I, император Франкского государства и Римской империи. Хотя ядром империи всегда была Германия, ее сакральным центром оставался Рим. Здесь до XVI века проводились коронации императоров.

Рудольф Габсбург (первый из династии Габсбургов) был избран императором Священной Римской империи в 1273 г. Он захватил Австрию и Штирию. С присоединением к ним в XIV в. Каринтии и Крайны, Тироля, Фрайбурга и Триеста эти земли стали наследственными Габсбургов. В XVI в. к их владениям были присоединены Нидерланды. При Карле V под властью Габсбургов оказались территории Германии, Австрии, Нидерландов, часть Италии, Испания и ее владения в Америке (в 1516—1700 гг.). В 1526 г. к Габсбургам перешли Чехия и Венгрия. Габсбурги избирались германскими королями и императорами Священной Римской империи до 1806 г., когда империя была ликвидирована Наполеоном I.

Даже если взять только европейскую часть этого исторического проекта (без американских владений), то Германии стоило за него побороться, конечно, во главе с Ангелой Меркель. Frau Kanzlerin, заметьте, в 2008 г. была награждена премией имени Карла Великого.

Эта престижная европейская премия «за вклад в объединение Европы» присуждается ежегодно, начиная с 1950 года, германским городом Аахеном, откуда император Карл управлял государством. (Между прочим, экс-президент США Билл Клинтон, бомбивший Югославию, тоже является обладателем этой премии.) Германский проект в виде ЕС даже при главенствующей роли Берлина, но в условиях тотального американского прессинга без поддержки Франции не мог состояться. В свою очередь, французский проект, несмотря на наполеоновские замашки бывшего президента Николя Саркози, в современных условиях оказался невозможным именно из-за немецких амбиций.

Когда на корабле два капитана, корабль тонет. При двух центрах извечного противостояния, германском и французском, европейский «союз равноправных» изначально был обречен на провал. Казалось, выигрышным будет американский проект овладения Европой – через Брюссель, но начали проявляться центробежные тенденции, ЕС стал давать заметные трещины по национальным границам. И в это время бывший госсекретарь США Хиллари Клинтон обеспокоилась прямо противоположным процессом, в эпицентре которого оказалась Россия.

Напомним, что незадолго до свой отставки г-жа Клинтон сделала сердитое заявление на конференции в Дублине о том, что США пытаются не дать России и ее союзникам превратиться в подобие СССР под прикрытием экономической интеграции. «Только это не будет называться Советским Союзом. Это будет Таможенный союз, или союз стран Евразии, или что-то в этом роде», - так прокомментировала Х. Клинтон планы Москвы углубить экономические связи со своими соседями. (Речь шла об октябрьском заявлении президента РФ Владимира Путина, согласно которому Россия намерена усилить экономическую интеграцию в «Евразийский регион».) «Печально, что прошло уже 20 лет после распада СССР, а прогресс, на который мы так рассчитывали, совершенно не заметен, - сокрушалась Клинтон. - Мы пытаемся противостоять этому, но это непросто».

Добавлю: этому объединительному процессу невозможно противостоять.

Советский Союз представлял собой единое государство, состоявшее из 15 (в 1940-1956 гг. - 16) автономных республик. По сути, это была та же самая Российская Империя, которую большевики, вроде бы, разрушили «до основания». Затем быстро воссоздали: в другом национальном устройстве Россия и все населявшие ее народы просто не могли существовать. Воссоздали, правда, под иными социально-политическими лозунгами, которые на российской почве не смогли прижиться, тем более, пустить глубокие корни. И 70 лет СССР держался именно на тех исторических скрепах, которые создавались на протяжении многих столетий - во времена еще Киевской Руси, затем Московского царства, Российской Империи.

А теперь на этих скрепах держится и современная Россия. Подобно магниту она притягивает к себе народы бывших советских республик, менталитет которых всегда будет тяготеть к имперскому величию и к имперским масштабам, обретенным за века в составе огромной Империи.

Кстати, рубль, как денежная единица, был известен на территориях России-Руси еще с начала XIV века, а со времен Петра I и вплоть до наших дней чеканится (выпускается) непрерывно. И это тоже одна из древних российских скреп. В отличие от евро, которое, по мнению Сороса, стало инструментом расчленения Европы.

Сегодня стало понятно, что германский имперский проект (коль Сорос говорит о Германии) не может быть реализован в условиях либеральной европейской демократии. Притом что из 48 государств Европы 13 (27%) являются монархическими: Андорра, Бельгия, Ватикан, Великобритания, Дания, Испания, Лихтенштейн, Люксембург, Мальта, Монако, Нидерланды, Норвегия, Швеция, население которых составляет более 152 млн. человек. По данным ЦРУ за 2010 г., среди десяти стран мира с самым высоким ВВП на душу населения семь являются монархиями (США всего лишь на 8-м месте). Уровень жизни в монархических государствах Европы выше среднего, а каждый пятый европеец номинально является монархистом.

При этом никто и словом не обмолвится, скажем, о «тюрьме народов» в Великобритании, о «княжеской тирании» в Лихтенштейне, о «реставрации монархии» в демократической Испании и т.д. В «просвещенной» Европе такие «аномалии» априори невозможны. Зато уже почти 200 лет нашему народу внушают, что монархия – это тирания, тотальная нищета, рабство и т. п. «удовольствия». Однако почему-то последние 10 лет западные СМИ не снимают с повестки своего дня вопрос о том, возможна ли реставрация монархии в России. В 2005 г. в испанской газете «La Razon» автор книги «Пророчество Романова» американец Дэн Браун на этот вопрос ответил так:

«Да. Почему бы и нет? В России на самом деле есть круги, которые добиваются восстановления самодержавия. Пользуются ли они поддержкой в обществе? Это уже спорный вопрос. Однако кто взялся бы утверждать семьдесят лет назад, что коммунизму придет конец? В этом варианте нет ничего экстраординарного. Русский народ привык к авторитарному правлению такого рода».

А каждый пятый европеец-монархист – не привык? Разве уже забыта Священная Римская империя? Неужели и Наполеон-объединитель Европы тоже предан забвению? Отнюдь нет. Но европейские империи создавались, преимущественно, военной силой. В Европе испокон веков воевали все и со всеми. Чего стоят только религиозные войны, среди которых наиболее известна т.н. Столетняя война (1546 - 1648) между католиками и протестантами с ее Тридцатилетней войной (1618 – 1648). Это был первый в истории Европы военный конфликт, затронувший в той или иной степени практически все европейские страны, в том числе и Россию. А династические войны, самой кровопролитной и продолжительной из которой считается Война за испанское наследство (1701 — 1714), когда против союза Франции и Испании выступила почти вся Европа, за исключением Швеции и России. Сколько жертв унесли эти и предшестовавшие им войны, сосчитать невозможно. Но в Наполеоновских войнах, например, полегло около 2 млн. французов и примерно такое же количество европейцев из других стран. Франко-прусская война 1870 – 1871 гг. унесла жизни почти 80 тыс. французов и более 40 тыс. германцев. Этот печальный перечень весьма длинен, притом что жертвы Первой и Второй мировых войн, вышедших, подчеркну, из Европы, исчисляются уже десятками миллионов человек. Кровавая историческая память до сих пор сеет между европейскими странами и народами недоверие и вражду, сохраняет между ними невидимые, но прочные изоляционистские барьеры. В нынешней Европе возможны только межгосударственные объединения и только на исторически короткий период. Объединить всю Европу практически не реально. Евросоюз – тому подтверждение.

Россия никогда не вела захватнических войн на том пространстве, где после возникла Российская Империя.

За исключением прибалтийских территорий, пожалуй, где, в конце концов, проиграла Ливонскую войну (1558 – 1583), чем, как ни странно, способствовала образованию Речи Посполитой. В памяти народов, населявших империю, нет воспоминаний о взаимной вражде, русский народ никогда не считался захватчиком. В России никогда не существовало такого понятия, как метрополия и колонии. Более того, именно в составе империи многие народы впервые в своей истории обрели государственность, как, например, казахский, украинский или грузинский.

Российская монархия не вызывает неприятия среди потомков своих бывших подданных. И даже в далекой от нас Колумбии газета «El Espectador» накануне прошлых выборов президента РФ, анализируя европейскую ситуацию, в статье «Вернется ли Россия к монархии?» писала: «Возможное решение проблемы можно найти, бросив взгляд в прошлое страны (России – В.П.), когда она была конституционной монархией. Казалось, что период краха империй будет длиться дольше. Наблюдая сейчас за быстрым распадом Евросоюза и неудавшейся попыткой России осуществить либерализацию на пространстве бывшего СССР, задаешься вопросом о том, как мы встретим новый виток этих колоссальных геополитических изменений. Европейский проект был обречен с момента своего появления на свет. Задуманный как союз равных, он никогда им не был. У всякой империи есть свое ядро, свой локомотив, который тащит за собой весь поезд интеграции. И хотя в Еврокомиссии это место не было забронировано для Германии, только постоянная поддержка и экономическая мощь этой страны позволили ей просуществовать до сегодняшних дней».

Разумеется, исторические аналогии ничего не доказывают и уж тем более не могут быть основой для экстраполяции. Они важны для того, чтобы видеть возможные варианты разрешения актуальных проблем.

Сегодня есть все основания констатировать, что как империя, которую США надеялись создать по своему образцу и подобию (союз государств - USA), Европейский Союз не состоялся.

А в другом государственном образовании, кроме имперского, о чем убедительно свидетельствует история, объединенная Европа не может существовать. И развалится она не по советскому сценарию, так как, в отличие от СССР, Евросоюз империей не является.

Зона евро как финансовая империя единой валюты тоже не состоялась. Так что, Джордж, вы не правы. По сути, зато по форме правы совершенно: к развалу СССР, как теперь и к грядущему распаду Евросоюза, США приложили свои разрушительные «ручки», и многократно.


понедельник, 4 февраля 2013 г.

Экономист: «Когда Литва сможет ввести евро, оно уже рухнет, поэтому пора думать о привязывании лита к золоту»



GRAŽINA VINCEL / 15MIN.LT15min.lt
Рута Вайнене
Tomo Urbelionio/BFL nuotr.  / Рута Вайнене
Увеличить текст статьиУменьшить текст статьи
Премьер Литвы Альгирдас Буткявичюс заявил о готовности вступить в еврозону в 2015 году. Однако сохранится ли еврозона до этого времени? Экономист Рута Вайнене утверждает, что Литве нужно стремиться к вступлении в еврозону, но в конце концов не достичь этой цели, а когда евро окончательно захромает, привязать лит к золоту. О том, как оценить будущее евро и стремления Литвы - беседа с Р.Вайнене.
- У евро еще остался статус валюты международной ценности?
- Да, хотя в последнее время возникает очень много угроз для евро. Но оно все еще конкурирует с долларом, поскольку доллар – ничем не лучше. Обе валюты конкурируют, какая скорее обесценится, поскольку и Федеральная резервная система, и  Европейский центральный банк ведут одну и ту же инфляционную политику.
Если говорить о том, хуже ли сейчас евро, чем доллар, я бы сказала, что нет. Просто в еврозоне долговые проблемы появились быстрее, чем в США, поскольку США берет  кредиты на федеральном уровне, а в еврозоне государства делают это на национальном уровне, поэтому проблемы возникли раньше. Но эти проблемы неизбежно появятся и в США.
На самом деле и Китай, и арабские страны уже размышляют, какой более сильной валютой заменить доллар – обдумывается возможность вернуться или к золотому динару, или привязать свои деньги к золоту.  Есть разные мысли, поскольку все понимают, что за долларом или евро ничего нет – только обещания. А исполнить обещание – это значит печатать больше долларов и больше евро, еще больше обесценивая их и уменьшая покупательскую способность, доверие к ним.
- Вернет ли евро  свою прежнюю репутацию?
- Думаю, что нет, нет никаких симптомов, указывающих на отказ от инфляционной политики. Посмотрите, что в январе прошлого года сделал Европейский банк – сократил для коммерческих банков размер обязательных резервов с 2% до 1% и выпустил на рынок один триллион евро, а это 12 нулей.
Если вся циркулирующая масса – 7 триллионов, представляете, насколько стало больше бумажных денег? Так ЕЦБ еще брыкается, все еще хочет как-то сохранить монетарную дисциплину, однако ему с трудом это удается. Я  не вижу симптомов. Мне кажется, что Германия первой откажется от евро, поскольку она всегда была сторонником сильной марки, она хочет сильного евро, а все остальные страны этого не хотят.
- Но Германия ведь хочет сохранить общую валюту?
- Да, хочет. Конечно, Германия – очень влиятельное государство. Это будет зависеть от результатов выборов в Бундестаг. Если выиграют левые, позиция Германии может измениться.
Многие экономисты пророчили грустный конец евро с самого начала, как только послышались идеи об общей валюте. Так что это только вопрос времени.
- Напомните, кто пророчил?
- Экономисты, особенно представители австрийской школы, поскольку нет основания для того, чтобы  такая искусственная валюта работала. Есть давление влиять на нее через инфляцию, а все валюты, которые подвержены инфляции, со временем должны быть чем-то заменены. Не припишешь триллион – 12 нулей, не будешь долларом Зимбабве. Инфляция-  это смерть валюты. Вот, доллар Зимбабве с 12 нулями - уже не валюта.
Валюта должна помочь облегчить обмены, а если количество нулей только увеличивается, это ее смерть. Это не значит, что она должна обязательно исчезнуть, но она перестает быть «деньгами». Люди перебегают от нее к другим ценностям: к золоту, бриллиантам, нефти, меди.
- Но евро объединило много стран.
- Советский рубль тоже объединил, но этот союз рухнул. Если посмотреть на историю, все такие монетарные союзы со временем распадаются. Их можно сохранить силой, как рубль или доллар, или как фунт. Если нет общей системы, она рушится. Рубль держался силой.
- Какова вероятность, что еврозона может рухнуть?
- Стопроцентная, только неясно, когда. Это только вопрос времени, я не могу сказать, поскольку плохие вещи могут длиться очень долго – и в течение 50 лет.
Германия бы вышла из еврозоны, и все. Немецкая марка стала бы второй международной валютой.
Надеюсь, что пока мы подготовимся к еврозоне, она сама распадется. В этом году есть большая вероятность этого, поскольку будет обсуждаться новая финансовая перспектива. Договориться относительно нее, сколько какой стране выделить средств из бюджета ЕС, какую помощь, какую структуру. Я думаю, что не договорятся, финансовую перспективу не утвердят, и это станет еще одной причиной, по которой произойдет не интеграция, а разделение. Думаю, когда будут согласовывать финансовую перспективу, тогда это и произойдет. Но это только мои догадки.
- Что изменится, если Греция покинет еврозону?
- Это облегчило бы ситуацию – улучшило бы положение евро. Литва должна быть заинтересована в том, что бы те страны, которые не придерживаются финансовой дисциплины, покинули бы еврозону.  Мы привязаны к евро, поскольку надеялись, что это будет стабильной валютой.
Чтобы она была стабильной, в союзе не должно быть недисциплинированных. Сейчас греки хотят взвалить бремя на других. Они очень долго не урезали бюджет. У нас, в Литве, зарплаты сократились на 30-70%. Греция ничего не делала, греки жили, как у Христа за пазухой, - за чужой счет.
- Если еврозона распадется, как это повлияет на Литву?
- Мы должны будем очень серьезно рассмотреть альтернативы. Думаю, уже сейчас Банк Литвы должен подумать об альтернативе, если в еврозоне сильно увеличивается инфляция, и привязать лит к другой валюте. Мы не можем ждать, поскольку сами на себе испытаем все отрицательные последствия. Мы должны следить и вовремя перерезать пуповину, если в еврозоне будет все совсем плохо.
- Советник президента банка SEB Гитанас Науседа утверждает, что в Литве не хватает политической воли ввести евро. Согласны ли Вы с ним?
- Да, в 2007 году именно из-за отсутствия этой политической воли мы не вступили в еврозону. Почему мы не вступили? Несоответствие инфляции на 0,06%. Но не приняли не только поэтому. Не приняли и потому, что недостаточно хорошо проводили реформы.
Хотя, если сравнить с Грецией, в Литве достигнуто намного большего. Ведь тогда несоответствие инфляции возникло из-за роста регулируемых цен: на электроэнергию и транспорт. Если бы власть не позволила поднять эти цены хотя бы в контрольный период,  евро бы было, и не было бы паники, когда Кястутис Главяцкас ляпнул, что лит все равно когда-нибудь придется девальвировать.
Но сейчас я думаю, что, наверное, нам повезло, что мы не ввели тогда евро, поскольку в еврозоне еще не вылезли все эти долговые проблемы. Думаю, эстонцы – мы всегда смотрим на их пример – будучи самыми дисциплинированными, сделали ошибку, вступив в клуб таких алкоголиков: абстинент вступил в клуб алкоголиков и должен сейчас платить за вечеринку. Сейчас они должны заплатить в Европейский фонд финансовой стабильности определенные деньги, чтобы оплатить долги южных стран.
- Значит, введение евро в Эстонии принесло ей больше минусов, чем плюсов?
- Нет, она все равно говорит, что больше плюсов, поскольку инвесторы были склонны думать, что не удастся сохранить управление валютой, все равно случится девальвация. Они больше доверяют евро, чем кроне, несмотря на то, что она была привязана к евро. Это главный аргумент эстонцев.
- Так эстонцы все же больше выиграли?
- Конечно, они по-всякому демонстрируют этот выигрыш, но, насколько мне известно, эстонцы специально отложили подписание договоров об инвестировании до введения евро, чтобы продемонстрировать инвестиции, но их общественные финансы в некотором смысле проиграли. Смотрите, они дисциплинированы, придерживаются Мастрихтских критериев, должны платить из своего бюджета в Европейский фонд финансовой стабильности. Зачем, почему? Чтобы сохранить евро? Как я говорю, «битый небитого несет».
- А в случае Литвы было бы больше плюсов или минусов?
- Мне кажется, что сейчас мы в очень удобной ситуации. Мы привязаны к евро, оно очень близко, но все равно еще есть расстояние – если в еврозоне что-то случится, мы легко сможем привязать лит к чему-нибудь другому. Мы уже перевязали лит от доллара к евро. У нас есть опыт, поскольку все прошло гладко.
- К чему тогда привяжем, если и доллар ничем не лучше?
- Я думаю, к золоту. К тому, что выбрали люди, чтобы были деньги. Ведь деньги – это феномен, их создал не человек, не Бог, не власть, это открытие спонтанного действия людей на рынке.
Люди поняли, что есть определенные вещи, которые облегчают обмен, и там было все: соль, зерно, пока золото не было выбрано естественным способом, никто не придумывал закон: «Выбирай золото». Это родилось в процессе обмена – это открытие рынка, а рынок -  это экономические обмены среди людей. Обмениваясь, люди открыли, что есть золото.
Я  не знаю, что  бы они открыли, если бы было позволено эволюционировать дальше, может быть, открыли бы что-нибудь другое, но сейчас я этого сказать не могу.
- Тогда, возможно, изначально нужно было привязывать лит к золоту?
- Нужно было. Мы ввели так называемое currency board-like (с англ. «похожая форма валютного управления»). Даже с ностальгией по межвоенному золотому литу внедрить такое валютное управление было очень трудно, нужно было преодолеть огромное сопротивление, особенно из центрального банка, а привязать к золоту было политически нереально.
- А если освободить лит от евро?
- Начнется инфляция. Центральный банк не устоит перед соблазном напечатать деньги, например, чтобы покрыть дефицит бюджета Фонда социального страхования (Sodrа), выплатить пенсии, долги. Если напечатать национальные деньги, людям, возможно, придется финансировать внутренний дефицит страны. Но иностранные долги не вернешь. Никто не возьмет лит. Но финансирование внутреннего дефицита национальными деньгами было бы большим давлением.
Смотрите, каждый год утверждают дефицит Sodrа, в этом году он достигает 2,4 млрд. литов. Если было бы напечатано столько литов? Был бы аргумент – не нужно было бы брать кредит, сэкономили бы деньги на обслуживание долга.
- Не стало ли постоянное стремление Литвы к евро утопической целью? Едва ли не каждый год в стране прогнозируют разную дату, когда Литва, наконец, сможет вступить в  еврозону.
- Хорошо, что мы стремимся. Сам процесс стремления заставляет придерживаться финансовой дисциплины, поскольку, если бы мы не стремились, представляете,  какой дефицит бюджета бы в Сейме «загнали»? Само стремление – это хорошо, и думаю, это хорошо, что мы стремимся и не достигаем цели. Мы можем наблюдать, чем закончится эта разруха в еврозоне, как она решит проблемы, поскольку вступать туда сейчас – это то же самое, что трезвеннику идти на вечеринку алкоголиков и оплачивать счета.
- Стремление к евро в Литве является скорее политической или экономической целью?
- Для политиков – политической, для людей – точно экономической, поскольку стремление к евро на самом деле дисциплинирует. Политики смотрят на это политически: в договоре о вступлении в ЕС мы обязались вступить, у них есть политическое обязательство. А для людей это очень хорошо, поскольку это держит власть в узде. Для жителей Литвы, предприятий, участников рынка это точно никакая не политика, а чистая экономика.   
- Хватает ли жителям Литвы информации о введении евро?
- О введении, может, и хватает, но о том, что происходит в еврозоне или  ЕС, или во всем мире, точно не хватает. Они знают, что лит привязан к евро, люди прекрасно понимают валютное управление, поскольку уже с 1994 года в Литве введена модель валютного управления.
Они дорожат этим и понимают: фиксированный курс – это хорошо. Люди понимают это, но я не думаю, что они хотели бы евро, они боятся роста цен, поскольку во всех странах цены поднялись. Думаю, для жителей удобна ситуация, в которой мы привязали лит к евро, стремимся к нему, но  евро нет.
- Сможет ли введение евро гарантировать Литве эффективную интеграцию в хозяйство ЕС, более быстрое развитие экономики?
- Нет, а что оно изменит? Это значит, что мы должны будем платить в стране той же валютой. С иностранными партнерами уже и сейчас рассчитываются в евро. Что облегчит положение инвесторов – им не придется конвертировать евро в литы, чтобы выплатить зарплаты. Экспорт за границей, импорт – за границей, здесь, в Литве основные расходы -  это зарплаты. Так что делают инвесторы? Они получают евро, хранят их на счете. Приходит время платить зарплаты, конвертируют евро в литы и выплачивают их. Так что инвесторы сэкономили бы несколько центов, но это не играет значительной роли.
Даже если бы мы не привязали лит к евро, международная торговля все равно идет с использованием общей валюты.  

 http://www.15min.l