Любопытное заявление сделал на днях известный международный спекулянт и спонсор «цветных» революций Джордж Сорос в интервью телевидению Нидерландов. По его словам, Евросоюз может повторить судьбу СССР, к краху которого привела экономическая политика. При этом Сорос полагает, что ЕС ждет распад по советскому сценарию. Корень европейских бед Джордж Сорос видит в том, что нынешние попытки руководства еврозоны сохранить единую европейскую валюту ведут к усилению политических и социальных проблем, которые в итоге грозят уничтожить ЕС. «Я в высшей мере обеспокоен тем, что евро способен разрушить Евросоюз», - сказал финансист.
Странный вывод, так как только евровалюта и не позволяет сегодня развалиться этой межгосударственной конструкции, которая, как явствует из всей ее предыстории, и создавалась с целью экономической интеграции европейских стран. Напомним, вначале это было Европейское объединение угля и стали в составе ФРГ, Бельгии, Нидерландов, Люксембурга, Франции, Италии (1952 г.). Через пять лет, в 1957 г., те же шесть государств учредили Европейское экономическое сообщество (ЕЭС, Общий рынок, EEC - European Economic Community) и Европейское сообщество по атомной энергии. Поскольку самым широким по своей компетенции из этих трех европейских объединений являлось ЕЭС, то в 1993 г. оно и было официально переименовано в Европейское сообщество. А в 2002 г. ввели в обращение евро. В зону, которую сегодня охватывает эта единая европейская валюта, входят 17 стран (в ЕС – 27): Австрия, Бельгия, Германия, Греция, Ирландия, Испания, Италия, Кипр, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Португалия, Словакия, Словения, Финляндия, Франция, Эстония (в глубоком кризисе пребывают пять из них). Население ЕС превысило полмиллиарда человек, но евро является единой валютой только для 320 млн. европейцев, а вступление в зону евро считается важным шагом на пути к полной интеграции в ЕС, и вход туда открыт. Так прав Сорос или нет? На вопрос о том, что необходимо сделать, чтобы не допустить краха еврозоны, он ответил так: «Германия должна понять, что политика, которую она проводит в зоне евро (курс на жесткую экономию), является контрпродуктивной». И это не первая ссылка финансиста на Германию в ситуации, когда разговор заходит о европейском кризисе. В январе наВсемирном экономическом форуме в Давосе он говорил, что Германия всегда будет делать минимум (!) для того, чтобы сохранить евро. На предыдущем форуме-2012 Сорос утверждал, что под руководством Германии политики рискуют увеличить напряженность, что уничтожит ЕС. По-разному можно отнестись к этим словам. Но, согласитесь, такой опытный финансист, к тому же доверенное лицо Ротшильдов, вряд ли станет делать подобные заявления случайно, да еще от себя лично. Этот экспромт явно подготовлен «дома». В высказываниях подобного рода просматривается намерение Сороса возложить на немцев не только бремя европейских долгов, но и ответственность за кризис в еврозоне. Униженная всей послевоенной западной политикой, Германия и без того, якобы во искупление вины за Первую и Вторую мировые войны, стала донором не только Европы, но и Израиля, и, заметьте, США. Хотя есть еще не менее сильная экономика, входящая в зону евро, - французская. Английская экономика тоже держится достаточно уверенно. Тем не менее, возможный развал Евросоюза Сорос связывает исключительно с Германией и с ее финансово-экономической политикой. Это заявление многие аналитики и у нас, и в Европе уже назвали сенсационным и скандальным. Я бы назвал его знаковым, но только в той части, которая предрекает развал ЕС. Сравнение же Соросом Евросоюза с СССР выглядит, мягко говоря, некорректным, если не сказать больше – провокационным. Трудно представить, чтобы такой информированный человек не знал, что и Европейский Союз, и его денежная единица были созданы искусственно. С какой целью – это другой вопрос, но уже вполне очевидно, что Евросоюз, как политико-экономическое объединение совершенно разных стран, не состоялся. Вместе с тем, создан огромный рынок труда, услуг, товаров с такими совершенно не свойственными (атипичными) любым рынкам надгосударственными структурами, как Европарламент и Еврокомиссия (ЕК) или, скажем, ОБСЕ. В любом обществе парламент играет роль законодательной власти. Но единственный выборный гражданами ЕС орган фактически является ассамблеей, то есть совещательной структурой без реального права законотворческой деятельности. Ни одного жизненно важного решения Европарламент не может принять без утверждения Еврокомиссией. Схема законотворческой деятельности такова, что документ инициируется в Еврокомиссии, потом передается в какой-либо парламентский комитет, после чего пересылается в парламентский зал, где депутаты без лишних разговоров принимают его (проштамповывают!). За календарный год, таким образом, было принято 308 законодательных актов. А в течение минувшей каденции в Европарламенте было рассмотрено немногим более 1500 правовых документов, причем все - исключительно с подачи ЕК, то есть чиновников. О какой демократии можно здесь говорить? Скажу больше: после подписания Лиссабонского Договора и его принятия в 2010 г. страны ЕС окончательно лишились остатков своего суверенитета. Они превратились в бесправные, подверженные наднациональному диктату объекты глобальной политики. Именно – наднациональному диктату, так как, по странному стечению обстоятельств, все еврокомиссары, да и вообще все ключевые фигуры ЕС, являются членами Бильдербергского клуба. Например, президент ЕС Херман Ван Ромпей, главный еврокомиссар Жозе Мануэл Дуран Баррозу, еврокомиссар по иностранным делам баронесса Кэтрин Эштон и др. Бывшая активистка ГДРовского комсомола (FDJ), сделавшая после объединения Германии блестящую политическую карьеру, фрау Kanzlerin Ангела Меркель – тоже тут, в Бильдерберге. Был замечен там и Чубайс. И Горбачев, между прочим, числится среди бильдербергцев. А нити от этой организации тянутся к Федеральной резервной системе США – частному банку, имеющему право печатать «зеленые» в таком количестве, какое посчитают нужным его «отцы-учредители», и тогда, когда они сочтут необходимым это сделать. Добавим, что под властью этой Системы находятся все главные эмиссионные механизмы - МВФ, ЕЦБ, биржи, фонды, рейтинговые агентства, а также - СМИ, армии, спецслужбы и т.п. Это и является одной из главных причин плачевного состояния Евросоюза. Финансовая система входящих в него стран попала в отчаянное положение: для сдерживания инфляции под давлением ничем не обеспеченного евро остается все меньше и меньше экономических рычагов. Курс европейской валюты удается поддерживать только в ручном режиме. Капитализация банков сократилась на 30% и более. Короче говоря, дело идет к тому, что вскоре ЕС не только начнет распадаться, но и вынужден будет выставлять себя на распродажу оптом и в розницу. «Покупатель» известен: то, что США не удалось сотворить с Европой в результате спровоцированных ими двух мировых война на европейской, подчеркну, территории, сегодня может получиться, хотя и не безболезненным, зато бескровным путем. И 20 лет тому назад рассматривался если и не именно такой вариант экономического закабаления Европы, то в любом случае, думаю, очень похожий. Но – не предполагающий развал ЕС, по крайней мере, в столь короткой перспективе. Единой Европой управлять значительно легче и проще, чем опять разделенной на национальные «квартиры», пусть и обедневшие. Только Великобритания, подчеркну, имеет шансы выйти из этой политико-экономической «потасовки» с неразбитым «имиджем». Но «тряхнет», конечно, всех, и в геополитических масштабах. Россию, около 42% международных резервов которой номинировано в евро, - не в последнюю очередь (в долларах, замечу, 46,5%). По словам Дмитрия Медведева, в настоящее время экономика США выглядит лучше, чем экономика ЕС, и правительство РФ может поменять структуру международных резервов государства, в частности, заменить часть резервов в евро на ценные бумаги, номинированные в другой валюте (интервью немецкой газете «Handelsblatt», 28.01.2013). Но даже задумываться над тем, не поздно ли оглашено это намерение (всего-то!), как-то страшновато, поскольку международные резервы России на 18.01.2013 г. составляли $530,4 млрд. Представьте себе, что будет, если около 40% от этой гигантской суммы вылетит в трубу. Могла ли Россия предусмотреть именно такой вариант развития Евросоюза? Точнее – преждевременной кончины той структуры, название которой у нас почему-то звучит как Евросоюз, хотя, думаю, более точным был бы такой перевод, как Европейское сообщество (содружество, объединение). Не только могла, но и просто обязана была это сделать, так как ЕС, кроме всего прочего, создавался еще и как реальный противовес России с ее возможным тогда, а сейчас реальным возрождением и исторически устойчивыми евразийскими устремлениями. В Европе, заметим, ни о каком союзе государств в его нынешнем варианте и речи не шло. Разве что о союзе «Меча и орала» от Остапа Бендера! Что очень похоже, так как иной внутренней логики, объединяющей эти страны в коалицию, не просматривается. Хотя логика в объединении, конечно, была, но у каждого из участников этой геополитической игры – своя. США, таким образом, намеревались «прикупить» Европу сразу и целиком. Франция делала попытку воссоздания империи Наполеона. Германия явно нацелилась на возрождение империи Карла Великого. Великобритания размечталась о том, чтобы вернуть себе имперское величие на континенте (на морях сохранила). О других, менее значимых, проектах, которые вознамеривались реализовать другие европейские страны с помощью Евросоюза или через него вроде «Польши от моря – до моря» или «Великой Румынии», говорить не приходится. А вот французский и немецкий проекты заслуживают внимания. И ведь был у них шанс, так как историческая основа не забыта. Напомню, что империя Наполеона I вместе с вассальными и союзными государствами включала в себя почти всю Западную Европу. Соперницами Франции оставались только Англия и Россия: одна на море, другая на суше. Чем не нынешний Евросоюз? Удивительно была похожа на ЕС и созданная Карлом Великим Священная Римская империя (ок. 800 - 1806 гг.). Сам Карл, между прочим, и сегодня именуется императором Запада. Опираясь на союз с Папой Римским, Карл соединил большую часть западноевропейских стран, занятых германцами, в могущественную монархию. После 30 лет непрерывных войн получилось государство, охватывавшее нынешнюю Францию, Бельгию, Голландию, Швейцарию, западную и южную Германию, Австрию, большую часть Италии и северо-западную Испанию. На востоке граница владений Карла доходила до Эльбы, но и за этой рекой славянские племена признавали мощь франкского короля, так что его верховенство простиралось до Вислы и до среднего Дуная. В состав государства Карла входили из романских (бывших провинций римской империи) все те страны, которые уцелели от арабского завоевания. Католическая церковь была теперь заключена во владениях франков вместе с городом Римом, столицей старой империи. Отсюда у Карла возникла мысль принять императорский титул. Так в историю вошел Карл I, император Франкского государства и Римской империи. Хотя ядром империи всегда была Германия, ее сакральным центром оставался Рим. Здесь до XVI века проводились коронации императоров. Рудольф Габсбург (первый из династии Габсбургов) был избран императором Священной Римской империи в 1273 г. Он захватил Австрию и Штирию. С присоединением к ним в XIV в. Каринтии и Крайны, Тироля, Фрайбурга и Триеста эти земли стали наследственными Габсбургов. В XVI в. к их владениям были присоединены Нидерланды. При Карле V под властью Габсбургов оказались территории Германии, Австрии, Нидерландов, часть Италии, Испания и ее владения в Америке (в 1516—1700 гг.). В 1526 г. к Габсбургам перешли Чехия и Венгрия. Габсбурги избирались германскими королями и императорами Священной Римской империи до 1806 г., когда империя была ликвидирована Наполеоном I. Даже если взять только европейскую часть этого исторического проекта (без американских владений), то Германии стоило за него побороться, конечно, во главе с Ангелой Меркель. Frau Kanzlerin, заметьте, в 2008 г. была награждена премией имени Карла Великого. Эта престижная европейская премия «за вклад в объединение Европы» присуждается ежегодно, начиная с 1950 года, германским городом Аахеном, откуда император Карл управлял государством. (Между прочим, экс-президент США Билл Клинтон, бомбивший Югославию, тоже является обладателем этой премии.) Германский проект в виде ЕС даже при главенствующей роли Берлина, но в условиях тотального американского прессинга без поддержки Франции не мог состояться. В свою очередь, французский проект, несмотря на наполеоновские замашки бывшего президента Николя Саркози, в современных условиях оказался невозможным именно из-за немецких амбиций. Когда на корабле два капитана, корабль тонет. При двух центрах извечного противостояния, германском и французском, европейский «союз равноправных» изначально был обречен на провал. Казалось, выигрышным будет американский проект овладения Европой – через Брюссель, но начали проявляться центробежные тенденции, ЕС стал давать заметные трещины по национальным границам. И в это время бывший госсекретарь США Хиллари Клинтон обеспокоилась прямо противоположным процессом, в эпицентре которого оказалась Россия. Напомним, что незадолго до свой отставки г-жа Клинтон сделала сердитое заявление на конференции в Дублине о том, что США пытаются не дать России и ее союзникам превратиться в подобие СССР под прикрытием экономической интеграции. «Только это не будет называться Советским Союзом. Это будет Таможенный союз, или союз стран Евразии, или что-то в этом роде», - так прокомментировала Х. Клинтон планы Москвы углубить экономические связи со своими соседями. (Речь шла об октябрьском заявлении президента РФ Владимира Путина, согласно которому Россия намерена усилить экономическую интеграцию в «Евразийский регион».) «Печально, что прошло уже 20 лет после распада СССР, а прогресс, на который мы так рассчитывали, совершенно не заметен, - сокрушалась Клинтон. - Мы пытаемся противостоять этому, но это непросто». Добавлю: этому объединительному процессу невозможно противостоять. Советский Союз представлял собой единое государство, состоявшее из 15 (в 1940-1956 гг. - 16) автономных республик. По сути, это была та же самая Российская Империя, которую большевики, вроде бы, разрушили «до основания». Затем быстро воссоздали: в другом национальном устройстве Россия и все населявшие ее народы просто не могли существовать. Воссоздали, правда, под иными социально-политическими лозунгами, которые на российской почве не смогли прижиться, тем более, пустить глубокие корни. И 70 лет СССР держался именно на тех исторических скрепах, которые создавались на протяжении многих столетий - во времена еще Киевской Руси, затем Московского царства, Российской Империи. А теперь на этих скрепах держится и современная Россия. Подобно магниту она притягивает к себе народы бывших советских республик, менталитет которых всегда будет тяготеть к имперскому величию и к имперским масштабам, обретенным за века в составе огромной Империи. Кстати, рубль, как денежная единица, был известен на территориях России-Руси еще с начала XIV века, а со времен Петра I и вплоть до наших дней чеканится (выпускается) непрерывно. И это тоже одна из древних российских скреп. В отличие от евро, которое, по мнению Сороса, стало инструментом расчленения Европы. Сегодня стало понятно, что германский имперский проект (коль Сорос говорит о Германии) не может быть реализован в условиях либеральной европейской демократии. Притом что из 48 государств Европы 13 (27%) являются монархическими: Андорра, Бельгия, Ватикан, Великобритания, Дания, Испания, Лихтенштейн, Люксембург, Мальта, Монако, Нидерланды, Норвегия, Швеция, население которых составляет более 152 млн. человек. По данным ЦРУ за 2010 г., среди десяти стран мира с самым высоким ВВП на душу населения семь являются монархиями (США всего лишь на 8-м месте). Уровень жизни в монархических государствах Европы выше среднего, а каждый пятый европеец номинально является монархистом. При этом никто и словом не обмолвится, скажем, о «тюрьме народов» в Великобритании, о «княжеской тирании» в Лихтенштейне, о «реставрации монархии» в демократической Испании и т.д. В «просвещенной» Европе такие «аномалии» априори невозможны. Зато уже почти 200 лет нашему народу внушают, что монархия – это тирания, тотальная нищета, рабство и т. п. «удовольствия». Однако почему-то последние 10 лет западные СМИ не снимают с повестки своего дня вопрос о том, возможна ли реставрация монархии в России. В 2005 г. в испанской газете «La Razon» автор книги «Пророчество Романова» американец Дэн Браун на этот вопрос ответил так: «Да. Почему бы и нет? В России на самом деле есть круги, которые добиваются восстановления самодержавия. Пользуются ли они поддержкой в обществе? Это уже спорный вопрос. Однако кто взялся бы утверждать семьдесят лет назад, что коммунизму придет конец? В этом варианте нет ничего экстраординарного. Русский народ привык к авторитарному правлению такого рода». А каждый пятый европеец-монархист – не привык? Разве уже забыта Священная Римская империя? Неужели и Наполеон-объединитель Европы тоже предан забвению? Отнюдь нет. Но европейские империи создавались, преимущественно, военной силой. В Европе испокон веков воевали все и со всеми. Чего стоят только религиозные войны, среди которых наиболее известна т.н. Столетняя война (1546 - 1648) между католиками и протестантами с ее Тридцатилетней войной (1618 – 1648). Это был первый в истории Европы военный конфликт, затронувший в той или иной степени практически все европейские страны, в том числе и Россию. А династические войны, самой кровопролитной и продолжительной из которой считается Война за испанское наследство (1701 — 1714), когда против союза Франции и Испании выступила почти вся Европа, за исключением Швеции и России. Сколько жертв унесли эти и предшестовавшие им войны, сосчитать невозможно. Но в Наполеоновских войнах, например, полегло около 2 млн. французов и примерно такое же количество европейцев из других стран. Франко-прусская война 1870 – 1871 гг. унесла жизни почти 80 тыс. французов и более 40 тыс. германцев. Этот печальный перечень весьма длинен, притом что жертвы Первой и Второй мировых войн, вышедших, подчеркну, из Европы, исчисляются уже десятками миллионов человек. Кровавая историческая память до сих пор сеет между европейскими странами и народами недоверие и вражду, сохраняет между ними невидимые, но прочные изоляционистские барьеры. В нынешней Европе возможны только межгосударственные объединения и только на исторически короткий период. Объединить всю Европу практически не реально. Евросоюз – тому подтверждение. Россия никогда не вела захватнических войн на том пространстве, где после возникла Российская Империя. За исключением прибалтийских территорий, пожалуй, где, в конце концов, проиграла Ливонскую войну (1558 – 1583), чем, как ни странно, способствовала образованию Речи Посполитой. В памяти народов, населявших империю, нет воспоминаний о взаимной вражде, русский народ никогда не считался захватчиком. В России никогда не существовало такого понятия, как метрополия и колонии. Более того, именно в составе империи многие народы впервые в своей истории обрели государственность, как, например, казахский, украинский или грузинский. Российская монархия не вызывает неприятия среди потомков своих бывших подданных. И даже в далекой от нас Колумбии газета «El Espectador» накануне прошлых выборов президента РФ, анализируя европейскую ситуацию, в статье «Вернется ли Россия к монархии?» писала: «Возможное решение проблемы можно найти, бросив взгляд в прошлое страны (России – В.П.), когда она была конституционной монархией. Казалось, что период краха империй будет длиться дольше. Наблюдая сейчас за быстрым распадом Евросоюза и неудавшейся попыткой России осуществить либерализацию на пространстве бывшего СССР, задаешься вопросом о том, как мы встретим новый виток этих колоссальных геополитических изменений. Европейский проект был обречен с момента своего появления на свет. Задуманный как союз равных, он никогда им не был. У всякой империи есть свое ядро, свой локомотив, который тащит за собой весь поезд интеграции. И хотя в Еврокомиссии это место не было забронировано для Германии, только постоянная поддержка и экономическая мощь этой страны позволили ей просуществовать до сегодняшних дней». Разумеется, исторические аналогии ничего не доказывают и уж тем более не могут быть основой для экстраполяции. Они важны для того, чтобы видеть возможные варианты разрешения актуальных проблем. Сегодня есть все основания констатировать, что как империя, которую США надеялись создать по своему образцу и подобию (союз государств - USA), Европейский Союз не состоялся. А в другом государственном образовании, кроме имперского, о чем убедительно свидетельствует история, объединенная Европа не может существовать. И развалится она не по советскому сценарию, так как, в отличие от СССР, Евросоюз империей не является. Зона евро как финансовая империя единой валюты тоже не состоялась. Так что, Джордж, вы не правы. По сути, зато по форме правы совершенно: к развалу СССР, как теперь и к грядущему распаду Евросоюза, США приложили свои разрушительные «ручки», и многократно. |
Подпишитесь на Myoppositopinion
Сообщения
Все комментарии
Показаны сообщения с ярлыком Евроимперия. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Евроимперия. Показать все сообщения
понедельник, 18 февраля 2013 г.
Несостоявшаяся евроимперия
среда, 7 марта 2012 г.
Бедная, моя любимая Греция! И что-то ещё будет...
Кнут Евроимперии и наказание Греции
Французские войска занимают крупные города Италии. Россия, не стерпев притеснения русских в Латвии, выступает в защиту прав человека и вводит в Ригу войска. Происходит полная трансформация ЕС в авторитарную Евроимперию, которая разделит континент с Россией примерно по линии «пакта Молотова - Риббентропа». Это не фантастический роман, а прогноз 38-летнего англичанина Доминика Сэндбрука, в прошлом – преподавателя Оксфордского университета, а ныне одного из 25-ти «Авторов Будущего» (Authors for the Future) по версии британской книжной сети Waterstone's.
И действительно подготовка правового фундамента наднациональной «Европейской Империи» идет полным ходом. Брюссель в срочном порядке, за 2 месяца, продавил «Бюджетный Пакт» и «Фискальный Акт» - два документа, призванные спасти евро, обеспечить строгую бюджетную дисциплину и согласованность экономической политики стран Евросоюза. Причем эти документы будут надгосударственными нормами, имеющими «конституционный характер или аналогичные правовые рамки» (Херман ван Ромпей, председатель Евросовета).
Этому отчаянно сопротивляется Великобритания. Создается впечатление, что Лондону не нравится не столько идея «общеевропейского дома», сколько его место в нем. Англия ищет «свой путь», отсюда – и реверансы в сторону России: не пора ли начать «дружить семьями» против общеевропейского дома ЕС? Отсюда и успех «Партии независимости Соединенного королевства», ставящей целью выход страны из Евросоюза. На выборах 2009 года она получила голоса 16, 5% британцев.
Британия - «гранд» Европы и ядерная страна. Ее не изберут для публичной «порки непокорных», дабы другим неповадно было. Однако группа жертв уже сформирована, она так и называется в политсленге Европы – «свиньи» (PIGS). Это Португалия, Италия, Греция и Испания (Portugal, Italy, Greece, Spain).
Португалия - первая по алфавиту, но не по существу. Основные проблемы сейчас у Греции, на которой отрабатываются методы воздействия на потенциальные «провинции Евроимперии». При этом на «историю вопроса» особого внимания не обращают. Хотя Греция пришла к такому состоянию именно в результате строгого выполнения рекомендаций Евросоюза.
Много шума из ничего?
Именно так оценил ситуацию в Греции бывший министр финансов Германии, а ныне член исполкома Европейского Центробанка Йорг Асмуссен (в интервью для Financial Times Deutschland ). Дело было 20 февраля, когда фондовые биржи мира лихорадило в ожидании ответа на вопрос: дадут ли Греции новый кредит? Асмуссен недоуменно заметил, что не понимает, почему из-за страны, “экономический размер” которой составляет 2,5% от Евросоюза, так волнуется Большая двадцатка и МВФ. И добавил:«...к счастью, Греция не представляет угрозы для мировой экономики».
Асмуссен прав: если гостиницы, пляжи, музеи, кафе и такси Греции закроются, то мировая экономика это как-то переживет. Это не нефть, не газ и не хлеб, да и без греческих оливок мир сможет обойтись. В случае чего – докупят в Хорватии, Албании и еще десятке стран, к радости тамошних производителей.
Так что перед Грецией все отчетливей вырисовывается кнут Евроимперии. Хотя заманивали ее в общеевропейский дом пряником высоких жизненных стандартов, как сегодня заманивают славянские страны - Сербию, Хорватию, Украину…
Достичь этих стандартов грекам предлагали посредством структурной перестройки экономики. Это началось в 1981 г., когда Греция присоединилась к Европейскому Экономическому Сообществу (предку Евросоюза). Проблемы переходного периода Европа обещала снять посредством кредитов, которые начали поступать уже после 1981 г., а когда Греция в 1994 г. приняла программу приватизации и изменения структуры экономики, кредиты и частные инвестиции пошли потоком.
Греки отказались от самообеспечения страны и начали вписываться в общеевропейское, а в перспективе и мировое разделение труда. Они строили постиндустриальную экономику ХХІ века с доминирующим третичным сектором – сферой услуг. За это их хвалили и ставили на третье место в ЕС по темпам развития после Ирландии и Люксембурга, а в воздухе запахло «греческим экономическим чудом».
Хотя структура этого «чуда» должна была вызывать серьезные опасения. Если доля сферы услуг в ВВП страны вырастает с 62 (1996 год) до 75 (2009 год) процентов, а доля промышленности упала с 24 до 20%, то это означает очень серьезную деградацию промышленности. Однако тогда на это внимания никто не обращал, в том числе и сами греки, поскольку кредиты и высокий уровень теневого производства (до 30% реального ВВП) и коррупции обеспечивали достаточно высокий уровень доходов основной массы населения.
Под структурные изменения (ориентированные на сферу услуг) давались кредиты на постройку и модернизацию дорог, мостов, парковок, гостиниц, аэропортов. Греки добросовестно кредиты освоили и возвели требуемые объекты. Однако если кредиты ЕС шли часто по нулевой ставке, то частных инвесторов нуль не устраивал. Поэтому значительная часть гостиниц и парковок стала собственностью частных инвесторов, а грекам остался долг по кредитам. «Классическим» примером являются Олимпийские игры-2004, проведенные в кредит, и связанные с ними «скорострои», эксплуатация которых позже оказалась неэффективной. На одну лишь безопасность Олимпиады потратили 970 млн. евро и привлекли к этому 70 тыс. полицейских. Многие в Греции считают Олимпиаду отправной точкой сползания страны в долговую яму (да не к «Евро-2012» на Украине будет сказано!).
В 2009 г. неплатежеспособность Греции уже не была секретом, но «добрые дяди» впихнули ей еще 90 миллиардов еврокредитов: если уж «топить» экономику - так по полной программе.Греки «выкручивались», как могли. После уменьшения турпотока в 2009 г. из-за кризиса эта отрасль начала восстанавливаться. Греческие турфирмы и перевозчики снижают цены за услуги, теряют прибыль, но ко дну идти не хотят.
У Еврокомиссии нет морального права считать Грецию из-за ее долгов «свиньёй», портящей жизнь всей еврозоне. В 2001 году, когда ее полностью и бесповоротно приняли в Евросоюз, там знали, что соотношение ее госдолга к ВВП страны официально в 2 раза превышает норму в 60%, записанную в Маастрихтском договоре. Однако на это закрыли глаза и приняли, да еще и накачали новыми кредитами – очень хотелось расширить ЕС. Тогда никто не говорил о ленивых греческих «свиньях»: наоборот, экономическая аналитика по Греции изобиловала оптимизмом.
Миф о ленивых греках, проевших кредиты
Как и все европейцы, греческое население не особо рвется «затягивать пояса» ради экономии государственного бюджета. За что пресса ЕС, особенно в Германии, именует греков лентяями, живущими за счет всей Европы. Германия, видимо, забыла, как летом 2003 года тогдашний министр труда и экономики социал-демократ Вольфганг Клемент назвал немцев самыми большими бездельниками в мире и скромно предложил отменить хотя бы один общенациональный праздник – 1 Мая, День Труда. Министр привел сравнительную статистику продолжительности рабочей недели, отпусков и числа праздников – немцы были мировыми лидерами, конкурировать с ними могли лишь французы.
За это на него гневно обрушились профсоюзы, лидер металлистов Клаус Цвикель тогда заявил: «Пусть министр труда и экономики Вольфганг Клемент работает исключительно по воскресеньям, поскольку в остальные дни недели он одну только чушь городит», и Клемент о своей новации больше не заикался. Его не поддержали даже бизнесмены, хотя и по своим соображениям.
Наивные греки в это время устраивали демонстрации, требуя 35-часовую рабочую неделю и минимальный оплачиваемый отпуск, как в Германии: раз уж страна приобщилась к евростандартам. Ничего этого они не получили, рабочая неделя осталась 40 часов, а максимальный отпуск грека со всеми выслугами – 30 дней. Такой отпуск у немца уже после первого года работы. Средняя зарплата в Греции – 750 евро, в Германии – 2,5 тыс. евро.
За все это греков, ежегодно принимавших до кризиса европейских туристов в 1,5 раза больше, чем население их страны, теперь называют «свиньями, проевшими кредиты», «профессионалами отдыха», «карнавальной нацией». Хотя порой заглянешь в статистику и оказывается, что ВВП на душу населения в Греции 42-й в мире ($ 30 200) и всего лишь на 9% меньше, чем средний ВВП по Евросоюзу ($32 900). И значительно больше, чем в Венгрии, Чехии, Эстонии или Литве. Выходит, работали они неплохо, и проблема - в организации этой работы? Выходит, Европа требует, чтобы греки работали за еще меньшие деньги и еще больше? Что это - ошибка евробюрократов или их двойные стандарты? Или желание «опустить» страну, предназначенную для порки?
Кто будет платить?
Как любая страна, живущая в кредит, Греция не смогла создать свой «средний класс собственников». Основная масса среднего класса Греции – это люди, живущие «от зарплаты до зарплаты». Еще недавно – сравнительно высокой. Собственностью там было кому заняться.
Принимая Грецию в ЕС, ей ставили два основных условия. Не только изменить структуру экономики, сделав упор на туризм, но и изменить отношения собственности и управления в ней. Ведь к середине 1980-х годов Греция была почти социалистической страной, более половины ее ВВП производилось в госсекторе. В 1986 г. государство владело или контролировало 60% производства текстиля, половину предприятий судостроения, угольной, цементной и лесопильной отрасли. Крупные рудодобывающие предприятия, энергетика, целлюлозно-бумажные комбинаты и компании фармацевтической отрасли, как важной для экспорта, были собственностью государства.
Парадокс, но после избавления в 1974 г. от «черных полковников» национализацию в Греции начал либерал Константинос Караманлис, отобрав у семьи Онассиса крупнейшую авиакомпанию Olympic Airways. Он же начал национализацию в банковской сфере и создал государственную Национальную нефтяную корпорацию. Социалист Андреас Папандреу национализацию развернул с еще большим, социалистическим, размахом.
Однако в 1990-е и «нулевые» сыновья Караманлиса и Папандреу приватизировали то, что национализировали их отцы. Это специфика Греции: полсотни лет страной с небольшими перерывами правят семейства Караманлис и Папандреу.
В 1992 г. в Греции приняли закон о приватизации, которой подлежало около 700 предприятий. К 2000-му было приватизировано 27 крупных предприятий, среди них и 5 главных банков страны. Доля государства в Нацбанке снизилась тогда до 50%, а к 2010 г. – до 33%, и теперь он по схеме управления приближается к Федеральной резервной системе США. Вслед за банками продали телекоммуникационную компанию ОТЕ, постепенно уменьшая в ней долю государства, легко распродали заводы стройматериалов и пищевую промышленность. Производство знаменитого коньяка Metaxa досталось британской Grand Metropolitan. Государство ушло из прибыльных морских перевозок, с 2002 г. пытается распродать морские порты, но это не удается из-за забастовок их работников. Решения правительства о продаже портов встречаются мощной забастовкой, после чего отправляется на доработку, а затем история повторяется.
В 2010 г. начали продавать шоссейные дороги и ставить на них пункты взимания платы за проезд. Это вызвало массовое движение «Я не буду платить, эту дорогу строил мой дед», поэтому с взиманием платы не горячились. Лозунг «Я не буду платить!» настолько популярен в стране, что дал название целому неидеологическому движению. Особенно его участников возмущает тот факт, что с 2011 г. плату за электричество объединили в квитанции с платой за жилье, и тем, кто ее полностью не вносит, отключают свет.
Продали афинское метро, продают острова, особенно безлюдные. Продают землю на полуострове Афон, месте скопления монастырей. Там даже возникла форма «церковного рейдерства»: создание «альтернативних» монастырей, под названием действующих, – братия «копии» претендует на имущество «оригинала». Сейчас Временное правительство Греции озабочено: кому продать за 50 млрд. евро активы DEPA и Desfa, крупных газораспределительных компаний. Если продадут, то выручка может покрыть седьмую часть госдолга, но до этого вряд ли дойдет.
Так что задание по приватизации, поставленное Евросоюзом, греки выполнили с блеском. Естественно, создав при этом мощную прослойку крупных собственников, которые, естественно, вошли в альянс со спекулятивным банковским капиталом и, естественно, не горят желанием возвращать кредиты. В этом их желание совпадает с желанием всего народа, поэтому:
Греки платить не хотят и не будут
Не будут платить, независимо от того, кто возглавит страну после выборов. Это сознает и руководство ЕС. Поэтому европейский «центр власти» («тройка» - Европейский Центробанк, Еврокомиссия и МВФ) в обмен на новые кредиты и обещание списания трети долга выдвигает три условия: продолжение перестройки структуры экономики, режим экономии и главное – дать гарантии, что любое правительство, появившееся после выборов, будет платить по долгам, а не аннулирует их.
Пока официально это гарантировал лишь Антонис Самараса, лидер крупной правой партии «Новая демократия». Однако заметил, явно играя на избирателя, что, в случае победы на выборах, добьется пересмотра договоров. Демократы готовят закон о принуждении частных инвесторов к списанию долгов на своих условиях, но это им пока не особо помогает – за две недели рейтинг партии упал с 30% до 24%, и падение, похоже, продолжится.
В лозунге «Экономия или дефолт!», которым греков долго пугали, они уже выбирают дефолт. Игнорировать это не может ни одна политическая сила – в ночь голосования в парламенте по вопросу принятия требований европейской «Тройки» (13 февраля) за окнами горели здания казначейства и двух банков, подожженные анархистами. Только в Афинах в ту ночь сгорело 40 зданий и 150 магазинов. Популярный лозунг «Греция возродится из огня, как птица Феникс» многие поняли буквально.
Лидер социалистов Георигос Папандреу в ноябре испугал весь Евросоюз своим решением провести референдум: платить или не платить по долгам? За это его лишили поста премьера, а Соцпартия перестала быть правящей в одиночку. У Папандреу есть и другой козырь – в сентябре на заседании правительства он заявил, что предъявит иск в Международный суд в Гааге о взыскании с Германии репараций за преступления нацистов в Греции во Вторую мировую войну. Суд в Гааге с 1997 года работает с иском родственников жителей греческой деревни Дистомо, показательно расстрелянных нацистами в 1944-м, и иск Папандреу «ложится» в накатанное русло.
Официальный Берлин отреагировал на это заявлением, что с 2012 года Германия навсегда прекращает выплаты жертвам нацизма, но газета “Welt am Sonntag” реагировала на иск Папандреу благосклонно. Она предложила считать, что Третий Рейх взял у Греции кредит под 3%, деликатно назвав его «оккупационным кредитом», и за 66 лет сумма с процентами составляет 73 млрд. евро. Газета пересчитала, что это 80% того, что Греция ныне должна Германии, и предложила взаимозачет. Этим немцы дали понять – все возможно, только не надо помещать в греческой прессе карикатуры на Меркель в форме штурмовика СС. В феврале к теме «оккупационного кредита» в том же русле вернулась “Die Welt”, имеющая тираж 700 тыс. и авторитетная в бизнес-кругах.
Берлину удобнее уладить все полюбовно, заодно закрыв навсегда тему оккупации, чем силой выбивать долги, когда даже обе традиционные партии Греции не хотят их послушно погашать. А ведь демократы и социалисты не грозят выходом из ЕС: с ними можно договариваться.
Это проще, чем общаться с Компартией и националистами из партии ЛАОС (Православный народный призыв). Те однозначно за выход из Евросоюза и не против сближения с Россией. С анархистами, которые за самоуправление народных ассамблей и бросаются “коктейлями Молотова”, об уплате долга говорить бесполезно.
Пятая партия в парламенте – это СИРИЗА (Коалиция радикальных левых). Эти выходить из ЕС не рвутся, а проблему долга решают согласно 8 статьи Лиссабонского Договора. Та гласит, если 1 млн. граждан ЕС подпишется под каким-либо законопроектом, то Европарламент обязан поставить его на голосование. Поэтому радикальные интеллектуалы сейчас собирают подписи за принятие Европарламентом закона о списании Греции долгов, назвав это движение «Сейсахфия». Так назывался закон великого афинянина Солона, принятый в 594-593 г. до н.э., когда половина афинян сидела в долговой яме. Он списывал долги и запрещал обращать за них в рабство. Учитывая, что долговой меч висит над многими странами, шанс на принятие такого закона Европарламентом есть.
По социологическим опросам, грекам надоели старые партии и они требуют новых, и за счет этого число партий в парламенте может вырасти с 5 до 8. На второе место в опросах, обогнав Соцпартию, вышла новая Партия Демократические левые, участвующая в «Сейсахфии». Не исключено, что пройдет и неонацистская «Золотая Заря», прокладывая путь новым «черным полковникам».
«Полковники» - не призрак. Единственный пункт требований «тройки», с которым согласны даже коммунисты, – сокращение расходов на армию. Военные Греции сейчас перед выбором между «дембелем в никуда» и «путчем». Сценарий реальный, учитывая, что правительство теряет контроль над ситуацией. Путч - не только пощечина имиджу ЕС, но он и не дает гарантий, что «новые полковники» уплатят по долгам. Полковники ради режима экономии, конечно, могут отстрелять получателей социальных пособий, но им тоже нужны деньги, а значит, потребуются новые кредиты или армия силой возьмет их у банкиров. Поведение армии непредсказуемо, и «тройка» не зря требует ее сократить.
И снова Сэндбрук
При всех своих расхождениях греки едины в одном – они отказываются платить, кто вежливо, кто грубо. Как заставить их это сделать, в Евросоюзе пока не решили. У ЕС есть лишь неудачный опыт выбивания долга с исландцев, которые на референдуме в 2010 году отказались платить долги после краха исландских банков. В ответ ЕС было запретил ввозить продукты на остров в надежде, что селедка быстро исландцам надоест и они капитулируют, но в Исландии проснулся вулкан и засыпал Европу пеплом. Запрет отменили, однако к теме долгов вернулись. В апреле 2011-го исландцы вновь отказались платить, и с тех пор ЕС размышляет, как «достать» островитян.
Умудренный этим опытом ЕС требует от «технического правительства» Пападемоса уйму гарантий насчёт того, что греки условия “тройки” выполнят, но тот не может гарантировать, что новое правительство, которое появится после выборов, назначенных на 29 апреля, все кабальные договора не аннулирует. Отсюда желание Меркель выдворить греков из общеевропейского дома, чтобы ЕС не отвечал по их долгам перед мировым сообществом и частными инвесторами. Однако кредиторов вариант Меркель не устраивает, поэтому выгнать Грецию из дома, не взяв плату за «ночлег», тоже нельзя.
У ЕС есть вариант взимания оплаты. Первый: грекам дают кредит рефинансирования, те «затягивают пояса», какие-то долги списывают - и к 2020 году Греция выходит с нынешнего уровня госдолга в 160% от ВВП к 120%. Эту схему осложняют частные инвесторы, которые прощать долги не хотят и требуют взамен греческие промышленные объекты и землю. Зная, что ЕС отвечает за Грецию, они поднимают процентные ставки по греческим долгам, которые 20 февраля на биржах подскочили до 7%, – фонды-стервятники готовятся к дележу активов Греции в расчете, что ЕС его «цивилизованно» обеспечит.
Отсюда-то интерес «Большой двадцатки» к Греции, который так поразил Асмуссена.
Европейский Центробанк (ЦБ), пытаясь контролировать ситуацию, скупает сейчас долги Греции у частных инвесторов, но от этого цена этих ценных бумаг только растет. И Центробанку никто не гарантирует, что греки 20 марта кредит рефинансирования возьмут, а 29 апреля новое правительство от долгов не откажется. ЕЦБ и Еврокомиссия 20 февраля все же какие-то гарантии из Пападемоса выбили и назначили ответственными за этот кредит Германию, Нидерланды и Финляндию. Что это за гарантии – не разглашается. Лишь министр финансов Финляндии Ютта Урпилайнен сообщила финской телекомпании YLE, что некие «ведущие банки Греции» дали гарантию его возврата деньгами и облигациями «высокого качества». Эти банки и облигации министр назвать отказалась.
Короче, угроза того, что новое правительство Греции может начать жизнь с «чистого листа», чтобы получить поддержку населения, сохраняется. Тогда вернуть греков в «дом» и успокоить частных инвесторов смогут только войска Евросоюза. Сэндбрук правильно писал, что это будут войска Франции: там идет президентская гонка, и поднадоевший французам Николя Саркози уступает социалисту Франсуа Олланду. Поэтому для Саркози очень заманчиво совершить победоносную военную «прогулку» в Грецию в стиле итальянского похода Наполеона. За военную победу французы простят ему многое.
Греки такой вариант учли и перенесли свои внеочередные парламентские выборы с марта на 29 апреля, зная, что 22 апреля первый тур голосования на президентских выборах во Франции. И сейчас думают: не сместить ли их на 5 мая, держа в уме, что 6 мая второй тур голосования во Франции.
Греки не хотят позволить Саркози примерить треуголку Бонапарта, но если он на выборах победит, то такой шанс у него сохранится, и не исключено, что сценарий Сэндбрука начнет развиваться без поправок на старте. В случае поражения Саркози, миссия по принуждению Греции к оплате ложится на «дежурных» по ее долгам Германию, Нидерланды и Финляндию.
Похоже, тему «оккупационного кредита» в Германии подняли, не так глядя в прошлое, как в будущее.
И действительно подготовка правового фундамента наднациональной «Европейской Империи» идет полным ходом. Брюссель в срочном порядке, за 2 месяца, продавил «Бюджетный Пакт» и «Фискальный Акт» - два документа, призванные спасти евро, обеспечить строгую бюджетную дисциплину и согласованность экономической политики стран Евросоюза. Причем эти документы будут надгосударственными нормами, имеющими «конституционный характер или аналогичные правовые рамки» (Херман ван Ромпей, председатель Евросовета).
Этому отчаянно сопротивляется Великобритания. Создается впечатление, что Лондону не нравится не столько идея «общеевропейского дома», сколько его место в нем. Англия ищет «свой путь», отсюда – и реверансы в сторону России: не пора ли начать «дружить семьями» против общеевропейского дома ЕС? Отсюда и успех «Партии независимости Соединенного королевства», ставящей целью выход страны из Евросоюза. На выборах 2009 года она получила голоса 16, 5% британцев.
Британия - «гранд» Европы и ядерная страна. Ее не изберут для публичной «порки непокорных», дабы другим неповадно было. Однако группа жертв уже сформирована, она так и называется в политсленге Европы – «свиньи» (PIGS). Это Португалия, Италия, Греция и Испания (Portugal, Italy, Greece, Spain).
Португалия - первая по алфавиту, но не по существу. Основные проблемы сейчас у Греции, на которой отрабатываются методы воздействия на потенциальные «провинции Евроимперии». При этом на «историю вопроса» особого внимания не обращают. Хотя Греция пришла к такому состоянию именно в результате строгого выполнения рекомендаций Евросоюза.
Много шума из ничего?
Именно так оценил ситуацию в Греции бывший министр финансов Германии, а ныне член исполкома Европейского Центробанка Йорг Асмуссен (в интервью для Financial Times Deutschland ). Дело было 20 февраля, когда фондовые биржи мира лихорадило в ожидании ответа на вопрос: дадут ли Греции новый кредит? Асмуссен недоуменно заметил, что не понимает, почему из-за страны, “экономический размер” которой составляет 2,5% от Евросоюза, так волнуется Большая двадцатка и МВФ. И добавил:«...к счастью, Греция не представляет угрозы для мировой экономики».
Асмуссен прав: если гостиницы, пляжи, музеи, кафе и такси Греции закроются, то мировая экономика это как-то переживет. Это не нефть, не газ и не хлеб, да и без греческих оливок мир сможет обойтись. В случае чего – докупят в Хорватии, Албании и еще десятке стран, к радости тамошних производителей.
Так что перед Грецией все отчетливей вырисовывается кнут Евроимперии. Хотя заманивали ее в общеевропейский дом пряником высоких жизненных стандартов, как сегодня заманивают славянские страны - Сербию, Хорватию, Украину…
Достичь этих стандартов грекам предлагали посредством структурной перестройки экономики. Это началось в 1981 г., когда Греция присоединилась к Европейскому Экономическому Сообществу (предку Евросоюза). Проблемы переходного периода Европа обещала снять посредством кредитов, которые начали поступать уже после 1981 г., а когда Греция в 1994 г. приняла программу приватизации и изменения структуры экономики, кредиты и частные инвестиции пошли потоком.
Греки отказались от самообеспечения страны и начали вписываться в общеевропейское, а в перспективе и мировое разделение труда. Они строили постиндустриальную экономику ХХІ века с доминирующим третичным сектором – сферой услуг. За это их хвалили и ставили на третье место в ЕС по темпам развития после Ирландии и Люксембурга, а в воздухе запахло «греческим экономическим чудом».
Хотя структура этого «чуда» должна была вызывать серьезные опасения. Если доля сферы услуг в ВВП страны вырастает с 62 (1996 год) до 75 (2009 год) процентов, а доля промышленности упала с 24 до 20%, то это означает очень серьезную деградацию промышленности. Однако тогда на это внимания никто не обращал, в том числе и сами греки, поскольку кредиты и высокий уровень теневого производства (до 30% реального ВВП) и коррупции обеспечивали достаточно высокий уровень доходов основной массы населения.
Под структурные изменения (ориентированные на сферу услуг) давались кредиты на постройку и модернизацию дорог, мостов, парковок, гостиниц, аэропортов. Греки добросовестно кредиты освоили и возвели требуемые объекты. Однако если кредиты ЕС шли часто по нулевой ставке, то частных инвесторов нуль не устраивал. Поэтому значительная часть гостиниц и парковок стала собственностью частных инвесторов, а грекам остался долг по кредитам. «Классическим» примером являются Олимпийские игры-2004, проведенные в кредит, и связанные с ними «скорострои», эксплуатация которых позже оказалась неэффективной. На одну лишь безопасность Олимпиады потратили 970 млн. евро и привлекли к этому 70 тыс. полицейских. Многие в Греции считают Олимпиаду отправной точкой сползания страны в долговую яму (да не к «Евро-2012» на Украине будет сказано!).
В 2009 г. неплатежеспособность Греции уже не была секретом, но «добрые дяди» впихнули ей еще 90 миллиардов еврокредитов: если уж «топить» экономику - так по полной программе.Греки «выкручивались», как могли. После уменьшения турпотока в 2009 г. из-за кризиса эта отрасль начала восстанавливаться. Греческие турфирмы и перевозчики снижают цены за услуги, теряют прибыль, но ко дну идти не хотят.
У Еврокомиссии нет морального права считать Грецию из-за ее долгов «свиньёй», портящей жизнь всей еврозоне. В 2001 году, когда ее полностью и бесповоротно приняли в Евросоюз, там знали, что соотношение ее госдолга к ВВП страны официально в 2 раза превышает норму в 60%, записанную в Маастрихтском договоре. Однако на это закрыли глаза и приняли, да еще и накачали новыми кредитами – очень хотелось расширить ЕС. Тогда никто не говорил о ленивых греческих «свиньях»: наоборот, экономическая аналитика по Греции изобиловала оптимизмом.
Миф о ленивых греках, проевших кредиты
Как и все европейцы, греческое население не особо рвется «затягивать пояса» ради экономии государственного бюджета. За что пресса ЕС, особенно в Германии, именует греков лентяями, живущими за счет всей Европы. Германия, видимо, забыла, как летом 2003 года тогдашний министр труда и экономики социал-демократ Вольфганг Клемент назвал немцев самыми большими бездельниками в мире и скромно предложил отменить хотя бы один общенациональный праздник – 1 Мая, День Труда. Министр привел сравнительную статистику продолжительности рабочей недели, отпусков и числа праздников – немцы были мировыми лидерами, конкурировать с ними могли лишь французы.
За это на него гневно обрушились профсоюзы, лидер металлистов Клаус Цвикель тогда заявил: «Пусть министр труда и экономики Вольфганг Клемент работает исключительно по воскресеньям, поскольку в остальные дни недели он одну только чушь городит», и Клемент о своей новации больше не заикался. Его не поддержали даже бизнесмены, хотя и по своим соображениям.
Наивные греки в это время устраивали демонстрации, требуя 35-часовую рабочую неделю и минимальный оплачиваемый отпуск, как в Германии: раз уж страна приобщилась к евростандартам. Ничего этого они не получили, рабочая неделя осталась 40 часов, а максимальный отпуск грека со всеми выслугами – 30 дней. Такой отпуск у немца уже после первого года работы. Средняя зарплата в Греции – 750 евро, в Германии – 2,5 тыс. евро.
За все это греков, ежегодно принимавших до кризиса европейских туристов в 1,5 раза больше, чем население их страны, теперь называют «свиньями, проевшими кредиты», «профессионалами отдыха», «карнавальной нацией». Хотя порой заглянешь в статистику и оказывается, что ВВП на душу населения в Греции 42-й в мире ($ 30 200) и всего лишь на 9% меньше, чем средний ВВП по Евросоюзу ($32 900). И значительно больше, чем в Венгрии, Чехии, Эстонии или Литве. Выходит, работали они неплохо, и проблема - в организации этой работы? Выходит, Европа требует, чтобы греки работали за еще меньшие деньги и еще больше? Что это - ошибка евробюрократов или их двойные стандарты? Или желание «опустить» страну, предназначенную для порки?
Кто будет платить?
Как любая страна, живущая в кредит, Греция не смогла создать свой «средний класс собственников». Основная масса среднего класса Греции – это люди, живущие «от зарплаты до зарплаты». Еще недавно – сравнительно высокой. Собственностью там было кому заняться.
Принимая Грецию в ЕС, ей ставили два основных условия. Не только изменить структуру экономики, сделав упор на туризм, но и изменить отношения собственности и управления в ней. Ведь к середине 1980-х годов Греция была почти социалистической страной, более половины ее ВВП производилось в госсекторе. В 1986 г. государство владело или контролировало 60% производства текстиля, половину предприятий судостроения, угольной, цементной и лесопильной отрасли. Крупные рудодобывающие предприятия, энергетика, целлюлозно-бумажные комбинаты и компании фармацевтической отрасли, как важной для экспорта, были собственностью государства.
Парадокс, но после избавления в 1974 г. от «черных полковников» национализацию в Греции начал либерал Константинос Караманлис, отобрав у семьи Онассиса крупнейшую авиакомпанию Olympic Airways. Он же начал национализацию в банковской сфере и создал государственную Национальную нефтяную корпорацию. Социалист Андреас Папандреу национализацию развернул с еще большим, социалистическим, размахом.
Однако в 1990-е и «нулевые» сыновья Караманлиса и Папандреу приватизировали то, что национализировали их отцы. Это специфика Греции: полсотни лет страной с небольшими перерывами правят семейства Караманлис и Папандреу.
В 1992 г. в Греции приняли закон о приватизации, которой подлежало около 700 предприятий. К 2000-му было приватизировано 27 крупных предприятий, среди них и 5 главных банков страны. Доля государства в Нацбанке снизилась тогда до 50%, а к 2010 г. – до 33%, и теперь он по схеме управления приближается к Федеральной резервной системе США. Вслед за банками продали телекоммуникационную компанию ОТЕ, постепенно уменьшая в ней долю государства, легко распродали заводы стройматериалов и пищевую промышленность. Производство знаменитого коньяка Metaxa досталось британской Grand Metropolitan. Государство ушло из прибыльных морских перевозок, с 2002 г. пытается распродать морские порты, но это не удается из-за забастовок их работников. Решения правительства о продаже портов встречаются мощной забастовкой, после чего отправляется на доработку, а затем история повторяется.
В 2010 г. начали продавать шоссейные дороги и ставить на них пункты взимания платы за проезд. Это вызвало массовое движение «Я не буду платить, эту дорогу строил мой дед», поэтому с взиманием платы не горячились. Лозунг «Я не буду платить!» настолько популярен в стране, что дал название целому неидеологическому движению. Особенно его участников возмущает тот факт, что с 2011 г. плату за электричество объединили в квитанции с платой за жилье, и тем, кто ее полностью не вносит, отключают свет.
Продали афинское метро, продают острова, особенно безлюдные. Продают землю на полуострове Афон, месте скопления монастырей. Там даже возникла форма «церковного рейдерства»: создание «альтернативних» монастырей, под названием действующих, – братия «копии» претендует на имущество «оригинала». Сейчас Временное правительство Греции озабочено: кому продать за 50 млрд. евро активы DEPA и Desfa, крупных газораспределительных компаний. Если продадут, то выручка может покрыть седьмую часть госдолга, но до этого вряд ли дойдет.
Так что задание по приватизации, поставленное Евросоюзом, греки выполнили с блеском. Естественно, создав при этом мощную прослойку крупных собственников, которые, естественно, вошли в альянс со спекулятивным банковским капиталом и, естественно, не горят желанием возвращать кредиты. В этом их желание совпадает с желанием всего народа, поэтому:
Греки платить не хотят и не будут
Не будут платить, независимо от того, кто возглавит страну после выборов. Это сознает и руководство ЕС. Поэтому европейский «центр власти» («тройка» - Европейский Центробанк, Еврокомиссия и МВФ) в обмен на новые кредиты и обещание списания трети долга выдвигает три условия: продолжение перестройки структуры экономики, режим экономии и главное – дать гарантии, что любое правительство, появившееся после выборов, будет платить по долгам, а не аннулирует их.
Пока официально это гарантировал лишь Антонис Самараса, лидер крупной правой партии «Новая демократия». Однако заметил, явно играя на избирателя, что, в случае победы на выборах, добьется пересмотра договоров. Демократы готовят закон о принуждении частных инвесторов к списанию долгов на своих условиях, но это им пока не особо помогает – за две недели рейтинг партии упал с 30% до 24%, и падение, похоже, продолжится.
В лозунге «Экономия или дефолт!», которым греков долго пугали, они уже выбирают дефолт. Игнорировать это не может ни одна политическая сила – в ночь голосования в парламенте по вопросу принятия требований европейской «Тройки» (13 февраля) за окнами горели здания казначейства и двух банков, подожженные анархистами. Только в Афинах в ту ночь сгорело 40 зданий и 150 магазинов. Популярный лозунг «Греция возродится из огня, как птица Феникс» многие поняли буквально.
Лидер социалистов Георигос Папандреу в ноябре испугал весь Евросоюз своим решением провести референдум: платить или не платить по долгам? За это его лишили поста премьера, а Соцпартия перестала быть правящей в одиночку. У Папандреу есть и другой козырь – в сентябре на заседании правительства он заявил, что предъявит иск в Международный суд в Гааге о взыскании с Германии репараций за преступления нацистов в Греции во Вторую мировую войну. Суд в Гааге с 1997 года работает с иском родственников жителей греческой деревни Дистомо, показательно расстрелянных нацистами в 1944-м, и иск Папандреу «ложится» в накатанное русло.
Официальный Берлин отреагировал на это заявлением, что с 2012 года Германия навсегда прекращает выплаты жертвам нацизма, но газета “Welt am Sonntag” реагировала на иск Папандреу благосклонно. Она предложила считать, что Третий Рейх взял у Греции кредит под 3%, деликатно назвав его «оккупационным кредитом», и за 66 лет сумма с процентами составляет 73 млрд. евро. Газета пересчитала, что это 80% того, что Греция ныне должна Германии, и предложила взаимозачет. Этим немцы дали понять – все возможно, только не надо помещать в греческой прессе карикатуры на Меркель в форме штурмовика СС. В феврале к теме «оккупационного кредита» в том же русле вернулась “Die Welt”, имеющая тираж 700 тыс. и авторитетная в бизнес-кругах.
Берлину удобнее уладить все полюбовно, заодно закрыв навсегда тему оккупации, чем силой выбивать долги, когда даже обе традиционные партии Греции не хотят их послушно погашать. А ведь демократы и социалисты не грозят выходом из ЕС: с ними можно договариваться.
Это проще, чем общаться с Компартией и националистами из партии ЛАОС (Православный народный призыв). Те однозначно за выход из Евросоюза и не против сближения с Россией. С анархистами, которые за самоуправление народных ассамблей и бросаются “коктейлями Молотова”, об уплате долга говорить бесполезно.
Пятая партия в парламенте – это СИРИЗА (Коалиция радикальных левых). Эти выходить из ЕС не рвутся, а проблему долга решают согласно 8 статьи Лиссабонского Договора. Та гласит, если 1 млн. граждан ЕС подпишется под каким-либо законопроектом, то Европарламент обязан поставить его на голосование. Поэтому радикальные интеллектуалы сейчас собирают подписи за принятие Европарламентом закона о списании Греции долгов, назвав это движение «Сейсахфия». Так назывался закон великого афинянина Солона, принятый в 594-593 г. до н.э., когда половина афинян сидела в долговой яме. Он списывал долги и запрещал обращать за них в рабство. Учитывая, что долговой меч висит над многими странами, шанс на принятие такого закона Европарламентом есть.
По социологическим опросам, грекам надоели старые партии и они требуют новых, и за счет этого число партий в парламенте может вырасти с 5 до 8. На второе место в опросах, обогнав Соцпартию, вышла новая Партия Демократические левые, участвующая в «Сейсахфии». Не исключено, что пройдет и неонацистская «Золотая Заря», прокладывая путь новым «черным полковникам».
«Полковники» - не призрак. Единственный пункт требований «тройки», с которым согласны даже коммунисты, – сокращение расходов на армию. Военные Греции сейчас перед выбором между «дембелем в никуда» и «путчем». Сценарий реальный, учитывая, что правительство теряет контроль над ситуацией. Путч - не только пощечина имиджу ЕС, но он и не дает гарантий, что «новые полковники» уплатят по долгам. Полковники ради режима экономии, конечно, могут отстрелять получателей социальных пособий, но им тоже нужны деньги, а значит, потребуются новые кредиты или армия силой возьмет их у банкиров. Поведение армии непредсказуемо, и «тройка» не зря требует ее сократить.
И снова Сэндбрук
При всех своих расхождениях греки едины в одном – они отказываются платить, кто вежливо, кто грубо. Как заставить их это сделать, в Евросоюзе пока не решили. У ЕС есть лишь неудачный опыт выбивания долга с исландцев, которые на референдуме в 2010 году отказались платить долги после краха исландских банков. В ответ ЕС было запретил ввозить продукты на остров в надежде, что селедка быстро исландцам надоест и они капитулируют, но в Исландии проснулся вулкан и засыпал Европу пеплом. Запрет отменили, однако к теме долгов вернулись. В апреле 2011-го исландцы вновь отказались платить, и с тех пор ЕС размышляет, как «достать» островитян.
Умудренный этим опытом ЕС требует от «технического правительства» Пападемоса уйму гарантий насчёт того, что греки условия “тройки” выполнят, но тот не может гарантировать, что новое правительство, которое появится после выборов, назначенных на 29 апреля, все кабальные договора не аннулирует. Отсюда желание Меркель выдворить греков из общеевропейского дома, чтобы ЕС не отвечал по их долгам перед мировым сообществом и частными инвесторами. Однако кредиторов вариант Меркель не устраивает, поэтому выгнать Грецию из дома, не взяв плату за «ночлег», тоже нельзя.
У ЕС есть вариант взимания оплаты. Первый: грекам дают кредит рефинансирования, те «затягивают пояса», какие-то долги списывают - и к 2020 году Греция выходит с нынешнего уровня госдолга в 160% от ВВП к 120%. Эту схему осложняют частные инвесторы, которые прощать долги не хотят и требуют взамен греческие промышленные объекты и землю. Зная, что ЕС отвечает за Грецию, они поднимают процентные ставки по греческим долгам, которые 20 февраля на биржах подскочили до 7%, – фонды-стервятники готовятся к дележу активов Греции в расчете, что ЕС его «цивилизованно» обеспечит.
Отсюда-то интерес «Большой двадцатки» к Греции, который так поразил Асмуссена.
Европейский Центробанк (ЦБ), пытаясь контролировать ситуацию, скупает сейчас долги Греции у частных инвесторов, но от этого цена этих ценных бумаг только растет. И Центробанку никто не гарантирует, что греки 20 марта кредит рефинансирования возьмут, а 29 апреля новое правительство от долгов не откажется. ЕЦБ и Еврокомиссия 20 февраля все же какие-то гарантии из Пападемоса выбили и назначили ответственными за этот кредит Германию, Нидерланды и Финляндию. Что это за гарантии – не разглашается. Лишь министр финансов Финляндии Ютта Урпилайнен сообщила финской телекомпании YLE, что некие «ведущие банки Греции» дали гарантию его возврата деньгами и облигациями «высокого качества». Эти банки и облигации министр назвать отказалась.
Короче, угроза того, что новое правительство Греции может начать жизнь с «чистого листа», чтобы получить поддержку населения, сохраняется. Тогда вернуть греков в «дом» и успокоить частных инвесторов смогут только войска Евросоюза. Сэндбрук правильно писал, что это будут войска Франции: там идет президентская гонка, и поднадоевший французам Николя Саркози уступает социалисту Франсуа Олланду. Поэтому для Саркози очень заманчиво совершить победоносную военную «прогулку» в Грецию в стиле итальянского похода Наполеона. За военную победу французы простят ему многое.
Греки такой вариант учли и перенесли свои внеочередные парламентские выборы с марта на 29 апреля, зная, что 22 апреля первый тур голосования на президентских выборах во Франции. И сейчас думают: не сместить ли их на 5 мая, держа в уме, что 6 мая второй тур голосования во Франции.
Греки не хотят позволить Саркози примерить треуголку Бонапарта, но если он на выборах победит, то такой шанс у него сохранится, и не исключено, что сценарий Сэндбрука начнет развиваться без поправок на старте. В случае поражения Саркози, миссия по принуждению Греции к оплате ложится на «дежурных» по ее долгам Германию, Нидерланды и Финляндию.
Похоже, тему «оккупационного кредита» в Германии подняли, не так глядя в прошлое, как в будущее.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)