Трансатлантическая интеграция: скандал накануне старта

Валентин Катасонов

Одна из новых тем мировых СМИ – трансатлантическая торгово-экономическая интеграция США и стран Европейского союза. Интеграция в виде создания зоны свободной (беспошлинной) торговли (ЗСТ или TAFTA - Transatlantic Free Trade Area). Этому проекту журналисты уже успели дать броское название – «экономическая» НАТО. Тема достаточно новая. Впервые она прозвучала в мировых СМИ в 2011 году.

ПЛАН ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ «ЗОЛОТОГО МИЛЛИАРДА»

Но в последние полгода все стало развиваться со стремительной скоростью. В феврале с.г. президент США Барак Обама и Председатель Европейской комиссии Жозе Мануэл Баррозу заявили о готовности начать переговоры по созданию ЗСТ. В июне с.г. на встрече «восьмерки» в Ирландии была озвучена дата начала переговоров – 8 июля 2013 года.

Отмена таможенных пошлин и снятие различных ограничений может дать серьезный дополнительный импульс экономическому развитию Европы и Америки. Правда, таможенные пошлины между ЕС и США и сейчас уже весьма низкие: они составляют в среднем от 5 до 7 процентов. Но если учесть, что ежегодно через Атлантику перемещаются товары более чем на полтриллиона евро, то сразу становится ясно: нагрузка на бизнес исчисляется миллиардами. Например, европейские химические компании за экспорт своей продукции в США перечислили в американскую казну в виде пошлин в 2010 году 700 миллионов евро. В свою очередь американские химические компании заплатили в Европе порядка 1 миллиарда евро.

Оценки позитивного влияния трансатлантической интеграции на экономику противоречивы. Официальные представители США и ЕС называют различные цифры ожидаемого прироста ВВП и экспорта обеих сторон, рост занятости, снижение бюджетных дефицитов. Так, мировые СМИ часто приводят цифры, оглашенные премьер-министром Великобритании Дэвидом Кемероном. На последней встрече «восьмерки» он заявил, что соглашение о зоне свободной торговли даст Евросоюзу через несколько лет прирост ВВП в размере 100 млрд. фунтов стерлингов (около 157 млрд. долларов), США — в 80 млрд. фунтов, а остальному миру — в 85 млрд. По оценкам Торговой палаты США, упразднение трансатлантических тарифов в течение пяти лет обеспечит рост оборота между США и ЕС более чем на 120 млрд. долларов. Председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу заявил, что заключение договора позволит увеличить валовой внутренний продукт ЕС на полпроцента. "Это означает многие миллиарды евро в год и создание десятков тысяч новых рабочих мест", - подчеркнул глава "европейского правительства".

Конечно, цели сторон имеют не чисто экономические цели. Соглашение о зоне свободной торговли должно в целом укрепить позиции дряхлеющей западной цивилизации перед натиском стран, находящихся за пределами зоны «золотого миллиарда». Речь идет, в первую очередь о Китае, странах БРИКС, некоторых других государствах с развивающимися экономиками. Европейцев эти геополитические цели волнуют меньше, а вот для США – «старшего брата» - эти цели находятся на первом месте. Президент США Барак Обама уже несколько раз в разных вариантах повторял, что соглашение между США и ЕС не только откроет более широкий доступ американским компаниям на европейский рынок, простимулирует экспорт, увеличит занятость населения и благоприятно повлияет на бюджетный дефицит, но и изменит стратегические отношения США с Азией. Впрочем, политические цели трансатлантической торговой интеграции Вашингтон предпочитает не выпячивать.


СКЕПТИКИ И ПРОТИВНИКИ ЗСТ

Не у всех политиков, бизнесменов и экспертов отношение к планируемому соглашению восторженное и даже позитивное.

Во-первых, по обе стороны Атлантики имеются скептики. Они не отрицают некоторого позитивного эффекта интеграции на экономику США и ЕС. Но считают оглашаемые цифры ожидаемого прироста торговли, ВВП, занятости завышенными. Даже если не брать под сомнение обнародованные оценки, этих приростов явно недостаточно для того, чтобы вытянуть экономику «золотого миллиарда» из ямы затянувшегося кризиса.

Во-вторых, в Европе есть силы, которые опасаются соглашения о свободной торговле с США. Речь идет о тех политиках и общественных деятелях, которые в целом не желают усиления позиций «старшего брата». После второй мировой войны Вашингтон поставил под свой контроль военную политику и вооруженные силы Западной Европы, используя для этого механизмы атлантического военно-политического блока НАТО. Политическая оппозиция в Европе рассматривает трансатлантическое соглашение о свободной торговле как «экономическую» версию НАТО, такое соглашение окончательно лишит Европу суверенитета. Для переговоров с США, как считают оппозиционные европейские политики, выбран самый неудачный момент. Европейский союз переживает кризис (долговой, бюджетный экономический), в этих условиях Вашингтону будет легче добиваться односторонних преимуществ в ходе переговоров.

Многие СМИ достаточно упрощенно представляют будущее соглашение. Мол, сторонам надо будет лишь договориться о полной отмене всех импортных пошлин, обеспечив абсолютно свободную циркуляцию товаров и услуг в трансатлантическом экономическом пространстве. Но при этом остаются многочисленные нетарифные инструменты защиты рынков и средства поддержки экспортеров. Это: экологические и социальные стандарты, бюджетные субсидии, налоги (налоговые льготы и налоги, выполняющие функции импортных пошлин), условия доступа к кредитным ресурсам и т.п.

В мировой экономике позиции отдельных стран на международных рынках в первую очередь определяются возможностями их «печатных станков», т.е. центральных банков, выполняющих функции эмиссионных центров. В рамках «экономической» организации НАТО у Вашингтона будет такое оружие, как Федеральная резервная система. При всех ее слабостях и недостатках она имеет больший потенциал, чем Европейский центральный банк.

В европейских СМИ довольно часто упоминается такая угроза, как окончательный захват европейского рынка киноиндустрии американским Голливудом. Весьма скептически в Европе к готовящемуся соглашению относятся защитники прав потребителей, а также экологи. Депутат европарламента от французской партии "зеленых" Янник Жадо предупреждает о тех товарах, которые могут хлынуть из США в Европу: "Мы не желаем генетически модифицированных продуктов питания, выращенную на гармонах говядину, дезинфицированное хлором мясо". В вопросе о критериях безопасности, которым должны отвечать продукты питания, представления европейцев и американцев существенно расходятся.

В-третьих, крайне настороженно к планам Вашингтона и Брюсселя по созданию трансатлантической зоны свободной торговли относятся страны, которые окажутся за ее пределами. В случае реализации планов на указанную зону будет приходиться примерно 50% мирового ВВП (помимо США и стран ЕС в нее также войдут Канада и Мексика, которые сейчас являются членами Североамериканской зоны свободной торговли). Скорее всего, к новой интеграционной группировке присоединятся также Австралия и Новая Зеландия. Таким образом, трансатлантическая зона свободной торговли будет полностью совпадать с зоной обитания «золотого миллиарда». Произойдет торгово-экономическая консолидация «золотого миллиарда», которая неизбежно осложнит возможности экономического развития всех «внешних» стран – Китая, других стран БРИКС, Японии. От предложений России создать «единое экономическое пространство» от Лиссабона до Владивостока наши европейские «друзья» вежливо отказались. Да и о чем говорить с Россией, если она уже столько лет говорит о евразийской торгово-экономической интеграции с участием стран ближнего зарубежья, а воз и ныне там?


ШПИОНСКИЙ СКАНДАЛ

Лишь только было принято решение о дате начала переговоров по созданию ЗСТ, как начался известный «шпионский скандал», связанный с именем Эдварда Сноудена, работавшего в течение ряда лет со спецслужбами США. Им были обнародованы данные о сборе американскими спецслужбами (Центральным разведывательным управлением, Агентством национальной безопасности США) информации о гражданах других стран. В первую очередь, о гражданах стран, входящих в Европейский союз

Изначально Вашингтон утверждал, что прослушивание телефонных разговоров и слежка за онлайн-перепиской велась в отношении лишь рядовых иностранцев и только с целью предупреждения террористических актов. Однако оказалось, что американцы лукавят - под такую «антитеррористическую проверку» подпадали и высокие чиновники ЕС и отдельных стран, входящих в ЕС.

Слежка велась всего за 38 объектами — в том числе, штаб-квартирой Евросовета в Брюсселе, дипмиссиями ЕС и посольствами ряда европейских стран в США. Среди них — представительства Франции, Греции, Италии. Более всего американские спецслужбы интересовались французами и немцами: ежедневно они отслеживали около 2 млн. французских и 15 млн. немецких звонков.

Объяснений от Вашингтона уже потребовали официальные Париж и Берлин. А глава Европарламента Мартин Шульц заявил, что если информация подтвердится, это «нанесет серьезный ущерб отношениям Европейского союза и США». Главная же угроза, по заявлению представителя ЕС по вопросам юстиции Вивиан Рединг, нависла над переговорами по заключению договора о создании зоны свободной торговли между ЕС и США. По ее словам, «партнеры друг за другом не шпионят».


ШПИОНАЖ ПРОТИВ «СОЮЗНИКОВ» КАК НОРМА «ЦИВИЛИЗОВАННОГО МИРА»

Как говорится: «Ничто не ново под луной». И нынешний «шпионский скандал» - лишь одна из иллюстраций того, что в «цивилизованном мире» давно уже стало нормой. Достаточно вспомнить периодически возникавшие утечки информации о функционировании технической разведывательной системы «Эшелон». Она была создана на основе секретного пакта, заключенного между разведслужбами США, Великобритании, Австралии, Канады и Новой Зеландии. «Эшелон» - самая крупная в мире система прослушивания и перехвата телефонных разговоров, факсов и электронной почты, способная улавливать до 100 миллионов переговоров в месяц. Инициатором подписания пакта и создания этой системы выступило Агентство национальной безопасности США. Станции перехвата расположены по всему миру — на американских военных базах в Германии, в Тихом океане и в Гонконге. На территории Англии расположены перехватывающие и транзитные станции.

Обработка перехваченной информации осуществляется по принципу ключевых слов. При необходимости подпрограмме, которая называется «Словарь», задается необходимое ключевое слово, например «микропроцессор», и начинается поиск по всему накопленному банку данных перехваченных телефонных переговоров, факсов и сообщений электронной почты. После останется только прослушать, кто, кому и по какому поводу говорил это слово. По оценке независимых западных экспертов, в более чем 80 процентах случаев результаты этой деятельности используются для промышленного шпионажа. «Эшелон» - система информационного слежения за всем миром в интересах даже не всего «золотого миллиарда», а лишь так называемого «англосаксонского сообщества». Для этого сообщества все европейцы (кроме англичан) – объекты наблюдения и конкуренты. Вот лишь один пример. В 1995 году в прессу просочилась информация о том, что АНБ с помощью системы «Эшелон» перехватывало все факсы и телефонные звонки между европейским консорциумом «Airbus» и Саудовской национальной авиакомпанией. В результате этого были получены сведения о том, что сотрудники «Airbus» предлагали саудитам за заключение б-миллиардного контракта значительные суммы в качестве взятки. АНБ передало данную информацию правительственным чиновникам США, которые сумели убедить своих коллег в Саудовской Аравии отдать 6-миллиардный контракт «Боингу» и «МакДоннел Дуглас К».

Известный немецкий специалист в области разведки и шпионажа Кай Хиршман опубликовал в 2004 году в Германии книгу «Секретные службы», в которой немалое внимание уделил вопросам экономической разведки[1]. Ключевые положения его книги сводятся к следующему.

Во-первых, после окончания «холодной» войны деятельность западных спецслужб переориентировалась на экономические вопросы, приоритетным направлением разведки стало экономическое. Борьба с терроризмом - также важное направление разведывательной деятельности государственных спецслужб, но по значимости и масштабам операций оно значительно уступает экономической разведке. Так, еще в 90-е годы прошлого века Роберт М. Гейтс (бывший директор ЦРУ США) заявил, что запросы на экономические материалы из ЦРУ превышают по своему количеству все остальные. И почти половина всех заданий разведке, поступающих из 20 главных государственных учреждений, - «экономические по своему характеру».

Во-вторых, экономическая разведка западных спецслужб дополняет экономический и промышленный шпионаж частных корпораций. В конечном счете, западные спецслужбы также работают на интересы частного бизнеса, но между государственными и корпоративными службами разведки существует определенное «разделение труда». Государственные спецслужбы ведут наблюдение за такими объектами, как министерства, ведомства, международные организации, посольства и торговые представительства. Цель такого наблюдения – добывание информации о планируемых изменениях экономической, финансовой, торговой и промышленной политики соответствующих государств. Их интересует также информация о подготовленных позициях делегаций государств на международных переговорах по торгово-экономическим и финансовым вопросам, о противоречиях стран, входящих в различные экономические блоки и союзы, о тайных соглашениях стран (идущих в разрез с действующими международными договорами и соглашениями) и т.п. Конечно, государственные спецслужбы занимаются и промышленным шпионажем, но в основном он ограничивается технологиями военного характера. Государственные разведки работают также по заказам и «наводкам» крупных корпораций. Особенно, когда речь идет о необходимости добиться победы в различных зарубежных тендерах, при получении крупных заказов в других странах.

В-третьих, западные разведки работают не только против тех государств, которые не относятся к союзникам стран «золотого миллиарда» или напрямую объявлены врагами этих стран (типа Северной Кореи, Кубы, Ирана). Они работают и против тех государств, которые считаются их союзниками. Иначе говоря, в зоне «золотого миллиарда» идет «перекрестное» слежения «союзников» друг за другом. И это неизбежно, учитывая, что никто не отменял конкурентную борьбу между государствами и компаниями, находящимися под «зонтиками» соответствующих государств.

В-четвертых, значительная часть информации по линии разведки вообще и экономической разведки в частности стала в современных условиях добываться без применения агентурных методов. Возрастает роль технических средств: прослушивание телефонных разговоров, установка «жучков» в помещениях, автомобилях, на факсовых аппаратах, перехват сигналов на кабельных линиях, хищение информации из компьютеров и серверов, обработка с помощью компьютеров больших массивов информации из интернета, подключение к сетям электронной почты связи по «скайпу» и т.п.

Резюмируя основные положения книги Кая Хиршмана, можно привести следующую цитату из нее: «Все государства уже давно с целью получения экономических преимуществ поручают своим спецслужбам ведение экономического шпионажа. В этом наши “друзья” с Запада ни в чем не отличаются от наших бывших “врагов” с Востока. США исходят из того, что против американской экономики регулярный шпионаж ведут разведки 23 стран, в том числе - все важные европейские державы. Но в международном масштабе ведущую роль в экономическом шпионаже играют сами США. Уже упоминавшийся нами бывший директор ЦРУ Вулси в другой своей речи - на сей раз в “Центре стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies) в июле 1994 года сказал: “Я иногда улыбаюсь, читая в газете, как некоторые предприятия заявляют, будто им не нужна никакая помощь со стороны разведок. Для некоторых из них мы уже спасали по-настоящему большие контракты”. Это верно, если присмотреться к таким делам повнимательнее. И так же, как национальные разведки по поручению своих правительств копаются в экономических секретах на иностранной территории, то, само собой разумеется, они вполне справедливо исходят из того, что и на их собственной земле тем же самым занимаются спецслужбы дружественных и недружественных государств».


ПЕРСПЕКТИВЫ ПЕРЕГОВОРОВ ПО ЗСТ В СВЕТЕ «ШПИОНСКОГО СКАНДАЛА»

Заметим, что книга К. Хиршмана писалась примерно десять лет назад, а высказыванию Вулси скоро будет двадцать лет. Уже тогда «перекрестная» экономическая разведка в зоне «золотого миллиарда» считалась нормой. Поэтому начавшийся летом 2013 года скандал по поводу разведывательной деятельности американских спецслужб против их европейских союзников для специалистов ничего нового не привнес. Просто раньше все разборки по поводу периодически раскрывавшихся случаев незаконного сбора информации проводились за закрытыми дверями. Как говорится, никто не «выносил сор из избы». Сегодня разборка по поводу шпионажа в «благородном семействе» стала достоянием мировой общественности.

Несмотря на многочисленные проявления благородного гнева европейских чиновников из Брюсселя и политических деятелей отдельных стран ЕС, фундаментальных изменений в отношениях между США и Европой ожидать не стоит. Не стоит, в частности, полагать, что запланированные в Вашингтоне на 8 июля с.г. переговоры о создании трансатлантической зоны свободной торговли будут отменены. В лучшем случае они могут быть отложены на неделю-другую для того, что европейцы могли немного «остыть». Такую двухнедельную отсрочку, в частности, предложили первые лица Франции (их высказывания по поводу шпионского скандала отличаются особой жесткостью). Во всей этой истории особенно была унижена Германия: большая часть прослушиваний и перехватов электронной почты и факсов Агентством национальной безопасности США пришлась именно на Германию. С одной стороны, это демонстрирует то, что Германия представляет для США наибольшую экономическую угрозу. С другой стороны, это свидетельствует, что Германия со времен окончания второй мировой войны воспринимается Вашингтоном не как союзник, а как вассал. А. Меркель с самого начала дала понять, что она не собирается отказываться от переговоров или даже переносить их дату. В некоторых публикациях по теме данного скандала присутствует конспирологический оттенок. Делается намек на то, что обнародование Сноуденом данных об американском шпионаже против европейцев было специально задумано противниками создания «экономической» организации НАТО. С целью не допустить создания трансатлантической зоны свободной торговли или, по крайне мере, затормозить процесс переговоров.

Впрочем, после этой истории европейцы действительно получили на руки козырные карты, что позволит им добиться максимально выгодных условий соглашения. Вместе с тем, круг вопросов на переговорах крайне широк. Никто не ожидает, что соглашение будет подписано даже через год. Скорее всего, для «утряски» всех вопросов потребуется не менее двух лет. Особенно серьезным тормозом является то, что любой вопрос европейской стороне придется согласовывать со всеми 27 членами Европейского союза. А за это время может произойти немало других скандалов и событий (например, вторая «волна» мирового финансового кризиса), которые либо ускорят, либо, наоборот затормозят переговорный процесс. А также могут повлиять на соотношение сил договаривающихся сторон.
_________________

[1] Kai Hirschmann “Geheimdienste”, Reihe “Wissen 3000”, Europaeische Verlagsanstalt/ Sabine Groenewold Verlage, Hamburg 2004

Институт высокого коммунитаризма

Настоящее и будущее Евразийской интеграции. Часть первая

 Сергей Глазьев

НЕОБХОДИМОСТЬ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ЕДИНОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА

Евразийская экономическая интеграция — это не только взаимодействие, взаимное приспособление, сотрудничество, объединение национальных хозяйств, но и восстановление, восполнение единства — то есть это новая целостность. Основы евразийской идеологии были заложены более столетия назад в размышлениях Н. С. Трубецкого, которые в дальнейшем разрабатывались целой плеядой крупнейших русских мыслителей: от Петра Савицкого, Николая Алексеева и Льва Карсавина до Льва Гумилёва.

Сегодня процесс евразийской экономической интеграции обычно рассматривается в контексте формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства в рамках Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС).

Запуск процесса современной евразийской интеграции обычно связывают с проектом формировании Евразийского союза государств (ЕАС), представленным президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым в марте 1994 года в МГУ им. Ломоносова. Для достижения стабильности и безопасности в Евразийском регионе Назарбаев предложил создать реально работающий союз государств, основой объединения которых должны были стать экономические взаимосвязи. Он подчеркнул: «Учитывая различия между странами в уровнях развития рыночной экономики, демократизации политических процессов, мы предлагаем формирование дополнительной интеграционной структуры — Евразийского союза… При этом принимаются во внимание поливариантность интеграции, разные темпы, неоднородность и разновекторность в развитии государств СНГ… Цель — согласование экономической политики и принятие обязательных для исполнения государствами-участниками совместных программ проведения экономических реформ».

Такая международная организация — Евразийское экономическое сообщество — была создана в 2000 году как реакция пяти государств-членов (России, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана) на многолетнюю пробуксовку интеграционных инициатив в рамках СНГ. Тем самым на постсоветском пространстве было образовано интеграционное ядро государств, заинтересованных в снятии пограничных бартеров и формировании единого экономического пространства.

Через семь лет после подписания Договора об учреждении ЕврАзЭС, в октябре 2007 года, в Душанбе главами трёх из пяти государств был принят Договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза и утверждён План действий на 2008–2010 годы по формированию Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества. Эти документы определили стратегию и последовательность шагов по созданию Таможенного союза Беларуси, Казахстана и России. Это решение полностью соответствовало вызревшей к тому времени концепции разноскоростной и разноуровневой интеграции. После выпадения из интеграционного процесса Украины и Узбекистана три оставшихся крупных государства решили реализовать, наконец, планы создания ТС и ЕЭП, оставив остальным возможность присоединяться к этому процессу по мере готовности. В то время участие Киргизии было отягощено её членством в ВТО, члены которого могли существенно осложнить создание Таможенного союза. В свою очередь, без Киргизии было затруднено участие в Таможенном союзе Таджикистана, не имеющего общей границы с формирующейся Единой таможенной территорией.

Кажущаяся стремительность процесса евразийской интеграции связана с длительной задержкой на старте, обусловленной как нерешительностью руководства Украины и Узбекистана, пока оставшихся в стороне от евразийской интеграции, так и противодействием влиятельных проамериканских сил в российской властвующей элите. Возможно, в этой задержке проявилось типичное свойство национального характера — как известно, «русские долго запрягают, но быстро ездят».

Полтора десятилетия было потеряно на взаимные уговоры между государствами СНГ, пока не согласились с концепцией разноскоростной интеграции, которая позволила сформироваться ядру евразийского интеграционного процесса. За это время таможенные границы разорвали тысячи кооперационных связей между предприятиями наших государств, что повлекло снижение эффективности производства и деградацию промышленности. Учеными доказано, что чем дольше мы затягиваем восстановление общего экономического пространства, тем меньший интеграционный эффект мы получим. Объективная необходимость повышения эффективности и конкурентоспособности наших экономик, ставшая особенно очевидной на фоне глобального кризиса, требует скорейшего углубления и расширения евразийской интеграции.

Таким образом, спустя почти два десятилетия после распада СССР тенденция дезинтеграции на части постсоветского пространства сменилась движением к воссоединению, пока только в сфере хозяйственной деятельности. Это движение происходит в соответствии с той евразийской идеологией, которую представляли упомянутые выше философы — без политического принуждения, на абсолютно добровольной основе, с полным пониманием взаимных выгод и обязательств, при строгом соблюдении суверенитета и равенства государств — участников интеграционного процесса. Л. Н. Гумилёв, чье столетие мы отпраздновали в 2012 году, говорил о том, что интеграция должна основываться на принципе первичности прав каждого народа на своё устройство. В Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве этот принцип строго соблюдается: объединяются только экономические потенциалы суверенных государств, на этой основе формируется единая система регулирования в рамках переданных на межнациональный уровень функций и полномочий, создаются условия для общей политики развития, включающей промышленную, сельскохозяйственную, энергетическую, транспортную, научно-техническую, образовательную, структурную составляющие.

Пока в этом процессе не участвуют Украина и Узбекистан, присоединение которых к ТС и ЕЭП существенно расширило бы общий рынок и придало бы ему большие возможности к самостоятельному развитию и расширенному воспроизводству. Вместе с тем создание ТС трёх государств сформировало интеграционное ядро, притягивающее не только остальные государства СНГ, но и другие государства Евразии. Вокруг ТС строится широкая зона свободной торговли, включающая СНГ, Сербию и Черногорию на западе, Монголию и Вьетнам — на востоке.

По объективным историческим, экономическим и политическим причинам ключевую роль в организации процессов евразийской интеграции играет Россия. Исследования общественного мнения, проводимые различными социологическими службами, свидетельствуют о сохраняющемся представлении о России как объединяющем центре у населения всех государств СНГ. От России ждут инновационного прорыва, ждут сигналов на осуществление системных преобразований, которые будут учитывать национальные интересы государств — участников процессов евразийской интеграции. Так, на высоком уровне находится поддержка ТС и ЕЭП в их государствах-участниках: 80 % — в Казахстане, 72 % — в России и 60 % — в Белоруссии. Доли положительных ответов на этот вопрос (поддержки ТС и ЕЭП) респондентами в Таджикистане, Узбекистане, Кыргызстане, Молдове и Армении составили 60 % и более. На Украине поддержка ТС–ЕЭП населением составляет более 55 %.

Важной особенностью процесса евразийской интеграции является её открытый характер. Российские руководители неоднократно говорили о перспективе формирования общематериковой зоны сотрудничества, от Лиссабона до Владивостока на основе отношений свободной торговли и взаимовыгодной кооперации. Такая широкая евразийская интеграция, включающая и Европу, и Китай, и Индию, а также государства Среднего и Ближнего Востока, могла бы стать мощным стабилизирующим фактором, способствующим преодолению мирового экономического кризиса и создающим новые возможности для развития. Думающая и наиболее ответственная часть мирового сообщества осознала, что во избежание новой волны самоистребительной конфронтации и для обеспечения устойчивого развития необходим переход к новой мировоззренческой модели, основанной на принципах взаимного уважения суверенитета, справедливом глобальном регулировании, и взаимовыгодному сотрудничеству. Мы имеем уникальную историческую возможность вернуть себе роль глобального объединяющего центра, вокруг которого начнётся формирование принципиально иного баланса сил, новой архитектуры глобальных валютно-финансовых и торгово-экономических отношений на началах справедливости, гармонии и сотрудничества в интересах народов всей Евразии.


ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ

Договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза в соответствии с нормой ВТО установил, что Таможенный союз в рамках ЕврАзЭС — это форма торгово-экономической интеграции сторон, предусматривающая единую таможенную территорию, в пределах которой во взаимной торговле товарами, происходящими с единой таможенной территории, а также происходящими из третьих стран и выпущенными в свободное обращение на этой таможенной территории, не применяются таможенные пошлины и ограничения экономического характера. При этом стороны применяют единый таможенный тариф и другие единые меры регулирования торговли товарами с третьими странами.

В развитие этого основополагающего международного договора в кратчайшие сроки была разработана и принята договорно-правовая база Таможенного союза, определившая необходимые для его функционирования институты, включая первый на постсоветском пространстве наднациональный постоянно действующий регулирующий орган — Комиссию Таможенного союза (КТС), которой был передан ряд важных функций в сфере таможенного, тарифного, нетарифного и технического регулирования, а также осуществления санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля.

Ключевым решением, которое перевело формирование Таможенного союза из виртуального в реальный режим строительства, стало создание наднационального органа — Комиссии Таможенного союза и её секретариата, которая фактически приступила к работе в феврале 2009 г. В течение трёх лет была проделана работа по приему и реализации полномочий для осуществления государственных функций регулирования торгово-экономических отношений, последовательно создавался механизм функционирования Единой таможенной территории. Состав функций регулирования экономики, передаваемых на наднациональный уровень, вытекает из указанного выше определения единой таможенной территории и включает все полномочия, реализуемые в отношении товаров и услуг, пересекающих таможенную границу. Её упразднение между государствами — членами ТС предопределяет необходимость передачи связанных с этим функций на наднациональный уровень, включая проведение единой внешнеторговой политики в отношении остального мира и соответствующее ограничение суверенитета государств-членов во внешнеэкономической сфере с делегированием ими полномочий наднациональному органу, вырабатывающему обязательные для исполнения решения.

Минимально необходимый для эффективного функционирования единой таможенной территории набор делегируемых на наднациональный уровень функций включает: введение торговой политики и единого таможенного тарифа; таможенное регулирование; унификацию торгового режима и ведение торговых переговоров с внешними партнёрами; введение, принятие защитных мер; введение нетарифных ограничений во внешней торговле, единой системы ветеринарного, санитарного и фитосанитарного контроля; введение таможенно-торговой статистики.

Одновременно с унификацией и передачей на наднациональный уровень указанных функций необходима гармонизация функций, остающихся в ведении национальных органов и влияющих на проведение единой внешнеторговой политики, включая:

— создание единых условий свободного движения товаров, устранение имеющихся во взаимной торговле барьеров и ограничений, выравнивание условий конкуренции, включая предоставление субсидий и равный доступ к госзакупкам;

— создание условий для перехода к расчётам в национальных валютах, согласование механизма установления валютных курсов национальных валют, формирование эффективной платежной системы;

— гражданское законодательство, законодательство о валютном регулировании и валютном контроле;

— регулирование транспортной деятельности;

— налоговое законодательство, в первую очередь — в области косвенных налогов;

— законодательство об экспортном контроле;

— уголовное и административное законодательство в части правонарушений, связанных с незаконным перемещением товаров через таможенную границу;

— законодательство о таможенной службе.

Строительство Таможенного союза осуществлялось в соответствии с Планом действий на 2008–2010 годы по формированию Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС, утвержденным Решением Межгосударственного совета ЕврАзЭС (высшего органа Таможенного союза) на уровне глав государств от 6 октября 2007 г. № 1 (далее — План действий). Первым практическим действием по строительству ТС стало введение в действие 10 октября 2008 года Договора о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза, Договора о Комиссии Таможенного союза и Протокола о порядке вступления в силу международных договоров, направленных на формирование договорно-правовой базы Таможенного союза, выхода из них и присоединении к ним, на основании которых и была сформирована Комиссия Таможенного союза (КТС) и её секретариат — впервые на постсоветском пространстве появился наднациональный орган управления.

Полгода понадобилось КТС, её секретариату и национальным правительствам для того, чтобы выработать план практических действий по формированию Таможенного союза. Решением МежгоссоветаЕврАзЭС (высшего органа Таможенного союза) на уровне глав правительств от 9 июня 2009 г. № 9 были установлены этапы и сроки формирования Единой таможенной территории.

В соответствии с указанными этапами и сроками формирования Единой таможенной территории Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации Таможенный союз формировался в три этапа: предварительный — до 1 января 2010 года, первый — до 1 июля 2010 года и второй — до 1 июля 2011 года.
Этапы формирования Единой таможенной территории

01.02.2011
Перенос таможенного контроля на внешнюю границу РК

01.07.2010
Введение в действие Таможенного кодекса Таможенного союза

Перенос контроля на внешнюю границу РБ

Введение механизма зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин

Отмена таможенного оформления товаров во взаимной торговле РФ, РБ, РК

01.01.2010
Введение единого таможенно-тарифного и нетарифного регулирования


К концу 2011 года были реализованы все ключевые решения МежгоссоветаЕврАзЭС, выполнены все основные мероприятия по обеспечению создания и функционирования Таможенного союза, формированию его договорно-правовой базы и институциональной структуры, единой системы внешнеторгового тарифного, нетарифного и таможенного регулирования, ведению согласованной политики в области технического регулирования, применения санитарных, ветеринарных и фитосанитарных мер. В соответствии со вступившими в силу международными договорами и решениями МежгоссоветаЕврАзЭС Комиссией ТС к этому времени осуществлялось выполнение функций в области таможенного, тарифного, нетарифного, технического регулирования, санитарного, ветеринарного, карантинного, фитосанитарного контроля. Для их нормативного, организационного и информационного обеспечения Комиссией ТС за три года работы было принято около тысячи решений, половина из которых носит нормативно-правовой характер.

Таможенное регулирование в Таможенном союзе основывается на Таможенном кодексе Таможенного союза, подписанном президентами Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации 27 октября 2009 г. Правовой доктриной Таможенного кодекса является минимизация административных барьеров в области таможенного регулирования. За основу структуры проекта Кодекса была принята структура Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур. Нормы Кодекса устанавливают на таможенной территории Таможенного союза:

— единые правила таможенного контроля;

— единые правила декларирования товаров;

— единый порядок применения таможенных процедур к товарам;

— единую методологию определения таможенной стоимости;

— унифицированные формы документов (в том числе в электронном виде), используемые при осуществлении таможенных операций и проведении таможенного контроля.


Торговая политика Таможенного союза, включая таможенно-тарифное и нетарифное регулирование импорта, была передана в ведение наднационального органа уже на первом этапе создания ТС. При этом в ведении национальных органов осталось применение ограничений экспорта, включая взимание экспортных пошлин, введение количественных ограничений и экспортный контроль. К компетенции государств — членов Таможенного союза также отнесено применение запретов и ограничений внешней торговли услугами и интеллектуальной собственностью, а также применение мер экономического и административного характера, способствующих развитию внешнеторговой деятельности. В Едином таможенном тарифе (ЕТТ ТС) применяются адвалорные, специфические и комбинированные пошлины.

В торговой практике государств — членов Таможенного союза применяются не только импортные, но и экспортные (вывозные) пошлины. Экспортные пошлины применяются к ограниченному кругу продукции, в основном сырьевых товаров (в России, например, это газ, нефть, лом черных и цветных металлов, лесоматериалы, необработанные шкуры крупного рогатого скота и некоторые другие). Вывозные таможенные пошлины вводятся на основании национальных нормативных правовых актов государств — членов Таможенного союза.

Применяемые в Таможенном союзе общепринятые в международной торговле нетарифные методы регулирования включают:

— меры прямого ограничения, связанные со следующими инструментами количественного контроля: квотирование, контингентирование, лицензирование, антидемпинговые пошлины, компенсационные пошлины и сборы;

— меры косвенного ограничения, носящие неколичественный характер, среди которых можно выделить два способа (направления) воздействия:

а) наличие определённых стандартов (технических, включая стандарты качества, санитарных и ветеринарных норм, требования к маркировке, доставке товаров в определённые пункты пропуска) и б) возможности введения дополнительных таможенных или иных административных формальностей.

Согласно принятым нормативным документам, экспорт и импорт товаров в торговле Таможенного союза с третьими странами осуществляется без количественных ограничений. При этом меры экспортного контроля, технического регулирования, санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля регулируются соответствующими международными договорами.

С 1 января 2010 года был утверждён и введён в действие пакет основных международных договоров в сфере нетарифного регулирования внешней торговли Таможенного союза, включая Единый перечень товаров, к которым применяются запреты или ограничения на ввоз или вывоз государствами — членами Таможенного союза в торговле с третьими странами (далее — Единый перечень) и Положение о применении ограничений, а Комиссия наделена полномочиями в области нетарифного регулирования внешнеторговой деятельности.

Решением высшего органа Таможенного союза на уровне глав правительств от 21 мая 2010 г. Комиссия была наделена полномочиями в области специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер в отношении товаров, происходящих из иностранных государств.

Важным элементом торговой политики стала работа по снятию сохранявшихся на Единой таможенной территории ограничительных мер экономического характера во взаимной торговле, в основном связанных с субсидированием, государственными закупками, оказанием государственной помощи в сфере сельского хозяйства, использованием института спецэкспортёров и специмпортёров.

После вступления России в ВТО её обязательства перед данной организацией стали частью правовой системы Таможенного союза в целом и были распространены на всю Единую таможенную территорию. В связи с этим была принята новая редакция Единого таможенного тарифа Таможенного союза, в которой средневзвешенная ставка ввозной таможенной пошлины снизилась с 9,6 % до 7,5–7,8 %.

Включение Единой таможенной территории в ВТО унифицировало торговый режим всех государств — членов ТС со странами, входящими в ВТО на условиях режима наибольшего благоприятствования, за исключением стран, с которыми имеются соглашения о свободной торговле. Это страны — члены СНГ: Армения, Молдова, Таджикистан, Киргизия, Узбекистан и Украина, — с которыми соответствующие двусторонние соглашения были заменены многосторонним Договором о зоне свободной торговли СНГ от 18 октября 2011 года, а также Сербия и Черногория. В перспективе планируется установить режим свободной торговли с Европейской ассоциацией свободной торговли, в которую входят Исландия, Лихтенштейн, Норвегия и Швейцария, а также с Вьетнамом и Сирией.

Техническое регулирование в ТС, включая принятие технических регламентов, стандартизацию, оценку (подтверждение) соответствия, аккредитацию, испытания, государственный контроль и надзор, предусматривает проведение его членами единой политики. То же касается применения санитарных, ветеринарных и фитосанитарных мер и технических требований, в том числе санитарно-эпидемиологических и гигиенических, ветеринарно-санитарных и фитосанитарных, к продукции и процессам, связанным с ней. В этих целях с 1 июля 2010 г. Комиссии Таможенного союза были переданы полномочия в области технического регулирования, санитарных, ветеринарных и фитосанитарных мер.

В целях унификации технического регулирования в рамках Таможенного союза продукция, в отношении которой технические требования, формы и схемы подтверждения соответствия, применяемые при этом методы исследований (испытаний) и измерений продукции у сторон совпадают, была сразу же включена в Единый перечень продукции, подлежащей подтверждению соответствия в рамках Таможенного союза с выдачей единых документов (Единый перечень), и допущена к обращению на Единой таможенной территории, если она прошла установленные процедуры подтверждения соответствия на территории любого из государств — членов Таможенного союза с соблюдением следующих условий:

— сертификация проведена органом по сертификации, включённым в Единый реестр органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) Таможенного союза (Единый реестр);

— испытания проведены в испытательных лабораториях (центрах), включённых в Единый реестр;

— сертификаты соответствия и декларации о соответствии оформлены по единой форме, утверждаемой Комиссией Таможенного союза.

Формирование, утверждение и введение Единого перечня и Единого реестра осуществляется Евразийской экономической комиссией. Единый перечень содержит список документов, на соответствие которым осуществляется подтверждение соответствия.

Соответствующим соглашением определены условия, при которых стороны взаимно признают аккредитацию органов по сертификации (оценке (подтверждению) соответствия) и испытательных лабораторий (центров), выполняющих работы по оценке (подтверждению) соответствия. Результаты испытаний продукции (протоколы испытаний), полученные в одном из государств — членов Таможенного союза, признаются на Единой таможенной территории Таможенного союза, если при подтверждении соответствия продукции испытания проводились в испытательных лабораториях (центрах), включённых в Единый реестр, и при этом применялись одинаковые или сопоставимые методы исследований (испытаний) и измерений продукции.

Соглашение Таможенного союза по санитарным мерам от 11 декабря 2009 года разработано с учётом положений действующих международных договоров, включая нормы Всемирной торговой организации и СНГ. Согласно этому соглашению, на таможенной территории Таможенного союза применяются Единые санитарно-эпидемиологические и гигиенические требования к товарам, подлежащим санитарно-эпидемиологическому надзору (контролю). Ввоз и обращение подконтрольных товаров на таможенной территории Таможенного союза осуществляется при наличии документа, подтверждающего безопасность продукции (товаров), — свидетельства о регистрации или декларации о соответствии. Соглашением предусмотрено взаимное признание государствами — членами Таможенного союза документов, подтверждающих безопасность продукции (товаров), включённой в Единый перечень товаров, выданных уполномоченными органами по Единой форме и удостоверяющих соответствие продукции (товаров) Единым санитарным требованиям.

Соглашение Таможенного союза по ветеринарно-санитарным мерам также разработано с учётом положений действующих международных договоров, включая нормы СНГ и Всемирной торговой организации. Согласно этому соглашению, национальные уполномоченные органы осуществляют ветеринарный контроль (надзор) при перемещении подконтрольных товаров через таможенную границу Таможенного союза. Каждая партия подконтрольных товаров, ввозимая на таможенную территорию Таможенного союза, должна соответствовать Единым ветеринарным требованиями и перемещаться при условии наличия разрешения, выданного уполномоченным органом, на территорию государства которого ввозятся указанные товары.

Соглашение Таможенного союза о карантине растений разработано с учётом положений действующих международных договоров, включая нормы Всемирной торговой организации. Действие настоящего Соглашения распространяется на подкарантинную продукцию, включённую в Перечень подкарантинной продукции, подлежащей карантинному фитосанитарному контролю (надзору) на таможенной границе Таможенного союза и таможенной территории Таможенного союза. Уполномоченные органы государств — членов Таможенного союза осуществляют карантинный фитосанитарный контроль (надзор) при перемещении подкарантинной продукции через таможенную границу Таможенного союза.

В завершение формирования правовой основы единой системы технического регулирования 18 ноября 2010 года было подписано Соглашение о единых принципах и правилах технического регулирования в Республике Беларусь, Республике Казахстан и Российской Федерации. Указанным Соглашением формируется правовое поле для применения технических регламентов Таможенного союза, которые утверждаются решениями Комиссии и носят обязательный характер для сторон. Соглашением установлено, что в качестве основы для разработки технических регламентов Таможенного союза применяются соответствующие международные стандарты (правила, директивы и рекомендации и иные документы, принятые международными организациями по стандартизации), за исключением случаев, когда соответствующие документы отсутствуют, не соответствуют целям принятия технических регламентов Таможенного союза, в том числе вследствие климатических и географических факторов или технологических и других особенностей, а в случае их отсутствия — региональные документы (регламенты, директивы, решения, стандарты, правила и иные документы), национальные (государственные) стандарты, национальные технические регламенты или их проекты. В случае принятия технического регламента ЕврАзЭС в отношении продукции, на которую принят технический регламент Таможенного союза, действие технического регламента Таможенного союза или соответствующей его части прекращается с даты вступления в силу технического регламента ЕврАзЭС.

Экономическая целесообразность и важность формирования Таможенного союза, а затем и Единого экономического пространства обусловлена рядом объективных преимуществ интеграции. Наряду с расширением рынка сбыта товаров формирование Единой таможенной территории создаёт условия для восстановления трансграничной научно-технической и производственной кооперации предприятий, выпускающих продукцию с высокой добавленной стоимостью. Снижение издержек производственной кооперации благодаря устранению таможенных, торговых и технических барьеров повышает конкурентоспособность и способствует экономическому росту государств-участников.

Другим немаловажным преимуществом интеграции является снижение транзакционных издержек. Согласно экспертным оценкам, до половины времени, затрачиваемого на транспортировку товаров, до создания ТС приходилось на простой в очередях при пересечении таможенной границы. Её устранение существенно облегчило кооперацию производства, при которой сложное изделие по нескольку раз пересекает межгосударственные границы. Создание Таможенного союза, таким образом, означает существенное снижение издержек при совместном производстве товаров, повышение конкурентоспособности и расширение рынков сбыта. Последовательное расширение этого рынка делает нашу экономику более устойчивой к влиянию глобального кризиса, расширяет возможности развития.

Объективность анализа требует указать не только выгоды, но и проблемы, с которыми столкнутся и уже столкнулись предприятия и государства — члены Таможенного союза. Очевидно, что вместе с формированием общего рынка трёх государств в некоторых отраслях возрастёт конкуренция. Прежде всего это касается химико-металлургического, агропромышленного и в меньшей степени строительного комплекса, а также торговли.

Вместе с тем негативные последствия обострения конкуренции для этих отраслей экономики ограничены. Так, большинство металлургических предприятий имеет значительную «подушку безопасности» в виде завышенных цен на свою продукцию, злоупотребляя доминирующим положением на своих национальных рынках. По многим позициям металлургической и химической продукции внутренние цены часто превышают мировые. В агропромышленном комплексе во всех трёх государствах основная конкуренция разворачивается с импортом продукции из третьих стран, которая доминирует на рынках крупных городов. В строительстве с созданием Таможенного союза возрастёт конкуренция на рынке стройматериалов, важнейшие ниши которого монополизированы крупными кампаниями, систематически и существенно завышающими цены на свою продукцию. В торговле возникают определённые искажения в механизмах рыночной конкуренции в связи с различиями в косвенном налогообложении товаров, обращающихся в разных национальных юрисдикциях. В частности, относительно низкие уровни НДС и акцизов в Казахстане создают конкурентные преимущества казахстанской торговле, особенно подакцизными товарами. Однако в течение достаточно длительного переходного периода сохранится принцип национального резидентства, что будет препятствовать свободному обращению товаров между национальными территориями. За это время будут приняты меры по гармонизации национальных систем косвенного налогообложения вплоть до их унификации.

Таким образом, повышение конкуренции на внутреннем рынке Таможенного союза для подавляющего большинства отраслей будет несущественным. А в тех отраслях, где это всё же произойдёт, общий макроэкономический эффект окажется положительным, так как будет способствовать снижению монополизации рынков и нормализации конкуренции, приближению к равновесным ценам.

Оценка эффективности создания Таможенного союза должна вестись не только по общим критериям повышения экономической активности в показателях ВВП или конечного потребления, но и для бюджетных доходов, которые весьма чувствительны к налоговым поступлениям, взимаемым таможенными службами. Еще до образования ТС во взаимной торговле государств — его членов не взимались импортные пошлины. Отмена таможенного контроля привела лишь к изменению технологии взимания косвенных налогов, которыми теперь занимаются национальные налоговые службы. Более существенным является упразднение экспортных пошлин во взаимной торговле.

Однако, как показывают расчеты, краткосрочная потеря части поступлений по экспортным пошлинам будет с лихвой компенсирована уже в течение двух лет за счёт расширения налогооблагаемой базы благодаря росту экономической активности вследствие углубления интеграции.

В целом снятие межгосударственных таможенных границ снижает давление внешнего рынка на развитие собственного производства стран Таможенного союза, даёт возможность лучше подготовиться к глобальной конкуренции после вступления в ВТО. Объём взаимной торговли, исчисляемый как сумма стоимостных объёмов экспортных операций государств — членов Таможенного союза во взаимной торговле, в 2011 году вырос на 34,6 % по сравнению с предыдущим годом и составил 63,5 млрд долл. Потенциал её дальнейшего роста остаётся весьма значительным: взаимная торговля со странами — членами Таможенного союза в 2011 году занимала 46,4 % объёма внешней торговли Республики Беларусь, 18,2 % внешнеторгового оборота Республики Казахстан и 7,5 % объёма внешней торговли Российской Федерации.

Странам — членам Таможенного союза во взаимной торговле удалось достичь более высокой степени диверсификации товарной структуры, чем во внешней торговле с третьими странами. Большую долю занимает продукция с высокой степенью переработки. Если во внешней торговле 72,6 % экспорта пришлись на минеральные продукты, то во взаимной торговле — только 41,1 %. Машины, оборудование и транспортные средства занимают 19 % объёма взаимной торговли, в то время как доля продаж этих товаров за пределами Таможенного союза составляет лишь 2,4 % совокупного экспорта. Еще 12,7 % приходятся на металлы и изделия из них, 9,3 % — на продовольственные товары и сельхозсырье, 9,1 % — на продукцию химической промышленности, 8,8 % — на прочие готовые товары.

Такая структура взаимной торговли стран — членов Таможенного союза отлична от структуры взаимной торговли государств Евросоюза, на долю которой приходится более 60 % всего товарооборота ЕС. Во внутреннем товарообмене ЕС 34,9 % приходятся на машины, оборудование и транспортные средства, 16,4 % — на химическую продукцию, 15,7 % — на текстильную и кожевенную продукцию, металлы и изделия из них, 8,4 % — на продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье, 6,8 % — на минеральные продукты.

Ещё одно положительное последствие Таможенного союза — увеличение эффективности транзитного потенциала государств союза. Росту грузоперевозок способствует отсутствие барьеров на внутренних границах. В будущем это открывает равный доступ к инфраструктуре, что особенно важно и актуально для Казахстана и Белоруссии как стран, не имеющих выхода к морю.

Продолжение следует...

Институт динамического консерватизма

Переселение или интеграция?

Константин Посторонко В начале третьего тысячелетия дан старт новому массовому переселению. Если предыдущие «великие переселения народов» были направлены с востока на запад и с севера на юг, то нынешнее – строго в обратном направлении. В реализации права российских соотечественников жить в своём Отечестве есть неоспоримая железная логика, но здесь принципиально важно оперировать юридически точным определением значения слов «соотечественник» и «Отечество». Сегодня процесс переселения походит на соревнование регионов – кто больше соберёт… не вполне понятно – кого. Да и принимаясь за дело, кое-кто по русской традиции готов лоб расшибить, отсюда и результаты порой получаются такими, что… Оказывается, соотечественник соотечественнику рознь Начнём по порядку. Нормативными документами определены как минимум четыре категории: 1. Соотечественниками являются лица, родившиеся в одном государстве, проживающие либо проживавшие в нем и обладающие признаками общности языка, истории, культурного наследия, традиций и обычаев, а также потомки указанных лиц по прямой нисходящей линии. 2. Соотечественниками за рубежом являются граждане Российской Федерации, постоянно проживающие за пределами её территории. 3. Соотечественниками также признаются лица и их потомки, проживающие за пределами территории РФ и относящиеся, как правило, к народам, исторически проживающим на территории Российской Федерации… 4. …А также сделавшие свободный выбор в пользу духовной, культурной и правовой связи с Российской Федерацией лица, чьи родственники по прямой восходящей линии ранее проживали на территории РФ. Понятие «соотечественник» особой чертой разделяет людей по признаку принадлежности к гражданству Российской Федерации, что разбивает указанные категории на более мелкие подкатегории, изначально ставя соотечественников в неравные условия друг перед другом и перед законом. Кто самый, самый? Рассмотрим несколько ярких примеров отбора претендентов в соотечественники за рубежом. Бурят из Монголии имеет все основания считаться соотечественником по признаку отношения к народу, традиционно проживающему на территории Российской Федерации. Болгарина, армянина или грузина также можно отнести к соотечественникам, если учесть традиционное проживание этих народов в России. Ну и, конечно, русскому не избежать доли соотечественника. Более того, все вышеупомянутые лица, решившие прибегнуть к госпрограмме переселения соотечественников, могут приобрести гражданство в упрощённом порядке без учёта пункта «д» статьи 13 Федерального закона о гражданстве Российской Федерации, минуя обязательное знание русского языка. Попытки составления реестра коренных народов, которые проживают в России и не имеют своей государственности за её пределами, породит проблемы иного характера. Как быть с народами, имеющими свою государственность за пределами и не проживающими в той стране во многих поколениях? Ещё сложнее разобраться с представителями от смешанных браков таких лиц. Если сузить признаки принадлежности тех или иных лиц к соотечественникам, ситуация выглядит не менее парадоксально. Пример гагаузов: получив российское подданство во времена Российской империи, они в лице сегодняшних поколений в своей значительной части трудятся в России и русским языком владеют лучше, чем родным. Однако под требования к статусу российских соотечественников они не подпадают. Неужто им придётся идентифицировать себя турками и проситься обратно к османам, от которых они 200 лет назад бежали? Среднестатистический портрет образа соотечественника предстаёт в пёстрых красках. Неоднозначность формулировок в нормативных документах приводит к усугублению невнятности конечных целей переселения, а начинать необходимо именно с них, с целей. Отечество для соотечественника «Мы брали Берлин, обуздали ядерную энергию, запустили первого человека в космос», – нередко приходится слышать такие утверждения в России. Но хотелось бы внести одну поправку: все эти вершины достигнуты нашими отцами и дедами тогда, когда они были единым народом в единой стране. Название народа было иное, да и пространство страны тогда было намного шире. А посему неуместно однозначное применение в подобных случаях местоимения «мы». Отгородившись на осколках разрушенного государства новоиспечённой национальной самоидентификацией, «приватизируя» общие победы, славы не приобретешь. Все мы, родившиеся и воспитанные до 1991 года, являемся соотечественниками и принадлежим одной Отчизне, нравится это кому-то или нет. Это – наша общая история, заложенная подобно генетическому коду на подсознательном уровне в последующих поколениях. Усилия по переформатированию нашего традиционного мировоззрения направлены не иначе как на безвозвратную потерю этого исторически-культурного кода, на уничтожение общих признаков и лишение мотивов к объединению – общей идентичности истории, языка, культуры, религии, экономических связей, всё ещё значимых в настоящее время. Но, поддавшись этим перевоплощениям, мы рискуем безвозвратно потерять всё, что делает нас соотечественниками. Дорога вспять Государственная программа переселения соотечественников из зарубежья воплощает их законное право проживать на своей исторической Родине. Но та терминологическая неопределённость, о которой говорилось выше и закреплённая нормативно, содействует «чиновничьей благодати», поскольку главный стимул в программе для её участников – гражданство Российской Федерации. Не определив намерения миграционной политики, кого мы увидим завтра на улицах городов и сёл России? Благие побуждения, стимулированные предоставлением гражданства, рабочими местами и «подъёмными», усиливают неравенство среди равных, казалось бы, соотечественников. Чем коренной житель той же Твери хуже и почему он не имеет равного права участия в программах развития регионов, включая свою родную Тверскую губернию, с получением за это причитающейся дотации? Зато известно: чем длиннее цепочка условий, требующих дополнительного «толкования» и исключительного «понимания», тем большую роль в принятии решения играет субъективный фактор, способствующий процветанию коррупции. Но главная опасность заложена в создании предпосылок дальнейшего разобщения в рядах соотечественников. Все удачно и обоснованно переселённые, например, из Армении рискуют в глазах коренных остаться армянами, из Средней Азии – азиатами, из Молдавии – молдаванами, из Украины – «хохлами». Что уже на территории Российской Федерации подстегнёт и без того напряжённые радикально-националистические настроения и раскол в обществе. Надо ли и дальше усугублять деление людей, исходя из установленных идентификационных признаков, в рамках обособленных, отдельно взятых государств на постсоветском пространстве, или нужно следовать в противоположном направлении – то есть вести поиск объединяющих мотивов для дальнейшей реинтеграции? Несомненно, для успешного осуществления интеграционных процессов в ближнем зарубежье требуется последнее. В этом случае необходимо обозначить признаки единения народов на данной территории, и тут нет необходимости «изобретать велосипед». На протяжении тысячелетнего исторического периода доминантную государствообразующую роль играло русское начало. Не зря с рубежа XIX-XX столетий возникла острая необходимость в определении статуса русских как суперэтноса. Прежде всего, стоит разобраться, в какой степени ныне претворяемая программа переселения содействует евразийской интеграции. Деление соотечественников по признаку страны проживания на «своих» и «не очень своих» разрушает одну из самых весомых мотиваций евразийского объединения. А ведь именно соотечественники, особо не горящие желанием менять место своего постоянного проживания за пределами России, пока являются неоспоримым, но необоснованно игнорируемым резервом консолидации народов постсоветских государств. Проживающие за пределами Российской Федерации соотечественники в состоянии стать реальной и серьёзной опорой успешной реинтеграции.  Русское единство

Путин: РФ сталкивается с попытками затормозить интеграционную работу на постсоветском пространстве с помощью "мягкой силы"

Интерфакс Президент РФ Владимир Путин потребовал от ФСБ в тесном контакте с коллегами из Белоруссии и Казахстана защитить право интеграции государств на постсоветском пространстве. "Мы можем столкнуться и, собственно говоря, сталкиваемся с попытками затормозить интеграционную работу. И здесь могут быть использованы самые разные инструменты давления, включая механизмы так называемой "мягкой силы", - сказал В.Путин на расширенной коллегии ФСБ РФ. Он напомнил о ряде недавних нервозных, откровенно раздраженных высказываний относительно интеграционных процессов на постсоветском пространстве. "Отнесем их на счет эмоциональной риторики", - сказал В.Путин. Он подчеркнул, что интеграция - это объективный, общемировой процесс и "никакими окриками он остановлен быть не может". "Хочу подчеркнуть: суверенное право России и наших партнеров выстраивать и развивать свой интеграционной проект должно быть надежно защищено. Прошу здесь действовать в тесном контакте с коллегами из Беларуси, Казахстана и другими странами, которые участвуют в тех или иных интеграционных процессах", - сказал В.Путин.

Русское ядро Евразии: о проблемах интеграции постсоветского пространства

Павел Святенков В потоке современной литературы об интеграции редко встретишь дельную книгу. Люди часто отделываются политическими заклинаниями на тему «восстановим Советский Союз» да заявлениями, что нам нужны абстрактные братство и дружба народов. Аргументов в пользу своей позиции зачастую не приводят. В результате слова, часто правильные, превращаются в идеологические штампы и утрачивают смысл. Сборник «И время собирать камни…», изданный Фондом исторической перспективы в издательстве «Книжный мир», стал, на мой взгляд, исключением из общего правила. В книгу вошли статьи представителей научного сообщества Белоруссии, Казахстана, Украины, Киргизии, Армении, Молдавии и Грузии, посвященные проблемам создания единого экономического, а в перспективе и политического пространства на территории бывшего СССР. Не секрет, что современный мир активно глобализуется. Еще 150 лет назад было невозможно представить, что крупнейшим экономическим партнером Бразилии станет Китай. Сегодня это – факт. И для того, чтобы выжить в меняющемся мире, Россия должна соответствовать требованиям времени. Каковы же они? Современный мир – мир крупных экономических группировок. Самая заметная из них - Европейский союз, который прошел большой путь от возникшего в середине 20-го века Европейского объединения угля и стали до нынешнего союза государств, который многие исследователи склонны считать конфедерацией. Больше того, недавно представители 11 государств, входящих в ЕС, среди них таких авторитетных, как Германия, Франция, Испания и Италия, заявили о необходимости создания на базе союза федеративного государства. Тем самым европейское единство может еще более укрепиться. На границах России возникает монстр с населением около 500 млн. человек и ВВП в размере 15 трлн. долларов. При этом в нашей стране живет лишь 140 млн. человек, а ВВП составляет чуть больше 2 трлн. В подобной ситуации существует угроза, что Россия превратится в сырьевой придаток могущественного западного соседа. Ведь на Европу приходится больше 50% российской торговли. При этом большая часть поставляемого – сырьевые товары. С другого «бока» Россию подпирает Китай – государство с населением в 1,3 млрд. человек и ВВП в 11 трлн. долларов. В отличие от Европейского союза, КНР относится к числу развивающихся стран. Это значит, что в ближайшее десятилетие экономическая мощь Китая, и так значительная, может увеличиться. Между тем российский Дальний Восток по-прежнему пустеет, а население граничащих с ним китайских провинций составляет около 200 млн. человек. Следовательно, хочешь не хочешь, интеграцией заниматься нужно. Ибо в противном случае Россия может стать периферией крупного экономического блока. При этом плата за периферийный статус крайне высока. Страна, которая перестала быть конкурентоспособной на мировом рынке, превращается в колонию или полуколонию великих держав. Но прежде, чем начинать интеграцию, необходимо продумать ее философские основания, понять, для чего она нам нужна и на какие ценности она будет опираться. Иначе говоря, какие духовные и политические основания следует использовать при реконструкции единого пространства. На базе коммунизма восстановить ничего нельзя. Эта идеология потерпела крах и ее сторонники в абсолютном меньшинстве во всех постсоветских государствах. Поэтому идея неосоветского проекта опасна прежде всего для России. Ибо в рамках такого проекта наша страна обречена стать спонсором независимости других государств, как уже случилось в XX веке. Когда РСФСР превратилась в республику, за счет которой в рамках СССР взращивались местные национализмы, которые затем были натравлены на Россию же. Таковы были особенности «ленинской национальной политики», традиционно подозрительно относившейся в великороссам как к «держимордам». Другая опасность, грозящая нам в рамках неосоветского проекта – крен в сторону Средней Азии. Не секрет, что американские аналитики предсказывали Советскому Союзу крах после того, как население этого региона вырастет достаточно, чтобы нарушить этнический баланс СССР. «Перестройка» и последовавший за ней распад страны предвосхитили этот кризис. Но в случае объединения только со странами Средней Азии проблема может стать актуальной. В настоящее время в регионе проживает 61 млн. человек и, согласно прогнозам, население будет расти. При этом численность граждан России, особенно русских, продолжает сокращаться. Авторы сборника предлагают решение данных проблем. Интеграция должна идти, но на базе Русского мира, то есть союза трех русских государств – России, Украины и Белоруссии. Термин «русские государства» по отношению к России и Белоруссии недавно употребил Александр Лукашенко. Представляется весьма правильным воспользоваться его терминологическим открытием. В конце концов, многие народы переживали раскол, но потом создавали единую государственность. Можно вспомнить немцев и итальянцев. А в современном мире – арабов. Только создав ядро из трех русских государств, можно развивать интеграцию дальше. Именно это кажется мне главной идеей книги. В России, Украине и Белоруссии живет около 200 млн. человек. Этого достаточно, чтобы на первых порах сохранять суверенитет под давлением внешних центров силы. Необходимость этого особо отмечает Наталия Алексеевна Нарочницкая в своей вступительной статье к сборнику. «На фоне высокомерного менторства и грубой экспансии Русский проект Евразийского пространства – это идея иного, справедливого мира – мира гармонии многообразия», – пишет она. По мнению Наталии Нарочницкой, именно сильная Россия гарантирует мир от потрясений и Европу от дестабилизации. В связи с этим европейцы напрасно радуются, что наша страна утратила завоевания Петра Великого, - отмечает автор. В одиночку страны постсоветского пространства не способны стать субъектом мировой политики, а становятся объектом для экспансии со стороны мировых держав. Это убедительно показывает в своей статье доктор исторических наук Тамара Гузенкова. Как специалист по Украине, она указывает, что республика стала объектом глобализации. А ведь в рамках Советского Союза Украина с ее населением в 50 млн. человек была сильным и влиятельным субъектом. Больше того, высокие посты в Москве занимали многие выходцы с Украины. Достаточно вспомнить такие фигуры, как Никита Хрущев (бывший глава украинской компартии) и Леонид Брежнев (возглавлявший в начале своей карьеры Днепропетровский обком ЦК КПУ). Сегодня Украина располагает лишь 45 млн населения, которое сократилось на 5 млн. за годы независимости, и сильно ослабла. Достаточно сказать, что с точки зрения числа жителей она должна быть державой европейского масштаба. Ведь во Франции живет 60 млн. человек, почти столько же – в Италии и Великобритании. Испания (35 млн. человек) и Польша (40 млн. человек) пользуются значительным влиянием в ЕС, но имеют меньшее население, чем Украина. На деле же украинцы столь слабы, что проиграли спор Румынии за знаменитый остров Змеиный, находящийся в устье Дуная. Хотя Украина сохранила остров за собой, пришлось отдать румынам большую часть прилагавшейся к нему экономической зоны и шельфа. Между тем считается, что на дне Черного моря могут находиться значительные запасы нефти и газа. Представить подобное унижение во времена СССР совершенно невозможно. А сейчас Румыния с успехом раздает свои паспорта жителям Приднестровской части Украины, на которую претендует. Иначе говоря, интеграция трех славянских республик на базе концепции Русского мира жизненно важна для каждого из наших государств. Вместе мы сильнее. Идею «союза трех» высказывал еще 20 лет назад А.И. Солженицын. К сожалению, его тогда не послушали. В результате мы пожинаем результаты 20 лет раздробленности, промышленного и национального упадка. Лишь создав ядро из русских государств (Россия+Украина+Белоруссия) мы можем безбоязненно браться за интеграцию на всем постсоветском пространстве. Ибо только при таком сценарии лидерство русских в границах бывшей Российской империи и СССР является бесспорным. Идея интеграции Евразии на базе Русского мира видится правильной и продуктивной, соответствующей чаяниям народов, оказавшихся в состоянии кризиса и упадка после развала СССР. Сегодня над ними забрезжил лучик надежды. «И время собирать камни…» Евразийская интеграция сегодня. 20 лет после распада СССР. (Фонд исторической перспективы) – М.: Книжный мир, 2012.  Столетие

Европа не учла ни ошибок Наполеона, ни опыта Сталина

Сергей Черняховский В своем стремлении к расширению на Восток ее лидеры перешли все грани разумного Болгария заявила, что отказывается от вступления в Еврозону. Румыния тоже испытывает сомнения. Польша заявляет, что вступит в нее лишь тогда, когда та решит все свои проблемы. В общем, процесс евроинтеграции явно затормозился. Надолго ли – жизнь покажет. В поведении вышеназванных стран вполне можно увидеть своего рода «синдром предательства»: когда все на Западе Европы было хорошо – они перебежали туда из советского блока. Сегодня же они перебегают оттуда, честно заявляя, что теперь не видят выгоды быть в Еврозоне - там же нужно будет принимать участие в решении проблем. А они не любят решать общие проблемы. Они любят, чтобы сильные и богатые решали их проблемы. И предают, когда видят что у последних возникают проблемы. Но на самом деле проблема гораздо шире, чем паразитические комплексы европровинций (провинций не только в географическом, политическом, экономическом, но и историко-цивилизационном смысле). В каком-то смысле, вся история Европы – это попытка ее интеграции. В качестве примера такой (своеобразной, конечно) интеграции, можно при желании рассмотреть, например, даже и римскую эпоху. Когда же наступала пора раздробленности, к идее подобной интеграции на тех или иных началах неизменно возвращались, благо все предпосылки к этому были налицо: территория – не слишком большая, в сравнении с иными регионами мира – историко-культурно относительно однородная, да и цивилизационно относительно единая.. Во многих случаях попытки интеграции европейского пространства оказывались неудачными потому, что переходили некую разумную границу, вторгались в зоны, для такой интеграции не подготовленные. Или в ней не нуждающиеся. Одна из наиболее успешных попыток интеграции – это наполеоновская эпоха. Если бы Наполеон остановил свою экспансию примерно в 1808-10 гг., то не исключено, что созданное им союзное государство могло бы и сохраниться. «Робеспьер на коне», как его тогда называли, побеждал в первую очередь не оружием – он побеждал потому, что идеи нового века, которые он нес с собой из революционной Франции, были в основе своей привлекательны и ложились на более или менее подготовленную для них почву. Как писал Энгельс: «Наполеон взломал лед феодализма по всей Европе». Остановиться же в 1808 году или чуть позже – значило остановиться на границах тогдашней России. Вступление Наполеона в войну с Россией, кстати, по мнению С.М.Соловьева сознательно и целенаправленно спровоцированное политикой Александра I, - по совокупности причин не имело шансов на конечный успех в случае превращения ее в масштабную войну на российской территории. Российская территория, по своему состоянию не могла быть интегрирована в единую Европу, в частности и потому, что цивилизационно была иной. Да, она тоже была Европой, но - «Иной Европой», т.е. альтернативным вариантом европейской цивилизации. Перейдя рубеж, выйдя за пределы территории, на тот момент относительно готовой к интеграции, Наполеон проиграл и в деле оправданной интеграции. В известном смысле он превратил внутрицивилизационную войну за объединение в межцивилизационную войну на цивилизационное уничтожение. Нынешнее безостановочное расширение зоны европейской цивилизации тоже уже сталкивается с той же проблемой. Когда в 1951 году Франция, Италия, Бельгия, ФРГ, Люксембург и Нидерланды начали этот процесс созданием Европейского объединения угля и стали (что к 1993 году вылилось в создание Европейского сообщества) – они начали осуществлять интеграцию территории, которая исторически не имела внутри себя четких границ – и те или иные из этих государств в то или иное время входили в состав соседних. И начали ее по тому вопросу, по которому объединение требовалось чисто экономически. То есть они интегрировали формально то, что во многом интегрировалось по существу и само. Интеграция шла достаточно успешно и результат оказывался привлекателен для соседей: шаг за шагом в нее включались те, кто оказывался к этому объективно подготовлен. То есть интегрировалась естественная зона западно-европейской цивилизации. И, что естественно, стали появляться желающие получить преимущества подобной интеграции, не имея для нее объективных предпосылок. Объединение относительно равных, таким образом, стало превращаться в объединение неравных, объединение тех, кто объективно стоял на одной и однотипном уровне развития – в объединение с теми, кого, с одной стороны, на этот уровень еще нужно было вытягивать, а с другой – отличался иным типом жизненной организации. Если сначала речь шла об оформлении фактически существующей интеграции исторического ядра Европы, то затем речь пошли о включении в это объединение т.н. «периферии Европы». Что такое Франция, Италия, Бельгия, ФРГ, Люксембург и Нидерланды? Это практически территория империи Карла Великого. Собственно Западная Европа, как единая цивилизация. Что такое Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария и республики на территории расчлененной Югославии? В разные времена это либо периферия европейских империй, либо барьер, буферная зона, отделявшая Западно-европейскую цивилизацию от действительных или мнимых угроз с востока. Это территории, столетиями переходившие из рук в руки, территории, до 20 века не имевшие фактически собственной государственности. Да, у каждой из этих стран были моменты своего исторического взлета – Чехия одно время простиралась до южных морей, включая нынешнюю Хорватию, Польша – выдвигала границы восточнее Днепра. Но все это было очень давно, а во многих случаях – и недолго. Они могли бы претендовать на роль периферий–колоний западноевропейской империи (если бы она создавалась как колониальная империя). Но, с одной стороны, она создавалась как союзное объединение равных – равных в первую очередь по типу и образу жизни, а потом уж – по правам. А с другой стороны, восточно-европейские страны, перебежав из лагеря социализма, претендовали и претендуют не на роль «младших партнеров» - а на роль равноправных участников этого объединения. Они так и не поняли, что в «Восточном блоке» были младшими партнерами не потому, что кто-либо их дискредитировал, а потому, что им постоянно приходилось помогать и подтягивать их развитие – причем подтягивать так, чтобы их уровень жизни был выше уровня жизни того, кто подтягивал. Но, будучи по развитию «младшими» они, привыкнув к роли постоянно подтягиваемых, потому и тяготели в ЕС, что полагали, что их там будут тоже «подтягивать» - да еще при этом предоставив равные права в решении политических вопросов. Старая Европа сначала об этом не задумалась – она ведь привыкла, что младшие по развитию сидят и спокойно голосуют за то, что решат старшие и к тому, что в истории все делится по реальной силе, а не по формальным правам. Она-то думала, интегрируя их в свой состав, усилить свой потенциал в конкуренции с иными мировыми центрами, в частности с Россией и США, а получилось, что она должна за свой счет увеличивать потенциал своих новых иноязычных «братьев», решать их проблемы и обслуживать их фобии. В лице Болгарии, Румынии, Польши, Чехии и т.д. Европа видела форпосты советской цивилизации, недопустимо приближенные к ее границам. То есть, зону противостояния. Оказалось, что победив СССР и аннексировав эти территории, она, во-первых, вместо того, чтобы получить власть над ними, взвалила на себя дополнительные обязательства по их содержанию и «защите». Во-вторых, создала новую зону противостояния с Россией, которая должна была преодолеть катастрофу 90-х и предъявить свои как капиталистические «рыночные», так и цивилизационные права на эти территории. В-третьих, европейцы получили внутри своего объединения зону явного влияния одного из своих конкурентов – североамериканского. Ну не может Франция или Германия разговаривать с Польшей как с равной. Франция всегда была ее покровителем, ее дальним форпостом в противостоянии с германскими государствами и протестантским влиянием – но именно опекаемым форпостом, а не равноправным союзником. Были случаи, когда французские принцы становились польскими королями, но они бросали этот трон, как только речь заходили о внутрифранцузских интересах. Польша всегда была для нее интересна лишь вторично, как периферия. Для Германии же Польша и вовсе всегда в той или иной степени была раздражителем и беспокойным соседом, среди прочего претендовавшим на ее территорию. То же в той или иной степени можно сказать и о восприятии стран Восточной Европы другими государствами Европы Старой. Этот рубеж интеграции создал ей гораздо больше проблем, чем позволил решить. Тем более что во многих случаях у них и разные интересы – и разное психологическое видение мира. В частности, для Старой Европы Россия (при всех имеющих место антироссийских комплексах) - скорее экономический партнер, а отчасти даже и союзник в незримой конкуренции с США. Для многих же стран Восточной Европы, Россия, с одной стороны – потенциальный противник, с другой - инструмент разжигания европейских комплексов в целях пропагандистского повышения собственной цены и значимости, как рубежа противостояния России. Старой Европе во многом в отношениях с Россией нужно сотрудничество, Новой – противостояние, чтобы подчеркнуть свою роль «стражей Европы» - и получать за это соответствующее возмещение. Плюс к этому, ЕС встает перед проблемой претензии на участие в интеграции государств, образовавшихся на территории СССР. То есть включения в зону своих забот и обязательств, кроме собственной периферии зоны барьера, отделявшего «Запад от Востока» – еще и периферии самого этого «Востока» - исторической части другой, российско-европейской цивилизации. И теперь уже и шатающиеся киевские и тбилисские узурпаторы должны стать объектом внимания, переживания и головной боли Старой Европы. А поскольку все это все равно останется зоной исторических, цивилизационных и национальных интересов России то принять их к себе - значит обречь себя на постоянное противостояние с ней. Самая большая ошибка лидеров Старой Европы заключалась в том, что они, не оценив изменения ситуации, не сумели вовремя остановиться – точно так же, как когда-то и Наполеон – и перешли рубеж оправданной интеграции. И вместо создания из стран Восточной Европы пояса демилитаризованных стран со статусом «вечно-нейтральных и внеблоковых», что в тот момент не вызвало бы сопротивления России, они, по сути, воспроизвели в новом состоянии ее качество форпоста противостояния, зоны сталкивающихся интересов. Тем самым получив зону головной боли, которая в силу особого стремления новоевропейских стран получить себе подкрепление внутри ЕС имеет определенную тягу к расширению. Во всем важна мера. Сталин в 1945 году учел опыт Наполеона и вовремя остановился, не пошел к Ла-Маншу – хотя остановить его тогда не способен был никто. Но он избавил себя от проблем, которые встали бы при переустройстве западноевропейских стран в условиях, когда нужны были силы для восстановления своей страны. Лидеры Западной Европы не учли ни ошибок Наполеона, ни верных решений Сталина. Поэтому им теперь мучиться в выборе – как остановить, а лучше – отодвинуть назад свое неподготовленное интеграционное движение на Восток – либо ждать того момента, когда «пружина истории» отбросит их вспять. Причем не только отбросит с тех рубежей, на которые они сумеют продвинуться, но и поставит под вопрос целостность собственно западноевропейского ядра. КМ.ру