Польша против миллитаристкого Нато

www.ridus.ru

Отметим, что митинг был приурочен к Социальному Форуму стран Восточной Европы, который в настоящее время проходит во Вроцлаве. Сюда съехались делегаты из Польши, Германии, Австрии, Палестины, Греции, Венгрии, Сербии, Туниса, Украины, Словении, Белоруссии, Чехии, чтобы обменяться мнениями по поводу милитаризации Восточной Европы, обсудить роль НАТО в развязывании вооруженных конфликтов, проблемы беженцев в Евросоюзе, а также рост антиисламских и расистских настроений.

По мнению организаторов форума, политика ЕС реализуется без учета интересов населения стран восточно-европейского региона, а власти этих государств выполняют лишь волю Вашингтона и Брюсселя в ущерб национальным интересам.

Главная цель форума — налаживание координации между единомышленниками, чтобы выработать стратегию совместной борьбы и создать условия для усиления роли левого крыла в Восточной Европе.

АГЕНТ ЛЕХ ВАЛЕНСА: КАК НА САМОМ ДЕЛЕ ДЕЛАЮТСЯ «БАРХАТНЫЕ РЕВОЛЮЦИИ»

histrf.ru

Автор: Мараховский В.

<dl class="description justify">

Уважаемые читатели!

Республика Польша переживает болезненные дни. В доме экс-главы внутренних дел Польской Народной Республики генерала Чеслава Кищака обнаружено личное дело агента коммунистических спецслужб Болека. Он же лауреат Нобелевской премии мира 1983 года, глава профсоюза «Солидарность», Великий Электрик Из Гданьска и первый президент наконец-то свободной Польши Лех Валенса.

Боль от открытия Болека усугубляется целым рядом обстоятельств.

Её, например, усугубляет тот факт, что найдена даже собственноручная подписка о готовности сотрудничать: «Я, нижеподписавшийся Лех Валенса, сын Болеслава и Феликсы, 1943 года рождения, обязуюсь сохранять в тайне содержание моих бесед с сотрудниками служб безопасности. Также обязуюсь сотрудничать со службой безопасности в деле выявления и борьбы с врагами Польской Народной Республики. Информацию я буду передавать в письменной форме. Факт сотрудничества со службой безопасности обязуюсь хранить в тайне и не раскрывать даже семье. Передаваемую информацию я буду подписывать псевдонимом „Болек“».

Боль усугубляет также тот факт, что при первых сообщениях сам г-н Валенса, которого новость застала за разоблачением коммунистических происков в далёкой Венесуэле, отреагировал заявлением, что это всё провокация. И лишь под давлением фактов непреодолимой силы сообщил, что да, он подписал. По его нынешней версии — его просто вынудили поставить свою подпись коммунистические спецслужбисты, чтобы от его имени писать доносы и делить выделяемые деньги. А сам он ни на кого не доносил и денег не видел, даже если об этом найдутся документы.

Боль усугубляет ещё и тот факт, что в 2011 году было даже целое специальное постановление суда, согласно которому «спецслужбы ПНР фабриковали фальшивые документы о якобы сотрудничестве с ними Леха Валенсы с целью его дискредитации».

...Сейчас те, кому есть дело до самого экс-лидера первой восточноевропейской «цветной революции», вздыхают на тему «кто мешал пану Валенсе выйти и рассказать людям правду». Некоторые его даже жалеют.

Другие — более практично мыслящие — задаются вопросом: если генерал Кищак утащил к себе и хранил совершенно спокойно все пост-социалистические годы личное дело вождя революции — то сколько ещё таких болеков продолжают функционировать в польской элите, никем не обнаруженные.

В целом же в Польше наблюдается чувство горечи и обиды, связанное с подкопом под одно из самых ценных явлений последних десятилетий — легенду о Первой Освободившейся Нации.

Стоит учесть, что история о смелом народе, развалившем изнутри огромный социалистический лагерь — является одним из краеугольных камней современного польского политического мировоззрения. И стержнем этого героического мифа безусловно был и остаётся «великий электрик», поднявшийся, не сломленный и победивший.

Сейчас же можно констатировать, что — пусть ненадолго — данная легенда временно съехала вбок и обнажила перед польским обществом прозаическое лицо исторической реальности. Той самой, в которой бескровные всенародные революции совершаются не могучими электриками на белых конях, а как у всех.

Напомним: чисто практически «революция в соцлагере» в большинстве случаев выразилась в том, что люди, и без того близкие к высшей власти в соцреспубликах и получавшие от пребывания в элите бонусы — переформатировали общественный строй и конвертировали свою власть в открытые капиталы. Самое главное высшее начальство, конечно же, сменилось — но  элита вообще легко меняет верхушки, как дракон головы (достаточно посмотреть на управляющий Соединёнными Штатами государствообразующий бизнес, который продолжает диктовать одну и ту же экономическую и внешнюю политику США, какой бы там президент ни сидел в Овальном кабинете). В случае соцлагеря вышло так, что большинство диссидентов-победителей либо сами вышли из рядов правящих партий, либо были «штатными диссидентами» спецслужб прежнего режима.

Были, разумеется, и исключения — но приход к власти настоящих диссидентов обычно приводил к гражданской войне. А под руководством вчерашних первых секретарей горкомов партии и комсомола передача собственности в частные руки проходила куда спокойнее.

...С тех огненных лет прошло уже три десятилетия. Сменилось поколение восточноевропейцев. То, что переживалось современниками «Солидарности» как что-то актуальное — стало просто общественным мифом. Ещё одним кирпичом в стене польского официозного мировоззрения.

В этом смысле удар по легенде великого и неломающегося Валенсы — это удар по легенде всей сегодняшней Польши.

...И кстати: этот скандал заставляет по-новому осмыслить ту порой зоологическую неприязнь, которую восточноевропейские элиты питают к нынешнему российскому президенту. Если предположить, что польские пессимисты правы и «таких болеков ещё много» - то, говоря о восточноевропейских элитах, мы говорим о целом классе бывших тайных осведомителей, скрывающих своё прошлое и видящих в президенте РФ явного офицера, которому скрывать своё прошлое незачем.

Их чувства можно понять.

</dl>

Лях Болек-Валенса - редкий случай в истории, когда тайное становится явным ещё при жизни действующих лиц. Обличай - не обличай подобных, историю уже не повернуть назад, но понимать стоимость этих "ценностей" мы все должны. 

Эпоха демократической Польши, где теперь жгут чучела евреев, подошла к концу

www.politnavigator.net

В течение нескольких недель, когда правоконсервативная партия «Право и справедливость» получила большинство в парламенте и сформировало правительство, Польша оказалась расколота, что проявилось в многотысячной демонстрации, пишет New York Times. Американская газета обеспокоена нарастанием правых тенденций этой стране.

Издание пишет: «Страны по всей Европе увидели то, как националистические движения растут в своей популярности, особенно в связи с кризисом беженцев и терактами в Париже. Но крен вправо Польши под руководством «Право и справедливости» тревожит и потому, что может быть сильной тревогой для экономики региона и образцом для борющихся постсоветских государств Восточной Европы».

«Я очень взволнован и подавлен», — говорит Анджей Золл, бывший президент польского Конституционного Трибунала в интервью Gazeta Wyborcza. — «Двадцать пять лет демократической Польши подходит к концу».

В субботу антиправительственные демонстранты прошли мирным митингом по центру Варшавы, скандируя «демократия». В воскресенье проправительственный «Марш Свободы и Солидарности» привлёк несколько меньшую толпу мирных участников, на котором пели католические и патриотические песни.

Польский оппозиционный политик Рышард Петру заявил в субботу: «Качинскому ещё раз удалось разделить поляков… И он сделал это всего за один месяц».

Напомним, пришедшая к власти право-консервативная партия «Право и справедливость» настаивает на существенном изменении в отношениях между Польшей, Европейским Союзом, НАТО и Соединенными Штатами на более суверенных началах.

Националистический пыл находится на подъеме. На митинге правых молодежных групп во Вроцлаве в прошлом месяце было сожжено чучело ортодоксального еврея, что повергло в шок европейское сообщество.

«Это не проблема только Польши», — заявил Александр Квасьневский (экс-президент Польши), комментируя право-консервативные настроения, — Это происходит во всех странах Европы. Это проблема демократии в целом. Традиционная демократия находится в кризисе».

Красноармейцы в польском плену

 rusplt.ru

Колонна военнопленных. Фото: Wikipedia.org

Европейский концлагерь 1919 года глазами командира Красной армии

Тема польских военнопленных в Катыни всплывает в Польше всякий раз, когда речь заходит о ее взаимоотношениях с Россией. А вот вспоминать о судьбах около двухсот тысяч красноармейцев, оказавшихся в польских концлагерях, там не принято.

Новые границы Речи Посполитой

Возможно, давно минувшие события можно было бы оставить на суд узкого круга историков, если бы только тенями прошлого не любил питаться агрессивный национализм. В последнее время польские радикалы от слов переходят к делу: в День независимости 11 ноября 2013 года участники националистического «Марша независимости» напали на посольство РФ в Варшаве. В этом году государственный праздник в очередной раз отмечается «Бегом независимости». Но на карте «польской пробежки» территория Западной Белоруссии отмечена уже как часть Речи Посполитой. В прошлом, 2014 году победителям забега выдавали медали, отлитые в форме карты Польши с изрядным довеском в виде Западной Белоруссии и Украины.

Почти сто лет назад польская армия уже рвалась с боями на восток, захватывая Белоруссию. И за два десятка лет до Катыни в лагерях для российских военнопленных разыгралась еще бОльшая трагедия. В одном из архивов автором были обнаружены свидетельства командира Красной армии Василия Селиванова о его пребывании в польском концентрационном лагере в 1919 году.

Василий Степанович Селиванов участвовал в Первой мировой войне, Октябрьскую революцию встретил в рядах партии левых эсеров. В декабре 1917-го был делегатом Всебелорусского съезда в Минске, разогнанного по приказу председателя Облискомзапа Александра Мясникова (Мясникяна). Селиванов, как и все левые эсеры, критиковал большевиков за Брестский мир с Германией и тяжелую для крестьян продразверстку. В июле 1918-го его избрали делегатом 5-го съезда Советов в Москве. После вспыхнувшего в это время левоэсеровского восстания он был арестован ЧК. После освобождения прибыл в оккупированный немцами и украинскими гайдамаками Гомель. Активно участвовал в боевых операциях местного подполья, взорвал отделение гетманской варты (полиции) в Гомеле.

После освобождения Гомеля от немцев и гайдамаков в январе 1919-го Василий Селиванов вступил в коммунистическую партию. Очевидно, как и многие другие левые эсеры, он посчитал, что большевики при всей своей жесткости и неоднозначности были наиболее эффективной силой в революции, в том числе и в борьбе с иностранной интервенцией в России.

«Ровный с ровным…»

Уже в начале 1919-го в Белоруссию устремляются польские легионы. Строго говоря, польское панство никогда отсюда и не уходило.

И после разделов Речи Посполитой бОльшая часть польских помещиков осталась в Белоруссии. Часть из них участвовала в трех польских восстаниях, часть, наоборот, в их подавлении. Летом 1917 года в Белоруссии, в составе Российской армии был сформирован Польский корпус генерала Юзефа Довбор-Мусницкого. Легионеры находились под идейным влиянием польских националистов самого крайнего толка — «народовой демократии». Поэтому сразу после Октябрьской революции многочисленные польские помещики Могилевской губернии увидели в вооруженных легионах свою естественную защиту от белорусских крестьян. В январе 1918-го Польский корпус поднял мятеж. Но отряды Красной гвардии разгромили части Довбор-Мусницкого под Рогачевом и Жлобином, польские легионы отошли на запад и вместе с немецкой армией оккупировали Минск.

Но Германская империя потерпела поражение в войне, и тогда ранее лояльные Германии польские патриоты провозгласили образование новой Речи Посполитой. При этом «народовые демократы» без церемоний заявили, что в границы Польши образца 1772 года должны войти все белорусские и украинские земли. Но ставленника «народовцев» Юзефа Довбор-Мусницкого отодвинул от власти другой Юзеф — Пилсудский. Этот ренегат социалистического движения, став «Начальником Польской Державы», проводил более гибкую политику: Пилсудский намекал на какую-то «федерацию» с Белоруссией и Украиной. Но пока польские политики строили разные комбинации, польские легионы начали захватывать Белоруссию. Демагогический лозунг Пилсудского «Вольный с вольным, ровный с ровным…» на деле обернулся концлагерями и арестами не только для коммунистов, но и для национальных белорусских деятелей, грабежами и погромами — для мирного населения.

<pre>Концентрационный лагерь Тухоль. Фото: Wikipedia.org</pre>

Ввиду наступления легионов Пилсудского Красная армия открыла в Белоруссии новый фронт — «белопольский».

Троцкий против пролетарских батальонов

В апреле–мае 1919 года в помощь Западному фронту в Гомеле был сформирован 1-й Революционный Пролетарский батальон. Слово «пролетарский» — не просто дань духу того времени: подразделение действительно состояло из рабочих, вступивших в него добровольно или по «профсоюзной мобилизации». Инициатором создания батальона выступил молодой лидер Профсоюза торгово-промышленных служащих Азриэль Жарковский.

Правда, без казусов при формировании батальона не обошлось. Согласно строгим марксистским канонам, часть членов гомельских профсоюзов представляла из себя и не пролетариат вовсе, а так — ремесленников и прочих «мелкобуржуазных попутчиков». И некоторые из них, вполне по Демьяну Бедному, полагали, что большевики обойдутся и без них. Как писала газета «Путь Советов» 10 мая 1919 года, член профсоюза швейников некто Г. Юдашкин голосовал за профсоюзную мобилизацию, но сам при этом был освобожден от нее «по состоянию здоровья». Пройти же повторное медицинское освидетельствование бравый швец отказался. Являлся ли он дальним родственником или просто однофамильцем знаменитого модельера, история умалчивает.

Командиром батальона был назначен бывший левый эсер Василий Селиванов. Предполагалось, что формирование будет действовать под контролем «всех партий, выступающих за советскую власть». Возможно, именно это обстоятельство вызвало отрицательное отношение к батальону со стороны Льва Троцкого. В мае 1919 года грозный председатель Реввоенсовета республики издал приказ: «1-й Пролетарский батальон расформировать, начальнику штаба Парийскому сдать имущество караульному батальону, личный состав отправить в маршевые роты…»

Но Троцкого в Гомеле не послушались: маршевые роты на фронт отправили, но батальон не расформировали.

Читайте в рубрике «История»Россия после смерти ЛенинаЖизнь в СССР и борьба за власть после смерти Владимира Ленина

«Товарищи красноармейцы, с Богом!»

После прибытия в Минск трех рот Пролетарского батальона Селиванова перевели в комиссары, а комбатом назначили бывшего офицера Чибера. Начальник 17-й стрелковой дивизии Борзинский, тоже офицер царской армии, выступил перед новоприбывшими с речью. Отправляя батальон на передовую, начдив Борзинский напутствовал красноармейцев по-старому: «С Богом!» Почти сразу же после прибытия на позиции батальон втянулся в тяжелые бои с поляками. В первом же бою на позициях Синяя Горка двое бойцов были убиты. Селиванова ранило в руку, но он не оставил передний край. Через три дня у деревни Стайки батальон штыковой контратакой опрокинул польскую пехоту. Погиб основатель батальона Жарковский. 30 июня командование, не слушая возражений Селиванова, под Синей Горкой бросило батальон в неподготовленную, без артиллерийской поддержки атаку. Треть личного состава полегло, остатки батальона свели в одну роту.

<pre>Василий Селиванов. Фото: Фонды ГИКУ «Гомельский дворцово-парковый ансамбль»</pre>

1 июля 1919 года польская армия в Белоруссии, во много раз усиленная прибывшим из Франции 70-тысячным корпусом генерала Юзефа Галлера, перешла в наступление по всему фронту. К утру 3 июля «пролетарская» рота оказалась в окружении у деревни Лиски. Селиванов поднял ее в контратаку, но упал: ноги ему перебило пулеметной очередью. Перед тем как оказаться в плену, немногие уцелевшие из роты красноармейцы спрятали кожаную куртку Селиванова и остригли его пышную шевелюру: было известно, что у поляков есть персональные ориентировки на командиров и комиссаров.

Истекающих кровью раненых поляки выложили в ряд, не оказав им никакой помощи. Мимо прогнали остальных пленных, требуя указать на командный состав и политработников. В случае опознания Селиванова ждал немедленный расстрел. Но его никто не выдал, а один из бойцов даже заявил: «Наш командир был убит на моих глазах».

Выживших ждали концентрационные лагеря в Польше.

«Человеческая нужда, взывающая к небесам о возмездии…»

В битком набитых товарных вагонах пленных повезли в Белостокский пересыльный лагерь. Селиванов писал: «В лагере, как правило, пленным хлеб совершенно не выдавался, а о горячей пище и говорить не приходится. В этом лагере мы уже 8–10 дней совершенно не получали хлеба… Мы явились свидетелями того, как пленные рвали траву из-под проволочных заграждений и кушали ее.

Кроме измора голодом, на другой день после нашего прибытия бело-польские жандармы начали окончательно раздевать пленных, забирая верхнюю одежду и, если у кого было, приличное нательное белье. Взамен выдавали грязное тряпье.

Раненые по-прежнему не получали медицинскую помощь. Случалось, товарищи умирали от заражения крови, а некоторые истекали кровью из ран и находились в бессознательном состоянии. В эти мучительные моменты раненым помогала Мария Ткач, работавшая в то время в подпольной организации. Целыми днями она простаивала возле проволочных заграждений и передавала перевязочные средства…»

Впрочем, даже в польской армии находились честные люди, протестовавшие против подобного положения вещей. Начальник санитарного департамента военного министерства Польши писал: «Я посетил лагерь пленных в Белостоке и сейчас осмелился обратиться к господину генералу как к главному врачу с описанием той страшной картины, которая предстает всем прибывающим в лагерь. Вновь то же преступное пренебрежение обязанностями всех действующих в лагере органов навлекло позор на польскую армию. На каждом шагу грязь, неопрятность, которые невозможно описать, человеческая нужда, взывающая к небесам о возмездии».

Из Белостокского лагеря пленных перевезли в Варшаву. Когда красноармейцев гнали по улицам польской столицы, собравшиеся на тротуарах националисты били их палками и кулаками. Охрана отгоняла только рабочих, пытавшихся передать пленным хлеб. В Варшаве пленных впервые покормили какой-то немыслимой бурдой. Ночь они провели на железнодорожной станции, стоя под проливным дождем. Периодически к ним подходили легионеры Юзефа Галлера.

<pre>Красноармейцы в польском плену. Фото: Wikipedia.org</pre>

— То пан был в ЧК в Москве? — говорил галлеровец случайно выбранной жертве, и начиналось зверское избиение.

«Могилевская губерния, выходи до порки…»

Из Варшавы красноармейцев перевезли в лагерь возле местечка Стшалково (Щелково). Это был самый крупный концентрационный лагерь для российских военнопленных. Тут же находились интернированные петлюровцы и участники стрекопытовского мятежа в Гомеле, в подавлении которого Селиванов участвовал в марте 1919-го. Однако поляки еще намеревались использовать их в войне с советской Россией и содержали в сносных условиях, а вот красноармейцев разместили в отдельных «большевистских» бараках и подвергали жестоким издевательствам.

Комендантом Стшалковского лагеря был поручик Малиновский, польский помещик из-под Барановичей. К белорусским крестьянам, взбунтовавшимся против пана, он питал особые чувства. Охранники лагеря были вооружены нагайками, постоянно пускавшимися в ход. За малейшую провинность заключенных приговаривали к порке розгами. По воспоминаниям Василия Селиванова, военнопленных пороли и просто так, целыми губерниями: сегодня выводили на экзекуцию уроженцев Могилевщины, завтра — Минской губернии. Иногда применяли и плети, сделанные из колючей проволоки. Если истязуемый стонал, Малиновский лично добивал его из револьвера. Жизнь заключенного стоила три папиросы: именно таким количеством табачных изделий Малиновский награждал часового, застрелившего пленного.

По свидетельству Селиванова, в Стшалковском лагере от побоев, голода и болезней умирали в день по нескольку десятков человек. По данным российской делегации из смешанной российско-украинско-польской комиссии, в Стшалково погибли 10 тысяч человек, практически каждый третий заключенный.

Но если в охране польских концлагерей были откровенные садисты, то находились и люди, рисковавшие собой ради помощи заключенным. Польские, французские, английские врачи лечили красноармейцев, некоторые из них сами погибли, заразившись тифом. Врачи из украинских бараков Лившиц и Сапцион спасли немало «большевиков». Они же вместе с раввином местечка Стшалково под прикрытием помощи религиозным евреям снабжали всех российских военнопленных дополнительным хлебом.

В октябре 1919 года доктор Лившиц помог Василию Селиванову бежать из лагеря. Беглец пробирался ночами, днем укрываясь от посторонних глаз. Едва живой от голода и усталости, бывший командир батальона перешел линию фронта на реке Птичь. Едва придя в себя, Василий Селиванов вернулся на службу, а потом написал воспоминания…

****

Всего в плену в Польше в 1919–1921 годах погибли, по разным данным, до 80 тысяч российских военнопленных. Умерла или была убита почти половина красноармейцев, находившихся в польских концлагерях. В плену же у «кровавых большевиков» скончался только один поляк из двадцати… Сегодня официальные лица в Польше заявляют, что погибшие пленные стали обычными жертвами инфекционных заболеваний. Но многочисленные факты, в том числе и вышеприведенные свидетельства, говорят о том, что в местах содержания военнопленных польской администрацией проводилась избирательная политика жестокого обращения и намеренного физического уничтожения военнослужащих Красной армии.

В мае 2011 года на месте гибели российских военнопленных в Стшалково был установлен памятный знак. Но очень скоро его убрали, как «не согласованный» с местными властями. Вслед за памятником красноармейцам 1919–1920 годов пришла очередь и памятников воинам Советской армии. В сентябре этого года в Пененжно был снесен памятник погибшему при освобождении польской земли советскому командующему фронтом Ивану Черняховскому…

К ПОЛЬШЕ ПРИБЛИЖАЕТСЯ ЧУДОВИЩНАЯ УГРОЗА — СТАНЕТ ЛИ РОССИЯ ЗАЩИЩАТЬ НАС?

По мнению поляков, часы истории отмеряют последние минуты для Европы.

Если Германия будет исламизирована кровью и железом, Польша станет помехой в походе на Россию. Исламисты сделают всё, чтобы убрать её со своего пути.

Ясное дело, в интересах российского государства в свою очередь будет как можно сильнее затруднить и отдалить во времени стирание с поверхности Земли нашего общества. Не претендуя на непогрешимость, я попытаюсь представить этот вопрос в общих чертах. Представить с точки зрения человека, знающего Россию как продолжение державы, создаваемой с XIV века, и глядящего сквозь призму жёсткой реальной политики.

Давайте отбросим все иллюзии!

Россия не будет нас спасать ни во имя солидарности христианских народов, ни во имя общности европейской культуры. Если она займётся этим, то только имея в виду собственную безопасность и собственную выгоду. Не только по той причине, что мы демонстрируем низкую с точки зрения морали и совершенно безответственную с точки зрения политики манию уничтожения памятников советским солдатам, а также вышвыривания их костей из могил. И даже не по той причине, что, с обожанием глядя на Запад, который нас презирает и то и дело бросает нас на съедение, задираем нос в восточном направлении. Попросту силы России ограничены, а за поддержку со стороны Китая и части исламских народов она всё время должна платить.

Какую цену за защиту остальной Европы в состоянии заплатить Россия?

В случае появления Исламского Государства на западном берегу Одры и Нысы (в более выгодном варианте – на берегу Лабы и холмах Тюрингии) в Кремле будут обдумывать три принципиальных способа защиты собственного предполья.

Рекомендуем:  Русские слишком сильны. "Il Giornale", Италия

 

Вариантом минимум будет размещение российских войск в восточной части нашей страны, в первую очередь это Белосточчина и Мазуры. Это позволит получить буфер, защищающий Калининградскую область, а также спасти главные скопления православного населения в нашей стране. У такого решения будет два достоинства.

Первое – остальная Польша будет уничтожена, вследствие чего никогда больше не сможет возродиться польское государство, независимое от России.

Второе – не надо будет призывать в армию мусульманских российских граждан, а также пользоваться помощью китайских войск в Европе.

Вариант номер два, тоже интересный, — это принятие линии обороны на Одере, в чешских горах и более менее вдоль Дуная. Россия покажет своё большое славянское сердце… Вот только сделает она это из расчётливости.

Во-первых, таким образом она получит на самом деле большое предполье. А это будет иметь значение, если учесть, что покорённые немцы и французы смогут создавать ракеты, подобные Эль-Хусейн. Саддам Хусейн приказал обстреливать ими Израиль в 1991 году.

Во-вторых, она вернёт себе былую советскую зону влияния в Европе. Это невероятно усилило бы её позицию в мире. Большим недостатком такого способа отражения угрозы с запада была бы необходимость призыва в армию мусульман России. Наверняка они без колебаний воевали бы с салафитскими «сатанами», но за это им пришлось бы заплатить ещё большими уступками в самой России.

Наконец, третья возможность. Самая дорогостоящая и рискованная. Это тотальная война с исламистами в Европе и Азии и даже в Африке. Её первым актом была бы бомбардировка атомных стратегических целей на Ближнем Востоке. По всей вероятности, даже Мекки и Медины. Применяя нейтронное оружие, которое сохранит возможность паломничества к святым местам в этих городах после того, как излучение прекратится. Вместе с тем, однако, докажет ваххабитам и салафитам, что Создатель покинул их.

Рекомендуем:  Spiegel: Россия положила конец мировому господству США

 

Ряд целей в Саудовской Аравии, Катаре и Турции, а также в северной Африке был бы уничтожен взрывами тактических ядерных зарядов. В Европе двинулись бы вперёд танковые легионы Путина, а за ними – китайские войска, выделенные для действий под российским командованием. Неуязвимые броневые тараны и массы безжалостных и неустрашимых солдат оставляли бы за собой изуродованные останки довольно-таки многочисленных врагов.

Этот сценарий, однако, потребовал бы огромных политических и военных услуг в пользу Китая, который благодаря им мог бы даже добиться превосходства надо всем остальным миром. Это также означало бы риск ядерной войны с Соединёнными Штатами. Это сценарий, который Кремль мог бы начать реализовать только в действительно исключительных обстоятельствах.

Например, если бы вспыхнула чудовищная расовая война в стране дяди Сэма.

Гжегож Василюк

Перевод — Ursa

МИД Польши разместил карту страны со Львовом и Вильнюсом

Министерство иностранных дел Польши разместило в своём помещении плакат кампании «Пробег независимости», на котором изображена карта Польши, включающая в себя украинский город Львов, столицу Литвы Вильнюс и части территории Белоруссии, пишет польский активист Витольд Юраш.

Общественная кампания «Пробег независимости» проводится при поддержке вице-президента партии «Гражданская платформа», мэра Варшавы Ханны Гронкевич-Вальц, а также польского издания Gazeta Wyborcza и банка PKO B.P., который работает в том числе и на Украине.

На плакате изображена карта образца 1918, на которую контурами нанесены современные очертания Польши. Организаторы кампании подчёркивают, что это сделано намеренно, чтобы проиллюстрировать подпись «1918 — 2015».

«Если речь идёт о том, что Польша должна иметь иные границы, чем сейчас, то организаторы кампании работают в пользу России», — пишет Юраш.

Ранее в латвийской торговой сети были обнаружены глобусы польского производства, на которых Крым был отнесён к России. В результате «неполиткорректные» пособии изъяли из продажи.

http://ruposters.ru/news/18-10-2015/mid-polshi-lwow

КАК ПОЛЯКИ ИСТРЕБЛЯЛИ В "ЛАГЕРЯХ СМЕРТИ" ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ РУССКИХ ПЛЕННЫХ?!...

Дутов Андрей

Душа Богу, Жизнь - Отечеству, Честь - никому!
РАЗВЕ НЕ НАЗРЕЛА ОСТРАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ в СОЗДАНИИ
ИНСТИТУТА НАЦИОНАЛЬНОЙ ПАМЯТИ?!...…

Дутов Андрей добавил 6 новых фото.

КАК ПОЛЯКИ ИСТРЕБЛЯЛИ В "ЛАГЕРЯХ СМЕРТИ"
ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ РУССКИХ ПЛЕННЫХ?!...
////////////////////////Душа Богу, Жизнь - Отечеству, Честь - никому!
РАЗВЕ НЕ НАЗРЕЛА ОСТРАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ в СОЗДАНИИ
ИНСТИТУТА НАЦИОНАЛЬНОЙ ПАМЯТИ?!...
Институт займётся расследованиями преступлений, совершённых, в том числе и на чужбине, против советских и российских граждан.
Такие институты есть во многих странах мира (даже Украина и Польша), и опять акромя нашей страны. ПОЧЕМУ?!...
//////////////////////////////
Попытка официального расследования уничтожения в польском плену десятков тысяч русских военнопленных в 1919-1920 гг., уже дала серьёзные результаты. Вместе с тем, обнаружилась и большая разница в подходе к этому расследованию...
Проблема массовой гибели красноармейцев, попавших в плен в ходе польско-советской войны 1919-1920 гг., долгое время не исследовалась. После 1945 года она и вовсе замалчивалась по политически мотивированным соображениям – Польская Народная Республика была союзником СССР.

Смена государственного строя в Польше в 1989 году и перестройка в СССР создали условия, когда историки наконец-то смогли обратиться к проблеме гибели пленных красноармейцев в Польше в 1919-1920 годах. 3 ноября 1990 года первый и последний президент СССР М.Горбачёв отдал распоряжение, в которым поручалось Академии наук СССР, Прокуратуре СССР, Министерству обороны СССР, Комитету государственной безопасности СССР «совместно с другими ведомствами и организациями провести до 1 апреля 1991 года исследовательскую работу по выявлению архивных материалов, касающихся событий и фактов из истории советско-польских двусторонних отношений, в результате которых был причинен ущерб Советской Стороне».

Согласно информации заслуженного юриста Российской Федерации, председателя Комитета по безопасности Государственной Думы РФ В.И. Илюхина (в то время – начальника управления по надзору за исполнением законов о государственной безопасности Генеральной Прокуратуры СССР, члена коллегии генпрокуратуры и старшего помощника генерального прокурора СССР), эта работа велась под руководством заведующего Международным отделом ЦК КПСС В.М. Фалина. Соответствующие материалы хранились в здании ЦК КПСС на Старой площади. Однако после августовских событий 1991 года все они якобы «исчезли», и дальнейшая работа в этом направлении была прекращена. По свидетельству доктора исторических наук А.Н. Колесника, Фалин восстанавливал поимённые списки погибших в польских концлагерях красноармейцев ещё с 1988 года, но, по словам самого В.М. Фалина, после того, как в августе 1991 года в его кабинет ворвались «бунтовщики», собранные им списки, все тома, пропали. А тот сотрудник, который работал по их составлению, был убит.

Тем не менее, проблема гибели военнопленных уже привлекла к себе внимание историков, политиков, журналистов и государственных деятелей Российской Федерации и других республик бывшего Советского Союза. То обстоятельство, что это случилось в момент снятия покрова секретности с трагедии Катыни, Медного, Старобельска и других мест расстрела поляков, «придало этому естественному шагу отечественных исследователей видимость контрпропагандистской акции, или, как её стали называть, «анти-Катыни».

Появившиеся в печати факты и материалы, стали, по мнению ряда исследователей и учёных, свидетельством того, что польские военные власти, нарушив международные правовые акты, регламентирующие условия содержания военнопленных, причинили российской стороне огромный моральный и материальный ущерб, который ещё предстоит оценить. В связи с этим, Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась в 1998 году в соответствующие госорганы Республики Польша с просьбой о возбуждении уголовного дела по факту гибели 83 500 пленных красноармейцев в 1919-1921 гг.

В ответ на это обращение генеральный прокурор Польши и министр юстиции Ханна Сухоцкая в категорической форме заявила, что «...следствия по делу о, якобы, истреблении пленных большевиков в войне 1919-1920 гг., которого требует от Польши Генеральный прокурор России, не будет». Отказ Х. Сухоцкая обосновала тем, что польскими историками «достоверно установлена» смерть 16-18 тыс. военнопленных по причине «общих послевоенных условий», о существовании в Польше «лагерей смерти» и «истреблении» не может быть и речи, поскольку «никаких специальных действий, направленных на истребление пленных, не проводилось». Для того, чтобы «окончательно закрыть» вопрос о гибели красноармейцев генпрокуратура Польши предложила создать совместную польско-российскую группу учёных для «...обследования архивов, изучения всех документов по этому делу и подготовки соответствующей публикации».

Таким образом, польская сторона квалифицировала просьбу российской стороны как неправомерную и отказалась её принять, хотя сам факт массовой гибели советских военнопленных в польских лагерях генеральной прокуратурой Польши был признан. В ноябре 2000 года, накануне визита в Варшаву российского министра иностранных дел И.С. Иванова, польские СМИ в числе предполагаемых тем польско-российских переговоров назвали и проблему гибели военнопленных красноармейцев, актуализированной благодаря публикациям кемеровского губернатора А. Тулеева в «Независимой газете».

В том же году была создана российская комиссия по расследованию судьбы красноармейцев, взятых в польский плен в 1920 году, с участием представителей Министерства обороны, МИД, ФСБ и архивной службы Российской Федерации. В 2004 году на основе двустороннего соглашения от 4 декабря 2000 года была предпринята первая совместная попытка историков двух стран найти истину на основе детального изучения архивов – прежде всего, польских, так как события происходили преимущественно на польской территории.

Результатом совместной работы стало издание объёмного польско-российского сборника документов и материалов «Красноармейцы в польском плену в 1919-1922 гг.», позволяющих уяснить обстоятельства гибели красноармейцев. Рецензию на сборник подготовил астроном Алексей Памятных – кавалер польского Креста Заслуги (награждён 4.04.2011 года президентом Польши Б. Коморовским «за особые заслуги по распространению правды о Катыни»).

В настоящее время польские историки пытаются представить сборник документов и материалов «Красноармейцы в польском плену в 1919-1922 гг.» в качестве своеобразной «индульгенции» для Польши в вопросе о гибели десятков тысяч советских военнопленных в польских концентрационных лагерях. Утверждается, что «достигнутое согласие исследователей в отношении количества умерших в польском плену красноармейцев... закрывает возможность политических спекуляций на теме, проблема переходит в разряд чисто исторических...».

Однако это не соответствует истине. Говорить о том, что согласие российских и польских составителей сборника «в отношении количества красноармейцев, умерших в польских лагерях от эпидемий, голода и тяжёлых условий содержания» достигнуто, несколько преждевременно.

Во-первых, по ряду аспектов мнения исследователей двух стран серьёзно разошлись, вследствие чего результаты были изданы общим сборником, но с разными предисловиями в Польше и России. 13 февраля 2006 года, после телефонного разговора координатора международного проекта «Правда о Катыни» историка С.Э. Стрыгина с одним из составителей сборника, российским историком Н.Е. Елисеевой, выяснилось, что «в ходе работы над сборником в польских архивах было выявлено существенно больше официальных документов о внесудебных расстрелах польскими военнослужащими военнопленных советских красноармейцев. Однако непосредственно в сам сборник были включены лишь три из них. С остальных выявленных документов о расстрелах были сняты копии, которые в настоящее время хранятся в Российском государственном военном архиве. В ходе подготовки издания возникли очень серьёзные противоречия в позиции польской и российской стороны. (По образному выражению Н.Е. Елисеевой «...дело доходило до рукопашной»). В конечном итоге, эти разногласия устранить не удалось и пришлось делать два принципиально разных предисловия к сборнику – от российской и от польской стороны, что для подобных совместных изданий является уникальным фактом».

Во-вторых, между польскими участниками группы составителей сборника и российским историком Г.Ф. Матвеевым сохранились большие расхождения по вопросу о количестве пленных красноармейцев. Согласно расчётам Матвеева, неясной осталась судьба не менее чем 9-11 тысяч пленных, которые не умерли в лагерях, но и не вернулись в Россию. В целом Матвеев фактически указал на неопределённость судьбы около 50 тысяч человек из-за занижения польскими историками числа пленных красноармейцев, а вместе с тем и числа погибших пленных; расхождения данных из польских и российских документов; случаев расстрела польскими военными пленных красноармейцев на месте, без отправления их в лагеря для военнопленных; неполноты польского учёта гибели военнопленных; сомнительности данных из польских документов времён войны.

В-третьих, второй том документов и материалов по проблеме гибели узников польских концлагерей, который должен был выйти вскоре после первого, не издан до сих пор. А «тот, который был опубликован, лежит забытый в Главной дирекции государственных архивов и Федеральном архивном агентстве России. И никто не торопится доставать эти документы с полки».

В-четвёртых, по мнению некоторых российских исследователей, «несмотря на то, что сборник «Красноармейцы в польском плену в 1919-1922 гг.» составлялся при доминирующем мнении польских историков, большинство его документов и материалов свидетельствуют о таком целенаправленном диком варварстве и бесчеловечном отношении к советским военнопленным, что о переходе этой проблемы в «разряд чисто исторических» не может быть и речи! Более того, размещённые в сборнике документы неопровержимо свидетельствуют о том, что в отношении военнопленных советских красноармейцев, прежде всего, этнических русских и евреев, польские власти проводили политику истребления голодом и холодом, розгой и пулей», т.е. «свидетельствуют о таком целенаправленном диком варварстве и бесчеловечном отношении к советским военнопленным, что подобное следует квалифицировать, как военные преступления, убийства и жестокое обращение с военнопленными с элементами геноцида».

В-пятых, несмотря на проведённое советско-польское исследование и имеющиеся по проблематике публикации, состояние документальной базы по этому вопросу по-прежнему таково, что какие-либо точные данные о количестве погибших красноармейцев просто отсутствуют. (Не хочется верить, что польская сторона их тоже «потеряла», как это было сделано с документами о катынских событиях, полученными якобы из российских архивов в 1992 году, после того, как появились публикации о том, что данные материалы – изготовленные в годы «перестройки» фальшивки).

Тезисно ситуация с гибелью красноармейцев выглядит следующим образом. В результате начатой Польшей в 1919 году против Советской России войны, польской армией было захвачено свыше 150 тыс. красноармейцев. Всего, в совокупности с политическими заключёнными и интернированными гражданскими лицами, в польском плену и концлагерях оказалось более 200 тысяч красноармейцев, гражданских лиц, белогвардейцев, бойцов антибольшевистских и националистических (украинских и белорусских) формирований. В польском плену в 1919-1922 гг. красноармейцы уничтожались следующими основными способами:

1) Массовыми убийствами и расстрелами. В основном до заключения в концлагеря их: а) уничтожали во внесудебном порядке, оставляя ранеными на поле боя без оказания медицинской помощи и создавая гибельные условия транспортировки в места заключения; б) казнили по приговорам различных судов и трибуналов; в) расстреливали при подавлении неподчинения.

2) Созданием невыносимых условий. В основном в самих концлагерях с помощью: а) издевательств и избиений, б) голода и истощения, в) холода и болезней.

Вторая Речь Посполитая создала огромный «архипелаг» из десятков концентрационных лагерей, станций, тюрем и крепостных казематов. Он раскинулся на территории Польши, Белоруссии, Украины и Литвы, и включал в себя не только десятки концентрационных лагерей, в том числе открыто именовавшиеся в тогдашней европейской прессе «лагерями смерти», и т.н. лагеря интернированных, в качестве которых польские власти использовали в основном концлагеря, построенные немцами и австрийцами в период первой мировой войны, такие как Стшалково, Шиптюрно, Ланьцут, Тухоль, но и тюрьмы, сортировочные концентрационные станции, пункты сосредоточения и различные военные объекты вроде Модлина и Брестской крепости, где было сразу четыре концлагеря.

Острова и островки архипелага располагались, в том числе, в польских белорусских, украинских и литовских городах и весях и назывались: Пикулице, Коростень, Житомир, Александров, Луков, Остров-Ломжинский, Ромбертов, Здунская Воля, Торунь, Дорогуск, Плоцк, Радом, Пшемысл, Львов, Фридриховка, Звягель, Домбе, Демблин, Петроков, Вадовицы, Белосток, Барановичи, Молодечино, Вильно, Пинск, Ружаны, Бобруйск, Гродно, Лунинец, Волковысск, Минск, Пулавы, Повонзки, Ровно, Стрый, Ковель... Сюда же следует отнести т.н. рабочие команды, работавшие в округе и у окрестных помещиков, формировавшиеся из узников, смертность среди которых временами превышала 75%. Наиболее смертоносными для узников были концлагеря, расположенные на территории Польши – Стшалково и Тухоль.

В начале 1920-х годов польские власти пытались отвлечь внимание мировой общественности от массовой гибели советских военнопленных из-за бесчеловечного обращения, переключив внимание на содержание польских военнопленных в советском плену. Однако сравнение оказалось очень выгодным для советской стороны. Несмотря на намного более тяжёлые условия – гражданскую войну, иностранную интервенцию, разруху, голод, массовые эпидемии, отсутствие средств, – польские военнопленные в России находились в гораздо более комфортных для выживания условиях. К тому же их содержание курировали родственники высокопоставленных большевиков-поляков вроде Ф. Дзержинского.

Сегодня польская сторона признаёт факт массовой гибели заключённых польских концентрационных лагерей. Однако стремится преуменьшить цифру, отражающую реальное количество погибших в плену. Это осуществляется, в том числе, и с помощью смысловой подмены.

Во-первых, численность взятых в плен красноармейцев существенно занижается, с целью уменьшения итогового количества погибших.

Во-вторых, при подсчёте погибших пленных речь идёт только об умерших во время заключения. Таким образом не учитывается около 40% военнопленных, погибших до заключения в концлагеря – непосредственно на поле боя, либо во время транспортировки в концлагеря (и из них – обратно на родину).

В-третьих, речь идёт только о гибели красноармейцев, благодаря чему за пределами внимания оказываются умершие в неволе белогвардейцы, бойцы антибольшевистских и националистических формирований и члены их семей, а также политические заключённые и интернированные гражданские лица (сторонники советской власти и беженцы с востока).

В целом польский плен и интернирование унесли жизни более чем 50 тыс. русских, украинских и белорусских узников: около 10-12 тыс. красноармейцев погибли до заключения в концлагеря, порядка 40-44 тыс. в местах заключения (примерно 30-32 тыс. красноармейцев плюс 10-12 тыс. гражданских лиц и бойцов антибольшевистских и националистических формирований).

Гибель десятков тысяч русских узников и гибель поляков в Катыни – это две разные проблемы, не связанные между собой (за исключением того, что речь в обоих случаях идёт о гибели людей). Массовая гибель советских военнопленных не является табу в современной Польше. Её просто пытаются подать так, чтобы не дискредитировать польскую сторону.

В России, Белоруссии и на Украине тема Катыни массово распропагандирована ещё с позднесоветских времён, а о гибели десятков тысяч соотечественников в польских концлагерях почти ничего не известно. Сегодня основная, общая проблема исследований Катыни и «анти-Катыни» заключается в том, что русские историки ищут истину, а польские – выгоду для своей страны.

Поскольку замалчивание проблем явно не способствует их решению, хотелось бы призвать не только учёных-историков и русскоязычных астрономов, награждённых польскими крестами «за Катынь», но и правоведов Польши и России провести совместное полное и объективное расследование по вопросу о судьбе «исчезнувших» в польском плену десятков тысяч красноармейцев.

Бесспорно, польская сторона имеет полное право на расследование всех обстоятельств гибели своих сограждан в Катыни. Но и её восточные соседи имеют точно такое же право на расследование обстоятельств гибели красноармейцев в польском плену. И на составление, точнее, восстановление уже имевшихся к началу 1990-х гг. списков погибших в польских концлагерях соотечественников.

Запустить данный процесс можно, возобновив работу совместной комиссии учёных, которая формально никем не распускалась. Причём, включив в неё, помимо российских и польских историков и правоведов, представителей белорусской и украинской сторон. Также заслуживают пристального внимания предложения российских блоггеров о введении официальной даты поминовения бойцов Красной армии, погибших в польском плену в 1919-1922 годах и кемеровского губернатора Амана Тулеева – о создании российского Института национальной памяти, который займётся расследованиями преступлений, совершённых, в том числе и на чужбине, против советских и российских граждан.

Польша: «Празднуем победу вместе с союзниками Гитлера»

Альтернативные торжества. Иллюстрация: 5-tv.ru

Чем живет Польша: «альтернативный» День Победы в Гданьске опозорил Коморовского, неизбежен второй тур выборов и проблемы приближающегося урожая

Многие поляки удивились, что польские власти, после более 20 лет сознательного «забывания» Дня Победы, в этом году вдруг вспомнили об этом празднике. Причем вспомнили очень интенсивно, но совершенно в ином контексте, чем можно было бы ожидать.

Во-первых, несколько месяцев назад они решили организовать — конечно, чтобы традиционно «насолить» России — 8 мая альтернативные по отношению к московским торжествам празднование Дня Победы в Гданьске и Вестерплатте — там, где Вторая мировая война началась, хотя — как известно — ее начало победоносным для Польши и антигитлеровской коалиции трудно назвать. Во-вторых, такие альтернативные празднования, по замыслу организаторов предвыборной кампании президента Бронислава Коморовского, прекрасно вписывались в ее сценарий. Они рассчитывали на то, что эхо гданьских торжеств и участия в них президента Коморовского пробьется даже через предвыборную тишину перед первым туром президентских выборов, который пройдет в ближайшее воскресенье, 10 мая (начиная с полночи с пятницы на субботу, предвыборная агитация в Польше запрещена), и поможет ему в борьбе за переизбрание окончательно раздавить контркандидатов.

В свободной демократической Польше полиция дважды расстреляла безоружных шахтёров: это европейские ценности, и правозащитники всех мастей считают это нормальным

"Форум.мск.ру" 

По сообщению портала Forum.msk, "В Польше полиция применила огнестрельное оружие против бастующих шахтеров, в результате чего более 20 человек получили ранения. Вооруженные столкновения произошли после того, как протестующие потребовали немедленной отставки генерального директора Ястшембской угольной компании (Jastrzebska Spolka Węglowa, JSW), крупнейшего в Польше производителя коксующегося угля. 

2 и 9 февраля полиция открыла стрельбу по протестующим шахтерам, в результате чего более 20 человек получили ранения. Профсоюзы требуют объяснений по поводу применения оружия против безоружных рабочих.

26 января генеральный директор JSW Ярослав Загоровский попытался уволить десять активистов за то, что они поддержали шахтеров, бастующих на других шахтах Польши. Это вызвало массовые протесты на шахте JSW в Ястшембе. А после того, как управляющая компания приостановила выполнение трех коллективных соглашений и объявила о реализации плана экономии, профсоюзы проголосовали за проведение забастовки с 28 января.

Профсоюзы горно-обогатительного комбината потребовали отставки Загоровского, обвиняя его в срыве диалога между руководством и работниками. Они также потребовали отменить решение о приостановке выполнения трех коллективных соглашений и ввести одинаковые правила трудоустройства на всех шахтах компании JSW.

С помощью посредника переговоры между профсоюзами и руководством были продолжены. Стороны достигли договоренности о плане экономии. 13 февраля рабочие приостановили забастовку, а спустя три дня генеральный директор Ярослав Загоровский подал в отставку. Однако решение об отставке официально еще должен принять наблюдательный совет компании.

Редактор ФОРУМа.мск Дмитрий Чёрный сопоставляет:

- Польша 1905-го года и нынешняя - так ли это далеко? Оказалось - больше века прошло, а ничего не изменилось. Точнее - это граждане так свою страну меняли в разные стороны, что высотка-то сталинская, Дворец науки, стоит посередь Варшавы, а рабочих как убивали до социализма периода ПНР, при царе русском, так и нынче постреливают. Только теперь уже это не считается колониальной политикой - поскольку нормой стало бесправие рабочих при капитализме постсоветского образца... Напомню, революция 1905-го года бушевала и в Польше, и стала там как раз сигналом для "сепаратистов"... Однако... без "чужого" царя родной капиталист из новой шляхты даст приказ стрелять на поражение... уповать тут на "европейские ценности" могут разве что деклассированные московские либералы. Кстати, а где там "Солидарность"? Неплохие завоевания "рабочей организации", которая давно стала властью! Любопытно, что там вякнет "герой рабочего сопротивления" Валенса по данному поводу? Увы, как мы и говорили некоторое время назад, после крупной драки на польском стадионе и открытия всё новых антисоветских "памятников", да выставок в духе "Весёлого Освенцима" - дух неонацизма... это ведь всё не только украинская проблема. Фашизм ожил во всей Европе, поскольку царит кризис экономический, и пули, летящие в рабочих - вот "новое избирательное право". И некому защитить пролетария... - партии-то, большевиков-то он давно "вытеснил" и высмеял... "

Михаил Делягин отметил: "Расстрелы рабочих полицией в якобы цивилизованной Польше - еще одно проявление глубочайшего цинизма современного Запада. Информация об этом полностью игнорируется псевдодемократическими СМИ, правозащитниками и прочей либеральной мерзостью. Для них все, кто так или иначе "не вписывается в рынок", подлежит уничтожению - от американских индейцев до "личинок колорадов" и "самок ватников" на современной Украине. И согласные с этим европейские обыватели, считающие, что гражданство и высокомерное презрение к другим народам гарантируют им безопасность, сильно заблуждаются: их будут грабить, а если им это не понравится - по ним будут стрелять".

А я обращаю внимание на другое. Какие же молодцы поляки! В них жив бунтарский дух, требующий СПРАВЕДЛИВОСТИ! Той самой ценности, которую мы считаем исконно русской и которую так часто предаём в угоду собственной лени и спокойствию.