Россия. Изобретатели не нужны. Нужны инновационные воры !

Инновационный фонд "Сколково" в очередной раз оказался в центре скандала с "коррупционным душком". В среду, 30 октября, стали известны выдержки из отчета об итогах проверки фонда Генпрокуратурой России. Проверка проводилась с апреля по август 2013 года. По словам представителя Генпрокуратуры, которые цитирует ИТАР-ТАСС, выявлены грубые нарушения законодательства при реализации проекта создания инновационного центра.

Руководство фонда, по мнению правоохранителей, способствовало бесконтрольному расходованию средств, а также причинению ущерба как самому фонду, так и интересам государства.

В 2010-2012 годах Сколкову без должного бюджетного контроля и "без утвержденных конкретных целевых показателей его деятельности" было выделено около 50 миллиардов рублей.

"Опережающее финансирование и отсутствие порядка использования временно свободных денежных средств, привело к тому, что Фондом более 22 миллиардов рублей из федерального бюджета размещалось на депозитах, направлялось на приобретение векселей (ценных бумаг) по процентной ставке значительно ниже ставки рефинансирования Центрального банка РФ, а также размещалось на депозитах под низкие процентные ставки в интересах коммерческого банка", - сообщили в Генпрокуратуре по итогам проверок.

Кроме того, в Генпрокуратуре заявили "об угрозе нецелевого использования фондом "Сколково" более 125 миллиардов рублей из федерального бюджета.

Проверка выявила и "грешки" помельче, вроде "личной заинтересованности в грантах" у членов грантового комитета "Сколкова" или завышения стоимости работ.

Например, 1 марта прошлого года фонд заключил два договора на создание рекламных видеоматериалов продолжительностью 60 секунд, 30 секунд и 10 секунд общей стоимостью 54 миллионов. А вот проведённое прокурорами расследование показало, что красная цена за все ролики не превышает 5 миллионов рублей. Стоимость "консультационных услуг" была завышена втрое, в результате чего государство потеряло свыше 400 миллионов рублей.

"В связи с этим Генпрокуратурой руководителю Фонда внесено представление, в котором поставлен вопрос о возмещении причиненного ущерба, устранении выявленных нарушений закона, их причин и условий, а также привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности", - сказали в ведомстве.

О Сколкове в последнее время вспоминают в основном в связи с подобного рода скандалами, а не инновационными достижениями. Каковы в этом свете перспективы центра, который некогда претендовал на роль российского аналога "Силиконовой долины"?

- Я не имею прямого отношения к инновационным проектам. Но даже мне, как учёному ясно, что до сих пор в Сколково не было реализовано ни одного действительно прорывного проекта, - говорит академик РАН Олег Богомолов. - Прошло довольно много времени, а открытий, инновационных продуктов, которые бы стали новым словом в технике, нет. Те "новинки", что нам показывает Чубайс, вроде гибкого экрана - откровенные подтасовки. Это заимствованные западные технологии второй, а то и третьей "свежести". На людей несведущих это, может быть, и производит впечатление, но реальной пользы для российской промышленности от Сколково нет. Этот инновационный центр, похоже, становится очередным механизмом по распилу бюджетных денег.

"СП": - В принципе сама идея эта могла стать жизнеспособной на российской почве?

- Если бы наше правительство на самом деле было заинтересовано в развитии науки, оно должно было подойти к решению проблемы комплексно, развивая сразу три или даже четыре "этажа". Это фундаментальная наука, требующая на самом деле не так много средств, потому что ею занимается не так много учёных. В 10 раз больше должно работать в прикладной отраслевой науке, где, собственно фундаментальные идеи воплощаются в конкретные изделия. Отраслевая наука по большей части разрушена. Вместо академической науки решили создавать науку вузовскую, что нереально: в институтах мало научных кадров, преподаватели и без того перегружены работой. Научно-исследовательский и прикладной секторы науки должны быть взаимосвязаны, сотрудничать.

Научные открытия могут пригодиться через пять, десять и даже больше лет. Жорес Алфёров получил Нобелевскую премию за открытие, которое сделал ещё 30 лет назад. А практическое воплощение связано с огромным сектором отраслевой, заводской науки. К сожалению, её нет у нас. За исключением, быть может, военных исследовательских институтов. Сколково - это пока попытка создать единичный прикладной центр без увязки его с РАН и другими отраслевыми институтами. Ведь даже если в Сколкове сделают какие-то практически важные открытия, кто-то должен потом это внедрять в производство. А это не предусмотрено никакими законами.

Кроме того, создали совершенно неравноправные условия финансирования. Огромные деньги идут в Сколково, а РАН посадили на голодный паёк. Это, как минимум, неразумно.

Сколково будет бессмысленной для страны игрушкой, если мы не воссоздадим отраслевую науку. А она потребует огромное число кадров - инженеров, конструкторов. А их нет, они ушли в бизнес или уехали за рубеж.

У руководства страны нет концепции развития российской науки, а есть только желание поставить над учёными надсмотрщиков в виде двух бюрократических структур, которые будут проедать огромные деньги налогоплательщиков. Помимо специально создаваемого агентства на РАН сохраняется влияние Министерства образования. Думаю, что это отрицательно скажется на творческом научном процессе. Кстати говоря, моя статья о непродуманной реформе РАН, опубликованная в вашем издании, имела большой резонанс. Мы отправляли её в парламент и, думаю, неслучайно на днях Академию наук посетил председатель Государственной думы Сергей Нарышкин.

- В годы президентства Дмитрия Медведева Сколково было флагманом инновационного развития страны, - говорит заместитель гендиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин. - А сейчас на этот проект сыплются постоянные удары. Это, конечно, может повлечь отрицательные последствия для имиджа Сколкова. В частности, считается, что там имеют некоторые преференции иностранные инвесторы. Однако повышенное внимание к этому центру со стороны прокуратуры и других проверяющих органов может привести к тому, что иностранцы ещё 20 раз подумают, стоит ли им вкладывать деньги в сколковские проекты.

"СП": - Какими на данном фоне могут быть перспективы развития инноваций в России?

- Сейчас вообще складывается ощущение, что для российского руководства тема инновационного развития экономики отошла на второй план. Если при Медведеве много говорилось о том, что инновации - главный путь развития страны, то теперь всё свелось к традиционным сферам российской экономики. В том же сырьевом секторе при производстве, скажем, заводов по сжижению газа инновации, конечно, могут применяться. Но область их применения там крайне ограничена.

- Понятно, что подобные расследования Генеральной прокуратуры - очередной удар по позициям Медведева, потому что Сколково считается его детищем, - рассуждает политолог Павел Святенков. - Кроме того, это, видимо, камень в огород Суркова, который считался куратором этого инновационного центра. Поэтому все "разоблачения" прокуроров - это часть внутри элитной интриги, но никак не борьба с коррупцией.

"СП": - Остаётся ли у Сколкова потенциал для того, чтобы обеспечить "инновационный рывок" России?

- Я думаю, что это был изначально плохо продуманный проект создания псевдонаучного офшора на территории России и поэтому больших перспектив он не имеет, на мой взгляд. Прошло уже несколько лет, в Сколково вкачаны значительные средства. И где же те великие результаты, которые нам обещали?

Что же касается инновационного развития российской промышленности, то с учётом реформы РАН, больше смахивающей на очередной погром, перспективы наши достаточно печальны. На научное сообщество эта реформа оказала весьма негативное влияние. Думаю, что стоит ждать новой волны отъезда из страны молодых перспективных учёных.

Источник

Хождение в инноватику: о правоте Берии

Калашников Максим 

Что бы мне ни говорили, а в русских условиях самыми эффективными будут государственные инновационные агентства (но не при этом государстве) и частные институты самих инноваторов. Такие, как прежний Менло-парк Эдисона или частный институт Виктора Петрика. Неизбежен и опыт повторения «шарашек», хотя и в новых условиях. На сторонних частных инвесторов надежды практически нет.

Таков мой личный опыт работы в частном инновационном агентстве.

ЭПОПЕЯ ВОКРУГ ДВИГАТЕЛЯ ПУШКИНА

В нашем ЗАО «ТНК» дело пошло по конвейеру: находятся интересные проекты – а потом их рассматривает команда научно-технических экспертов нашего частного агентства. В команде есть свой квалифицированный патентовед: он изучает предложение на предмет того, не было ли что-то подобное запатентовано в мире кем-то и когда-то. То есть, никакой любительщины.

Уталкиваем первую программу перспективных вложений ЗАО «ТНК». Сам рекомендую рефлекторный двигатель Ростислава Пушкина.

Вообще-то Вадим-директор на все мои предложения изучить проекты моторов нового типа ответил отказом: мол, это – слишком хлопотное и долгое дело, тем более, что придется переть против сложившейся моторостроительной отрасли. Но тут – все-таки особый случай. Убеждаю Вадима: мы тут можем обойтись «малой кровью». Ведь у Пушкина готов опытный образец его твердотопливного двигателя в 25 кило весом: я его в репортаже верчу в руках (http://rutube.ru/video/0f7acb62c92abff7f49c12b382c26b3e/ - 55 минута 55 секунда передачи). Как утверждает сам изобретатель, этот агрегат дал на испытательном стенде тягу в 6-10 тонн. Значит, здесь можно снова снарядить этот движок шашками твердого топлива и проверить на стенде. Если мы увидим заявленные Пушкиным параметры, то это – действительно прорыв. Если нет – попрощаемся с ним.

Если же успех, то можно построить некий демонстратор с резонансно-рефлекторным двигателем. Можно – катер, можно – что-то летающее. Вадим выдает идею: если пушкинский двигатель действительно работает, можно поставить его на старую метеоракету и пульнуть в космос, на опорную орбиту. Вместе с маленьким аппаратом, который передаст в эфир гимн СССР/РФ. Вот тогда будет резонанс на весь мир. Тем более, что Пушкин уже рисует чертежи Су-27 с его моторами, который в этом варианте вроде бы может выскакивать на высоту в 200 км.

Отличная идея!

Едем к Ростиславу Пушкину уже с нашими научно-техническими экспертами и Вадимом-директором. Ведем только внутреннюю – для служебного пользования – видеосъемку. Разговор длится долго. Очевидно, что очень дешевым эксперимент не получится: Пушкин со своей лабораторией по уши в долгах. Он сидит на территории бывшего детского сада, за долги у него могут отобрать эту недвижимость. Значит, нужно сначала покрыть его пятимиллионные долги.

Договариваемся с Пушкиным об эксперименте. Тем более, что Пушкин сам договорился о стендовых испытаниях в РКК «Энергия». Значит, первый этап сотрудничества – спасение его лаборатории от банкротства и стендовые испытания. И если движок показывает такую большую тягу, то следующий этап – установка его на метеоракету. Или на специально изготовленную ракету с самым простым механизмом стабилизации, благо у одного из наших товарищей есть хорошие связи на одном из тульских оборонных заводах.

Везем Ростислава Пушкина к Сергею-инвестору, уже смотревшему нашу передачу. Он согласен на эксперименты. Подписывается соглашение с Р.Пушкиным, составляется план-график работ. Долги Пушкина гасятся, лаборатория его спасена.

Казалось бы, теперь – только вперед. И тут снова начинаются неприятные «чудеса».

ПОЧЕМУ Я СНОВА ПОЛЮБИЛ БЕРИЮ?

История с Пушкиным и его движком растягивается на полгода. Почему?

Во-первых, Пушкин сразу же начинает изменять график работ. Это выводит из себя. Сроки переносятся все дальше. Во-вторых, он не желает пускать представителей ЗАО «ТНК» на стендовые испытания. Мол, объект режимный. Нас это не устраивает: мы хотим видеть данные испытаний воочию. В конце концов, выясняется: на стендовых испытаниях двигатель Пушкина не дал заявленной тяги – она оказалась во много раз меньше. Да и время работы агрегата тоже оказалось куда короче того, что обещал Пушкин.

Кажется, нужно отказываться от этого направления, как от ложного. Но Пушкин ходит прямиком к Сергею-инвестору и каким-то образом его убалтывает. И тот продолжает давать ему деньги! Все попытки Вадима-директора прекратить этот волюнтаризм разбиваются, как об стену. Поведение инвестора не вписывается ни в какие рамки! Оно полностью иррационально.

Я просто сатанею. Теперь я понимаю всю мудрость подхода к делу Лаврентия Берии и НКВД. Да, в РФ полно изобретателей, которые плачутся о том, что им никто не дает средств, что их давят преступные мафии академиков, что их затирают могущественные промышленные монополии, использующие старые технологии. И если, мол, дать им возможность и средства, то они бы показали настоящий прорыв. Мое мнение: таких людей нужно брать, давать им средства, подписывать с ними график работ – и отправлять в шарашку. По простому принципу: плакал о том, что у тебя нет средств? Подписал график работ? А теперь работай, не отвлекаясь, и отвечай за свои слова. Справился с делом? Вот тебе премии, чины, ордена, свое КБ и заводы, становись законным миллиардером и главой успешной корпорации. Не справился – иди на волю, но с всеобщим оповещением: вот этот товарищ обещал с три короба, но его инновация оказалась блефом.

Нужно поступать именно так. Иначе эта братия будет перемещаться от одного доверчивого спонсора к другому, мешая реальным гениям и иннноваторам. Заляпывая грязью действительно нужных людей.

Японский городовой! К началу 2011-го оказывается, что один из трех приоритетов накрылся медным тазом.

ПОЛЕТ ЩЕЛЕКРЫЛА

А параллельно шла деятельность по самолету Олега Войцеха с щелевым крылом. Войцех – известный ниспровегатель теории Бернулли. (http://www.skibr.ru/trud.php?lang=ru&page=voicehOG). Он утверждает, что его щелевое крыло обладает подъемной силой в 15 раз большей, чем обычное, «по Бернулли».

Наша корпорация «ТНК» финансирует достройку самолета со щелевыми крыльями. Это – легкий двухместный самолетик «Дубна-2М» со стосильным движком и толкающим винтом за хлипкой кабиной пилота. На Дубненском машзаводе делаются для него семищелевые крылья, которые ставятся на место «родных» плоскостей.

Черт, как интересно! Испытания проводим в сентябре 2010 года на одном из летных полей в Тверской области. Съемку ведем, гоняясь за аппаратом по взлетной полосе – Игорь Бощенко ловит аппаратик в объектив камеры.

Первый разбег по полосе обескураживает. Закрылки не выпущены – и машина никак не выказывает фантастической подъемной силы. Второй пробег заставляет заорать от радости: при выпущенных закрылках (тоже щелевых) «Дубна-2М» поднимается в воздух на скорости почти в полтора раза меньшей – на 55-60 км/час. При том, что со щелевым крылом Войцеха аэроплан гораздо тяжелее, чем базовый вариант – 730 кило против 550 кг изначально. То есть, эффект большей подъемной силы щелевых крыльев есть. Пилот после посадки выскакивает из кабины и трясет руку изобретателю. На радостях пишу СМС-ку Сергею-инвестору: есть успех щелекрыла!

Казалось бы, нужно развивать успех. И опять все летит кверх тормашками.

НЕ ВЫДЕРЖАВ ИСПЫТАНИЯ ПЕРВЫМ УСПЕХОМ…

Успех-то успехом, но теперь нужны полноценные испытания самолета.

Во-первых, его взлетно-посадочные характеристики не дотягивают до показателей старого гитлеровского «Шторха» с его однощелевым крылом. Тот еще в 1935 г. мог подниматься в воздух на скорости в 50-170км/ч. Пробег при взлете против ветра в 13км/ч занимал 40 метров, а пробег при том же ветре и использовании тормозов - 15 м.

Во-вторых, неясно, насколько выгодно летать со щелевым крылом, каким получится удельный расход горючего? Ведь у таких плоскостей – повышенное сопротивление.

В-третьих, высоко такая машина летать не сможет из-за проблемы обледенения щелевых крыльев.

В-четвертых, как поведут себя щелевые крылья на разных углах атаки, при выполнении тех или иных фигур пилотажа?

Олег Войцех отвечал: ерунда все это! Летать будем низко – чтобы не было льда на плоскостях. Можно вообще делать «воздушные автобусы». Главное, нужно построить самолет с двумя моторами и более высокой хвостовой балкой. Только так, говорил он, откроются все преимущества крыльев его типа. Зато у новых самолетов окажется громадное преимущество: они взлетать и садиться смогут буквально «на пятачке». В пылу О.Войцех говорит мне: подъемная сила щелевых крыльев такова, что можно сделать воздушный велосипед. Крутит человек педали мини-аэроплана – и летит. Осторожно возражаю: даже тренированный велогонщик не может дать мощности больше полутора лошадиных сил, да и то на короткое время. Любой порыв ветра снесет такой «велоаэроплан» к едрене фене. Но Олег Войцех на это ничего не ответил.

И тут возникает конфликт. Изобретатель заявляет: мне нужны несколько десятков миллионов долларов – строить самолеты нового типа. Руководство же «ТНК» возражает: нужны еще испытания, продувки крыльев и аппарата, снятие множества вопросов. Стороны сбиваются на ругань. По распоряжению Вадима, фактического директора корпорации, начинаются виртуальные «продувки» крыльев с помощью особой программы на мощном компьютере. Часть крыла воспроизводится – и его укрепляют на крыше автомобиля, облепляя датчиками. Авто носится по дороге, аппаратура фиксирует нагрузки на кусочек плоскости. Войцех приходит от этого в ярость: исследования пошли без него.

Он идет к Сергею-инвестору – и тот отпускает его, отдав изобретателю самолетик и снабдив его деньгами на первое время. В итоге погибает очень интересное направление работ. Войцех и по сию пору носится с тем же самым аэропланом, не имея средств на продолжение работ.

Снова с тоской вспоминаю Берию. Черт, вот так бездарно погибло еще одно приоритетное направление! С итоге и мы – на бобах, и Войцех почти ни с чем. Обидно до боли.

«ДЫХАНИЕ ЗЕМЛИ»: ОСТАНОВКА НА ПОРОГЕ

Наконец, развивается третий приоритетный проект: исследование мест, где геолог Владимир Ларин обнаружил выходы природного водорода.

Тема крайне интересная. На такую аномалию накладывается «сетка» из точек зондирования с помощью сейсмографа и газоанализатора. Если теория Ларина верна, то в таких местах, где из недр выходят струи водорода, на сравнительно небольшой глубине могут быть молодые месторождения нефти. А главное – если пробурить скважину (подробности опускаю, ибо это – прерогатива самого Ларина), то водород устремится в нее. То есть, можно получать ценный газ практически без всяких энергозатрат, без дорогого электролиза. Вот тебе дешевое топливо, средство заправки перспективных топливных элементов.

Завязываемся с Лариными, отцом и сыном. Создаем программу «Дыхание Земли». Финансируем экспедицию на одну из аномалий в глухой глубинке. Там ведется детальное – густой «сеткой» - исследование тарелкообразной впадины. Мы с «Нейромир-ТВ» едем снимать ход экспедиции, месим грязь в резиновых сапогах. (К сожалению, эти съемки – собственность инвестора и никогда не пойдут в открытый «эфир»).

И вот поздней осенью 2010 года получены результаты. Что-то в глубине есть. Но что? Теперь нужно одно – бурить скважину на аномалии. Только так можно получить твердое представление о том, что лежит в неглубоких недрах в таких местах. Черт, и опять все останавливается.

Сергей-инвестор отказывается. Бурение – очень дорого, требует массы разрешений и согласований. А не дай бог, там нефть окажется? Тогда вообще караул будет. Судим-рядим. Может быть, предложим руководству Белоруссии бурить на его территории, под прикрытием того государства? По формуле: «От вас – защита, от нас – финансирование бурения»? Тем более, что в Белой Руси подобных аномалий на местности хватает. К тому же, белорусам нефть не помешает (коль она действительно образуется из-за струения водорода), да и просто водород не помешает. Если он начнет течь по скважине, его сразу можно для автономной электростанции использовать: водород в ДВС давно используют.

В общем, пробуем выйти на руководство в Минске. Увы, реакции нет. А в РФ инвестор бурить не решается. Нет сильного государственного прикрытия.

В общем, и этот проект глохнет.

Положение уже к концу 2010 г. становится отчаянным. Пытаюсь доказать Сергею-инвестору: не нужно было вламывать бабки сразу в «чудеса»! Надо сначала взять вполне готовые проекты фирм-«газелей», которые предлагают массу интересного, существующего физически: новые химические составы, лекарства, строительные материалы. У одного Владимира Зернова в его «Российском новому университете» (РОСНОУ) есть гамма хороших продуктов – вплоть до отличных ветроагрегатов-ветропанелей Зураба Отарашвили (http://www.rosnou.ru/candidate/innovations/vetropanel_2009/) до работоспособных агрегатов по производству дешевых нанотрубок (http://video.yandex.ru/users/neuromir-itv/view/255/#). В РОСНОУ, созданном советскими физтеховцами, вообще много прикладных инноваций. Заработаем на них – вложим деньги в НИР и НИОКР .

Но все – тщетно. Сергей замыкается в себе.

Сейчас, вспоминая все это, еще раз понимаю: такие, как ларинский, проекты могло бы двигать именно государственное Агентство передовых разработок. Естественно, в нормальном государстве, а не в расейской имитации государства.