Сообщения
Дмитрий Минин
Oтказавшись от соглашения с ЕС, Украина «увернулась от пули»
Страсти, кипящие на Западе вокруг отсрочки с подписанием Украиной Cоглашения об ассоциации с Евросоюзом, поражают иррациональностью и полным отсутствием логики. Давно установлено, что Cоглашение об ассоциации с ЕС ничего не дает Украине в экономическом плане – в отличие от органичной для нее интеграции в Таможенный союз (ТС) с Россией. И все равно предложенная Брюсселем подачка Киеву в размере 610 миллионов евро рекламируется как щедрый дар, а многомиллиардная выгода, которая возникнет для Украины в случае ее вступления в ТС, объявляется «подкупом». Западные политики приветствуют хаос в центре Киева, и такая безответственность уже никого в Брюсселе не смущает, никто там даже не думает предлагать хоть что-нибудь похожее на помощь больной украинской экономике…
А и в самом деле – с чего Западу спасать Украину? В западных столицах озабочены только тем, чтобы не допустить дальнейшего сближения Украины с Россией. Среди западных decisionmakers в ходу парадигма Бжезинского. Еще в 1997 году в книге «Великая шахматная доска» Збигнев Бжезинский писал: «Без Украины Россия перестает быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем подчиненной, Россия автоматически превращается в империю… Новый мировой порядок при гегемонии США создается против России и на обломках России. Украина для нас – это форпост Запада против восстановления Советского Союза».
Главной целью ассоциации Украины с ЕС является не благополучие украинских граждан, а решение геополитической задачи, смысл которой – ослабление России. При этом о судьбе самой Украины Бжезинский обычно умалчивал, ограничиваясь призывом превратить ее в «форпост Запада». Зато один из его последователей, руководитель «частной разведывательно-аналитической службы» Stratfor Джордж Фридман, дополнил представление о будущем Украины, заметив, что она непременно вольется в состав будущей «Четвертой Речи Посполитой» со столицей в Варшаве. Подобное, видимо, грезилось и поляку Бжезинскому.
Такие идеи, при всем их упрощенчестве, маргинальными не назовешь. Парадигма Бжезинского стала аксиомой западной политической мысли. Так же аксиоматичны в рамках этого мышления враждебность по отношению к России и принесение Украины в жертву.
Известный политолог Дэвид Фрам пишет: «Чтобы восстановить Советский Союз, абсолютно необходима одна вещь: восстановление контроля Москвы над Украиной... Без Украины с ее почти 46-миллионным населением и богатыми природными ресурсами Россия – большая и сильная страна, но не сверхдержава». Анахроничность такого хода мысли была подмечена обозревателем журнала «Форбс», подчеркнувшим, что на самом деле «Украина – не актив, а пассив, причем очень крупный». Это страна, в которую необходимо влить много ресурсов, чтобы она встала на ноги. Есть основания думать, что «поглощение Украины даже ослабило бы российские возможности, так как России пришлось бы напрямую субсидировать слабую и неэффективную украинскую экономику. Присоединение Украины не сделает Россию большей сверхдержавой, чем она есть», – пишет «Форбс».
Тем более что все крики о «поглощении» – это беззастенчивая манипуляция общественным мнением: на самом деле речь идет о сближении взаимозависимых экономик двух стран; причем такое сближение оставляет больший простор для суверенных решений каждой страны, нежели это имеет место в Евросоюзе. Не идет речь и об умножении военного могущества России за счет Украины. Таможенный союз – это не Организация Договора коллективной безопасности. Да и особо нечего Украине к военному потенциалу России добавить. Российский флот в Севастополе уже стоит, а остальные проблемы Москва решит сама.
Профессор политологии Род-Айлендского университета Николас Петро пишет в The New York Times, что, заставляя Украину выбирать между Россией и Европой, «европейские переговорщики с самого начала всеми силами делали из ассоциации с ЕС тест на преданность». Во-первых, они отвергли идею совместимости ассоциации в ЕС с членством в Таможенном союзе. Во-вторых, в Брюсселе напирали на то, что Украине предстоит сделать «цивилизационный выбор», всячески затушевывая то обстоятельство, что экономический вклад России в развитие Украины уже сегодня в разы превышает все, что в состоянии предложить Евросоюз.
Контраст разительный, говорит Николас Петро: ЕС предлагает Украине отказаться от общего культурного наследия, принять непопулярную либеральную программу, ослабить экономическую и юридическую автономию государства. Россия, со своей стороны, предлагает сближение на основе существующих культурных связей, повышение конкурентоспособности отраслей промышленности, интеграцию в мировую экономику соединенными усилиями.
«Разумнее спросить не почему Украина не подписала Соглашение об ассоциации, а почему это вообще показалось ее руководству удачной затеей»? – заключает Николас Петро.
Не скрывает своего недоумения по поводу позиции украинского руководства и доцент политологии Пенсильванского университета Джулия Грей. Ведь с экономической точки зрения сейчас Украине больше может дать укрепление связей с Востоком, чем с Западом… Украина – житница Центральной Европы, но действующая в Евросоюзе схема сельскохозяйственных субсидий такова, что для украинских продуктов практически нет места на европейском рынке. Кроме того, Украина задолжала кредитовавшим ее российским банкам около 20 миллиардов долларов, а ухудшение отношений с Россией может поставить это финансирование под угрозу. Сейчас объем украинского экспорта во все страны Евросоюза составляет приблизительно 17 миллиардов долларов, и столько же Украина экспортирует в одну Россию. При этом значительная часть вывоза Украины в Европу – реэкспорт все тех же российских углеводородов. Лишившись российского рынка, Украина потеряет примерно 20% своего ВВП. А что касается газа, то он жизненно важен для украинской экономики и для стабильности страны. Россия почти на две трети обеспечивает потребности Украины в газе, поставляя ей более 65 миллиардов кубометров голубого топлива. Украинская экономика самым тесным образом переплетена с российской, и независимо от того, кто будет у власти на Украине, ее правительству будет трудно «выбрать» Запад, не восстановив против себя значительную часть граждан и не повредив экономике.
Oтказавшись от соглашения с ЕС, Украина «увернулась от пули», пишет Стивен Лендман на страницах Global Research.
Следует отметить, конечно, и то, что Россия не выступает против сближения Украины с Евросоюзом: Россия предлагает понять, на каких условиях это сближение будет осуществляться. Весь опыт интеграции постсоветских стран в мировую экономику свидетельствует: кто спешил и действовал в одиночку, в итоге проиграл, ибо вынужден был идти на значительные уступки и многим жертвовать, как это было, например, с вступлением в ВТО. Будущий Евразийский экономический союз неизбежно придет к кооперации с Европой, но на более выгодных условиях, чем это могли бы сделать входящие в него отдельные страны. На фоне обостряющейся в мире конкуренции в Брюсселе рано или поздно должны будут понять, что развитие тесных связей с таким крупным хозяйственным пространством, как постсоветская Евразия, для Евросоюза гораздо выгоднее конфронтации.
Сейчас в Европе, помимо негодования по поводу отказа Киева от подписания Cоглашения об ассоциации с ЕС, слышны и заметные вздохи облегчения. Проект «Объединенная Европа» по уши погряз в собственных проблемах. Евросоюзу, и в первую очередь Германии, скоро снова придется раскошеливаться на Грецию, Португалию и кого-нибудь еще. Не случайно поэтому в Берлине, Париже и других столицах ЕС выражение «усталость от Украины» стало расхожим.
Австрийский журнал Contra Magazin отмечает еще один аспект предвзятой позиции Запада по отношению к Украине – неразборчивую поддержку там крайних националистов, которых всегда было принято считать персонами нон грата. Стремление найти опору в антироссийских силах заставляет западных политиков забыть о таких понятиях, как «демократия» и «правовое государство». И это в то время, когда в Европе постоянно слышишь, что демократия находится в опасности, что националистические партии повсюду усиливают свое влияние! «В случае Украины, – замечает Contra Magazin, – конечно же, все совсем иначе. Нигде нет ни слова об украинской партии (имеется в виду «Свобода» Олега Тягнибока. – Прим. авт.), которая дружна с Национал-демократической партией Германии, которую не сегодня-завтра могут запретить. А все потому, что эта украинская партия выступает за Европу и против России. На самом деле здесь речь идет не о демократии, правовом государстве или людях на Украине. Нет, здесь речь идет исключительно о геополитике и экономических интересах».
Страсти, кипящие на Западе вокруг отсрочки с подписанием Украиной Cоглашения об ассоциации с Евросоюзом, поражают иррациональностью и полным отсутствием логики. Давно установлено, что Cоглашение об ассоциации с ЕС ничего не дает Украине в экономическом плане – в отличие от органичной для нее интеграции в Таможенный союз (ТС) с Россией. И все равно предложенная Брюсселем подачка Киеву в размере 610 миллионов евро рекламируется как щедрый дар, а многомиллиардная выгода, которая возникнет для Украины в случае ее вступления в ТС, объявляется «подкупом». Западные политики приветствуют хаос в центре Киева, и такая безответственность уже никого в Брюсселе не смущает, никто там даже не думает предлагать хоть что-нибудь похожее на помощь больной украинской экономике…
А и в самом деле – с чего Западу спасать Украину? В западных столицах озабочены только тем, чтобы не допустить дальнейшего сближения Украины с Россией. Среди западных decisionmakers в ходу парадигма Бжезинского. Еще в 1997 году в книге «Великая шахматная доска» Збигнев Бжезинский писал: «Без Украины Россия перестает быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем подчиненной, Россия автоматически превращается в империю… Новый мировой порядок при гегемонии США создается против России и на обломках России. Украина для нас – это форпост Запада против восстановления Советского Союза».
Главной целью ассоциации Украины с ЕС является не благополучие украинских граждан, а решение геополитической задачи, смысл которой – ослабление России. При этом о судьбе самой Украины Бжезинский обычно умалчивал, ограничиваясь призывом превратить ее в «форпост Запада». Зато один из его последователей, руководитель «частной разведывательно-аналитической службы» Stratfor Джордж Фридман, дополнил представление о будущем Украины, заметив, что она непременно вольется в состав будущей «Четвертой Речи Посполитой» со столицей в Варшаве. Подобное, видимо, грезилось и поляку Бжезинскому.
Такие идеи, при всем их упрощенчестве, маргинальными не назовешь. Парадигма Бжезинского стала аксиомой западной политической мысли. Так же аксиоматичны в рамках этого мышления враждебность по отношению к России и принесение Украины в жертву.
Известный политолог Дэвид Фрам пишет: «Чтобы восстановить Советский Союз, абсолютно необходима одна вещь: восстановление контроля Москвы над Украиной... Без Украины с ее почти 46-миллионным населением и богатыми природными ресурсами Россия – большая и сильная страна, но не сверхдержава». Анахроничность такого хода мысли была подмечена обозревателем журнала «Форбс», подчеркнувшим, что на самом деле «Украина – не актив, а пассив, причем очень крупный». Это страна, в которую необходимо влить много ресурсов, чтобы она встала на ноги. Есть основания думать, что «поглощение Украины даже ослабило бы российские возможности, так как России пришлось бы напрямую субсидировать слабую и неэффективную украинскую экономику. Присоединение Украины не сделает Россию большей сверхдержавой, чем она есть», – пишет «Форбс».
Тем более что все крики о «поглощении» – это беззастенчивая манипуляция общественным мнением: на самом деле речь идет о сближении взаимозависимых экономик двух стран; причем такое сближение оставляет больший простор для суверенных решений каждой страны, нежели это имеет место в Евросоюзе. Не идет речь и об умножении военного могущества России за счет Украины. Таможенный союз – это не Организация Договора коллективной безопасности. Да и особо нечего Украине к военному потенциалу России добавить. Российский флот в Севастополе уже стоит, а остальные проблемы Москва решит сама.
Профессор политологии Род-Айлендского университета Николас Петро пишет в The New York Times, что, заставляя Украину выбирать между Россией и Европой, «европейские переговорщики с самого начала всеми силами делали из ассоциации с ЕС тест на преданность». Во-первых, они отвергли идею совместимости ассоциации в ЕС с членством в Таможенном союзе. Во-вторых, в Брюсселе напирали на то, что Украине предстоит сделать «цивилизационный выбор», всячески затушевывая то обстоятельство, что экономический вклад России в развитие Украины уже сегодня в разы превышает все, что в состоянии предложить Евросоюз.
Контраст разительный, говорит Николас Петро: ЕС предлагает Украине отказаться от общего культурного наследия, принять непопулярную либеральную программу, ослабить экономическую и юридическую автономию государства. Россия, со своей стороны, предлагает сближение на основе существующих культурных связей, повышение конкурентоспособности отраслей промышленности, интеграцию в мировую экономику соединенными усилиями.
«Разумнее спросить не почему Украина не подписала Соглашение об ассоциации, а почему это вообще показалось ее руководству удачной затеей»? – заключает Николас Петро.
Не скрывает своего недоумения по поводу позиции украинского руководства и доцент политологии Пенсильванского университета Джулия Грей. Ведь с экономической точки зрения сейчас Украине больше может дать укрепление связей с Востоком, чем с Западом… Украина – житница Центральной Европы, но действующая в Евросоюзе схема сельскохозяйственных субсидий такова, что для украинских продуктов практически нет места на европейском рынке. Кроме того, Украина задолжала кредитовавшим ее российским банкам около 20 миллиардов долларов, а ухудшение отношений с Россией может поставить это финансирование под угрозу. Сейчас объем украинского экспорта во все страны Евросоюза составляет приблизительно 17 миллиардов долларов, и столько же Украина экспортирует в одну Россию. При этом значительная часть вывоза Украины в Европу – реэкспорт все тех же российских углеводородов. Лишившись российского рынка, Украина потеряет примерно 20% своего ВВП. А что касается газа, то он жизненно важен для украинской экономики и для стабильности страны. Россия почти на две трети обеспечивает потребности Украины в газе, поставляя ей более 65 миллиардов кубометров голубого топлива. Украинская экономика самым тесным образом переплетена с российской, и независимо от того, кто будет у власти на Украине, ее правительству будет трудно «выбрать» Запад, не восстановив против себя значительную часть граждан и не повредив экономике.
Oтказавшись от соглашения с ЕС, Украина «увернулась от пули», пишет Стивен Лендман на страницах Global Research.
Следует отметить, конечно, и то, что Россия не выступает против сближения Украины с Евросоюзом: Россия предлагает понять, на каких условиях это сближение будет осуществляться. Весь опыт интеграции постсоветских стран в мировую экономику свидетельствует: кто спешил и действовал в одиночку, в итоге проиграл, ибо вынужден был идти на значительные уступки и многим жертвовать, как это было, например, с вступлением в ВТО. Будущий Евразийский экономический союз неизбежно придет к кооперации с Европой, но на более выгодных условиях, чем это могли бы сделать входящие в него отдельные страны. На фоне обостряющейся в мире конкуренции в Брюсселе рано или поздно должны будут понять, что развитие тесных связей с таким крупным хозяйственным пространством, как постсоветская Евразия, для Евросоюза гораздо выгоднее конфронтации.
Сейчас в Европе, помимо негодования по поводу отказа Киева от подписания Cоглашения об ассоциации с ЕС, слышны и заметные вздохи облегчения. Проект «Объединенная Европа» по уши погряз в собственных проблемах. Евросоюзу, и в первую очередь Германии, скоро снова придется раскошеливаться на Грецию, Португалию и кого-нибудь еще. Не случайно поэтому в Берлине, Париже и других столицах ЕС выражение «усталость от Украины» стало расхожим.
Австрийский журнал Contra Magazin отмечает еще один аспект предвзятой позиции Запада по отношению к Украине – неразборчивую поддержку там крайних националистов, которых всегда было принято считать персонами нон грата. Стремление найти опору в антироссийских силах заставляет западных политиков забыть о таких понятиях, как «демократия» и «правовое государство». И это в то время, когда в Европе постоянно слышишь, что демократия находится в опасности, что националистические партии повсюду усиливают свое влияние! «В случае Украины, – замечает Contra Magazin, – конечно же, все совсем иначе. Нигде нет ни слова об украинской партии (имеется в виду «Свобода» Олега Тягнибока. – Прим. авт.), которая дружна с Национал-демократической партией Германии, которую не сегодня-завтра могут запретить. А все потому, что эта украинская партия выступает за Европу и против России. На самом деле здесь речь идет не о демократии, правовом государстве или людях на Украине. Нет, здесь речь идет исключительно о геополитике и экономических интересах».
Окончание следует...
Комментариев нет:
Отправить комментарий