Бунт против деофшоризации

www.km.ru

Руслан Осташко

С точки зрения МЭР, если вывести российские компании из офшоров, это нанесет непоправимый ущерб российскому бизнесу

Министерство экономического развития вполне предсказуемо подняло бунт против процесса деофшоризации российской экономики.

Показателен тот факт, что чиновники этого министерства до такой степени срослись с российской «офшорной аристократией», что готовы бороться против курса, четко обозначенного президентом страны и поддержанного премьер-министром.

Может, Министерство экономического развития скрывает от россиян свое полное название? Может, в правительстве РФ на самом деле окопалось Министерство экономического развития Британских Виргинских островов?

Только таким образом можно объяснить содержание записки, которую подготовили сотрудники министерства и которая «утекла» «Интерфаксу».

Из записки питомцев министра Улюкаева следует вывод о том, что в России деофшоризацию проводить нельзя. Точнее, можно, но только на предприятиях ВПК и в компаниях, «завязанных» на госзаказ, а вот всю остальную экономику нужно от деофшоризации оградить.

Оказывается, с точки зрения МЭР, если вывести российские компании из офшоров и заставить их платить налоги в России, это нанесет непоправимый ущерб российскому бизнесу, инвестиционному климату и способности российских компаний конкурировать на глобальных рынках.

Более того, некоторые направления бизнеса могут вообще исчезнуть, а компании будут страдать от повышенных издержек. Эти «аргументы», которые вызовут несколько минут здорового смеха у любого вменяемого экономиста, следует интерпретировать как циничную и наглую издевку.

Давайте обозначим пару банальных истин, о которых некоторые чиновники и многие «капитаны бизнеса» предпочитают забывать.

Первая банальная истина

Любой бизнес должен играть по правилам общества, в котором он работает. Если бизнесу кажется, что он смог общество «нагнуть», а государственные механизмы поставить на стражу собственных, а не общественных интересов, то эта иллюзия неизбежно заканчивается. Если не банкротством, то национализацией. Если не национализацией, то революцией и потом национализацией.

Одно из требований общества к бизнесу – платить налоги по месту «проживания» бизнеса. Кстати, чиновники Министерства экономического развития тоже должны уяснить для себя: налоги – это не «лишние издержки» и не «благотворительность», а условие существования бизнеса на определенной территории.

Право собственности священно лишь настолько, насколько собственник соблюдает правила общества, в котором он живет. Государство периодически напоминает об этом российскому бизнесу, но будет лучше для всех, если бизнес изменит собственный менталитет. Деофшоризация как раз поможет в этом вопросе.

Вторая банальная истина

Причин работать в офшорах всего несколько: уход от налогообложения, сокрытие реальных владельцев и попытка гарантировать сохранность собственности. Зачем скрывать реальных владельцев компаний? Страна должна знать своих героев!

Если компании нечего скрывать, если она хорошо себя ведет, создает рабочие места, платит налоги и активно работает на благо страны, то зачем владельцу или владельцам прятаться за номинальными акционерами и директорами? Зачем?

А вот если владелец компании только и занимается, что политической деятельностью, направленной на получение привилегий для своего бизнеса, тогда необходимость анонимизации через офшор становится очевидной. Нужен ли нам, россиянам, такой бизнес? Нет, не нужен. И президент говорит, что не нужен. И премьер. А вот чиновникам из МЭР он чем-то очень нравится, и несложно догадаться, чем именно.

Отдельно нужно остановиться на защите прав собственности. Если после массированной и абсолютно незаконной экспроприации на Кипре, после пророческой фразы Путина о том, что «замучаетесь по судам пыль глотать», находятся бизнесмены, готовые доверить свои активы западной правовой системе, то им не то что управление большими компаниями нельзя доверить, у них водительские права нужно отбирать. Слишком глупые люди за рулем, неважно, автомобиля или корпорации, представляют опасность для общества.

Интересно, а лишение какого из трех преимуществ работы в офшорах должно, по версии Минэкономразвития, привести к понижению конкурентоспособности российских компаний?

Получается, если заставить российские компании платить налоги, раскрывать владельцев и фиксировать право собственности в российской юрисдикции, то алюминий будет выплавляться хуже, нефть – качаться медленнее, а удои коров в агрохолдингах резко упадут?

Я консерватор. Я за то, чтобы право собственности было священным, я за то, чтобы бизнесмены, которые создают рабочие места, двигают вперед экономику и развивают науку, пользовались в обществе авторитетом и уважением. Труд, в том числе предпринимательский, должен быть вознагражден деньгами и общественным уважением.

Проблема в том, что «офшорная аристократия», которую так рьяно защищают карманные чиновники из Министерства экономического развития Белиза, Панамы и Сейшельских островов, не имеет к настоящему бизнесу никакого отношения. Слишком часто вместо реального бизнеса имеется нехитрая схема: актив, доставшийся в лихих 90-х, эксплуатируется нещадно, без долгосрочных инвестиций и продуманной стратегии развития.

Денежные потоки выводятся в офшор, там же фиксируется собственность, а в качестве «запасного аэродрома» покупается недвижимость в Лондоне вместе с видом на жительство в какой-нибудь западной стране. Когда рынок обваливается, а актив находится на последнем издыхании, «бизнесмен» прячет подальше свои либеральные воззрения насчет невмешательства государства в экономику и идет шантажировать правительство.

Шантаж прост: «Если не дадите мне денег, у вас будет социальный взрыв и десятки тысяч безработных». Страдания этой категории «бизнесменов», для которых деофшоризация действительно является большой проблемой, не только не вызывают сочувствия, но вызывают у нормальных бизнесменов чувство глубокого морального удовлетворения.

Хочу закончить на оптимистичной ноте. Деофшоризации – быть. Тому порукой твердый курс президента. А «офшорная аристократия» потихоньку уйдет в небытие и будет вместе с некоторыми экс-чиновниками писать мемуары из Лондона или Мордовии. Тут уж как повезет.

 

В. Катасонов. Никаких уговоров. «Долг Родине» с олигархов надо брать «добровольно-принудительно»

В очередной раз говоря о деоффшоризации, Путин лукавит, либо у него нет реальных рычагов управления

В ознаменование Дня шахтера президент В. Путин проинспектировал наиболее значимый для российской угольной промышленности Кузбасс. Здесь он не только посетил ряд объектов, но и провел совещание по проблемам развития ТЭК. В ходе обсуждения президент вновь поднял вопрос об «оффшорной юрисдикции», в которой находятся бенефициары львиной доли предприятий добывающего сектора. Кроме того, он вновь заявил о том, что необходимо разрабатывать понятную тарифную политику, «заканчивать с бюрократизмом», чтобы создать более благоприятную ситуацию для тех, кто занимается добычей ресурсов в России. Однако, никакими экономическими поблажками и уговорами, пусть и со стороны президента, ситуацию не изменить. А реальный перелом возможен лишь путем жестких «добровольно-принудительных» мер.

Россия в руках «либералов» остается страной, основой экономики которой является добыча и экспорт полезных ископаемых, в первую очередь, энергоносителей. На угольный сектор здесь зачастую обращают меньше внимание, но этот вид сырья до сих пор остается основным для российских энергогенерирующих мощностей. Буквально на следующий день после совещания были озвучены планы по строительству крупных электростанций на Дальнем Востоке и в Калининградской области. При этом на экспорт приходится около трети добываемого угля или более 100 млн. т ежегодно.

Напоминаю, что в предвыборных обещаниях В.Путина деоффшоризация российской экономики, была обозначена как приоритетная задача. Уже прошло достаточно много времени, я внимательно слежу за тем, как выполняется это обещание, но не вижу, к сожалению, никаких реальных подвижек.

Повторенные вновь слова президента лишний раз наводят на мысль о том, что либо Путин лукавит, либо у него нет реальных рычагов управления экономическими и политическими процессами в стране. Проблема оффшоров намного более серьезна для России, чем проблема оффшоров даже для американской или европейской экономики по той простой причине, что они в оффшоры выводят в основном прибыли для уклонения от уплаты налогов, а у нас уводятся сами активы.

По моим оценкам $20-25 трлн. активов российской экономики находится на балансе оффшорных компаний. Это очень серьезный момент. Становится непонятно, а чем вообще управляет наше Правительство, если все активы находятся в оффшорах. Чем занимается, скажем, господин  Улюкаев, который возглавил Министерство экономического развития.

Президент мог бы издать указ, который обязал бы всех держателей оффшорных компаний провести перерегистрацию, например, в месячный срок, а в отношении активов тех, кто не выполнит условия, провести национализацию. Все достаточно просто с технической точки зрения. Понятно, что это вызовет дикий вой, в том числе, на Западе, потому что фактически через оффшоры происходило управление экономическими процессами в нашей стране. Легких решений тут быть не может, но первый шаг надо сделать, и он достаточно прост и очевиден. Однако, судя по тому, что прошло уже 1,5 года с первых серьезных заявлений Путина, а ничего пока не сделано можно предложить две версии: либо это был политический пиар, либо отсутствие реальной власти у президента.

Мы видим, что практически все лица, принимающие решения, олигархи, находятся под наблюдением, под электронным колпаком. Нет никаких иллюзий насчет того, что на наших руководителей, на наших олигархов собирается различного рода компромат. Поэтому, я не исключаю, что    происходит такая тихая трансформация собственности на оффшорные активы, мы просто не видим этой закулисной стороны. Тут уместно вспомнить роман Ильфа и Петрова «Золотой теленок», когда Остап Бендерпришел к Александру Ивановичу Корейко и предложил ему купить за миллион небольшую папочку. Сегодня бумажных папочек уже нет, есть электронные досье, и это остается очень эффективным способом перераспределения активов от наших олигархов каким-то зарубежным олигархам (т.е.процесс по глобальной конфискации национальных богатств – прим.ред.). Такой сравнительно законный способ отъема активов, к тому же, благородный, без мордобоя, без кровопролития, тихий и спокойный.