Институт динамического консерватизма
VI. Духовная мобилизация в сфере медиа
В условиях, когда нашей стране, как и другим странам и цивилизациям, открыто объявлена информационно-психологическая война, государственные СМИ должны стать рубежом обороны, а должностные лица, занятые в этой сфере, нести личную ответственность за состояние общественного мнения. Как в законодательстве в сфере СМИ, так и в практике государственного публицистического вещания важны не столько охранительные действия, не столько ответы на внешние посягательства, сколько смыслообразующая деятельность, наличие собственной стратегии и способности к опережающей инициативе.
Пробуждение цивилизационных и культурных кодов России, их актуализация в идеале предполагает длительный процесс воспитания нового поколения. Но на это нет времени. Соответственно, многие задачи этого ряда придется решать в оперативном режиме, через изменение ряда ключевых настроек в масс-медиа, в сфере культуры и искусства. Ключевым звеном в этой перенастройке ментальности и общественного мнения сыграют государственные СМИ.
С учетом сложившихся и глубоко укоренившихся нравов в российском медиа-сообществе начинать трансформацию этой сферы придется с создания особо выделенного и по-новому выстроенного государственного медиахолдинга, который станет информационным рупором и вдохновителем мобилизационного проекта. Рассчитывать на то, что существующие сейчас госмедиа будут качественным проводником идеологии Большого Рывка, наивно. Фактически только специально выделенный и осуществляющий концентрацию передовых кадров и творческих решений патриотический медиахолдинг может стать той необходимой экспериментальной площадкой, на которой будет разработана и внедрена новая национальная идеология и предъявлена современная адекватная «картина мира».
Какое-то время новый медиахолдинг как ключевое звено концентрации мобилизационных сил может развиваться в кардинально отличном от него окружении, вызывая ощущение ментального и психологического конфликта или диссонанса с остальными СМИ. Этого не стоит опасаться. Такое «двоевластие» в медиа-сфере не может быть продолжительным – произойдет естественная поляризация самих СМИ и журналистских команд вокруг альтернативных стратегий. Причем важнейшую роль при самоопределении медиа-сообщества будет играть моральная поддержка нового курса со стороны большинства читающей и зрительской аудитории. Немалую роль сыграет и демонстрация решимости и твердости власти – такие решимость и твердость сами по себе будут убеждать колеблющихся.
Появление нового вертикально отмобилизованного сегмента в масс-медиа начнет задавать размытому и спонтанному информационному рынку определенную форму. Формирование медийной политики в государственном вещании до сих пор происходило по принципу реакции на случающиеся сбои и угрозы в режиме «вызов – ответ». Между тем, она должна стать целенаправленной, а не реактивной.
Мобилизационный медиахолдинг может включать в себя:
· один федеральный телеканал;
· достаточно мощное информагентство, способное конкурировать с крупными мировыми генераторами потока новостей (без этой составляющей комплексная информационная политика невозможна);
· несколько газет и журналов;
· несколько радиостанций;
· несколько интернет-порталов;
· несколько издательств;
· киностудию, производящую художественные, документальные и мультипликационные фильмы.
Патриотический медиахолдинг должен обладать собственным информационно-аналитическим «мозгом» (связанным напрямую со Стратегическим советом России) и задавать собственный информационный ритм, а не реагировать на чужую повестку дня. Он реализует государственную стратегию в информационном, культурном, духовно-нравственном отношении, представляя собой по сути спецкорпорацию по духовной и ментальной мобилизации. Тональность ведущих СМИ должна быть сменена с депрессивной на оптимистическую, внушающую энтузиазм. Новые госпроекты, нацеленные на рост реального сектора, на инновации нового технологического уклада, на возвращение высшей планки в науке, образовании и культуре должны быть в центре внимания масс-медиа как соль и смысл народного бытия.
В эпоху Большого Рывка помимо информирования, образования и педагогики средства массовой информации и государственные проекты в области массовой культуры должны иметь в виду и более сложную сверхзадачу – конструирование образа национального будущего, прорастающего из настоящего, из живых людей, их замыслов и творческих возможностей. Мобилизационный проект станет убедительным при условии демонстрации нового типажа – героя, способного на сверхусилие, творческой сильной личности, строящей активную, развитую, собранную страну, верящей в себя и в потенциал своего народа.
В рамках работы медийной спецкорпорации будет осуществляться подготовка особого корпуса кадров государственных СМИ. Одним из важнейших результатов деятельности новой медиакорпорации станет целенаправленная подготовка практиков-руководителей – будущих топ-менеджеров для других медиа-кампаний и СМИ. Впоследствии во все СМИ, в которых государство имеет долю, эти лучшие кадры будут направлены в качестве непосредственных руководителей либо членов советов директоров, либо членов наблюдательных советов. При определенных корректировках в законодательстве о СМИ эти кадры могут выполнить роль своего рода «внутренних контролеров» за соблюдением новых правил поведения на рынке информации, когда все информационные медиа будут поставлены перед фактом: они несут часть своей нагрузки и ответственности внутри общенационального проекта, Общего дела.
Уже на первом этапе преобразований в некоторых отраслях внутри сферы массовой информации имеет смысл пересмотреть существующие подходы к присутствию в них государства и к балансу интересов других субъектов. В особенности острой эта проблема является в Рунете и русскоязычных социальных сетях. Фактически у нас формируется наднациональная, обезличенная «пятая власть», постепенно вытесняющая прессу и телевидение. По данным Фонда развития гражданского общества, пять из 20 лидеров Рунета по объему среднедневной аудитории являются не российскими по своему происхождению (Google, YouТube, Wikipedia, Facebook, Twitter); из 15 российских сайтов, входящих в топ-20, большинство имеет значительную долю иностранного капитала, а популярные российские сервисы меняют юрисдикцию на иностранную. Если сидеть сложа руки, через несколько лет большая часть Рунета будет контролироваться сервисами, расположенными на серверах за пределами России и зарегистрированными в зарубежных доменных зонах. Получается, что мы выводим в аутсорсинг общественное мнение, а если называть вещи своими именами, то отдаем наших детей, их умы и чувства во внешнее распоряжение. И впервые оказываясь в открытой реальности, они легко становятся мишенями для специально разработанных атак на российскую ментальность, для информационных ветров, разносящих вирусы простых, но искусно поданных иллюзий.
Информационно-психологический вызов, к сожалению, плохо осмыслен в том числе и на уровне государственной власти. И это несмотря на то, что в нашу страну приезжают «изучать блогосферу» те же лица, которые готовили «арабскую весну», а также несмотря на то, что так называемая контркультура образует единое сообщество с технологами информационного наступления, как видно на примерах Мадонны, Леди Гага, Питера Габриэля, Вупи Голдберг. Практика «цветных революций» и «арабской весны» показывает, что часть молодого поколения разных государств используется в качестве инструмента для достижения целей, которые ставятся вне этих государств и не во благо этих государств. Это именно та молодежь, которая проводит львиную долю своей сознательной жизни в виртуальной среде, откуда черпает не только эрудицию, но и ценностные установки. Виртуальная среда превосходит у них по авторитету родителей, учителей, первых работодателей, государственные службы, телевещание.
В связи с только что сказанным нам представляется императивной разработка специальной национальной программы по развитию интернет-сообщества. Необходимо также принять законы об ограничении прав лиц зарубежной юрисдикции на развитие информационных сетей и медиа в России.
В своем докладе мы не касаемся многих других сторон духовной мобилизации, в частности, трансформации в сферах культуры, педагогики, обновления госполитики в сфере религии и свободы совести. К этим темам Изборский клуб намерен обратиться в других своих докладах и выступлениях.
VII. Трансформация госуправления: пошаговая логика действий
Идеология трансформации системы управления государством должна строиться вокруг последовательного внедрения принципов «мобилизационного сознания» по модели чрезвычайного периода. При этом «мобилизационное сознание» не должно пониматься как «оборонительное», построенное на страхе, подозрительности и окопных настроениях, но, напротив, должно строиться на позитиве – то есть де факто это должно быть «наступательное» сознание, основанное на вере в правоту своего дела.
Последовательная стратегия внедрения «мобилизационного сознания» способна фактически расколоть российскую коррупционную систему. Кроме того, умелое культивирование «мобилизационного сознания» создает реальную институциональную, идеологическую и экономическую возможность форсированно формировать принципиально новый тип российской элиты, способной противостоять надвигающемуся потоку все более усложняющихся, переплетающихся внешних и внутренних кризисов и конфликтов. При этом действенно сопротивляться такой новой элите нынешние клановые, региональные, корпоративные и криминальные группы с их партикулярными интересами будут неспособны.
Госсектор российской экономики как особый институт должен стать системообразующим в рамках мобилизационного проекта по отношению ко всей российской экономике, при этом ядром госсектора – везде и всюду – был и будет ВПК (а также примыкающие к нему государственные отраслеобразующие корпорации, банки, ТЭК, естественные монополии, институты развития) как безвариантная основа обеспечения национальной безопасности.
На особо сложном этапе начала трансформации, как уже отмечалось ранее, ключевыми органами мобилизации государства и начала кадровой ротации станут вновь созданные Стратегический совет, разрабатывающий саму системную программу Большого рывка и Высшая кадровая комиссия, принимающая решения, альтернативные интересам существующих политических и финансовых кланов, которые будут стремиться удержать статус-кво.
Следующим шагом в излагаемом здесь замысле мобилизационного проекта является учреждение качественно новой высшей контрольной инстанции – Комитета по государственному контролю. Он должен быть сформирован как интегрирующий орган из принципиальных и тщательно отобранных кадров с использованием разработок Контрольного управления Администрации Президента, службы по финансовому мониторингу и Счетной палаты (с передачей ему основных полномочий этих трех органов).
Конкретным методом повышения контроля над управленцами станет смещение узловых точек концентрации полномочий – не голое наращивание вертикали власти, а сосредоточение власти в нескольких ключевых органах госуправления, чем будет достигаться эластичность и повышенная адаптивность обновляющейся системы к новым задачам. В результате должен быть выявлен и подготовлен целый корпус способных чиновников, обязанных своим продвижением исключительно своему умению работать на благо государства и непосредственно заинтересованных в том, чтобы реализовывать политику главы государства и доводить до него неискаженную информацию.
Следующий шаг мобилизации – учреждение главного мобилизационного органа – центра принятия национальных решений, наделенного прямыми каналами связи с существующими ведомствами, экспертными учреждениями и общественными структурами. Как вариант, этот ключевой орган может называться Советом национальной мобилизации. Этот орган принимает важнейшие оперативные решения в политико-административной, внешнеполитической, экономической, социальной, военной, правоохранительной, разведывательной и информационной сферах. При нем создаются экспертные советы по основным направлениям преобразований и развития. Формирование новой структуры и его аппарата осуществляется на конфиденциальном уровне. Распоряжения о координации вновь созданных структур, персональный состав его аппарата и экспертных советов, планируемые кадровые решения и доктринальные документы не подлежат оглашению до особого распоряжения главы государства. Совет национальной мобилизации и Стратегический совет распределяют между собой полномочия по следующему принципу: первый работает как чрезвычайный орган исполнительной власти, второй – как планирующая инстанция, разрабатывающая стратегические смыслы и доктринальные документы государства.
Следующим шагом мобилизации является кадровая ротация и структурная трансформация правительства, его аппарата, министерств и ведомств РФ. Данный шаг представляет собой по объему работы основное звено преобразований. При этом с уверенностью можно сказать, что большое количество лиц, как не соответствующих необходимому профессиональному уровню, так и серьезно коррумпированных, почти наверняка создают угрозу прямого и косвенного саботажа преобразований. Эта ситуация потребует особого внимания лично от президента и постоянного контроля со стороны Комитета по госконтролю и Совета национальной мобилизации. В период ротации и преобразований правительства многие оперативные решения, входящие в компетенцию правительства, будут приниматься на уровне Совета национальной мобилизации.
Параллельно с этой трансформацией запускается процесс массированной антикриминальной и антикоррупционной стратегии, которую осуществляет вновь созданный Совет по декриминализации. Вместе с ключевыми спецслужбами и Национальной гвардией[6] данный Совет ведет целенаправленную борьбу с целью максимального подавления всех реальных и потенциальных конкурирующих механизмов властного влияния на социум: криминалитета, мафии, коррупционной системы, региональных клановых структур и т.д. Осуществляются аресты самых крупных коррупционеров среди чиновников и показательные процессы над ними. По мере кадровой ротации и преобразований в системе МВД, Следственном комитете и прокуратуре антикриминальная программа переводится из чрезвычайного в обычный режим. До этого перевода Совет по декриминализации и его оперативные следственные органы обладают приоритетными прерогативами на ведение интересующих их дел с правом доведения их до суда. В интересах страны пройти этот переходный, по сути чрезвычайный период, в короткие сроки – но для этого характер преобразований должен быть глубоким и интенсивным.
В ходе декриминализации гнев общества должен концентрироваться на криминальном зле, имеющем большой социальный размах и резонанс – наркосетях, торговле людьми, незаконном предпринимательстве и миграции, а также на формировании клановых монополий на рынках и в административной системе (в этот период правительство проводит параллельную кампанию по открытию рынков для всех производителей, включая местных розничных торговцев, уничтожению посреднических паразитических цепей в транспортировке товаров и торговле).
В антикоррупционной политике эпохи мобилизации целесообразно использовать следующие решения:
· ввести принцип «презумпции виновности» при несовпадении официальных доходов и расходов в семьях чиновников;
· отменить срок давности для коррупционных преступлений;
· установить, что документальное доказательство вины коррупционера дают судам основания заключать под стражу с целью ограничения возможностей давления на следствие[7];
· установить, что взяткодатель в случае сотрудничества со следствием освобождается от ответственности;
· считать соучастниками преступления, несущими полную ответственность, руководителей аффилированных со взяткополучателем фирм;
· ввести полную конфискацию даже добросовестно приобретенных активов (кроме необходимого для скромной жизни) семей членов оргпреступности (включая коррупционеров), не сотрудничающих со следствием;
· массово применять хорошо известные по западной практике технологические антикоррупционные методы, а также передовые разработки отечественной науки в области дознания и вскрытия информации в отношении антикоррупционных расследований;
· сформировать временные специальные суды, рассматривающие исключительно дела, связанные с коррупцией и оргпреступностью, обеспечить их сотрудникам необходимую безопасность;
· выслать из страны всех не уличенных в преступлениях «воров в законе» (есть успешные прецеденты таких решений в Белоруссии, Молдавии, Туркмении, Грузии);
· установить, что осужденный за коррупционное преступление пожизненно лишается права занимать государственные и руководящие должности, вести любую юридическую деятельность и избираться на выборные должности всех уровней.
VIII. Вызовы технологического перехода: оседлать волну
С начала 2000-х годов мировая экономика вступила в фазу спада длинной волны (большого или Кондратьевского цикла). Это говорит о начале исчерпания возможностей дальнейшего роста на основе технологий пятого технологического уклада. Капитал, потерявший возможность получать ожидаемую высокую прибыль в реальной экономике, хлынул на финансовые рынки, надувая на них спекулятивные пузыри, которые затем схлопываются. Попытки развитых государств (их финансово-денежных властей) лечить кризисы понижением процентных ставок до нуля и впрыскиванием неограниченной ликвидности аналогичны попыткам тушить пожар с помощью керосина. В качестве предпосылки для кардинального оздоровления экономики необходимо было допустить самоуничтожение избыточных виртуальных финансовых активов, тогда как нынешние действия финансовых властей развитых стран лишь прибавляют в систему новую порцию ничем не обеспеченных денег.
Для кардинального оздоровления экономики и организации нового долгосрочного экономического роста необходимо ускорить переход к шестому технологическому укладу. Он и сможет сформировать новый устойчивый массовый спрос за счет создания нового класса товаров и услуг, резкого повышения эффективности и производительности труда, изменения структуры используемых видов энергии и материалов (в том числе новых, искусственных, с заранее заданными свойствами, повышенными качествами, сроками службы и пр.).
Преуспеют в ближайшем будущем те, кто быстрее сможет выйти на траекторию роста нового технологического уклада и вложиться в составляющие его производства на ранних фазах развития. И, наоборот, по мере формирования новых технологических траекторий вход на них будет становиться все дороже, т.к. в настоящее время шестой технологический уклад заканчивает «эмбриональную» фазу развития, готовясь перейти в фазу роста. Его расширение сдерживается как незначительным масштабом и неотработанностью соответствующих технологий, так и неготовностью социально-экономической среды к их широкому применению.
Глобальный кризис объективно закончится перетоком значительной части оставшегося после коллапса финансовых пузырей капитала в производства нового технологического уклада.
Неготовность существующих институтов к ускоренному переходу к шестому техноукладу, усугубляемая кризисным состоянием экономики и бизнеса, снижающим инвестиционные стимулы и повышающим риски, приводит мировую экономику к депрессии – обычной спутницы «кондратьевской зимы». В этих условиях организацией и ускорением необходимого для нового большого подъема технологического перехода должно заняться государство.
Нынешняя экономическая ситуация в мире – это реинкарнация Великой депрессии, когда также наблюдался кризис перепроизводства. Для преодоления кризиса перепроизводства необходимо резко повысить налоги на крупный капитал и существенно увеличить расходы из госбюджетов развитых стран, как это делал в период Великой депрессии Ф.Д. Рузвельт. Но в развитых странах потребление и так уже составляет львиную долю ВВП, государственные долги зашкаливают за все разумные пределы.
Происходящая в настоящее время в западных странах денежная накачка экономики ведет в конечном счете к процессам саморазрушения финансовой системы. Но после структурной перестройки экономики ведущих стран на основе нового технологического уклада, возможно, начнется новая длинная волна экономического роста. Вопрос лишь в «цене» (издержках) технологического перехода, которые зависят от времени, которое будет затрачено на его осуществление, и от ряда общеэкономических условий.
Долговые нагрузки в развитых странах во многом лишают их возможности компенсировать депрессию фискальными и бюджетными методами на время технологического перехода, поэтому там этот переход будет осуществляться на весьма болезненном фоне, при котором произойдет существенное падение уровня жизни населения.
А вот у развивающихся стран, таких как Китай, Бразилия, Индия, Россия и т.д. есть степени свободы для развития их экономик за счет мощного развития внутренних рынков и повышения благосостояния достаточно бедного населения (фактически – создания массового среднего класса с помощью перераспределительной системы), для стимулирования совокупного спроса при одновременном создании необходимых условий перехода на новый шестой технологический уклад. Не случайно аналитики Goldman Sachs прогнозируют, что доля стран БРИК в росте мирового потребления вырастет с 23% в прошлом десятилетии до 62% в 2010-2020 годах, а потребление стран БРИК будет расти на 10% каждый год, в то время как доля развитых стран будет сокращаться в результате скорого обрушения их долговых пирамид.
И тут у России возникает объективная историческая возможность осуществить стратегический прорыв из того болота, в котором она оказалась в результате экономического курса последних двадцати лет, став одним из лидеров шестого технологического уклада и одним из центров мирового экономического развития. Подобный «стратегический прорыв» Россия осуществляла дважды за последние 300 лет: при Петре I и Сталине.
Происходивший в России в предкризисное десятилетие рост без развития на оставшемся после «реформаторских» 1990-х гг. производственно-технологическом потенциале полностью себя исчерпал. Для преодоления структурных ограничений экономического роста необходима кардинальная активизация инвестиционной и инновационной деятельности, что невозможно без поддержания темпов экономического роста на уровне не ниже 8% ежегодного прироста ВВП, 10% – промышленного производства, 15% – инвестиций в основной капитал, 20% – расходов на НИОКР.
Цель Большого рывка – прорыв на ключевых направлениях шестого технологического уклада и закрепление в соответствующих нишах как условие поступательного и динамичного развития России.
Общеизвестно, что в результате затяжного экономического кризиса 90-х гг. в России оказались разрушены старые и не были созданы новые механизмы расширенного воспроизводства и реализации результатов НИОКР. При этом уникальность нынешней ситуации состоит в том, что благодаря относительно высокой норме сбережения в ВВП объем капиталовложений можно поднять в полтора раза, не снижая уровня потребления (накопления составляют в России порядка 30% ВВП, а инвестиции – только 20%). Следовательно, вопрос не в возможностях, а в создании механизма и организации процесса.
Ключевая идея Большого рывка и необходимого для его осуществления мобилизационного проекта заключается в опережающем становлении базисных производств нового технологического уклада и скорейшем выводе российской экономики на связанную с ним фазу роста новой длинной волны. Для этого необходима концентрация ресурсов в развитие составляющих его перспективных производственно-технологических комплексов, что требует целенаправленной национальной финансово-инвестиционной политики, включающей соответствующие инструменты денежно-кредитной, налогово-бюджетной, внешнеэкономической и промышленной политики. Их необходимо ориентировать на становление ядра нового технологического уклада и достижение синергетического эффекта формирования кластеров новых производств, что предполагает согласованность макроэкономической политики с приоритетами долгосрочного технико-экономического развития. Последние должны формироваться исходя из закономерностей долгосрочного экономического роста, глобальных направлений технико-экономического развития и национальных конкурентных преимуществ.
Научно-техническое прогнозирование позволяет определить ключевые направления формирования нового технологического уклада: биотехнологии, основанные на достижениях молекулярной биологии и генной инженерии, нанотехнологии, системы искусственного интеллекта, глобальные информационные сети и интегрированные высокоскоростные транспортные системы. К ним следует добавить направления-носители нового технологического уклада, предъявляющие основной спрос на его продукцию: космические технологии, производство конструкционных материалов с заранее заданными свойствами, авиационная промышленность, атомная промышленность, солнечная энергетика. Заделы в сфере атомной, ракетно-космической, авиационной и других наукоемких отраслях промышленности, в молекулярной биологии и генной инженерии, нанотехнологиях дают России реальные возможности для опережающего развития нового технологического уклада и шансы на лидерство в соответствующих направлениях формирования новой длинной волны экономического роста.
Окончание следует...
Сообщения
Как сообщалось, премьер-министр России Дмитрий Медведев выступил вчера в Госдуме с отчетом о деятельности правительства за прошедший год. Основные положения доклада премьера прокомментировал в интервью «Русской народной линии» известный экономист, инвестиционный консультант Владислав Жуковский. 
