Эмиграция. Почему мы еще здесь

В России идея эмиграции знавала падения и взлеты. А сейчас – какой-то удивительный взлетоспад.

Не буду ворошить историю со времен брата Александра Невского князя Андрея (он бежал в Швецию от "ордынской партии", чью сторону держал брат) или князя Курбского (тот – в Литву от Ивана Грозного). В мотивах российских эмигрантов преобладал именно страх тюрьмы, а не сумы. Сергей Гуриев теперь живет в Париже не потому, что предложили оклад повыше. А потому, что следаки начали копать под экспертов, писавших заключение по второму делу Ходорковского.

В последнее время перебралось жить за границу столько моих знакомых и коллег, сколько не уезжало и при Горбачеве. Только в Перестройку большинство были "колбасными эмигрантами", которых достало сочетание очередей с пустыми полками, а теперь эмигрантский парус снова наполняет политический ветер.

Сейчас к отъезду подталкивают два ощущения: что "здесь никогда ничего не изменится", и что "так жить нельзя". Хэштег "#поравалить" обрел популярность, когда стало ясно, что Медведев был президентом понарошку. А расцвел, когда Путин начал, в традициях Николая I и Александра III, подмораживать Россию.

Снова уехала в США Маша Гессен. Побыла главредом "Вокруг света", потеряла пост за отказ писать о полете со стерхами, удостоилась встречи с Путиным, предложившим ее в главреды вернуть – и ответила, что в гробу видела должность, которая зависит от царя. Но уехала в США не поэтому, а потому, что у Маши дети, сама она живет с женщиной, а в Госдуме пошли разговоры, что родителей-гомосексуалистов надо лишать родительских прав. В таких ситуациях и правда надо уносить ноги: и свои, и детские.

В Праге теперь живет бывший лексикограф "Союза правых сил", составитель академического "Большого словаря мата", идеолог группы "Война" Алексей Плуцер-Сарно, всегда восхищавшей меня своей смелостью. В Европе его радикализм идет по части эстетики, а в России грозит сроком.

За границей обитает Олег Кашин, у которого начались проблемы после вхождения в Координационный совет оппозиции (там у всех начались)…

Среди тех знакомых, кто не эмигрировал, побывали в тюрьме либо в автозаке публицист Валерий Панюшкин, историк Лев Лурье, художник Кирилл Миллер, журналист Андрей Аллахвердов и фотограф Денис Синяков (последние двое за решеткой сейчас — они были на судне "Гринпис").

Но при этом происходит удивительный всплеск негативной реакции на эмиграцию в том социальном слое, который ее и питает. Я все чаще слышу, что "пора валить" — это удел идиотов. Что про эмиграцию треплются "лишь либерасты", сколачивающие политкапиталец. Если и правда невмочь – тихо вали и не порть воздух. У нас здесь семьи, квартиры, карьеры…

Ну да, знакомые апологетика охранительства, философия сени родимых осин и укорота несогласным.

Но есть и новенькое. Это резкие высказывания об эмигрантах со стороны тех, кто за границей пожил. По интернету почти одновременно пошли гулять одинаково злые тексты Леонида Бершидского и того же Льва Лурье. Первый в свое время получил диплом MBA во французской INSEAD и работал на Украине. Второй преподавал в США.

Бершидский пишет, что любая добровольная эмиграция сегодня – это фикция и поза, потому что единственный товар, которым россияне могут миру предложить, — это "мы и Россия": "Даже если Кашин перестанет снимать жилье в Москве, а снимет в Женеве, он никуда отсюда не денется. По той простой причине, что швейцарским сайтам не нужны его колонки, а швейцарским журналам — его интервью. По крайней мере, в таком количестве, чтобы Кашин мог снимать квартиру".

Лурье же говорит об эмиграции словами ура-патриотов ("средний эмигрант первые лет десять чувствует себя, как таджик в сегодняшнем Петербурге"), жестко проходится по эмигрантской среде (которую "объединяют не общие ценности и установки, а то, что вы жертвы одних и тех же обстоятельств"), и уж совсем жестко – по идее эмиграции ради спасения детей (ибо дети становятся иностранцами, и родители их теряют).

Я был в шоке не потому, что несогласен, а по причине российской бинарности, когда бьешь либо ты – либо тебя. Предполагается, что, ударяя по эмигрантам, ты солидаризируешься с теми, с кем стыдно рядом стоять. И это покоя не давало. Потому что я от эмиграции не зарекаюсь.

А потом прояснилось. Почему мы так много говорим об отъезде? Если отбросить очевидные "потому что достало" и "в знак протеста", то окажется: просто потому, что одной реальности, одного мироустройства мало. Жизнь в другой стране – это дополнительная жизнь. Отъезд сам по себе мало что дает. Глупо эмигрировать в Лондон без языка: не потому, что "там нас никто не ждет" (можно подумать, здесь ждут!), а потому, что опыт будет на уровне продавца или штукатура. А вот "эмигрировать" в английский язык или англоязычные источники – очень даже имеет смысл. Идиотизм – кричать "достало-пора-валить", но продолжать посещать одни и те же русские сайты.

Есть и другие варианты эмиграции в смысле цивилизационного проникновения. Можно не только возмущаться, но и изучать предмет своего возмущения. Причем деньги на эти цели вполне можно найти. Существует целая система fellowships и scholarships – грантов, стипендий, в том числе зарезервированных за гражданами СНГ. Пугает, скажем, наступление религиозных мракобесов? Можно свалить на фелоушип в Гарвард, где есть методика, опыт и средства на изучение этого вопроса. И если за американские деньги нужно еще биться, то с немецкими, например, куда проще. Я устал отвечать про просьбы типа: "Нет у тебя провинциального журналиста с немецким языком – поехать на три месяца в Германию? Оплачивают расходы и дают стипендию". Увы, нет. Хотя полно таких, кто в Уфе или Ухте, тоскуя, ругает режим.

Да, власть наша дурна, косна, малообразванна и малолегитимна. Да, выбирая между Уфой и Ухтой, я предпочел бы Париж. Но все же сегодня парижанином в Уфе или Питере ощущать себя много проще, чем в предыдущую эпоху.

Поэтому, видимо, я пока еще здесь.

Дмитрий Губин

Источник: rosbalt.ru

Собянин переложил свою ответственность на жителей Бирюлёво

Немногим больше месяца прошло с того сентябрьского дня, когда в Ново-Огарёво президент России Владимир Путин дал интервью «Первому каналу» и агентству «Ассошиэйтед Пресс». Слушая диалог президента с Кириллом Клейменовым, я тогда ещё подумал: не дай бог, эта часть интервью окажется пророческой.

И вот оно, не сходящее с мониторов мировых СМИ Бирюлёво. Где, как и по всей России, лица неопределённой национальности безнаказанно убивают русских парней, которые идут по городу со своими девушками.

Перед тем как сделать свои жёсткие и бескомпромиссные выводы, напомню ту часть упомянутого интервью. Мой коллега напомнил историю, которая произошла на столичном рынке и «получила огромный резонанс, были приняты сразу меры, как у нас говорят, в стране, жёсткие решения, было выявлено множество нарушений. Вы знаете, вот удивительное дело, почему для того, чтобы эти нарушения выявить, потребовалось Ваше личное внимание к этой теме, Ваше личное участие? Вообще складывается ощущение, что в системе государственного управления значительное количество, не знаю, может быть, конформистов, может быть, приспособленцев, которые не способны принимать самостоятельные решения и действовать оперативно.

В. Путин: Я сам об этом думаю. Вот я, знаете, смотрел недавно кадры, когда молодые ребята «бомбят» наркоторговцев, хватают их на улицах и так далее. У меня у самого возникла мысль, ну что этого никто не знает, почему мужики эти должны…

К. Клеймёнов: Их поливают краской.

В. Путин: …да, заниматься этим. Это говорит о том, что где-то глаз замыливается, где-то приобретает это такой характер обыденности, где-то это результат коррумпированности правоохранительных органов. Это совокупность причин. Ну что же, надо просто с этим бороться.

К. Клеймёнов: Но система по-прежнему на ручном управлении?

В. Путин: В чём-то — на ручном, в чём-то — нет, где-то она функционирует в нормальном, обычном режиме, но когда она даёт сбой, приходится включать ручное управление».

Похоже, что в эти октябрьские дни президенту в очередной раз приходится включать именно такое управление. В связи с тем, что Собянин, будучи мэром, сформировал такую обстановку в столице, что поставил под удар саму российскую государственность.

Кстати, напомню сомневающимся, что все эти «Манежки» начались в Москве именно с приходом к власти Собянина. Человек, не способный управлять таким великим городом как Москва, в свою предвыборную кампанию, то есть совсем недавно, обещал, что поборет мигрантов. Месяц прошёл - и полгорода восстало против безнаказанных и фактически неразыскиваемых убийц и насильников из числа мигрантов.

О чём свидетельствует Бирюлёво? Судя по телевизионным кадрам и сообщениям очевидцев, в столице началась гражданская война. Задержано 1200 человек! Власти доэксперементировались над страной вообще и над Москвой в частности, если это был эксперимент. Неужели это была осмысленная политика, направленная на взрыв державы?

А конкретно - жители Бирюлёво продемонстрировали, что они наконец-то разобрались, с кем предстоит разбираться, не рассчитывая на временщиков и их предвыборное пустозвонство.

СМИ сообщили, что Собянин доложил Путину о событиях в Бирюлёво. И что теперь Путин не сможет сказать, что политических заключённых в России нет.

Весь мир увидел также, что министр внутренних дел России Колокольцев не способен выполнять свои должностные обязанности. И что максимальная его планка - это огород на даче. Почему происходят «Манежки»? Потому что министр не в состоянии организовать работу личного состава, направленную на борьбу с уголовными преступлениями. И его несостоятельность в малом в итоге выливается в акт гражданской войны.

А Собянин? Самозабвенно перекрывая одни и те же места в Москве золотым асфальтом и обордюривая его, Собянин полностью потерял нити управления столицей. Он всерьёз думал, что москвичи, как олени, сами добудут себе ягель, пока он решает важные бюджетные дела. Собянин всё это время позиционировал себя как хозяйственник. А ведь должен, должен был бороться за вверенную ему территорию не только как хозяйственник. Не только поребрики делать, а заниматься серьёзными вещами. Не заигрывать с диаспорами, а делать всё возможное, чтобы этих раковых опухолей в Москве близко не было.

Бирюлёво - вот итог избрания Собянина, когда в течение суток 1200 людей и 1200 семей сразу же стали несчастными.

Бирюлёво - это другой уровень социального протеста. А конкретно виноваты Колокольцев и Собянин, не могущие в течение нескольких лет разогнать три сотни криминальных узбеков, открыто и ежедневно базирующихся на станции метро «Комсомольская».

Честный и хороший Колокольцев, похоже, ничего толком и не умеет.

А Собянин провозглашает необходимость показательного наказания доведённых до отчаяния жителей Бирюлёво. Пожил бы в этом районе, а не в трёхсотметровой квартире, может, вектор мышления и изменился бы. 1200 задержанных - это та цена, которую полиция и Собянин готовы платить за непойманного убийцу. А ведь именно своим попустительством именно они довели людей до крайности и теперь обвиняют самих же людей.

Какие выводы?

Сейчас государство снова может сделать ошибочный шаг и продолжить наказывать всех русских, повторяю, доведённых до отчаяния всем тем, что творится в Москве, которая давно уже на две трети, если не на три четверти, не русский город.

Первое лекарство для государства и для общества: показательные суды над несколькими генералами типа Ромодановского, которые наводнили всю страну преступным элементом, преследуя свои рабовладельческие цели.

Второе. Необходимо срочно разобраться со всеми организациями, якобы, по правам человека, которые во главу своей деятельности на территории России поставили широкомасштабный протекционизм преступных этнических группировок. Дело дошло до того, что, казалось бы, рупор президента РФ, то есть глава совета по правам человека при президенте РФ Михаил Федотов начинает вещать не против безнаказанного убийцы русского парня, а против тех, кто уже не в силах выдерживать азербайджанскую и среднеазиатскую оккупацию Москвы. Не из-за таких ли «борцов за права человека» и коррумпированных правоохранителей происходят в России «Манежки» и «Сагры»? Не из-за таких ли на свободе оказываются убийцы русских парней? Почему на свободе и продолжает спортивную карьеру убийца Вани Агафонова Расул Мирзаев? Почему не только на свободе, но и фотографируется с главой Чечни Рамзаном Кадыровым убийца Юры Волкова, совершивший преступление на Чистых Прудах средь бела дня?

И, наконец, третье. Всей Российской власти следует именно сейчас повернуться лицом к простым москвичам, к русскому народу, пока его ещё окончательно не извели безработицей и наркоманией.

А президент РФ, судя по всему, уже перешёл на ручное управление ситуацией.

Андрей Тюняев

Источник: echo.msk.ru

Украина накануне?

«Я читаю будущее в прошедшем!» - заметила как-то Екатерина II. Российской императрице нельзя было отказать в наблюдательности. Очень часто внимательное изучение прошлого позволяет предугадать, что день грядущий нам готовит. Тем, собственно, и ценна наука история.

Лично я в очередной раз убедился в этом, ознакомившись с несколькими текстами, где описывалось положение в одном восточноевропейском государстве. Положение то было безрадостным. Экономика пребывала в состоянии кризиса. Уровень благосостояния большинства населения (за исключением самых высших слоев) был низким. Простые люди, особенно в провинции, прозябали в нищете. Они не жили, а выживали. Зато верхи общества утопали в роскоши.

Пышным цветом расцветала коррупция. Продавались все – судьи, чиновники, депутаты парламента. Продажность последних обуславливалась самой системой выборов. Стать депутатом можно было только за очень большие деньги. Подкупать требовалось как избирателей, так и тех, кто по должности обязан был наблюдать за избирательным процессом.

Не обходилось без серьезных конфликтов. Иногда спрос превышал предложение – на один и тот же депутатский мандат претендовало несколько богатых конкурентов. Тогда все решалось силой. Каждый кандидат нанимал крепких молодых людей, которые, явившись в место голосования, пытались повлиять на подсчет голосов. Между наемниками вспыхивали драки. Тот, чьи люди выходили победителями, становился «народным избранником».

Попав таким образом в парламент, новоявленный депутат стремился поскорее возместить потраченные на «избрание» средства. Он начинал беззастенчиво торговать своим голосом, перебегая при необходимости из партии в партию.

Власти энергично использовали эту особенность поведения законодателей. И нередко политик, прошедший в парламент под лозунгами оппозиции, сторговавшись с правительством, оказывался затем в числе его сторонников.

Воздействовали на депутатов не только подкупом. Бывало, некоторых парламентариев, не принадлежавших к большинству, просто лишали мандатов как избранных с нарушением закона. Основания для этого, надо признать, находились. Но, разумеется, не законность беспокоила доминирующую в парламенте силу.

А еще в высшем законодательном органе страны случались драки. По свидетельству очевидцев, это было незабываемое зрелище. Дрались по-всякому. То набрасываясь толпой на кого-то, то один на один, то «стенка» на «стенку». Зачастую образовывалась такая куча-мала, что стороннему наблюдателю невозможно было разобрать, кто на чьей стороне.

По большому счету одними этими драками работа парламента и запоминалась. Полезной законотворческой работы там практически не велось. На словах все парламентарии печалились о судьбе Родины, все говорили о возрождении Отчизны и нации. Но, как правило, болтовней все и заканчивалось.

К законотворчеству же относились согласно известной поговорке: «Закон, что дышло…» Наиболее яркой иллюстрацией тут стала история с новой конституцией страны. Ее сначала приняли, а спустя несколько лет отменили как принятую незаконно.

Единственное, чем депутаты были озабочены по-настоящему, это набиванием собственных карманов. Государственную казну превратили в кормушку. Крали много и безостановочно. Заранее зная, что никакого наказания не будет – близкие к власти лица априори являлись недосягаемыми для правосудия. Да и правосудия-то как такового не существовало, ибо любой суд можно было купить.

Распространенные наверху нравы проникали в более низкие общественные слои. Там тоже наблюдались продажность и беспринципность. Наглядным показателем здесь служили политические массовые мероприятия, периодически устраиваемые по различным случаям (что-то наподобие митингов и демонстраций). Участников набирали за деньги. Причем партийная принадлежность и лозунги не играли никакой роли. Те же самые люди могли митинговать сегодня за одно, а завтра – за прямо противоположное, лишь бы платили.

Стоит ли удивляться, что состояние дел внутри такого государства было плачевным?

Не лучше обстояло и с внешней политикой. Руководство страны придерживалось принципа многовекторности. Оно неустанно колебалось между Россией и Западом. Россия предлагала тесный взаимовыгодный союз, полностью соответствующий государственным интересам. К тому же к России тяготела значительная часть населения (прежде всего – в восточных регионах).

Все это прекрасно понимал глава государства. Он и сам имел репутацию пророссийского, к власти пришел благодаря этой репутации. Но вот для себя видел больше перспектив в Западной Европе. А личная выгода у лидера страны стояла на первом месте. Запад казался таким привлекательным, так манил своим блеском и великолепием. Впрочем, ссориться с Россией глава государства все же опасался. И потому долго не мог определиться.

В союз он хотел с Западом. С Россией же соглашался сотрудничать. Но по особой формуле, суть которой сводилась к тому, чтобы получать всевозможные льготы, не давая ничего взамен. Глава государства готов был даже подписать с русскими договор, но так, чтоб можно было потом неудобные для себя пункты не выполнять.

Конечно, это было легкомыслием. Российское руководство прекрасно видело все увертки главы соседнего государства, но относилось к нему снисходительно. Российский посол лишь получил указание: терпеливо разъяснять, какую пользу получит страна при вступлении в союз с Россией. Увы, глава государства разъяснений не слышал. Он мечтал о Западе.

Запад тоже обещал принять страну в своеобразный союз – коалицию европейских государств. Тогда, уверяли западные политики, страна сразу станет сильной, богатой, а ее лидер будет на равных общаться с руководителями ведущих стран Западной Европы. Правда, все это не просто так. Чтоб вступить в коалицию, надо предварительно провести реформы, а главное, ни в коем случае не заключать никаких союзов с Россией.

Упоминание о реформах главу государства несколько смущало. Тем более что они вели к дальнейшему понижению уровня жизни в стране. Но конечная картина, нарисованная представителями Запада, получалась такой радужной, что превозмогала сомнения.

Под стать главе государства была его партия. Она тоже считалась пророссийской, хотя большинство ее влиятельных членов только говорили о дружбе с Россией, а поступали наоборот. В партии также склонялись к ориентации на Запад.

Что же касается оппозиции, то там Россию ненавидели откровенно. Патентованные «патриоты» из числа оппозиционных деятелей в один голос заявляли, что с Востока исходит угроза независимости страны и все прочие беды, а с Запада проистекают добро и благо.

Наконец, среди политиков страны вражда к России стала всеобщей модой. Проявлялась она по любому поводу – экономическому, военному, культурному. Например, на юге страны, вследствие еще давних соглашений, находилась база российских вооруженных сил. Ее нахождение там приносило выгоду и местным жителям, и региону, и стране в целом (прикрывая южные рубежи). Но политикам, прежде всего патентованным «патриотам», база не давала покоя. Они требовали вывода российских войск. Наиболее радикальные угрожали сделать весь регион безлюдным - лишь бы не терпеть российского присутствия. Когда Россия оказалась втянута в войну с одной южной страной, «патриоты» сделали все возможное, чтобы база не использовалась для поддержки российской армии.

Другим моментом, крайне раздражающим русофобов, являлась связь Православной церкви в стране с Православной Российской церковью. Они заявляли, что в независимой державе и церковь должна быть независимой. Впрочем, в данном случае церковная автокефалия (независимость) не была самоцелью. «Патриоты» соглашались, чтобы православная иерархия в их стране подчинилась константинопольскому патриарху. Только бы не «москалям»!

И так во всем. Россию обвиняли во всех смертных грехах. И чем мягче, умереннее была ответная реакция, тем наглее становились русофобствующие политики. Они чувствовали за собой поддержку Запада, как раз и подстрекавшего их тайно на антироссийские выходки. Западные государства обещали стране всяческую поддержку, а если понадобится, то и защиту от России.

Продолжаться бесконечно так не могло. В конце концов, глава государства решился. Он открыто объявил о намерении вступить в союз западных стран. Наградой политическому лидеру стала новая
порция обещаний. Западные дипломаты улыбались главе государства, обнадеживали его, расточали комплименты. А за глаза посмеивались и называли союз, в который собралась вступить страна, «союзом барана с волками».

Так о какой же стране речь? Думаете, о современной Украине? Нет! Это Польша конца ХVIII века накануне своей гибели. Но как же похожа та ситуация на украинскую!

Польша тогда-таки вступила в «союз с волками». Как только все документы были подписаны, выяснилось, что никаких выгод она не получит. Западные страны за ее счет всего лишь решали собственные проблемы. Ограбив же Польшу, предложили России поучаствовать в разделе польской территории. Россия ранее являлась гарантом территориальной целостности Польши. Но поляки добровольно от этих гарантий отказались, когда решились на сближение с Западом.

И теперь России оставалось только согласиться на полученное предложение. По разделу она получила земли, жители которых и так хотели войти в ее состав. Ну а Польша прекратила свое существование и надолго исчезла с географической карты Европы, преподав урок будущим поколениям.

Вот только уроки воспринимаются по-разному. Мудрые люди учатся на чужих ошибках. Дураки – нет.

Украина сегодня накануне судьбоносного выбора. И очень хочется надеяться, что руководство страны проявит мудрость. Но почему-то в это не верится.

Александр КАРЕВИН

Источник: trueinform.ru