Сегодня был запущен механизм крушения нефте-доллара

voronkov-kirill.livejournal.com

Помните, я писал о предчувствии? Не прошло и полгода...
Запомним этот день. Он связан с Ираном. И, думаю, что в будущем мы ещё не раз вернёмся к сегодняшней дате — 24 января 2015. 

Не зря последние американские президенты и сама Джен Псаки постоянно путают в своих заявлениях Ирак с Ираном — это даже символично. Смяв Ирак и раскатав в пыль Ливию, американцы споткнулись о Сирию, а об Иран расшибут свой звёздно-полосатый лоб.
Мы уже говорили с вами о том, что после отмены Бреттон-Вудского соглашения мощь американской валюты фактически держится на мировых углеводородных контрактах, номинированных в доллары США. Это позволяет Америке бесконтрольно печатать зелёные бумажки и выбрасывать их в мир, создавая экспорт инфляции и богатея, фактически, за счёт всего остального человечества, включая нас свами. И всех, кто пытается, даже не бороться, а хотя бы выйти из этой системы, Америка карает быстро и беспощадно. 

Иран и Россия создадут совместный банк для обхода санкций

Иран и Россия намерены создать совместный банк с целью развития двусторонних торговых связей и обхода санкций

Тегеран и Москва анализируют возможности, которые позволили бы им открыть новую страницу в торговых отношениях и смогли бы разрушить господство западных валют в их взаиморасчётах.

«Поскольку российские банки опасаются работать с Ираном в связи с последствиями в виде санкций, мы хотим создать совместный ирано-российский банк, задействуя наши центральные банки и частный бизнес, — заявил глава ирано-российской торговой палаты Асадолла Асгаролади, -Такой банк сможет осуществлять расчеты, используя иранские риалы и российские рубли. Доллары, евро и фунты станут не нужны».

В последние годы Иран испытывает экономические трудности в связи с западными санкциями, введенными против энергического и финансового секторов страны.

Кроме того, под давлением еврейского лобби в течение последних нескольких месяцев США ввели новые санкции против ряда иранских физических и юридических лиц, - чтобы максимально отсрочить ядерную программу Тегерана, которая сможет нейтрализовать ядерную угрозу со стороны «Израиля».

Кошмар для США это альянс Ирана, России и Китая

Скоро, всего через несколько лет, международная сцена в силовом отношении может выглядеть совершенно иначе. Синхронно с изменением соотношения сил между государствами-нациями происходит относительный рост влияния негосударственных субъектов, в том числе бизнеса, племён, религиозных организаций и сетей организованной преступности.

Игроки меняются, но такова игра и масштабы транснациональных вопросов, имеющих значение для продолжения процветания мира. Важную роль на этом образующемся мировом фронте играют незападные державы. Лагерь под предводительством США уже теряет свои стратегические опорные позиции в Евразии, а в политике "разворота к Азии" сталкивается с серьёзными задержками. Движущими силами реального разворота к Азии являются страны с быстро растущими экономиками, особенно Китай, а такие обладающие крупными нефтегазовыми резервами страны как Россия и Иран уже разворачиваются на восток.

ЕС приручает Иран. Углеводородное поражение Кремля

m_kalashnikov

October 10th, 13:19

Максим Калашников.
Плохие для "энергетической сверхдержавы" новости.
Крупнейший нефтяной трейдер и владелец огромного танкерного флота Ирана, компания NITC, больше не находится под санкциями Европейского Союза и уже совсем скоро сможет поставлять на его рынок дешевую нефть.
Это лишний раз подтверждает мои прогнозы насчет того, что углеводороды Ирана будут использованы для подрыва экономики РФ в ходе новой холодной войны.

Вслед за потерей Новороссии - газовое поражение
Не мифический «сланцевый газ», а природный газ Ирана и Туркмении вышибет большую часть поставок РФ из Европы
Иранский план Фридмана

Проиграв Новороссию, Кремль проиграет и европейский газовый рынок. Практически одновременно Болгария начала срывать строительство «Южного потока», а Запад стремительно идет на разрядку конфронтации с Ираном. Президент Роухани ликует: Запад соглашается даже на обогащение урана в его стране.

Взамен в течение нескольких лет хозяева Запада должны построить газопровод «Навуходоносор» (Набукко) в обход РФ, заместив её газ на рынке ЕС «голубым топливом» из Ирана. Ради такой цели тому даже атомную бомбу разрешат завести. Именно это, а не мифическая «сланцевая угроза» - реальная опасность для деиндустриализованной и деградировавшей России.

Расчет Запада очень прост. Кремлевские вожди вышли из-под контроля и решили претендовать на роль одной из мировых сил. Это плохо. Надо подрезать им крылья, лишив доходов от богатого европейского рынка газа, где РФ занимает треть. Заместить газ Ямала на сланцевый – невозможно: слишком дорого и экологически опасно. Гораздо дешевле договориться с Ираном (а заодно и с Туркменией и Азербайджаном) и запитать ЕС их газом с помощью «Набукко». Это как минимум вдвое снизит объемы поставок газа из РФ в Евросоюз, а договоренности с Китаем никак не компенсируют Москве потерь. То, что нынешние российские власти не могут обеспечить индустриализацию страны и возродить былую научно-индустриальную мощь СССР, на Западе уверены.

И не надо считать, что Запад не договорится со «страшным Ираном». В отличие от деградировавшей управленческой верхушки РФ, западные управленцы еще способны на нетривиальные шаги. В 2011 году глава влиятельного мозгового треста США «Стратфор» (Стратпрогноз), Джордж Фридман, издал книгу «Ближайшие 10 лет» (я ее читал), где настоятельно рекомендовал Вашингтону выстроить партнерские отношения с Тегераном. Мол, нужно сделать Иран союзником Соединенных Штатов для поддержания порядка в Центральной Азии. (Напомню, что «Стратфор» в конце 2007 года предсказал победоносную войну РФ против Грузии).
полный текст -
http://www.apn-spb.ru/publications/article17276.htm
Как видите, мой прогноз опять оправдывается. Теперь - по линии нефти Ирана.
В общем, высшие "стратеги" РФ снова сели в лужу. Разве этим кретинам не говорили, что в мире - перепроизводство нефти и пузырь явно надутых цен на нее можно проткнуть? Это и делается. Только, в отличие от 1985-1986 годов, иглой делают не только Саудовскую Аравию, но и Иран. Никакого "мотора" экономики взамен нефтегазового, они так и не запустили. Хотя очевидно, что для этого нужно запускать новую индустриализацию и мегапроект по подъему сельского хозяйства - с выходом из ВТО. Словом, то, о чем говорят МЭФ, Партия дела, К.Бабкин, М.Делягин, М.Калашников, С.Глазьев.
Альтернативы нет, господа!

Роухани – Кэмерон: «историческая встреча», обернувшаяся большим скандалом

Игорь Николаев, Специально для Iran.ru «Историческая встреча» президента Хасана Роухани и британского премьера Дэвида Кэмерона, прошедшая на полях Генеральной ассамблеи ООН, первая встреча лидеров двух стран с 1979 года, обернулась скандальной историей, вызвавшей небывалую волну возмущения в Иране. Ожидать иного было бы наивно, поскольку в отношениях между Лондоном и Тегераном, как в капле воды, отражается вся двуличность, эгоизм и вероломство политики Запада в отношении Исламской республики.

Завтра в Иране поднимется шум!

 Реза Саджади 

Здравствуйте, мои дорогие друзья!
Завтра в Иране будут отмечать День Кудс (День солидарности с народом Палестины). Так он проходил в 2013,2012, 2011 годах.
Миллионы иранцев, несмотря на голод во время поста и температуру под сорок градусов в тени, выйдут на улицы, чтобы прокричать: "Долой США! Долой Израиль!".

Тридцать шесть лет тому назад Имам Хомейни объявил, что День Кудс - событие международное. Это не просто "День солидарности с палестинцами", это День в честь всех, кто выступает против тиранов с их ненасытной жаждой власти, День сопротивления всех стран, оказавшихся под гнётом и тиранией Америки.

На этот раз всё несколько отличается от демонстраций предыдущих лет. Ведь на этот раз День Кудс совпадает с днями страшных преступлений режима оккупантов в Палестине и ужасными бомбардировками в секторе Газа. Народ Ирана рыдает вместе с мужами и женами, потерявшими своих детей, - и открыто прокричит о своей ненависти к тем, кто совершил эти преступления.

Но вы увидите, что, как и в предыдущие годы, СМИ, которые неизменно стараются преувеличить значимость собраний небольших кучек людей, выступающих против Ирана или против России, не скажут ни слова о миллионах иранских демонстрантов, вышедших на улицы, чтобы протестовать против действий Америки. Как обычно, СМИ будут слепы и глухи. Но я постараюсь стать хорошим репортером для вас.




За два дня существования акции "Щёлкни по рекламе - помоги Новороссии" удалось уже собрать чуть больше 2$. Не много, но это лишь начало. Самыми активными и многочисленными были читатели из России, На втором месте - Германия (65с) и замыкает тройку Украина. Спасибо всем. Если не снижать скорости, то раз в два - три месяца гугл будет радовать Русскую Весну чеком на 100$. Но я верю в силу солидарности и в то, что наша помощь будет регулярной и ощутимой.

В Иране казнен миллиардер за банковские махинации

www.rg.ru

Иранские власти казнили миллиардера Махафарида Амира Хосрави,  обвиненного в банковских махинациях на 2,6 миллиарда долларов. Об этом сообщает РИА Новости.

Приговор был приведен в тюрьме Эвин на севере Тегерана.

По делу проходят еще трое обвиняемых, им также грозит высшая мера наказания.

Обвинения, выдвинутые против них, включают подделку документов с целью получить кредит в одном из крупнейших банков Ирана, чтобы на эти деньги приобрести активы, в том числе госкомпаний.  

24.05.2014

Аятолла Ахмад Хатами назвал вмешательство США в дела Украины актом агрессии

ИТАР-ТАСС Оно поставило эту страну на грань войны, считает религиозный деятель Один из высших религиозных деятелей Ирана резко осудил вмешательство США во внутренние дела Украины. Об этом сообщило агентство ИРНА. "Вмешательство США во внутренние дела Украины поставило эту страну на грань войны", - подчеркнул временный руководитель традиционной пятничной молитвы в Тегеранском университете аятолла Ахмад Хатами, обращаясь к собравшимся. Это вмешательство ни что иное, как "акты агрессии", отметил влиятельный иранский религиозный деятель, член президиума Совета экспертов ИРИ (консультативного органа при духовном лидере и руководителе Ирана).

Россия и Иран заключают стратегический союз

В январе появились сообщения о том, что Москва и Тегеран обсуждают бартерную сделку, предполагающую поставки до 500 тысяч баррелей иранской нефти в день в обмен на российские товары и оборудование. США заявили, что подобное соглашение вызывает "серьёзные опасения" и нанесёт вред переговорам по поводу ядерной программы между Ираном и мировыми державами.

По сведениям российского источника, со своей стороны Москва уже подготовила все необходимые документы, осталось только согласовать цену. Нефть будет обмениваться на промышленные товары, металл и продукты питания; поставок военного оборудования не предполагается. Общая сумма соглашения составит от 15 до 20 миллиардов долларов. Сделка будет выполняться в несколько этапов с первым траншем от 6 до 8 миллиардов долларов.

Иранские источники подтверждают, что договор оценивается в 20 миллиардов долларов и предполагает поставки примерно 500 тысяч баррелей в день в течение двух-трёх лет. Как отметил некий иранский чиновник, через Каспийское море могут быть отправлены 300 тысяч баррелей, остальное через Персидский залив, возможно, через порт Бендер-Аббас. Обсуждаемая цена немного ниже мировой (нынешняя цена на нефть составляет около 100 долларов за баррель).

Иранский чиновник также сообщил, что договор предусматривает поставку ракет и помощь России в постройке двух атомных станций. Документального подтверждения своим словам он не предоставил.

Российское и иранское правительство отказались от комментариев.

В прошлом ноябре между Ираном и мировыми державами была достигнута предварительная договорённость об облегчении некоторых санкций в обмен на ограничение ядерной программы. Она вступила в силу в январе. Продолжаются работы по достижению окончательного соглашения.

Предполагалось, что иранский экспорт будет держаться на уровне в среднем одного миллиона баррелей в день в течение 6 месяцев до 20 июля. Однако фактические объёмы последних 5 месяцев оказались выше.

"Соглашение уменьшит давление на ослабленный энергетический сектор Ирана и по крайней мере, частично восстановит его доступ к потребителям нефти с помощью России", - предупреждает аналитик из Фонда по защите демократии Марк Дубовиц. - "Если Вашингтон не сможет воспрепятствовать заключению сделки, это покажет остальным странам, что США не пойдут на риск развязывания крупных дипломатических конфликтов ради поддержания режима санкций".

Источник

Иран направил военные корабли к морским границам США

РИА Новости

Командование военно-морского флота Ирана объявило в субботу, что страна отправила военные корабли к морским границам США, передает агентство Fars http://english.farsnews.com/

"Корабли военно-морского флота Ирана уже начали свой путь к Атлантическому океану через воды у побережья Южной Африки. Иранский военный флот приближается к морской границе США, и этот маневр является посланием", — сказал командующий северного морского флота Ирана адмирал Резайи Хаддад (Rezayee Haddad).

Отношения США и Ирана остаются напряженными, несмотря на то, что странам удалось достичь в рамках переговоров Ирана и шестерки международных посредников соглашения о мерах по существенному урезанию ядерной программы исламской республики.

Командование иранского флота ранее неоднократно озвучивало планы отправить военные корабли в Атлантический океан. Как отмечает агентство, таким образом Иран отвечает на "усиленное присутствие американского морского флота в Персидском заливе". В Бахрейне расположен штаб командования 5-го флота ВМС США. В последние два года американцы проводили масштабные учения в этом регионе 

Россия, Иран и США: геополитическая игра

 Игорь Путинцев

Одним из главных событий Всемирного экономического форума в Давосе стало выступление иранского президента Хасана Рухани, состоявшееся 23 января. Оно подтвердило стремление иранских властей к нормализации отношений с Западом. Запланированный ход вещей не нарушил даже скандал вокруг неучастия иранской делегации в международной конференции по Сирии «Женева-2»: 21 января генсек ООН Пан Ги Мун отозвал ранее выданное Ирану приглашение. Несмотря на это, иранские власти сохранили самообладание: по возвращении из Давоса президент Рухани заявил, что его участие в работе форума затмевает «Женеву-2».

Рухани меняет курс

Оттепель в отношениях Ирана с Западом стала возможной после смены власти в стране в августе 2013 г.: победу на них одержал прагматично настроенный Хасан Рухани. Поддержку ему оказали ветераны иранской политики: бывшие президенты Али Акбар Рафсанджани и Мохаммад Хатами, стоявшие во главе правительства в 1989 – 2005 гг. и проводившие умеренный политический курс. Аятолла Али Хаменеи, которому принадлежит высшая власть в стране, дал согласие на возвращение в большую политику некоторых видных государственных деятелей того периода. Помимо поста президента, они заняли ряд других ключевых должностей: первого вице-президента, секретаря высшего совета национальной безопасности, глав МИДа и министерства нефти.

С воинственной риторикой прежнего президента Махмуда Ахмадинежада было покончено. Рухани изначально не скрывал своего стремления нормализовать отношения с Западом и провести переговоры о снятии с Ирана экономических санкций. Очевидно, что такой подход требует от Тегерана уступок по ключевому вопросу – иранской ядерной программе. Несмотря на проявления недовольства в среде иранских консерваторов, Рухани удалось заручиться поддержкой Хаменеи, заговорившего о «героической гибкости» иранской дипломатии. Получается, что линия Рухани отражает общую точку зрения многих влиятельных кругов в политике, к мнению которых Хаменеи решил прислушаться.

Но какие причины заставили высшего руководителя Ирана сменить внешнеполитический курс?

Нефть, газ и геополитика

Во-первых, на иранских политиков повлияло действие экономических санкций. После прихода к власти президента Ахмадинежада в августе 2005 г. экономические санкции стали планомерно ужесточаться как по линии Совбеза ООН, так и со стороны США и ЕС. Наиболее болезненным стал запрет ЕС на импорт иранской нефти, установленный в марте 2012 г. Объёмы иранской нефтедобычи, достигнув пика в июле 2005 г. – октябре 2006 г. (4,1 млн. барр./день), в 2011 г. упали до 2,5 млн. барр./день, а за первые 9 месяцев 2013 г. составили лишь 1,1 млн. барр./день. При этом цены на нефть с октября 2006 г. по сентябрь 2013 г. выросли с 58 до 111 долл./барр., что, по-видимому, усиливало стремление иранской политической элиты выйти из-под действия санкций.

Потеря рынка ЕС стала далеко не единственной проблемой для иранской нефтяной отрасли. Большие сложности возникли с получением страховых услуг и осуществлением танкерных грузоперевозок: иностранные компании опасаются попасть под действие западных санкций. Более того, в декабре 2011 г. конгресс США одобрил введение жёстких мер против иностранных банков за финансовое взаимодействие с иранским центральным банком. Президент США получил право освобождать иностранные банки от действия этих мер только в том случае, если они в течение 6 месяцев сокращают объёмы финансового взаимодействия с центробанком Ирана как минимум на 18 %, причём эта процедура подлежит повторению каждые 6 месяцев (т.е. сокращение должно быть постоянным). Как следствие, Иран стал терять позиции и на азиатских нефтяных рынках: его поставки в Японию, Индию, Южную Корею, Турцию сократились примерно на 40 %, в Китай – на четверть.

Власти Ирана открыто выражают стремление восстановить свои позиции на мировом нефтяном рынке. Так, 4 декабря министр нефти Ирана Бижан Зангане заявил, что Иран нарастит объём своей нефтедобычи до 4 млн. барр./день, даже если цены на нефть упадут до 20 долл./барр. Такой значительный рост нефтедобычи невозможен без нормализации отношений с Западом.

Во-вторых, Иран стремится стать крупным игроком на мировом газовом рынке. По данным “BP”, в Иране находится 18 % мировых запасов природного газа, но доля страны в мировой добыче составляет лишь 5 %, а доля в мировом экспорте – менее 1 %. В ноябре 2013 г. национальная газовая компания Ирана вынуждена была объявить о банкротстве. В условиях международного давления потенциал Ирана в качестве «газовой державы» не имеет шансов на реализацию. Эта проблема имеет два основных измерения: неучастие Ирана в конкуренции проектов магистральных газопроводов (таких, как «Южный поток» и «Набукко») и незначительные объёмы производства СПГ.

Возросшие амбиции Ирана на мировом рынке природного газа заявляются открыто. В декабре 2013 г. генеральный директор национальной компании Ирана по экспорту газа Али Реза Камели определил главной целью рост доли Ирана на мировом газовом рынке до 16 %, причём экспорт газа планируется осуществлять не только трубопроводным транспортом (как сейчас), но и виде СПГ. По данным “TheWallStreetJournal”, иранские власти рассчитывают на то, что ежегодно будут получать до 130 млрд. долл. от торговли газом: в таком случае, объём газовой отрасли превзойдёт объём нефтяной.

В-третьих, амбициозные планы Тегерана в нефтяной и газовой сфере требуют значительных капиталовложений. В Давосе президент Рухани заявил, что целью Ирана является получение 110 млрд. долл. инвестиций в нефтегазовую отрасль, 75 млрд. долл. – в нефтехимический комплекс и 32 млрд. долл. – в другие отрасли экономики. У Ирана нет столь значительных финансовых ресурсов: объём его золотовалютных резервов оценивается менее чем в 100 млрд. долл. Приток иностранных инвестиций – непременное условие реализации заявленных целей. Тегерану также необходимо сотрудничество в технологической сфере – особенно при налаживании производства и экспорта СПГ, а также при разработке крупнейшего в мире газового месторождения «Северное/Южный Парс», расположенного на иранском и катарском шельфе.

В-четвёртых, в последние годы изменилась военно-политическая обстановка в регионе. После прихода к власти Барака Обамы США вывели свои войска из Ирака. На 2014 г. намечен вывод международных сил из Афганистана. С одной стороны, в новых условиях Иран может испытывать меньше беспокойства по поводу окружения своих границ американскими войсками. Но, с другой стороны, у США высвобождаются руки для проведения военной операции против Ирана в нужный им момент: например, в 2007 – 2008 гг. желание провести такую операцию было сильным, но войны в Ираке и Афганистане отнимали слишком много сил. Иными словами, в Иране стало менее острым ощущение непосредственной военной угрозы, но в скором времени военная угроза может стать ещё значительнее, чем была в конце 2000-х гг. С точки зрения иранского руководства, возникшим «временным окном» следует воспользоваться.

Это «окно возможностей» имеет и другое измерение. Нежелание президента Обамы ввязываться в новую войну на Ближнем и Среднем Востоке очевидно и уже привело к значительному охлаждению американо-израильских отношений. Руководство Израиля не исключает нанесения военного удара по иранским ядерным объектам: перед выборами президента США в 2012 г. эта возможность была козырем премьера Биньямина Нетаньяху в отношениях с Бараком Обамой. После переизбрания Обамы этот сценарий стал менее вероятным: Вашингтон настаивает на том, что операция должна быть согласована и может произойти лишь в крайнем случае. Смягчением своей внешнеполитической линии Иран стремится усилить противоречия между США и Израилем.

Прагматики и консерваторы 

Помимо этих причин, на смену внешнеполитического курса Ирана оказала влияние логика внутриполитических процессов. Политическая система Ирана нестандартна. Должность рахбара (верховного руководителя) является пожизненной, но президенты периодически сменяются на конкурентных выборах. Таким образом, система сочетает в себе как преемственность и управляемость, так и гибкость, демократичность. Именно благодаря последним свойствам «арабская весна» не стала потрясением для иранских властей.

Одной из главных функций рахбара является поддержание определённого внутриполитического баланса. Это достигается путём чередования у власти различных политических групп: условных «прагматиков» и «консерваторов». Однако в 2009 г. президентские выборы в Иране сопровождались скандалом: прагматик, бывший премьер Мир-Хосейн Мусави не признал их результат – победу консерватора Махмуда Ахмадинежада. Произошедшие беспорядки поставили под вопрос сохранение консенсуса политической элиты по вопросу о распределении власти в стране.

Выборам 2013 г. предшествовали «арабская весна», усиление международного давления и нарастание экономических сложностей. Поэтому аятолла Хаменеи был заинтересован в том, чтобы выборы дали возможность населению и ведущим политикам «выпустить пар» недовольства. Эта задача была успешно решена: прагматики вновь были допущены к власти.

Ирано-американская оттепель 

Новый внешнеполитический курс Рухани имеет три взаимоувязанных составляющих: символические шаги, укрепление взаимодействия с США и достижение официальных договорённостей.

Символические шаги Рухани следуют один за другим. Это и инаугурационная речь, и выступление на заседании Генассамблеи ООН, и интервью ведущим западным телеканалам и изданиям, и даже публикация программной статьи в американском издании “WashingtonPost”. В этот же ряд вписываются недавнее выступление в Давосе и интервью, которое иранский президент дал известному политологу Фариду Закарии для телеканала CNN. В этих выступлениях демонстрируется готовность к диалогу, поиску взаимовыгодных решений, а острые моменты (такие, как ситуация в Сирии и отношения с Израилем) по возможности не акцентируются.

От слов власти Ирана быстро перешли к установлению прямых контактов с США. Через месяц после смены власти в Иране, в сентябре 2013 г. произошли сразу три важных контакта. Вначале президенты Ирана и США обменялись письмами: Рухани ответил на поздравление Обамы с победой на выборах. Вскоре между главами Ирана и США состоялся первый после 1979 г. телефонный разговор: его центральной темой стала иранская ядерная программа. Через несколько дней состоялись личные переговоры между главой МИД Ирана Джавадом Зарифом и госсекретарём США Джоном Керри. На фоне этих событий президент Рухани выступил с очередной символической инициативой: установить авиасообщение между Ираном и США.

Главным результатом всех этих действий стало достижение конкретных договорённостей по иранской ядерной программе: это произошло 24 ноября 2013 г. на встрече министров иностранных дел Ирана и «шестёрки» стран-посредников (пять постоянных членов Совбеза ООН плюс Германия), проходившей в Женеве. Соглашение вступило в силу 20 января 2014 г.

Иран обязался полностью заморозить свою ядерную программу сроком на шесть месяцев. Половина обогащённого до 20 % иранского урана должна быть переработана в топливные стержни, а другая половина – обеднена до 5 %. В свою очередь, США и ЕС не будут вводить новые санкции. Определённые послабления в режиме действующих санкций уже действуют. В частности, Тегеран вновь получил возможность свободно торговать нефтью с третьими странами: санкции перестали действовать в отношении танкерной транспортировки нефти и страхования грузоперевозок. Но отмена санкций станет возможной лишь после достижения окончательного соглашения, которое планируется разработать в ближайшие полгода.

Последствия для России
Ирано-американская оттепель может оказать серьёзное влияние на мировой энергетический рынок, региональную обстановку и объём российских внешнеполитических возможностей. По своему значению для России это влияние может быть положительным либо неоднозначным.

1) Положительные последствия

Из числа положительных последствий наиболее очевидным является сохранение мира в регионе. В случае военных ударов США по Ирану мог бы возникнуть наплыв беженцев в Закавказье, что резко ухудшило бы гуманитарную обстановку вблизи российских границ и могло бы дестабилизировать политическую обстановку в Азербайджане. Политические потрясения в Азербайджане могли бы привести к возобновлению военного противостояния с Арменией – союзной России страной. В этом смысле примирение Ирана и Запада означает сохранение политической стабильности и мира в Закавказье.

Не менее важен тот факт, что успешное создание ядерного оружия в Иране не только нанесло бы очередной удар по режиму нераспространения, но и могло бы повлечь за собой цепную реакцию в регионе. В этих условиях предотвратить появление атомной бомбы у Саудовской Аравии было бы сложной задачей. А ядерный статус Эр-Рияда и начало региональной атомной гонки не отвечает интересам ни России, ни Запада.

Другим положительным последствием является демонстрация того факта, что даже наиболее острые внешнеполитические противоречия можно разрешить дипломатическим путём. Со времени окончания «холодной войны» наблюдается снижение порога применения силы со стороны США и других западных стран в отношении суверенных государств (Югославии, Ирака, Ливии и др.). Параллельно происходит снижение реальной политической роли Совбеза ООН. Нападения на суверенные государства могут осуществляться в наши дни под самыми разными предлогами, в т.ч. откровенно надуманными. Это «порочный круг»: прогрессирующее снижение порога применения силы приводит к новым военно-политическим эксцессам. На этом фоне мирное разрешение ситуации вокруг Ирана и сирийского кризиса станут положительными примерами для тех западных политиков, которые в последние два десятилетия всё больше склоняются к решению проблем военными средствами.

Ещё одним положительным последствием для России может стать возобновление военно-технического сотрудничества с Ираном. Принятая в июне 2010 г. резолюция Совбеза ООН № 1929 запрещает поставки в Иран основных видов обычных вооружений (танков, боевых самолётов, военных кораблей и др.), а Россия в одностороннем порядке расширила этот перечень за счёт зенитных ракетных систем С-300. По данным СИПРИ, доля иранского импорта на мировом рынке вооружений сократилась с 1,9 % в 1992 – 2002 гг. до 1,1 % в 2003 – 2007 гг., а в 2008 – 2012 гг. упала до незначительных показателей (0,3 %). При этом на долю России приходилось в 1992 – 2012 гг. более половины иранского импорта вооружений (52 %). Начиная с 2008 г., объём российских поставок в Иран упал до минимальных значений. Возможный пересмотр эмбарго Совбеза ООН на поставки вооружений окажется выгодным прежде всего для России.

2) Неоднозначные последствия

Решение иранской ядерной проблемы может привести к возвращению прежних позиций Ирана на мировом нефтяном рынке и его появлению в качестве одного из ключевых игроков на мировом газовом рынке.

Увеличение предложения нефти на мировых рынках создаст предпосылки для снижения цен на «чёрное золото». Но, по-видимому, эта проблема будет урегулирована в рамках ОПЕК: наращивание нефтедобычи в Иране должно вызвать её сокращение в Саудовской Аравии и других странах ОПЕК. Эти страны уже получили дополнительные доходы от снижения объёмов иранского нефтеэкспорта. В новых политических условиях будет проще договориться с Ираном, позволив ему выйти на объёмы добычи середины 2000-х гг., чем способствовать падению цен.

На газовом рынке изменения могут быть намного более значительными. Примирение Ирана и США откроет для Тегерана возможность участвовать в конкуренции проектов магистральных газопроводов. Вплоть до настоящего времени неучастие в них Ирана было козырем российской дипломатии и во многом предопределило неудачу проекта «Набукко». Также это препятствовало выходу центральноазиатского газа на европейские рынки, кроме как через территорию России: транзит через территорию Ирана был исключён, а нерешённость правового статуса Каспийского моря закрывала и этот перспективный маршрут.

С учётом скорого выхода Ирана на мировой газовый рынок, России необходимо как можно быстрее начать строительство «Южного потока». Руководство ЕС уже почувствовало себя более уверенно: в начале декабря 2013 г., вскоре после достижения Женевских соглашений по Ирану, Еврокомиссия обвинила «Газпром» в нарушении европейского законодательства – положений третьего энергопакета ЕС. На этом основании Брюссель потребовал пересмотреть межправительственные соглашения по строительству «Южного потока». Для России это тревожный сигнал: с дальнейшим улучшением ситуации вокруг Ирана возможно нарастание давления ЕС на российских поставщиков.

Что касается выхода Ирана на рынки СПГ, то в краткосрочной и среднесрочной перспективе это не повлечёт за собой серьёзных последствий для России. Практически весь российский СПГ экспортируется в Японию, обеспечивающей более чем треть мирового спроса на этот ресурс. После аварии на АЭС «Фукусима-1» работа атомной отрасли Японии приостановлена, что стимулирует сохранение высокого спроса на СПГ.

По-настоящему важным последствием ирано-американской оттепели станет то, что Россия в ходе взаимодействия с США больше не сможет «разменивать» уступки по Ирану на смягчение американской позиции в таких вопросах, как ПРО, расширение НАТО и политика США на постсоветском пространстве. Как и ситуация в Афганистане, события вокруг Ирана усиливали на рубеже 2000-х – 2010-х гг. переговорные позиции России в отношениях с США. Теперь этих возможностей не будет.

Сложности для Рухани

Необходимой предпосылкой для наступления всех этих последствий является достижение окончательных договорённостей между Ираном и странами Запада. Но такое развитие событий не является предопределённым. На пути к этому у Ирана может возникнуть немало сложностей, которые могут обратить вспять весь переговорный процесс.

У США, обративших внимание на ослабление иранских переговорных позиций, может возникнуть желание «выкрутить руки» Тегерану. В Вашингтоне понимают, что у президента Рухани ограниченные внешнеполитические ресурсы и неустойчивое внутриполитическое положение. При этом он в большей степени заинтересован в успехе переговоров, чем западные страны. Это открывает дорогу для усиления американского давления на Рухани. Например, это может найти отражение в «увязке» сирийской проблематики с иранской ядерной программой. Требование США отказаться от поддержки законных властей Сирии может стать для Ирана камнем преткновения на переговорах.

В свою очередь, усиление американского давления на Рухани может вызвать ответную реакцию в среде иранских консерваторов, занимающих важное положение в силовых структурах и армии. Противоречия между Рухани и влиятельным Корпусом стражей исламской революции (КСИР) уже вышли в публичную плоскость. Так, командующий КСИР Мохаммад Али Джафари 10 декабря 2013 г. заявил, что правительственные структуры страны заражены влиянием Запада. В случае, если президент Рухани пойдёт на значительные уступки в Сирии, противодействие в среде консерваторов может вызвать изменение позиции аятоллы Хаменеи и свёртывание курса на сближение с Западом.

Ещё одной сложностью является незаинтересованность ближайших партнёров США в регионе – Израиля и Саудовской Аравии – в нормализации ситуации вокруг Ирана. Обе страны не заинтересованы в том, чтобы Иран стал выходить из слабого, изолированного положения, в котором находится сейчас. Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху не доверяет мотивам властей Ирана и считает, что усовершенствованные технологии дадут Тегерану возможность обогатить уран с 3,5 % до 90 % за несколько недель. Руководство Саудовской Аравии поддерживает вооружённую оппозицию в Сирии, опасается роста политической активности шиитского населения на западном побережье Персидского залива (по бахрейнскому сценарию) и получает преимущества от действия санкций против Ирана в экономической и военно-политической сфере.

Наконец, для Ирана сохраняется проблема военно-политических гарантий. Администрация Обамы не готова воевать с Ираном, но что делать после 2016 г.? Полностью свернув свою ядерную программу, Иран может оказаться уязвимым в случае возобновления прямого военного давления в духе политики Дж. Буша-младшего. Вряд ли администрация Обамы может дать Ирану какие-либо гарантии на этот счёт. Поэтому непременным условием Тегерана при достижении окончательных договорённостей должна стать отмена всех ограничений на поставку вооружений, принятых Совбезом ООН с 2006 по 2010 гг.

Западные страны тоже могут столкнуться со значительными сложностями. Главной из них является вопрос: насколько можно доверять намерениям Ирана? Не использует ли Рухани благоприятную возможность для того, чтобы ввести западные страны в заблуждение и затянуть время? Не успеет ли Иран испытать атомную бомбу до того, как станет мишенью для военного удара США и Израиля? На данный момент возникает ощущение, что у руководства США растёт доверие к президенту Ирана. Об этом свидетельствует достижение Женевских договорённостей. Но это отношение может измениться в том случае, если добросовестное исполнение Ираном этих договорённостей будет поставлено под сомнение.

Выводы
Смена внешнеполитического курса Ирана вызвана комплексом причин, в первую очередь связанных с действием экономических санкций. Аятолла Хаменеи – высший руководитель Ирана – поддерживает налаживание отношений с Западом, несмотря на признаки недовольства в консервативных кругах страны. От громких деклараций руководство Ирана быстро перешло к прямому взаимодействию с США и подписанию предварительных соглашений. Помимо положительных последствий, это может означать для России появление сильного конкурента на мировом газовом рынке и ослабление переговорной позиции в отношениях с США по ключевым вопросам (ПРО, расширение НАТО и политика США на постсоветском пространстве). Улучшение ирано-американских отношений в ближайшей перспективе продолжится, хотя нельзя исключать возникновения значительных сложностей внешне- и внутриполитического происхождения. 

Центр научной политической мысли и идеологии

Россия и Саудовская Аравия перед лицом снятия санкций с Ирана: аспекты непубличной дипломатии

Михаил Агаджанян

Вероятность снятия Западом санкций с Ирана настраивает некоторые ближневосточные силы на предпринятие опережающих мер. К текущему моменту реализации промежуточного соглашения стран "шестёрки" с Ираном от 24 ноября прошлого года нет серьёзных угроз. Напротив, на рубеже 2013-2014 годов стали выдвигаться предложения о целесообразности начала работы сторон уже над комплексным соглашением, которое придёт на смену установленному в Женеве 6-месячному "испытательному сроку".

Снятие санкций с Ирана пока носит весьма ограниченный характер. Скорее, это послабление санкционного режима, но не его серьёзное обращение вспять. Послабления коснулись, в первую очередь, вопроса поставок иранских углеводородов на внешние рынки, и то в довольно усечённом виде. Торговое и финансовое досье введённых ранее ограничений против Исламской республики фактически оставлены в неприкосновенности. Под санкциями продолжает находиться банковская сфера Ирана, что самым негативным образом отражается на торгово-экономических связях страны с зарубежными партнёрами.

Можно с уверенностью предположить, что сразу после первых шагов по отмене торговых, финансовых, инвестиционных ограничений на Иран последует "ренессанс" его внешнеэкономических отношений. Не допустить его некоторым ближневосточным оппонентам Тегерана явно не под силу. Но максимально затруднить восстановление старых и построение новых связей иранских хозяйствующих субъектов с внешним кругом - является решаемой задачей для отдельных региональных игроков. К их числу, несомненно, относится Саудовская Аравия, которая в преддверии и сразу после Женевских соглашений от 24 ноября пошла на ряд неординарных дипломатических шагов. Кредо последних можно выразить как отвлечение потенциально крупных внешнеэкономических партнёров Ирана от сотрудничества с ним в дальнейшем. В поле внимания саудовской стороны под призмой "отвлекающей дипломатии" оказалась Москва.

С середины 2013 года у саудовцев появились веские основания обратить внимание на вопрос оздоровления отношений с северной державой. Главной причиной этому стало надвижение провала политики изоляции Ирана со всеми вытекающими из этого последствиями для односторонних и международных санкций в отношении Исламской республики. Эр-Рияд сделал Москве ряд заманчивых предложений с целью максимально затруднить сближение России и Ирана. Они охватили как сферу ближневосточной политики, так и экономические вопросы. По итогам конфиденциального визита секретаря совета безопасности Саудовской Аравии, главы общей разведки Королевства Бандар Бен Султана в Москву 31 июля прошлого года были выдвинуты версии о сущности саудовских предложений. России якобы предлагалось сотрудничество на мировом рынке энергоносителей. Вплоть до совместного контроля над ценой и предложением нефти. Саудовцы также выявили свою готовность предоставить россиянам гарантии в вопросе сохранения за Москвой пункта материально-технического обеспечения в сирийском порту Тартус. Конечно, при условии, что российская сторона с пониманием отнесётся к усилиям антииасадовской коалиции сместить нынешнего президента Сирии. Указанные опции с саудовской стороны в адрес Москвы до сих пор носят характер неподтверждённых экспертных гипотез. Хотя, зная уровень замешательства в Королевстве в связи со столь резким изменением политического климата в отношениях Запада с Ираном, исключать элемент объективности в данных версиях было бы неправильно.

Бен Султан считается ключевой персоной в нынешней властной иерархии Королевства, ответственной за непубличную дипломатию в контактах с важными для Эр-Рияда политическими столицами мира. Ему удалось заслужить доверие одновременно и у администраций Белого дома, и у Кремля. Вспоминается визит президента России Владимира Путина в Саудовскую Аравию в феврале 2007 года. Считается, что он был организован при самом активном участии Бен Султана. Именно с этого первого за всю историю двусторонних отношений посещения Королевства главой России ведётся отсчёт относительного сближения между Москвой и Эр-Риядом. Преодолеть весь круг разногласий по внешнеполитическим темам россиянам и саудовцам не удалось до сих пор. Но такие болезненные вопросы, как исключение враждебной деятельности саудовских эмиссаров в южных субъектах РФ тогда в целом удалось разрешить (1).

Сирийский конфликт вновь развёл Россию и Саудовскую Аравию по разным углам ближневосточного ринга. Анонсированные по итогам визита Путина в феврале 2007 года и последующих двусторонних контактов некоторые перспективные экономические проекты заморожены. Для примера, в начале 2008 года ОАО "РЖД" выиграло в Саудовской Аравии тендер на строительство железнодорожной ветки от города Аз-Забира в международный аэропорт имени короля Халида в Эр-Рияде. Однако уже в мае того же года саудовская сторона аннулировала итоги тендера. Президент компании Владимир Якунин прокомментировал данное решение следующим образом: "Это не проблема технологий или РЖД. Это проблема международных отношений".

Даже на пике российско-иранского дистанцирования осенью 2010 года (указ главы России "О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН №1929 от 9 июня 2010 года") объём торгово-экономических связей Москвы и Тегерана превышал товарооборот России со всеми членами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). В 2010 году взаимная торговля России и Ирана составила $3,65 млрд., а со странами ССАГПЗ более чем вдвое меньше - всего $1,5 млрд. В тот год российско-саудовский товарооборот выразился в скромные $366,4 млн.

Москва и Эр-Рияд возвращались к взаимным дипломатическим уколам всякий раз, когда их подходы по урегулированию сирийского кризиса расходились с особой остротой. К примеру, летом 2012 года Эр-Рияд резко отреагировал на заявление уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константина Долгова о притеснениях шиитского меньшинства в Восточной провинции Саудовской Аравии. В заявлении уполномоченного МИД России содержался призыв к саудовским властям нормализовать обстановку в восточной части страны, где прошли массовые демонстрации местных шиитов, возмущённых арестом духовного лидера шейха Нимра аль-Нимра и дискриминацией со стороны суннитского большинства Королевства. Уполномоченный Смоленской площади также выразил обеспокоенность стабильностью и согласием гражданского общества в Саудовской Аравии. В ответ внешнеполитическое ведомство последней заявило о своём крайнем удивлении в связи с заявлениями представителя российского МИД и определило данные комментарии в качестве "вопиющего вмешательства во внутренние дела страны".

Дополнительную нервозность монаршей семье доставляет вынужденное увеличение внутригосударственных расходов. Поступления от нефти, которые формируют львиную долю доходной части бюджета, могут заметно убавиться с выведением нефтегазовой отрасли Ирана из-под санкционного пресса. До последнего времени высокие цены на нефть и некоторые затруднения с поставкой "чёрного золота" с Ближнего Востока на внешние рынки (в виду санкций против Ирана) позволяли Саудовской Аравии накопить значительный объём свободных средств. Их внушительная часть шла на внутренние социальные программы. В 2014 году объём запланированных властями расходов на социальную сферу составляет $228 млрд. Поддержание столь высокого уровня внутренней генерации средств может дать "трещину" в доходной части бюджета, если Иран вернётся на прежние позиции нефтяного экспорта. До 2012 года Иран занимал второе место в ОПЕК по поставкам нефти после Саудовской Аравии (до 3 млн. баррелей в день).

Российско-саудовские отношения не избавлены от резких выпадов в адрес контрпартнёра. Между тем, необходимо заметить, что стороны никогда не переходили рубеж, за которым следует открытая конфронтация. Напротив, за жёсткими взаимными декларациями, которыми в особенности "грешит" руководство саудовского внешнеполитического ведомства (2), следовали попытки выровнять отношения. Что интересно, практически каждый раз с обязательным обращением к услугам Бен Султана. Под конец 2013 года он вновь нанёс "приватный" визит в российскую столицу. Как можно было понять из факта недавно завершившейся (на тот момент) Женевской встречи "шестёрки" с Ираном, подоплекой последней миссии саудовского посланника был все тот же иранский вопрос.

По итогам визита Бен Султана в Москву 3 декабря саудовская пресса отметила две темы его переговоров в Кремле. Это Египет и Иран. Примечательность первой темы состоит в том, что саудовцы стараются оказать Москве посреднические услуги в контактах с нынешним военным руководством в Каире. После июльской "контрреволюции" в Египте 2013 года Королевство заняло позитивную по отношению к армейской верхушке 80-миллионой арабской страны позицию. Поддержка была оказана не только на дипломатических площадках, но и в присущей саудовскому стилю ведения внешнеполитических дел спонсорской манере. Каир получил от Эр-Рияда финансовую подпитку и обещания новых кредитов. Часть из них может охватить и такую интересную сферу зарождающегося российско-египетского сближения, как военно-техническое сотрудничество Москвы и Каира. После визита глав внешнеполитического и оборонного ведомств России в Египет 14 ноября 2013 года у Саудовской Аравии появились новые возможности для посредничества политическими и финансовыми услугами. Возможно, что предметом доверительных бесед Бен Султана в Кремле по египетской теме в минувшем месяце стало продвижение пакета военных контрактов Москвы и Каира.

 На иранском направлении российско-саудовских консультаций прогресс сложно достижим. Особенно, когда Эр-Рияд пытается вкрапить в них вопрос урегулирования в Сирии. Здесь позиции двух стран расходятся с наибольшей рельефностью. Москва продолжает отстаивать необходимость участия Тегерана в конференции "Женева - 2" в швейцарском Монтрё 22 января. Эр-Рияд категорически против. Впрочем, саудовцы не оставляют попыток склонить россиян к неизбежности скорейшего отхода Башара Асада от власти в Сирии. При этом, прекрасно понимая, что к любому российско-саудовскому контакту в верхах в Тегеране относятся с нескрываемой настороженностью. Иранская пресса решила представить последний визит Бен Султана в Москву в своеобразном свете. Благо для этого Москва сама недавно подала поводы. С осени прошлого года указывается на вероятность заключения между Россией и Саудовской Аравией крупнейшего пакета оружейных контрактов. Муссируемый объём предполагаемой сделки весьма внушителен даже по меркам Саудовской Аравии - $ 12 млрд. Теперь иранцы обсуждают в своих СМИ возможность российско-саудовских соглашений в отношении Сирии под призмой данного оружейного контракта. "Масла в огонь" иранских подозрений готовы подлить арабские информационные ресурсы. В частности, базирующаяся в Лондоне газета "Al-Quds Al-Arabi" в одной из своих публикаций за декабрь 2013 года вывела в заголовок "Сирия - следующая секретная сделка между Россией и Саудовской Аравией".

Очевидно, для Саудовской Аравии египетская и сирийская темы в отношениях с Россией носят во многом тактический характер. Стратегический интерес Королевства - затруднить сближение России и Ирана (как, впрочем, и США с Ираном) в подготовительный к отмене санкций против Исламской республики период. Здесь интересы Саудовской Аравии полностью перекликаются с позицией Израиля, который также демонстрирует активность на российском направлении. Старт процесса отменя санкций с Ирана может совпасть с началом работы конференции "Женева - 2", что настраивает саудовцев на ещё более интенсивный ритм ведения непубличной дипломатии, проведения конфиденциальных встреч с ведущими державами из числа постоянных членов Совета Безопасности ООН.

(1) Первым существенным сигналом к отходу саудовцев от ранее оказываемой ими поддержки сепаратизма на южных рубежах России стал официальный визит в Москву наследного принца (ныне короля) Саудовской Аравии Абдаллы Бен Абдель Азиза Аль Сауда в сентябре 2003 года.

(2) 25 июня 2013 года из саудовской Джидды в адрес Москвы прозвучали неприкрытые обвинения. Глава внешнеполитического ведомства Саудовской Аравии принц Фейсал потребовал от российской стороны остановить "лихорадочное вооружение сирийского режима", приписав ей "нескончаемый поток денег и оружия" в Сирию, содействующего "геноциду сирийского народа". 

ИА REGNUM

Азиатская партия: битва гигантов

Самсонов Александр

Прямо на наших глазах происходит переформатирование глобальной шахматной доски. США уходят с Ближнего Востока в Азиатско-Тихоокеанский регион. Противостояние США и Китая в АТР выходит на первый план. Поэтому нельзя сказать, что Россия в 2013 году выиграла на Ближнем Востоке и в Сирии, в некотором отношении можно утверждать, что США дали нам одержать победу. Американцы уходят с Ближнего и Среднего Востока, оставляя за собой только стратегические базы, разведывательно-ударные беспилотники, отказываясь от роли «старшего брата», который вмешивается во все вопросы.

Однако они втягивают в эту «зону хаоса» (последние события в ЦАР, Южном Судане, Ираке и Египте подтверждают сохранение курса на дробление, хаотизацию региона) Россию, Европу, Китай и Иран. При этом здесь остаются три центра силы — Саудовская Аравия, Турция и Израиль. Расчёт США прост и гениален — все основные игроки должны завязнуть на Ближнем и Среднем Востоке. Исламский мир напоминает разворошенный муравейник и, видимо, его нельзя будет успокоить без большой крови. США освобождают ресурсы и сосредотачиваются на Азиатско-Тихоокеанском регионе. Другие игроки будут вынуждены терять время и ресурсы.

Тут надо отметить, что саудиты продолжают держать курс на создание «арабского Евросоюза». Так, 12 декабря шесть государств-участников Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) принял решение о создании объединенного командования. Саудовской Аравии удалось убедить союзников в необходимости переформатирования военной структуры Совета в полноценный орган. Силы самообороны Аравийского полуострова были сформированы ещё в 1982 году, а в настоящее время насчитывают около 30 тыс. человек. Теперь численность объединенных сил должна составить 100 тысяч человек. Наряду с решением о создании объединенного военного командования ССАГПЗ принял решение об учреждении единой военной академии и научно-исследовательского института для разработки военной доктрины. Таким образом, военная составляющая «арабского союза» продолжает укрепляться.



Саудовская Аравия будет по-прежнему играть в регионе роль дестабилизирующего фактора, пытающегося подмять конкурентов и раздробить враждебные государства. Так, посол Саудовской Аравии в Великобритании Мохаммед бин Наваф бен Абдель Азиза аль-Сауд заявил, что его страна приняла самостоятельное решение вооружать в Сирии повстанческие силы, так как они «не могут сидеть сложа руки, в то время как тысячи детей были убиты сирийским режимом». По мнению саудовского посла, дипломатия, проводимая американцами в регионе, угрожает стабильности на Ближнем Востоке. «Мы считаем, что многие политические действия Запада по Ирану и Сирии несут риск стабильности и безопасности на Ближнем Востоке, — написал саудовский политик в «New York Times». — Запад позволяет одним режимам выживать, а другим продолжать свою программу по обогащению урана, со всеми последующими рисками наращивания вооружений в регионе».

Это выступление произошло после того, как представители сирийской оппозиции сообщили, что представители Запада в частном порядке сообщили им, что мирные переговоры не приведут к устранению президента Башара Асада от власти. На саммите покровителей оппозиции в Лондоне было сообщено, что основные элементы нынешней политической системы Сирии будут сохранены. Иначе смещение падение режима Асада приведёт к хаосу и поглощению Сирии джихадистами. Поэтому Саудовская Аравия приняла решение сохранить собственную позицию по войне в Сирии и организовать финансовую и военную стратегию поддержки сирийской оппозиции.

Сирия уже не интересна США. Судя по всему, Вашингтон готов к любому сценарию в Сирии: от развала до полной победы Асада. Главный приоритет — отношения с Ираном, Пакистаном и Афганистаном. Американцы уже втянули Россию в ближневосточный конфликт, а теперь попытаются установить с Москвой союзнические отношения против Китая, шантажируя Россию «желтой угрозой». Исход противостояния в Азиатско-Тихоокеанском регионе будут выстраиваться вокруг вопроса, чью сторону примет Россия — США или Китая.

Судя по всему, Барак Обама готов совсем уйти и из Афганистана. Прямым следствием вывода коалиционных сил из Афганистана в 2014 году станет угроза возникновения локальных военных конфликтов в Центральной Азии, укрепятся позиции талибов, усилится поток наркотиков и мигрантов, активизируются исламисты. (Странное заявление относительно наркотиков. Как известно, талибы уничтожали и наркотики и посевы, да и без главных торговцев этим зельем - британо-американских спецслужб, им не для кого растить всю эту гадость, даже вне зависимости от больших грязных денег). В Таджикистане может возобновиться гражданская война, с резким усилением позиций исламистов. Граница Таджикистана с Афганистаном практически отрыта. Процесс исламизации Центральной (Средней) Азии ускорится. А усиление позиций исламистов в этом регионе приведет к усилению позиций арабских монархий, в первую очередь Саудовской Аравии. К тому же в силу естественных причин (старения) в среднеазиатских республиках начнется смена власти. Особенно тяжелая ситуация в этом отношении в Узбекистане. Также надо учесть, что Киргизия как государство не состоялось, там правят территориальные и криминальные кланы. России придется все больше внимания уделять Средней Азии, по сути, вернуться туда.

Необходимость возвращения России в Центральную Азию понимают и в других странах. Так, председатель нижней палаты Национальной ассамблеи Афганистана Абдул Рауф Ибрагими от имени официального Кабула обратился к председателю Госдумы Сергею Нарышкину и попросил помощи в обеспечении безопасности и выдвинул предложение о совместном ведении инфраструктурных проектов. Кабул просит помочь в развитии инфраструктуры страны, в борьбе с наркотрафиком и в становлении афганской полиции.

Американо-иранская разрядка стала ещё одним фактом, говорящим о том, что США оставляют Ближний Восток ради Дальнего. Необходимо также отметить фактор энергетической безопасности. Ближний Восток уже вскоре не будет являться основным источником энергии для Запада. Благодаря сланцевой революции через несколько лет США могут не только полностью обеспечить себя энергией, но и стать её экспортером. Поэтому экономическое значение Ближнего Востока для США резко снизилось. Стратегическая, экономическая и политическая роль АТР, наоборот, постоянно усиливается.

«Тихоокеанский разворот» США связан и с тем, что в последние годы Китай, занимающий в настоящее время второе место в мире по объему ВВП и первое место по объему экспорта, постепенно преобразовывает свою экономическую мощь в политическое влияние, показывает соседям, «кто в доме хозяин». Раньше Китай воздерживался от подобных шагов. Подобная перемена в поведении Пекина вызвана несколькими обстоятельствами. Во-первых, Поднебесную к этому вынуждает изменение глобальной политической системы. Сначала рухнула двухполюсная структура международных отношений, когда всё зависело от двух «смотрящих» за планетой — СССР и США. Затем провалилась попытка США построить однополярный мир. Происходит перестройка мировой политической системы к многополярности, где есть несколько игроков глобального уровня значимости и ещё больше игроков регионального уровня. В Поднебесной считают, что АТР — это их сфера влияния. Время доминирования Запада и США в Азии закончилось.

Во-вторых, происходит перерождение партийно-политической элиты КНР в национальную буржуазию. Социализм «с китайский спецификой», по сути, трансформируется в национал-социализм. Национальная буржуазия защищает национальные интересы и свой «карман». По мере усугубления социально-экономических проблем национальная риторика будет только усиливаться.

В-третьих, экономический рост Китая существенно замедлился из-за мирового финансового кризиса и внутренних проблем. Системные дефекты «китайской фабрики» грозят Китаю большими проблемами. Пекину необходимо сформировать внутренний рынок, создать свою сферу влияния. При этом необходимо канализировать социальное недовольство. Внешняя экспансия — это наиболее очевидный выход.

Таким образом, китайское руководство торопится получить политические выгоды от своей нынешней экономической мощи. Это проявляется и в выдвижении территориальных претензий к соседям, прежде всего к своему историческому врагу — Японии, и в наращивании военного потенциала, особенно военно-морского и воздушного. Ускоренное военное строительство в Китае вызывает у США и соседей КНР обоснованное беспокойство. В настоящее время США имеют полное преимущество над Китаем как в космической области и ракетно-ядерных вооружениях, так и в обычных вооружениях. Но ситуация быстро меняется. Эксперты считают, что если Поднебесная будет развивать космическую, ракетную и военную области нынешними темпами, то примерно через 15 лет Китай достигнет паритета с США. К тому же необходимо учесть ситуацию в самих США. Есть сценарий, что США может постигнуть геополитическая катастрофа: они повторят судьбу СССР. В таком случае Китай может достичь превосходства в АТР намного быстрее.

Выходит, противостояние с Китаем для США — вопрос жизни и смерти. Если США смогут ослабить или даже развалить Китай на «семь воюющих царств», они сохранят своё лидерство в регионе и статус великой державы. Не смогут одержать верх над Китаем — потеряют позиции лидера ещё в одном стратегическом регионе, и, возможно, рухнут под тяжестью политических и социально-экономических проблем.

Надо отметить, что это не первый «тихоокеанский разворот» Штатов. Впервые Америка вплотную занялась Тихоокеанским регионом в конце XIX — начале XX столетия, когда США были быстро развивающейся индустриальной державой и потеснили старую колониальную империю — Испанию, разбив её в войне 1898 года. Тогда американцы отняли у испанцев Филиппины и Гуам. США начали теснить и Великобританию. После Второй мировой войны, когда была разгромлена Япония, американцы достигли полного экономического, политического и военного доминирования в АТР.

США активизируют связи со своими старыми союзниками и с теми странами Азиатско-Тихоокеанского региона, которые имеют проблемы в отношениях с Китаем: Японией, Южной Кореей, Тайванем, Филиппинами, Вьетнамом и Австралией. Особняком стоит Индия, имеющая давние традиции противостояния с Китаем и опасающаяся китайской стратегии по её окружению с помощью соседних государств. Роль отдельного игрока в АТР играет также Россия. Пока её роль небольшая (в сравнении с СССР), но будет постепенно возрастать. С одной стороны, по большинству вопросов Россия солидарна с Китаем, но с другой чрезмерное усиление позиций Пекина в АТР — особенно если в Поднебесной одержит вверх националистическое крыло, — может вызвать угрозу Дальнему Востоку, Восточной Сибири России и развитию китайской экспансии в Средней Азии. Поэтому Россия должна лавировать между США и Китаем, попутно восстанавливая свои экономические и военные позиции (в том числе мощь Тихоокеанского флота) на Дальнем Востоке.

Военное Обозрение 

Третий полюс

Константин Черемных

ИГРОК ИЛИ ЖЕРТВА?

"Это было неожиданно — и все же неизбежно. Совбез ООН принял резолюцию по сирийскому химическому оружию, текст которой был заранее одобрен Ираном и Сирией. Из изгоев эти две страны превратились в политических игроков", — пишет обозреватель турецкой Hurriyet Нурай Мерт. "Это переворот в ближневосточной политике.

Новая роль Ирана засвидетельствована предоставлением слова президенту Хасану Рухани в первый день Генассамблеи ООН, личным звонком Барака Обамы, и, наконец, еще месяц назад невероятной готовностью Запада к участию Ирана в "Женеве-2".

Флирт Вашингтона с Тегераном истолковывается экспертами по-разному. Одна версия состоит в том, что Обама — это новый Рейган, только обученный теории хаоса, а Рухани — его доверчивая жертва, иранский Горбачев; сегодня раздавят его, а завтра Китай. Иначе видит мир сенатор Джим Инхоф: по его словам, Рейган вертится в могиле от унижения, до которого докатилась Америка. Это было сказано в связи со статьей Владимира Путина в New York Times: ну, не позволил бы Рейган учить Америку в ее центральной газете! Но не менее унизителен в глазах мира второй за полгода дележ ненапечатанных долларов в Конгрессе, где никто из лоббистов не хочет прогадать, а разводящий руками Обама напоминает именно нашего последнего генсека на трибуне Верховного Совета СССР…

Да, теория хаоса — детище математиков, произвольно перенесенное в геополитику с легкой руки теоретиков военно-космического сектора, занимала умы постиндустриальных стратегов; да, ее осваивали и технологи "арабской весны" — например, основатель порталов UShahidi и IRevolution Патрик Мейер. Но нельзя сказать, что эта теория легко и безопасно воплощалась в жизнь. Не потому, что хаос получался неуправляемый, а потому, что, дробя страны-мишени, он дробил и ту самую элиту, которая взялась управлять.

Воплощение на практике любой внешнеполитической стратегии зависит от согласованности самих стратегов. Актер Рональд Рейган был гением надпартийной аранжировки. При нем был вначале учрежден Национальный фонд за демократию (NED), а потом, уже под его эгидой — партийные институты-НПО внешнего профиля, IRI и NDI. Были на равных мобилизованы "фабрики мысли" при университетах с правой репутацией — например, Джорджтаун, и с левой — например, Гарвард и Йель.

И в НПО, и в университетах ведущие позиции занимали постоянные члены Совета по международным отношениям (CFR), а деятельность оплачивалась фондами всех "окрасок".

Новейшие технологии управления массами вышли в зенит к 2007 году. Но этот же год был началом полномасштабного финансового кризиса, который не может не влиять на качество стратегий: он сужает горизонт планирования хотя бы по причине затрат. Во-вторых, борьба в мировых финансовых кругах сказывается в геополитике. В-третьих, та же постиндустриальная парадигма, которая создала кризис, породила Америке могучего соперника, получившего сначала индустриальные рабочие места, потом технологии, а потом и экономическое преимущество, вплоть до контроля над долгом США.

Нельзя сказать, что проекты сдерживания Китая не разрабатывались фабриками мысли обеих партий. В ноябре 2011 года президент CFR Ричард Хаас в программной статье в Project Syndicate писал, что Америке пора переносить центр тяжести внешней политики с Ближнего Востока на Дальний. Тогда же куратор "технологий освобождения" Ларри Даймонд перечислил ряд стран АСЕАН, подлежащих той же трансформации, что и страны Магриба. Но новая серия "революций 2.0" застряла в Бирме, а Бирмано-Китайский нефтепровод, вопреки расчетам "технологов", был построен. "Марш на Восток" захлебнулся год назад.

НАСЫЩЕННЫЙ РАСТВОР ОБИДЫ

В недавней статье в "НГ" блогер и публицист Эль-Мюрид называет сентябрь 2012 года тем моментом, когда Барак Обама полностью сменил стратегию на Ближнем Востоке, а поводом послужила гибель посла в Ливии Криса Стивенса. Действительно, этот эпизод подпортил репутацию послу в ООН Сьюзен Райс, и госсекретарем стал Джон Керри. Действительно, при новом госсекретаре Турция, Катар и "Братья-мусульмане" потеряли влияние на Ближнем Востоке, зато стала усиливаться роль Ирана и Саудовской Аравии, несмотря на их соперничество. Будь Обама действительно вторым Рейганом, такое "переключение" было бы в самом деле расчетливо продуманной сменой инструмента, а "авансы" одновременно Эр-Рияду и Тегерану — средством их стравливания, чтобы земля горела, а недра не достались Китаю.

Но трудно представить себе, чтобы Рональд Рейган, решив сменить союзника в регионе, уничтожил результат труда целой плеяды научных, военных и пропагандистских учреждений. Ведь в Катаре форпостом служила не одна военно-морская база, а целый конгломерат "фабрик мысли" в дохийском Городе образования, где работали филиалы RAND Corp, Brookings, Джорджтауна, Северо-Западного университета. И здесь же базировалась "Аль-Джазира", которую Хиллари Клинтон публично ставила в пример американским СМИ.

Сейчас "Аль-Джазиру" глушат, эмир Катара ушел со сцены, египетские "Братья-мусульмане" приравнены к террористам, а в Тунисе и даже в Палестине их теснит новоявленный "Тамарруд". Но для того ли американский Институт Ближнего Востока (MEI) и Центр ближневосточной политики (MEPC) десятилетиями обхаживали арабских интеллектуалов и клириков? Для того ли разведчики подвергали себя опасности, Госдеп и USAID выделяли средства по спецпрограммам, а эксперты Сабановского центра Brookings, Центра изучения ислама и демократии (CSID) и Проекта ближневосточной демократии (POMED) строчили доклады о "вовлечении мэйстримных партий" (прежде всего "Братьев-мусульман") в политический процесс?

Перед Бараком Обамой в 2012 году стояла, действительно, очень сложная проблема. Но она возникла не в сентябре, а еще в январе — когда он получил неожиданно сильного соперника Митта Ромни. "Слоновья" поступь конкурента переломила напополам не NED и не Freedom House, а вышестоящую структуру — сам Совет по международным отношениям. Случилось так, что Митт Ромни предложил пост госсекретаря, в случае свой победы, не кому-нибудь, а Ричарду Хаасу. А его предшественник, почетный президент CFR Лесли Гелб, напротив, остался верен демократическому Белому дому, при этом подсказывая Бараку Обаме, что ему следует опираться именно на Керри.

У каждой из сторон была своя логика, и никто не хотел прогадать. Республиканец Ричард Хаас, возглавивший CFR при Буше, не принадлежал к ястребам-неоконсерваторам, но как и они, считал опорами США на Ближнем Востоке Израиль и Турцию. У Митта Ромни были универсальные связи с израильскими элитами: один из его спонсоров, Шелдон Адельсон, также был покровителем правой партии "Ликуд", а директор его фирмы Bain Capital Орит Гадиш, напротив, была близка к израильским левым и входила в состав международного совета Фонда Переса за мир.

В свою очередь, Лесли Гелб входил в консультативный совет National Security Network (NSN). Этот экспертный центр основал советник Керри Рэнд Бирс, а спонсировал этнический иранец Хасан Немази, донор сенатских кампаний Керри и Байдена. Но сила "команды Керри" была не только в этом. К 2012 году в иранской диаспоре в США большинство составляли сторонники мира с Тегераном и исключения Ирана из разряда стран-изгоев. Это было активное молодое поколение диаспоры, равнодушное к свергнутому шаху и голосующее за Демпартию США. Оно организационно усилилось после преобразования Национального американо-иранского совета (NIAC), который возглавил Трита Парси, близко знакомый с тогдашним послом Ирана в ООН Джавадом Зарифом. Это лобби включало IT-бизнесменов, имело свои фонды — PARSA Community Foundation, HAND Foundation — и составляло серьезный электоральный ресурс Демпартии.

У Барака Обамы в 2012 году было две перспективы — проиграть или сделать ставку на команду Байдена—Керри. О том, что он избрал второй путь, сигнализировали кадровые перемены еще до ливийского эпизода: так, в июле 2012 года с должности спецпредставителя в Афганистане ушел Марк Гроссман, вместе со своим патроном Уильямом Коэном входивший в турецкое лобби. Тогда же перешел на работу в ООН помощник госсекретаря по Ближнему Востоку Джефри Фелтман. Затем, уже не по доброй воле, хлопнул дверью ославленный директор ЦРУ Дэвид Петреус.

Бывают перестановки, оставляющие "обиженными" отдельных персон, которым нетрудно подобрать синекуры. В данном случае в обиде оказался целая плеяда профильных фабрик мысли, по давней традиции одновременно протурецких и произраильских. Вместе с поставщиками вооружений Анкаре и Иерусалиму под предлогом иранской опасности, а также разработчикам ПРО в Европе под тем же предлогом. В отличие от иранской диаспоры, их устраивали в Иране либо диктатура, либо полный хаос.

Однако в Израиле побеждает Рухани — и никакого хаоса. А в Турции начатый IT-технологами хаос льет воду на мельницу не кемалистов, а курдов. Неудивительно, что желающих исправить стратегию прибавляется, а лозунг этого исправления — "восстановление суннитской оси". Военный удар по Сирии гарантировал срыв сближения Вашингтона с Тегераном, успокоение израильских правых и коммерческий выигрыш для ВПК США. А также Франции, так как именно парижский МИД на пару с саудовским принцем Бандаром имели в кармане козырь — амбициозного бригадного генерала Манафа Тласса. Казалось, что можно одной серией авиаударов при поддержке флота угодить и Анкаре, и израильскому "Ликуду", и тому же Керри, благо франко-саудовский альянс против Катара ориентировался именно на его команду.

Когда Пентагон и Госдеп затянулись в "партию войны", уже ставился крест на "Женеве-2", а саммит G20 должен был стать унижением Москвы. Следом "щелчок по носу" должен был получить Китай, посредством хаоса у его границ. Поскольку как раз в канун саммита ШОС Киргизия должна была обрушиться в очередную революцию, которую изобретательно готовили те лица, которые окончательно потеряли контроль над аэропортом "Манас". Здесь тоже был расчет убить двух зайцев — сорвать и встречу Си Цзинпина, Путина и Рухани, и претензии Китая на "Манас".

НЕУБИТЫЕ ЗАЙЦЫ

Когда последний генсек СССР давал согласие на ввод войск в Тбилиси и Баку и на подавление беспорядков в Казахстане и Литве, американские "ястребы" порицали Рейгана и Буша-старшего за потворствование советской империи, которая, дескать, извлекает из "нового мышления" геополитические преимущества. И это ворчание экспертов, навострившихся зарабатывать на алармизме, убаюкивало советских начетчиков в ЦК и в армии. А в это время у них за спиной не только интеллигенция, но и генералы занимались "ничем личным, кроме бизнеса" в интересах вашингтонского обкома.

Когда в ответ на избрание в Пакистане нежелательного премьера Наваза Шарифа был спровоцирован очередной конфликт в Кашмире, начетчики в Пентагоне рассчитывали надавить на Исламабад, втянувшийся в китайскую орбиту. Но в итоге Пакистан отказался от переговоров с Индией по туркмено-афганскому газопроводу (ТАПИ) и тут же принял делегацию Китая, утвердив план продолжения строительства конкурирующей ирано-пакистанской трубы ("Мир") в Китай по коридору Гвадар-Кашгар. И лояльные Америке пакистанские военные не возражали. Ничего личного, кроме бизнеса.

Когда заместитель генсека ООН Джефри Фелтман и омарский султан Кабус в один день, 26 августа, направились в Тегеран, начетчики сказали Обаме и прессе, будто эти "вашингтонские парламентеры" умаслят иранцев согласиться на авиаудар по Сирии. На самом деле Фелтман привез мирный месседж от Пан Гимуна, а султан Кабус договорился о поставках нефти и одновременно — о строительстве инфраструктурного коридора Иран-Пакистан-Узбекистан. То есть продолжение давно задуманного Пекином коридора Северный Китай-Киргизия-Узбекистан. Ничего личного, кроме бизнеса.

Начетчики внушали Белому дому, что у них все схвачено в Париже, Лондоне и Иерусалиме, а также в ЛАГ. Это было неправдой. В Париже проект Бандара—Фабиуса был встречен в штыки и крайне левыми, и крайне правыми, и партией Саркози, имеющего дела с Катаром. В Лондоне план встретили прохладно, и неудивительно: семья Тлассов традиционно лоббировала интересы французского ВПК в пику британскому. Еще сложнее было с ЛАГ, поскольку арабские страны сразу же почуяли неоконсервативный дух в военной авантюре и догадались, что под ее сурдинку будет опять отложено до неизвестного времени решение палестинской проблемы. 26 августа Манаф Тласс встречался с израильским генералитетом в Аммане, а в это время израильский спецназ устроил стрельбу в лагере Каландия с явной целью срыва переговоров по Палестине. Но и в самом Израиле истеблишмент раскололся по вопросу Сирии не на две, а на три группы — за свержение Асада, за сохранение Асада и за долгое взаимное истребление сирийцев.

"Тройка" из амбициозной Сьюзен Райс, директора ЦРУ Джона Бреннана (саудовского лоббиста) и главы аппарата Денниса Макдоноу ("ликудовского" лоббиста) обхаживала Обаму попеременно с республиканским "ястребом" Маккейном. Все они настаивали на военном ударе не только по Асаду, но и по внутренней сирийской партии "войны без конца", или "партии анархии" — то есть по группировкам, ассоциирующимся с "Аль-Каидой". И им это было известно. По сети "Джебхат ан-Нусры" прошло предупреждение затаиться: дескать, "две ракеты будут бить по Асаду, а третья — по нам".

"Партия анархии" была шире. Если радикальных суннитов насторожили американские переговоры с израильтянами и иорданцами, то сирийских курдов насторожила бодрая поддержка "партии войны" со стороны турецкого МИД. Курды воевали с радикальными суннитами за будущий Курдистан, а не за усиление турецкого государства и укрепление его границ — тем более, что наравне с "Джебхатом" извлекали прибыль из контрабанды.

Слабую Турцию, вынужденную торговаться на чужих условиях, предпочитали и в Израиле. Премьер Нетаниягу давно выскочил бы в первый ряд "партии войны" в Сирии, если бы в Анкаре вдруг воцарились кемалисты, в Париже — голлисты, а в Вашингтоне — Ромни, Маккейн или Ньют Гингрич. Но ждать, пока такое случится, ни в парижском МИД, ни в саудовской внешней разведке, ни в американских лоббистских кругах не хотели. Во-первых, для любой американской войны святое дело — тайминг. Лучшего дня, чем 11 сентября, было не придумать. Во-вторых, со сдерживанием Китая нужно было спешить еще вчера, а завтра могло быть поздно.

Оказалось, что поздно уже сегодня. 2 сентября разоблаченный план "нарынской революции" был протранслирован киргизским телевидением, после чего Бараку Обаме снова захотелось поговорить с Владимиром Путиным. 8 сентября засуетившийся Американо-израильский комитет по общественным связям (AIPAC) засвидетельствовал, наконец, поддержку удара по Сирии со стороны Израиля. Но на следующий день "Джебхат ан-Нусра" захватила христианский город Мааллула.

К тому моменту, как "партия анархии" подыграла "партии мира", Джону Керри уже выставили ультиматум главы МИД ЛАГ, а премьер Иордании заявил об отказе предоставить территорию для боевых действий. После беседы с Махмудом Аббасом 9 сентября Керри вернулся в "партию мира", послав сигнал в Москву. 10 сентября Haaretz в редакционной статье заявила, что AIPAC "не имеет права выступать от имени израильтян". 11 сентября Джимми Картер высказался за "Женеву-2" с участием Ирана.

В "партии мира" сошлись атеисты-пацифисты и папа Римский, рокфеллеровские IT-революционеры и ротшильдовские лорды, сирийские "Братья-Мусульмане" и военное руководство Египта. Лоран Фабиус отправился в Китай, за ним — иорданский король Абдалла. Король заявил в Поднебесной 15 сентября, что в его стране нет разногласий между светской монархией и "Братьями-мусульманами" — словно рапортовал в мировой обком, но уже не вашингтонский.

ПРОЩАНИЕ С "КИМЕРИКОЙ"

С тех пор как делегаты Парижской конференции 1919 года решили создать Американский и Британский институты международных отношений, эти два центра, "Чэтем-хаус" и CFR, служили осью стратегического целеполагания в англосаксонском мире. Что же мы видим сегодня? 29 августа глава "Чэтем-Хаус" Робин Ниблетт проливает слезы по голосованию в Палате общин, не поддержавшему войну, а уже через день Ричард Хаас намекает Обаме, что Конгресс тоже скажет "нет". 11 сентября New York Times, трибуна CFR, предоставляет слово Путину, а британская Telegraph поражается сходству между его аргументами и проповедью папы Франциска.

Англосаксы слишком долго интриговали друг против друга за последние двадцать лет, особенно в дележе советской зоны влияния. Чаще всего клановая грызня вылезала наружу на перекрестках наркотранзитных трасс — на Балканах и в Грузии, в Таиланде и в Ферганской долине. В Киргизии одни англосаксы работали с Соросом и Каримом Ага Ханом, другие — с итальянской "ндрангетой" и местными друзьями Бориса Березовского.

Когда-нибудь ось должна была сломаться. Возможно, это произошло именно 2 сентября, когда раскаявшийся участник "нарынской революции" сдал с потрохами ее план. Из его исповеди следовало, что "партия войны" вознамерилась здесь не только напакостить китайско-российской "партии мира", но и местной "партии анархии", то есть сети Ага Хана. А в качестве инструмента решила воспользоваться карманным движением "Хизб ут-Тахрир", которое при Буше-младшем "мутило" уйгуров в Синьцзяне.

Никто не хотел прогадать, и каждый хотел всего или ничего. Победил Пекин с щедрым пакетом инвестиций в Киргизию. Бишкекская декларация поставила точку, став черновиком новой резолюции СБ ООН по Сирии.

В Россию друг за другом прилетели глава МИД Египта, премьер Ливии и премьер ОАЭ — и все с экономическими предложениями. Катар предложил свои услуги Белоруссии, Тунис вступил в диалог с Ираном. В "партии мира" оказался Алжир, президент которого недавно лечился в Париже. Это значит, что Франсуа Олланд проиграл Магриб. Теперь оскандалившийся мультикультуралист-авантюрист стремительно линяет в миротворца.

Премьеру Израиля, после теплого приема Рухани в Нью-Йорке, оставалась одна лишь дорога: вправо до конца — и в тупик. Возможно, Нетаниягу рассчитывал поставить "жирную точку" на Генассамблее, но явился к шапочному разбору. На пресс-конференции с Обамой вопросы звучали не про Иран, а про госдолг: Америке было не до его проблем. А речь Нетаниягу New York Times истолковала единодушно с МИД Ирана: подстрекательство, как всегда. В это время в Израиле левые и центристы уже деловито распределяли места в будущей коалиции без "Ликуда". Если израильская "партия мира" прагматично выстроит отношения с Иорданией, Египтом и Кипром, то Израиль, теряя исключительный статус, получит роль региональной державы, сопоставимой с Малайзией или Мексикой. Характерно, что к "партии мира" осторожно склонился ликудовец Юваль Штайниц, лоббировавший контракт с Китаем по высокоскоростной железной дороге.

Адаптируется к новым условиям и Турция. 26 сентября премьер Эрдоган заявил, что его Военно-промышленный комитет предпочитает закупить систему ПРО не у американского Raytheon, а у китайской Экспортно-импортной корпорации точного машиностроения, хотя она и находится под международными санкциями.

На Валдайском клубе прозвучал тезис о "треугольнике" Вашингтон—Пекин—Москва. На Генассамблее героем дня был уже не Путин, а Рухани. Белый дом очень не хочет видеть его в объятиях Китая — и поэтому Иран, как и Россия, сегодня может ставить условия и добиваться расширения сферы влияния. По оценке Нурая Мерта, в Иране "стабильная структура власти, в отличие от шатких союзников США". Напрашивается, по этому критерию, еще один фаворит нового времени — Германия, которому "химический" заговор против Асада очень помог политически консолидироваться. "Ангела Меркель — не европеистка, — пишет турецкий аналитик Айхан Кайя, — она намерена укрепить Германию за счет ЕС".

Комплименты Путину и Рухани на Западе не более искренни, чем хвала Меркель в Telegraph. Однако вполне искренне вынужденное согласие стратегов-реалистов на возникновение в мире третьего полюса, без которого равновесие неудержимо "сползает" на Восток. "Кимерики" больше нет: идеал Киссинджера, вступившего в "партию войны", провален исполнителями; торговый союз США-ЕС также явно не клеится. И столь же искренен плач европейских лимитрофов, которые в новой геометрии нужны не больше, чем Свободная Сирийская армия. От их имени и исполнял "плач Ярославны" Михаил Саакашвили — как ему не плакать, когда на портале "Эхо Кавказа" (филиал радио "Свобода") поощряется вступление Грузии в Таможенный союз?

Между тем в Пекине 21 сентября была поставлена последняя точка во внутреннем конфликте, на котором хотели сыграть западные стратеги. Прагматики Си Цзиньпина—Ли Кэцяна, победившие романтиков Цзян Цзэмина—Бо Силая, слывут националистами, но на самом деле являются беспримерными экспансионистами. Их поле игры — весь мир, их потенциал — деньги, товары и рабочая сила, их клиент — планетарный потребитель, их цель — замена мировой "американской мечты" мировой "китайской мечтой". Идеологию, на которой строился новый Китай, они отводят на задний план, и это может потом обернуться очень опасной для страны и ее соседей стороной медали. Но это будет потом. А сегодня Рональд Рейган — это добившийся единства своей элиты председатель КНР Си Цзиньпин.

Завтра