Мир знал и до сих пор знает значительное количество империй. Некоторые из них существовали много веков как например Византийская империя, другие продержались всего лишь пару тройку лет как например Первая империя Гаити, или Первая Мексиканская империя. Но все они пришли к своему упадку или еще только идут к нему, как это происходит с Британской империей. Если говорить о Российской империи, то нужно сказать, что вероятно это было чуждое для страны западничество, которое тем не менее сыграло значительную роль в становлении государства.
Российская империя окончательно оформилась при Петре Первом в 1721 году, после окончания Северной Войны. По прошению сенаторов Петр Первый принял титулы Императора Всероссийского и Отца Отечества. Закрепление статуса Императора требовало устранения других центров силы – и Боярской Думы и Патриаршества. Собственно говоря, огромные усилия по созданию государства российского предшествовали этой финальной стадии развития. Здесь можно было бы упомянуть много различных, очень значимых исторических вех, но это не есть цель этой статьи. Хотелось бы понять насколько имперская форма эволюционного развития была востребована в прошлом и востребована ли она на современном этапе развития нашей цивилизации. Разумеется в рамках статьи невозможно сделать подробный анализ, но можно попытаться просто порассуждать на эту тему на правах интернет-публицистики. Организация общества вокруг сильной личности, унаследована человечеством из более ранних стадий эволюции человека, а человек возможно это перенял от своих предков, у которых общинный уклад являлся наследником стайного или прайдного уклада. Советские ученые П. П. Ефименко, М. О. Косвен, А. И. Першиц обозначили очередность развития первобытнообщинного общества на три стадии: эпоха первобытного стада; эпоха родового строя; эпоха разложения общинно-родового строя. Последняя стадия символизирует распад устройства общин по родовому признаку и собственно начинается организация общества по неродовым принципам. Все эти преобразования в становлении человека были вынужденной мерой потому, что одному роду было трудно выстоять в борьбе против конкурентов его же вида, а так же добыть себе пропитание и защитить потомство. Такое общество кто-то должен был возглавлять принимать решения и быть главным защитником. С этой точки зрения все развивается в общем-то логично. Организация первобытной формации общества является органичным шагом развития человека. Однако времена шли и развитие продолжалось. Вскоре человек научился добывать огонь и это во многом помогло развитию человека и соответственно развитию общества. Появились ремесла и первые профессии, вслед за ними появились профессиональные объединения. Одновременно это привело и возникновению административных и государственных образований, в конце концов как рано или поздно должно было произойти появились государства со своими интересами и аппетитами. Автор сказал в начале статьи, что целью статьи является узкий, совершенно крошечный спектр в жизни государства, который бы показал нам, насколько необходима империя в развитии государства. Империи прошлых лет рушились одна под натиском другой так Византийская империя пала в том числе под давлением османской, и если император Баязид Молниеносный не смог добить распадающуюся империю победив на Косовом поле, то фактически установил над Византийской империей протекторат Османской. Возможно это бы и сошло с рук императору Баязиду, если бы он не стал укреплять свое присутствие в Анатолии и так называемых «малых бейликах». Этого уже не мог простить еще один император Тамерлан(Тимур). Таким образом мы видим, что возникновение империй хоть и приводило к увеличению территории государственного образования, но весьма остро ставило вопрос о сосуществовании империй. Войны за территории, коммерция наравне с пиратством, всё это рабочие инструменты империй. Этот же «набор инструментов» характерен и для другой империи – Британской. Особо расписывать прелести джентльменского поведения нет необходимости, весь мир прекрасно знает, что за красивыми этикетками индийского чая кровь бедных индусов. За красивыми баночками с говяжьей тушенкой, обворованные аргентинские граждане. По сути дела, Британская Империя создала самую большую в мире империю просуществовавшую до 1977 года. Закатом империи можно считать церемонию передачи суверенитета над Гонконгом КНР. (Ой-ли?!) Все это говорит о том, что нравы в средние века были довольно суровыми, но время шло. Главным и непременным условием успешной политики Британской Империи была тайная дипломатия. Именно с соблюдением строжайшей тайны вершились британской короной самые подлые дела. Тайна это непременное условие для подкупа местных чиновников и знати. Именно в тиши кабинетов и без огласки вершились самые кровавые дела, зрели заговоры. Второе, но не менее главное условие, это беспринципное желание обманывать. Только при соблюдении этих двух условий возможно было тянуть соки со всего мира. Однако время не останавливало свой бег и общество развивалось. Все более развитая система СМИ уже не позволяла молча обстряпывать свои грязные делишки. Именно с этим связан закат Британской Империи. Рост противодействия угнетаемого населения британских колоний, был вызван именно с возросшей информативностью. Людям стало доступно больше информации и в том числе той которую от них ранее скрывали. Сегодня мы видим продолжение этих трендов. Даже если сегодня империй в их традиционном виде не осталось, сегодня есть государство, которое считает себя верхушкой однополярного мира. Это и есть последняя мировая империя – финансовая. Информационная доктрина страны считается открытой и свободной. Все это декларируется демократическим путем развития страны и американского общества. На самом деле это разумеется не так и теперь об этом знает все большее количество людей в мире, отсюда и все большие затруднения в осуществлении исповедуемых подходов и результатов задуманного. Считается, что Арабская весна привела к смене узурпаторов власти в странах Магриба, возможно это и так. Считается что основную роль в переворотах сыграли новейшие информационные технологии, автор статьи готов согласиться и с этим. Но вот с чем невозможно согласиться так это с тем, что опасность новые информационные технологии несут только тем кто не нравится Соединенным Штатам. Информация это обоюдоострое оружие. Сегодня она режет по живому не только арабов, но и американцев, израильтян, европейцев. Раньше PR-технологиями владели только на Западе, теперь этими технологиями владеют все страны, да и просто многие интернет СМИ. По сути очень много сегодня зависит от информационного поля. Именно информационное поле сегодня не менее важно, чем когда-то Косово или Куликово поле. И именно на информационном поле очень умело сегодня действует например Иран, это признают практически все журналисты всех стран. Иранская политика на протяжении многих лет оказывается неуязвимой. Раньше давление было и на Россию и здесь Запад много преуспел, но русские учат уроки не хуже остальных. Теперь русские СМИ умеют говорить громко и не хуже западных, примером тут может быть телеканал RT, но вот что действительно демонстрирует серьезные изменения, так это заинтересованность слушателей, читателей и зрителей. Она неизменно растет. Усилия России дают плоды и плоды эти не по вкусу старым демократиям. Получается, что содействуя прогрессу, развивая информационные технологии, западные империи все больше осложняют свое будущее. Если считать, что развитие цивилизации происходит вместе с развитием информационных технологий, то совершенно понятно, что волна насилия в мире и доминирование одного государства, одной империи это нонсенс который приближает к большим сложностям страну доминанта. Если кому-то кажется, что цивилизационный разрыв может обеспечивать победу империям снова и снова, хотелось бы напомнить, что это не обязательный исход подобных поединков. Существует метод оценки пассионарности нации. Здесь нужно смотреть на наличие детей в семьях. По этому показателю Запад явно проигрывает Востоку. Видимо все становится на свои места – на Востоке сейчас цивилизационный восход, ну а на Западе похоже закат. |
Подпишитесь на Myoppositopinion
Сообщения
Все комментарии
Показаны сообщения с ярлыком империи. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком империи. Показать все сообщения
четверг, 28 февраля 2013 г.
Крушение империй, как естественное течение эволюции
вторник, 26 февраля 2013 г.
Империи в мировой истории
Владимир Махнач
Империя, несомненно, - самостоятельный тип государства, представленный исторически весьма немногими примерами, которые существовали однако в течение длительного времени. Продолжительность жизни империи в среднем превышает продолжительность жизни государства неимперского типа. Империя - достаточно поздний тип государства, сложившийся в процессе взаимодействия различных народов в одних государственных рамках. Вся история империй на Земле насчитывает примерно 2500 лет. Каждая империя полиэтнична (здесь исключений нет).
Характерными чертами империи являются:
- определенная структура взаимоотношений с провинциями;
- стержневой (имперский) этнос;
- имперская элита;
- система взаимоотношений между входящими в империю этносами.
Рассмотрим их по порядку.
Определенная структура взаимоотношений с провинциями
Империя отличается от унитарного государства наличием провинций, т.е. территорий, населенных различными этносами, которые сохраняют в рамках империи, во-первых, культурное своеобразие; во-вторых, в той или иной степени обычаи и элементы своего законодательства; в-третьих, свою традиционную власть (последнее не всегда). Посмотрим, как это выглядело в истории.
Культурное своеобразие Римской империи заметно невооруженным глазом хотя бы потому, что не все ее народы принадлежали к великой античной культуре. Подданными Римской империи были и египтяне с тремя тысячелетиями культуры за спиной; и сирийцы, у которых на наследие месопотамской культуры наложилось мощнейшее иранское влияние; и кельты, чья великая культура не сложилась, будучи раздавленной по сути дела античной, но и не прервалась, продолжив свое существования в виде местных культурных традиций отдельных кельтских народов. А в составе Российской империи, кроме восточнохристианского большинства, жили также народы западной культуры, исламской культуры, культуры северного буддизма. Таким образом, этносы, входившие в империи, различались не только по религиозной принадлежности, но и по принадлежности к той или иной великой культуре.
Сохранение обычного права и элементов писанного права можно наблюдать уже в Римской империи, в разных провинциях которой картина рабства абсолютно различна. Одинакового рабства в имперском Риме просто не существовало. В Элладе сохранялась патриархальное мелковладельческое рабство, а в Палестине - ветхозаветное рабство с обязательной нормой: отпускать рабов на волю в юбилейный год. Более того, в Египте вообще рабства не было, а было зависимое крестьянство, как если бы эта часть Римской империи была не рабовладельческой, а феодальной. Что касается Российской империи, то во многих ее провинциях действовали свои законы, но в той мере, в какой они не препятствовали имперскому законодательству. Скажем, в Прибалтийских (бывших орденских) землях действовали статуты Ливонского ордена, в Литве - статуты Великого княжества Литовского, у армян - судебник Мхитара Гоша, а все мусульмане руководствовались шариатом.
Наконец, существенный вопрос связан с возможностью сохранения провинцией традиционной власти. Об имперском устройстве титулы "император", "кесарь", "василевс" не говорят ничего, но говорят многое титулы императоров Ирана и Эфиопии - в обоих случаях "царь царей". Почему, собственно, "царь царей"? Да потому, что были и просто цари. Например, был армянский царь, подданный персидского царя царей, который сохранял царские полномочия в пределах своего исторического царства. Точно так же король Баварии или герцог Вюртембергский сохраняли свои полномочия в составе поздней Германской империи.
Россия вступила на путь формирования имперского организма раньше, чем стала единым и независимым государством. Еще при отце великого основателя России Ивана III князе Василии Темном на московскую службу выехал знатный мурза Касим с родственниками и вассалами. Ему были отведены земли и подарен Городец Мещерский, который с тех пор и до сего дня так и называется - г. Касимов. Таким образом, внутри Великого княжества Московского, а потом Русского царства существовало царство Касимовское, с тем только различием, что его монарх назывался не "касимовский царь" (ибо царь - это император, он был в Москве), а "касимовский царевич". Касимовские царевичи имели свое войско, чеканили свою монету, руководствовались своими законами. Иные из них весьма отличились на русской службе, в т.ч. и знаменитый генерал XVI в. Шах Али-хан, упоминаемый в русских источниках иногда в искаженной форме, как Шигалей. Можно предположить, что в XV-XVI вв. Касимовское царство - это некий противовес Казанскому ханству в долгой и сложной политике Москвы в отношении ордынского наследия. Но в XVII в. о независимой Казани все уже забыли, ее не существует, а Касимовское царство продолжает существовать.
Конечно, так происходило не во всех империях. Скажем, в Византийской империи подчиненных царей не было, но самоуправление провинций оставалось.
И когда сегодня некоторые политики, патриотического круга особенно, требуют упразднения национальных образований в составе России, одновременно выказывая симпатию к ее имперскому прошлому, они предлагают принципиально неимперское решение. Разумеется, проще всего жить в государстве, населенном представителями одного этноса, хотя это почти никогда не достижимо. Но во всех других случаях наилучший вариант жизни народов в одном государстве дает империя.
Стережневой (имперский) этнос
Империя отличается от государства федеративного, которое тоже состоит из провинций, тем, что она всегда создается вокруг стержневого (имперского) этноса. Его наличие для империи обязательно. И именно с ним прямо связаны два вопроса: продолжительность жизни империи и ее распад.
1) Вообще, империи живут долго. Даже если полагать, что Римская империя начинает свой отсчет не с Августа, а с разрушения Карфагена (146 г. до н.э.), то от ее рождения до распада в 476 г. н.э. проходит более 6 веков - вполне долгий срок! Очень трудно назвать начальную дату истории Византийской империи, так как она - прямая (в т.ч. и территориально) преемница Римской. Но если считать датой ее основания 476 г., то с этого момента и до взятия Константинополя турками в 1453 г. Византийская империя просуществовала почти 1000 лет. Примерно такая же продолжительность жизни (около 1000 лет) у позднейшей западной империи - Священной Римской империи германской нации, которая просуществовала с IX по XIX в.
Однако все возможные рекорды побила старейшая империя на планете - Иран. Начав свою историю при Кире Великом в VI в. до н.э., эта держава с персидской династией Ахеменидов прожила, казалось бы, относительно недолго (порядка двух веков) и была разрушена Александром Македонским. Но после его смерти она восстановилась как эллинистическое государство Селевкидов. Затем другие (не южные, а северные) иранцы - парфяне изгнали селевкидов, и Иран стал Парфянским царством с парфянской династией. Далее потомки персов восстановили Иран вновь с персидской династией и персидской элитой под название "государство Сасанидов". Таким образом, от создания Иранской империи Киром Великим в VI в. до н.э. до разрушения ее мусульманами в VIII в. н.э. прошло 14 веков! И все же, хотя исламская традиция вообще не этатистская и тем более не имперская, персидская традиция оказалась сильнее ислама. Ислам в Иране сохранился, тем не менее государство снова и снова восстанавливало себя как имперское образование (последний шахан-шах Ирана - наш современник Мохаммед Реза Пехлеви).
Наш современник - и последний император Эфиопии несчастный Хайле Селассие, тоже продолжатель древней традиции царя царей. Эфиопская империя, начиная с Аксумского царства, просуществовала на северо-востоке Африки не менее 17 веков в очень тяжелой ситуации - во враждебном окружении.
2) Распад империи никогда не происходит в силу центробежных тенденций, в силу, якобы, того, что порабощенные народы разрывают империю на части. Распад империи может произойти по двум причинам, и обе они обусловлены поведением стержневого этноса.
Во-первых, империя обычно распадается с обскурацией стержневого (имперского) этноса. Империя живет лишь столько, сколько живет ее имперский народ (в случае с древними персами не следует забывать, что Ахеменидская империя была создана этносом в фазе инерции и просуществовала столько, сколько оставалось ему жить). Значительно реже бывает, что функции имперского народа переходят от одного этноса к другому, и империя продолжает жить (как это случилось в Иране).
Полководца Аэция при жизни звали "последний римлянин". Вскоре после того, как он был убит, Рима не стало, что естественно - не может же существовать Рим, если не стало последнего римлянина! Конечно, "последний римлянин" - условность, но это - ощущение современников. Ромеи-византийцы совершили подвиг: их обскурация была заметна уже в 1204 г., когда крестоносцы в первый раз взяли Константинополь, однако имперская традиция была сохранена в Малой Азии (в Никее), затем в 1261 г. был возвращен Константинополь, и империя продержалась еще почти 200 лет - до середины XV в. Обскурация стержневого этноса - нормальная причина заката империи, не исключающая передачи эстафетной палочки (имперского скипетра) не только другому народу, выросшему в тех же имперских границах, но и соседу - родственному народу, что и произошло с переходом имперской традиции в Россию.
Во-вторых, империя распадается в случае отказа стержневого (имперского) этноса от исполнения своей роли. Тому примеры - Турция, Австро-Венгрия и в значительной степени Россия, хотя ее будущее нам неизвестно.
Турция, несомненно, была империей, сложившись в качестве таковой уже ко второй половине XIV в., еще за 100 лет до захвата турками Константинополя. Но Турции (в отличие от Рима, Византии, России) были присущи не все, а лишь некоторые имперские черты. Турция формировала очень своеобразную элиту как часть имперской знати - элиту рабского происхождения. Османские военачальники и наместники (паши), большинство высших чиновников Османского двора происходили из янычар - государственных военных рабов.
Комплектовались янычары за счет специального налога малолетними детьми с некоторых порабощенных народов и за счет прямой кражи детей. Янычары, пройдя в малолетстве короткое воспитание в турецких семьях, с отрочества воспитывались в казарме и были профессиональными воинами. О почестях и знаках вознаграждения рабам турки додумались удачно: каждый янычар знал, что он может стать офицером, пашой и даже великим визирем (такие примеры были известны). Тем не менее, занимая высшие государственные должности, янычар не переставал быть государственным рабом. Он мог быть сколь угодно богат и окружен в своей жизни баснословной роскошью, но не мог ничего передать по наследству, ибо по закону не имел наследников. Это - принципиально антиаристократический путь.
Янычары были лучшей пехотой мира и побеждали во всех сражениях, кроме одного: они проиграли битву при Анкаре самому Тамерлану, да и то янычар не удалось сбить с позиций - их растоптали слонами. Янычар боится вся Европа и постепенно начинают бояться султаны. Стамбул в XVI в. не боялся никакого внешнего врага, ибо в тот момент не было государства, сильнее Османской Турции. Самое страшное, что могло произойти в Стамбуле - это отказ янычар получать от султана пищу (в знак чего они переворачивали котлы). Некоторые султаны после этого лишались жизни.
Со временем султаны уступили и стали смотреть сквозь пальцы на янычарских детей, которых воспитывали в казармах же, а позднее разрешили янычарам обзаводиться семьями и заводить детей с тем, чтобы их дети становились янычарами. В конце концов, это сословие лютых и отважных государственных рабов превратилось в касту, в преторианскую гвардию и чем дальше, тем больше начало распускаться.
Надо сказать, ранняя Турция XIV-XV и даже XVI вв. со своей рабской знатью устраивала всех, кто жил в ее подчинении. Так, во второй половине XIV в. турки захватили Сербию. Сербский король и все доблестное сербское войско полегло на страшном Косовом поле. Полвека спустя (кстати, отсрочив тем самым на несколько десятилетий падение Константинополя) Тамерлан разбивает при Анкаре султана Баязида Молниеносного и берет его в плен. И в этой битве, после янычар, наиболее доблестно из всей османской армии сражалось сербское ее крыло. А ведь свежа еще была память о Косовом поле!
Совершенно аналогичный пример из русской истории. В 1611 г. был подписан казанский Земский приговор об участии во Втором земском ополчении, т.е. в ополчении Минина и Пожарского. Понятно, почему его подписывают русские. Более-менее понятно, почему черемисы, как тогда звали марийцев (они просто могли предпочитать русскую власть татарской). Но подписывают и татары, после чего садятся на коней и отправляются освобождать Москву. А ведь тоже память о присоединении Казани не могла еще выветриться (прошло всего 60 лет)!
И один случай, и другой свидетельствуют о безупречном поведении империи в отношении подчиненного и включенного в ее состав народа.
Но по мере разложения янычарского корпуса (точнее, его трансформации по пути к всевластию) турецкая власть вела себя все хуже и хуже. Паши обзаводились детьми и всячески стремились обогатиться за счет, разумеется, населения своих вилайетов и пашалыков, а подданные (сначала христиане, а затем и мусульмане-не турки) начинали все больше раздражаться и желать независимости от столь "милой" империи.
В свою очередь, на усиление янычарского корпуса и центробежные тенденции в провинциях Стамбул ответил вестернизацией. Турки начали учиться все делать на европейский манер, становясь все более западной и все менее мусульманской страной. Процесс вестернизации шел полтора столетия, и сегодня Турция - уже не страна исламского мира, а самая провинциальная, заштатная страна Запада. Кстати, турки начали молиться в храме Святой Софии как в мечети сразу после ее захвата в 1453 г., однако крест на Святой Софии возвышался до рубежа XVIII-XIX вв. Он, в отличие от икон, мусульманам не мешал (для мусульман вероисповедно допустимы христианские символы, а иконы не подходят так же, как любые изображения одушевленных существ). Сняли же они крест, лишь став "менее мусульманами", пошатнувшись в исламе (к началу XIX в., когда Турция повернула к Западу, крест исчез).
Чем дальше, тем больше турки и их подданные-не турки не устраивают друг друга. И в XVIII в. начинаются национально-освободительные движения. В ответ турки совершают поворот к национальному государству. На этом пути Турция все же была расчленена в результате Первой мировой войны, хотя и ухитрилась удержать за собой ряд территорий, благодаря исчезновению России из числа держав-победительниц. Укрепляясь как национальное государство, Турция провела "зачистку" своей территории - два геноцида армян, геноцид ассирийцев, депортацию греков. А сейчас при благосклонном невнимании мирового сообщества турки потихоньку вырезают последний мешающий им народ - курдов.
Поэтому те, кто пытаются сегодня навязать России границы Российской Федерации и модель национального государства, рискуют довольно серьезно. Конечно, не исключено, что русские закончат свою историю, ибо, как известно, из надлома выходят не все народы. Но если русские из надлома все-таки выйдут (а это будет видно уже в ближайшие годы) и примут антиимперскую национальную модель государства, я не позавидую 15-ти процентам нерусского населения Российской Федерации - турецкий опыт у меня перед глазами!
Нечто аналогичное имело место в Австрии. В 1848 г. там произошло Первое венгерское восстание (революция), подавить которое помогла тогда Россия. За помощь императора Николая I австрийское правительство отплатило черной неблагодарностью - агрессивно придвинуло к русской границе корпуса во время Крымской войны. И когда в 1863 г. началось Второе венгерское восстание, больше помогать Вене было некому, и Австрия превратилась в Австро-Венгрию. Венгрия получила автономию и, более того, конституцию, а австрийский император стал в Венгрии только лишь конституционным королем. Самое удивительное, что Австро-Венгрия продержалась еще больше полстолетия - по 1918 г. Ее должны были бы разорвать славяне через 10-15 лет, потому что одно дело - имперский организм, другое - дуалистическая Австро-Венгрия. Ведь в Австро-Венгрии немцев было 40 %, славян - 50 %, а мадьяр - всего 10 %, и их автономия была оскорбительна славянам.
Имперская элита
Имперская аристократия часто и является имперской знатью, но так происходит не всегда. Например, имперскую знать может составлять имперская аристократия и имперская бюрократия.
Напомню, что каждый поработитель стремится уничтожить аристократию порабощенного народа, тогда как, напротив, каждая империя, формируя имперскую аристократию, стремится пополнить ее представителями народов, входящих в империю. Разумеется, бывают и исключения: одни народы хотят войти в империю, другие - нет, и представители аристократия тех народов, которые упорнее всего сопротивляются, в имперскую элиту не попадают.
Россия формировала свою имперскую элиту именно путем включения представителей аристократии входивших в нее народов, чему есть масса примеров. Но можно вспомнить здесь и Австрийскую империю, величайшими полководцами которой были итальянец Раймондо Монтекукколи, чистокровный чех Альбрехт Валленштейн (фамилия идет от названия его поместья) и савояр Евгений Савойский. Естественно, с исчезновение империи происходит разрушение имперской элиты. Кстати, Русская революция показала, насколько хорошо Россия формировала элиту - большевикам пришлось уничтожить представителей практически всех народов России, и в основном расправа касалась элиты.
Система взаимоотношений между входящими в империю этносами
Цементирует империю не только терпимость к провинциям, наличие стержневого этноса и общеимперской элиты, но также и сила. Именно необходимость быть сильным государством приводит к тому, что все империи принимают монархический принцип правления либо имеют составные политические системы, в состав которых входит монархический элемент. Однако империю цементируют и определенные принципы взаимоотношений с входящими в ее состав этносами. Неверно считать, что в империи живет один большой имперский народ и много малых. В империи, как показывает история, живет большой народ, несколько средних и значительное количество малых. Полагаю, что общий принцип взаимного тяготения народов таков: "малый" народ всегда с "большим" против "среднего".
Так, наиболее подвергшийся античному влиянию регион Южного Кавказа (который иногда мы называем странным термином "Закавказье", хотя правильнее было бы говорить "Южный Кавказ") - конечно, Абхазия или, вернее, ее побережье, но это и есть основная населенная часть Абхазии. Абхазы были верными федератами Позднего Рима и Византии, а с начала XIX в. и до настоящего момента так же точно относились и к русским. Даже в составе СССР Абхазия не настаивала на том, чтобы быть союзной республикой, соглашаясь быть автономной, но, желательно, в составе РСФСР. Но еще интереснее, что между византийским и русским периодами Абхазия ориентировалась на Турцию! А дело все в том, что ни ромеи-византийцы, ни русские, ни османы не угрожали этническому существованию абхазов, зато "средние" грузины, которые частенько были склонны рассматривать абхазов, как грузин (причем иногда, как грузин второго сорта), угрожали.
Таких примеров можно привести сколь угодно много. До расчленения СССР, думаю, большинство нашего населения не знало, что есть такой народ "гагаузы", а не стало СССР, узнали сразу, ибо гагаузам в рамках СССР ничего не угрожало, и они о себе не заявляли, а став гражданами Молдавии, они вынуждены были заявить о себе недвусмысленно и жестко, дабы отвести от себя угрозу.
Именно подобная ситуация послужила толчком и к началу конфликта в Таджикистане - он начался на Памире в Горном Бадахшане. В справочнике "Население мира" (М., 1981) написано, что в Горно-Бадахшанской АО проживает 90,5 % таджиков. Но тогда возникает законный вопрос: если этот край населяют 90,5 % таджиков, почему же создана автономная область? Ведь автономная область создавалась там, где был национальный анклав (например, Нагорный Карабах - армянская территория посреди Азербайджана). Произошло же это потому, что сначала создали автономную область, а затем уже таджикские власти потихоньку переписали жителей Памира таджиками (как латышские власти переписали латгальцев латышами). Однако жители Памира с этим не согласились, и, в результате, возник конфликт, продолжающийся и поныне.
Существует масса книг, где рассказывается о гибели Римской империи и страданиях последних римлян, однако почти нет книг, повествующих о страданиях других народов при распаде Рима. Но распад любой империи вызывал стон множества народов прежде всего потому, что освободившиеся от опеки "большого" народа "средние" тут же ухудшали положение "малых". И дело вовсе не в том, что какие-нибудь венгры - злодеи (целиком злодейский народ - явление крайне редкое), а в том, что они просто не имеют имперского навыка управления другими народами. О них никогда нельзя написать того, что на рубеже XIX-XX вв. написал видный казанский просветитель, писатель и молла Каюм Насыри: "Русский лучше всех знает, что нужно мусульманину".
Империя проводит имперскую политику. Например, римляне "романизировали" провинцию (есть такой термин "романизация"), но, главным образом, на уровне цивилизации. Римляне не обижали местных богов, частично даже отводили им место в Риме, хотя основывали храмы и римским богам в провинциях. Римляне были невероятно водолюбивы. В имперское время в Риме на душу населения подавалось воды больше, чем в любом западноевропейском городе начала XX в. (пожалуй, римлян мы догнали, только распространив повсеместно ванные комнаты). Строительство водопроводов и акведуков несомненно лежит в области цивилизации, не затрагивая нисколько культурный облик любой провинции. Провинциалов заставляли строить дороги, поддерживать мосты в исправном состоянии, что было дорого и стоило огромных трудозатрат. Вероятно, провинциалы брюзжали, тем не менее примеры сопротивления истории не известны. Любому провинциалу было ясно: когда через границу полезут нецивилизованные варвары, именно по этой дороге уйдет тревожная эстафета и по этой же дороге придет стальная римская когорта, будет мало - придет легион. Итак, принцип распространения цивилизации совпадает с имперской идеей общего блага. Добавим к тому же, что романизация охватывала преимущественно западные провинции, в то время как восточные скорее "эллинизировались". Следовательно, империя в состоянии не только отстаивать общее благо, но и поддерживать культурные предпочтения земель.
Был ли империей Советский Союз?
Мы видели ряд примеров наследования имперской традиции при смене стержневого этноса (как в Иране) и при создании нового государства (преемство Рим - Византия - Россия). СССР в основном был создан на территориях Российской империи, традиционного лидера восточнохристианской культуры и мог унаследовать восточных христиан, как естественных союзников. Кроме того, нового стержневого этноса в распоряжении создателей СССР не было, зато был старый, большей частью остававшийся в пространстве нового государства. Таким образом, вопрос об имперском характере СССР - это прежде всего вопрос о сохранении им хоть какого-нибудь политического преемства по отношению к старой России. Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим, во-первых, как ведет себя Советская Россия, а потом Советский Союз по отношению к стержневому и прочим входящим в него этносам; и, во-вторых, какую внешнюю политику проводит.
1) Российская Империя никогда не стремилась владеть Туркестаном. Она лишь осуществляла там свое влияние, полагая Туркестан территорией ее вассалов - эмиратов. Территориальный захват Туркестана - чисто советское деяние.
Нарезка республик и автономий проводилась не только антирусски, что мы видим на Украине, в Казахстане (территория которого в основном относится к областям четырех казачьих войск: Оренбургского, Уральского, Сибирского и Семиреченского), Прибалтике, но и постоянно антиправославно. В силу этой причудливой нарезки у нас еще в 80-ые гг. появились "мусульманские народы" и даже "мусульманские республики" в составе СССР и России, но до сих пор не появилось ни православных регионов, ни исторически признанных православных народов. Соответствующая фразеология используется политиками и журналистами, демонстрирующими последовательное антиправославие.
2) В 1915 г. были подписаны секретные параграфы послевоенного расчленения Турции, согласно которым она должна была лишиться области Великой Армении до озера Ван, всей Сирии, Трапезунда (т.е. ленты вдоль южного берега Черного моря), а также всей европейской части, ибо в то время Турция воспринималась миром, как азиатская страна. Кипр доставался подмандатно Англии, но мандат в Сирии мы должны были осуществлять вместе с французами. И хотя Палестина становилась подмандатной Великобритании, Россия должна была стать одним из трех протекторов Иерусалима.
Однако большевистский режим начинает с того, что выводит Россию из победоносной войны, лишив ее тем самым заслуженных плодов победы (кстати, он также лишил Россию возможности избавить от чрезмерного унижения Германию, чем готовился будущий гитлеризм). Более того, послевоенный мир устраивается уже без участия России и без учета ее интересов. К тому же она уже не защищает своих православных собратьев.
В результате, Ливан (такого исторического государства не было!) был искусственно "вырезан" Францией из Сирии по местам преимущественного обитания католиков в ущерб православным сирийцам. Россия не осуществила протекторат над Иерусалимом. А далее в Палестине было организовано конфессиональное государство Израиль и должно было быть организовано арабское государство, но никто и не поднял вопроса об организации христианского государства и христианского сектора Иерусалима. Позже Израиль оккупировал арабскую палестинскую территорию. Последствия разделения Палестины на "еврейское" и "арабское" государства были примерно такими же, как и в Боснии, где "сербы" сейчас воюют с "мусульманами" (ведь евреи - это религиозная общность, а арабы - этнос, и точно так же мусульмане - религиозная общность, а сербы - этнос).
В 1921-1922 гг. Кемаль-паша, начинающий Ататюрк, воюет с нашими многовековыми союзниками греками и дашнакским армянским правительством. Вечная защитница армян и греков - Россия силами большевиков наносит прямой военный удар в спину дашнакскому правительству и финансовый удар в спину грекам, предоставив колоссальный золотой заем Кемалю, вследствие чего греки теряют сектор Смирны, а Турция с того времени приобретает уже опасный геополитический характер.
Сталина подозревают в восстановлении имперской внешней политики, но эти подозрения ложны. Например, Сталин дарит Чехословакии Прешовскую область, не позаботившись о том, чтобы русинам этой области уже была дарована та самая автономия, которую им обещали еще в 1918 году. Сталин дарит Холмщину и Белостокское воеводство полякам, и теперь это целиком ополяченные территории (православных русских людей там больше нет). А Литве Сталин дарит не только Виленский округ, но и два района Белоруссии.
"Великий советский патриот" Сталин ухитрился создать предельную угрозу на Дальнем Востоке, небрежно подарив режиму Мао Цзэдуна Манчжурию, Внутреннюю Монголию и Тибет. Мог бы народно-демократические Манчжурскую и Монгольскую республики создать, но предпочел другой путь - выстроить у себя под боком опасную России китайскую социалистическую "империю".
У Сталина была возможность улучшать отношения с греками и опереться на прорусские настроения в Сербии. Но это его не интересовало, его интересовал коммунистический лагерь. В результате, сербы сейчас пожинают плоды деятельности режима И.Броз Тито: в стране антиправославный режим, а война вспыхнула в т.ч. из-за искусственности нарезки территории.
Антиправославной оказалась и политика Венгерского коммунистического правительства. По соглашению церковных кругов Венгрии с венгерским режимом Я.Кадора в государстве было оставлено десять религиозных школ, остальные сделаны атеистическими. Из этих гимназий восемь были римско-католическими, одна реформатская и одна иудейская. Но православные в Венгрии есть, и последуй в той ситуации даже тихий голос из Кремля, православная гимназия была бы.
Этот конгломерат политических решений можно оценить, только как последовательно антирусский, а русские - стержневой православный этнос, опора империи и опора Церкви. Кроме того, советский режим не препятствовал ассимиляции "средними" народами "малых", нарушая еще один общеимперский принцип. Этот же режим предпринял все возможное для уничтожения прежней имперской элиты, взамен которой вырастил квазиэлиту, ставшую главным инструментом разрушения территории страны. Все это вместе на фоне внешней политики СССР, которая делала бывших врагов Российской империи - друзьями, а друзей - врагами, снимает вопрос о советском государстве как империи. У старой России большевистский режим позаимствовал лишь отдельные декоративные черты.
Характерными чертами империи являются:
- определенная структура взаимоотношений с провинциями;
- стержневой (имперский) этнос;
- имперская элита;
- система взаимоотношений между входящими в империю этносами.
Рассмотрим их по порядку.
Определенная структура взаимоотношений с провинциями
Империя отличается от унитарного государства наличием провинций, т.е. территорий, населенных различными этносами, которые сохраняют в рамках империи, во-первых, культурное своеобразие; во-вторых, в той или иной степени обычаи и элементы своего законодательства; в-третьих, свою традиционную власть (последнее не всегда). Посмотрим, как это выглядело в истории.
Культурное своеобразие Римской империи заметно невооруженным глазом хотя бы потому, что не все ее народы принадлежали к великой античной культуре. Подданными Римской империи были и египтяне с тремя тысячелетиями культуры за спиной; и сирийцы, у которых на наследие месопотамской культуры наложилось мощнейшее иранское влияние; и кельты, чья великая культура не сложилась, будучи раздавленной по сути дела античной, но и не прервалась, продолжив свое существования в виде местных культурных традиций отдельных кельтских народов. А в составе Российской империи, кроме восточнохристианского большинства, жили также народы западной культуры, исламской культуры, культуры северного буддизма. Таким образом, этносы, входившие в империи, различались не только по религиозной принадлежности, но и по принадлежности к той или иной великой культуре.
Сохранение обычного права и элементов писанного права можно наблюдать уже в Римской империи, в разных провинциях которой картина рабства абсолютно различна. Одинакового рабства в имперском Риме просто не существовало. В Элладе сохранялась патриархальное мелковладельческое рабство, а в Палестине - ветхозаветное рабство с обязательной нормой: отпускать рабов на волю в юбилейный год. Более того, в Египте вообще рабства не было, а было зависимое крестьянство, как если бы эта часть Римской империи была не рабовладельческой, а феодальной. Что касается Российской империи, то во многих ее провинциях действовали свои законы, но в той мере, в какой они не препятствовали имперскому законодательству. Скажем, в Прибалтийских (бывших орденских) землях действовали статуты Ливонского ордена, в Литве - статуты Великого княжества Литовского, у армян - судебник Мхитара Гоша, а все мусульмане руководствовались шариатом.
Наконец, существенный вопрос связан с возможностью сохранения провинцией традиционной власти. Об имперском устройстве титулы "император", "кесарь", "василевс" не говорят ничего, но говорят многое титулы императоров Ирана и Эфиопии - в обоих случаях "царь царей". Почему, собственно, "царь царей"? Да потому, что были и просто цари. Например, был армянский царь, подданный персидского царя царей, который сохранял царские полномочия в пределах своего исторического царства. Точно так же король Баварии или герцог Вюртембергский сохраняли свои полномочия в составе поздней Германской империи.
Россия вступила на путь формирования имперского организма раньше, чем стала единым и независимым государством. Еще при отце великого основателя России Ивана III князе Василии Темном на московскую службу выехал знатный мурза Касим с родственниками и вассалами. Ему были отведены земли и подарен Городец Мещерский, который с тех пор и до сего дня так и называется - г. Касимов. Таким образом, внутри Великого княжества Московского, а потом Русского царства существовало царство Касимовское, с тем только различием, что его монарх назывался не "касимовский царь" (ибо царь - это император, он был в Москве), а "касимовский царевич". Касимовские царевичи имели свое войско, чеканили свою монету, руководствовались своими законами. Иные из них весьма отличились на русской службе, в т.ч. и знаменитый генерал XVI в. Шах Али-хан, упоминаемый в русских источниках иногда в искаженной форме, как Шигалей. Можно предположить, что в XV-XVI вв. Касимовское царство - это некий противовес Казанскому ханству в долгой и сложной политике Москвы в отношении ордынского наследия. Но в XVII в. о независимой Казани все уже забыли, ее не существует, а Касимовское царство продолжает существовать.
Конечно, так происходило не во всех империях. Скажем, в Византийской империи подчиненных царей не было, но самоуправление провинций оставалось.
И когда сегодня некоторые политики, патриотического круга особенно, требуют упразднения национальных образований в составе России, одновременно выказывая симпатию к ее имперскому прошлому, они предлагают принципиально неимперское решение. Разумеется, проще всего жить в государстве, населенном представителями одного этноса, хотя это почти никогда не достижимо. Но во всех других случаях наилучший вариант жизни народов в одном государстве дает империя.
Стережневой (имперский) этнос
Империя отличается от государства федеративного, которое тоже состоит из провинций, тем, что она всегда создается вокруг стержневого (имперского) этноса. Его наличие для империи обязательно. И именно с ним прямо связаны два вопроса: продолжительность жизни империи и ее распад.
1) Вообще, империи живут долго. Даже если полагать, что Римская империя начинает свой отсчет не с Августа, а с разрушения Карфагена (146 г. до н.э.), то от ее рождения до распада в 476 г. н.э. проходит более 6 веков - вполне долгий срок! Очень трудно назвать начальную дату истории Византийской империи, так как она - прямая (в т.ч. и территориально) преемница Римской. Но если считать датой ее основания 476 г., то с этого момента и до взятия Константинополя турками в 1453 г. Византийская империя просуществовала почти 1000 лет. Примерно такая же продолжительность жизни (около 1000 лет) у позднейшей западной империи - Священной Римской империи германской нации, которая просуществовала с IX по XIX в.
Однако все возможные рекорды побила старейшая империя на планете - Иран. Начав свою историю при Кире Великом в VI в. до н.э., эта держава с персидской династией Ахеменидов прожила, казалось бы, относительно недолго (порядка двух веков) и была разрушена Александром Македонским. Но после его смерти она восстановилась как эллинистическое государство Селевкидов. Затем другие (не южные, а северные) иранцы - парфяне изгнали селевкидов, и Иран стал Парфянским царством с парфянской династией. Далее потомки персов восстановили Иран вновь с персидской династией и персидской элитой под название "государство Сасанидов". Таким образом, от создания Иранской империи Киром Великим в VI в. до н.э. до разрушения ее мусульманами в VIII в. н.э. прошло 14 веков! И все же, хотя исламская традиция вообще не этатистская и тем более не имперская, персидская традиция оказалась сильнее ислама. Ислам в Иране сохранился, тем не менее государство снова и снова восстанавливало себя как имперское образование (последний шахан-шах Ирана - наш современник Мохаммед Реза Пехлеви).
Наш современник - и последний император Эфиопии несчастный Хайле Селассие, тоже продолжатель древней традиции царя царей. Эфиопская империя, начиная с Аксумского царства, просуществовала на северо-востоке Африки не менее 17 веков в очень тяжелой ситуации - во враждебном окружении.
2) Распад империи никогда не происходит в силу центробежных тенденций, в силу, якобы, того, что порабощенные народы разрывают империю на части. Распад империи может произойти по двум причинам, и обе они обусловлены поведением стержневого этноса.
Во-первых, империя обычно распадается с обскурацией стержневого (имперского) этноса. Империя живет лишь столько, сколько живет ее имперский народ (в случае с древними персами не следует забывать, что Ахеменидская империя была создана этносом в фазе инерции и просуществовала столько, сколько оставалось ему жить). Значительно реже бывает, что функции имперского народа переходят от одного этноса к другому, и империя продолжает жить (как это случилось в Иране).
Полководца Аэция при жизни звали "последний римлянин". Вскоре после того, как он был убит, Рима не стало, что естественно - не может же существовать Рим, если не стало последнего римлянина! Конечно, "последний римлянин" - условность, но это - ощущение современников. Ромеи-византийцы совершили подвиг: их обскурация была заметна уже в 1204 г., когда крестоносцы в первый раз взяли Константинополь, однако имперская традиция была сохранена в Малой Азии (в Никее), затем в 1261 г. был возвращен Константинополь, и империя продержалась еще почти 200 лет - до середины XV в. Обскурация стержневого этноса - нормальная причина заката империи, не исключающая передачи эстафетной палочки (имперского скипетра) не только другому народу, выросшему в тех же имперских границах, но и соседу - родственному народу, что и произошло с переходом имперской традиции в Россию.
Во-вторых, империя распадается в случае отказа стержневого (имперского) этноса от исполнения своей роли. Тому примеры - Турция, Австро-Венгрия и в значительной степени Россия, хотя ее будущее нам неизвестно.
Турция, несомненно, была империей, сложившись в качестве таковой уже ко второй половине XIV в., еще за 100 лет до захвата турками Константинополя. Но Турции (в отличие от Рима, Византии, России) были присущи не все, а лишь некоторые имперские черты. Турция формировала очень своеобразную элиту как часть имперской знати - элиту рабского происхождения. Османские военачальники и наместники (паши), большинство высших чиновников Османского двора происходили из янычар - государственных военных рабов.
Комплектовались янычары за счет специального налога малолетними детьми с некоторых порабощенных народов и за счет прямой кражи детей. Янычары, пройдя в малолетстве короткое воспитание в турецких семьях, с отрочества воспитывались в казарме и были профессиональными воинами. О почестях и знаках вознаграждения рабам турки додумались удачно: каждый янычар знал, что он может стать офицером, пашой и даже великим визирем (такие примеры были известны). Тем не менее, занимая высшие государственные должности, янычар не переставал быть государственным рабом. Он мог быть сколь угодно богат и окружен в своей жизни баснословной роскошью, но не мог ничего передать по наследству, ибо по закону не имел наследников. Это - принципиально антиаристократический путь.
Янычары были лучшей пехотой мира и побеждали во всех сражениях, кроме одного: они проиграли битву при Анкаре самому Тамерлану, да и то янычар не удалось сбить с позиций - их растоптали слонами. Янычар боится вся Европа и постепенно начинают бояться султаны. Стамбул в XVI в. не боялся никакого внешнего врага, ибо в тот момент не было государства, сильнее Османской Турции. Самое страшное, что могло произойти в Стамбуле - это отказ янычар получать от султана пищу (в знак чего они переворачивали котлы). Некоторые султаны после этого лишались жизни.
Со временем султаны уступили и стали смотреть сквозь пальцы на янычарских детей, которых воспитывали в казармах же, а позднее разрешили янычарам обзаводиться семьями и заводить детей с тем, чтобы их дети становились янычарами. В конце концов, это сословие лютых и отважных государственных рабов превратилось в касту, в преторианскую гвардию и чем дальше, тем больше начало распускаться.
Надо сказать, ранняя Турция XIV-XV и даже XVI вв. со своей рабской знатью устраивала всех, кто жил в ее подчинении. Так, во второй половине XIV в. турки захватили Сербию. Сербский король и все доблестное сербское войско полегло на страшном Косовом поле. Полвека спустя (кстати, отсрочив тем самым на несколько десятилетий падение Константинополя) Тамерлан разбивает при Анкаре султана Баязида Молниеносного и берет его в плен. И в этой битве, после янычар, наиболее доблестно из всей османской армии сражалось сербское ее крыло. А ведь свежа еще была память о Косовом поле!
Совершенно аналогичный пример из русской истории. В 1611 г. был подписан казанский Земский приговор об участии во Втором земском ополчении, т.е. в ополчении Минина и Пожарского. Понятно, почему его подписывают русские. Более-менее понятно, почему черемисы, как тогда звали марийцев (они просто могли предпочитать русскую власть татарской). Но подписывают и татары, после чего садятся на коней и отправляются освобождать Москву. А ведь тоже память о присоединении Казани не могла еще выветриться (прошло всего 60 лет)!
И один случай, и другой свидетельствуют о безупречном поведении империи в отношении подчиненного и включенного в ее состав народа.
Но по мере разложения янычарского корпуса (точнее, его трансформации по пути к всевластию) турецкая власть вела себя все хуже и хуже. Паши обзаводились детьми и всячески стремились обогатиться за счет, разумеется, населения своих вилайетов и пашалыков, а подданные (сначала христиане, а затем и мусульмане-не турки) начинали все больше раздражаться и желать независимости от столь "милой" империи.
В свою очередь, на усиление янычарского корпуса и центробежные тенденции в провинциях Стамбул ответил вестернизацией. Турки начали учиться все делать на европейский манер, становясь все более западной и все менее мусульманской страной. Процесс вестернизации шел полтора столетия, и сегодня Турция - уже не страна исламского мира, а самая провинциальная, заштатная страна Запада. Кстати, турки начали молиться в храме Святой Софии как в мечети сразу после ее захвата в 1453 г., однако крест на Святой Софии возвышался до рубежа XVIII-XIX вв. Он, в отличие от икон, мусульманам не мешал (для мусульман вероисповедно допустимы христианские символы, а иконы не подходят так же, как любые изображения одушевленных существ). Сняли же они крест, лишь став "менее мусульманами", пошатнувшись в исламе (к началу XIX в., когда Турция повернула к Западу, крест исчез).
Чем дальше, тем больше турки и их подданные-не турки не устраивают друг друга. И в XVIII в. начинаются национально-освободительные движения. В ответ турки совершают поворот к национальному государству. На этом пути Турция все же была расчленена в результате Первой мировой войны, хотя и ухитрилась удержать за собой ряд территорий, благодаря исчезновению России из числа держав-победительниц. Укрепляясь как национальное государство, Турция провела "зачистку" своей территории - два геноцида армян, геноцид ассирийцев, депортацию греков. А сейчас при благосклонном невнимании мирового сообщества турки потихоньку вырезают последний мешающий им народ - курдов.
Поэтому те, кто пытаются сегодня навязать России границы Российской Федерации и модель национального государства, рискуют довольно серьезно. Конечно, не исключено, что русские закончат свою историю, ибо, как известно, из надлома выходят не все народы. Но если русские из надлома все-таки выйдут (а это будет видно уже в ближайшие годы) и примут антиимперскую национальную модель государства, я не позавидую 15-ти процентам нерусского населения Российской Федерации - турецкий опыт у меня перед глазами!
Нечто аналогичное имело место в Австрии. В 1848 г. там произошло Первое венгерское восстание (революция), подавить которое помогла тогда Россия. За помощь императора Николая I австрийское правительство отплатило черной неблагодарностью - агрессивно придвинуло к русской границе корпуса во время Крымской войны. И когда в 1863 г. началось Второе венгерское восстание, больше помогать Вене было некому, и Австрия превратилась в Австро-Венгрию. Венгрия получила автономию и, более того, конституцию, а австрийский император стал в Венгрии только лишь конституционным королем. Самое удивительное, что Австро-Венгрия продержалась еще больше полстолетия - по 1918 г. Ее должны были бы разорвать славяне через 10-15 лет, потому что одно дело - имперский организм, другое - дуалистическая Австро-Венгрия. Ведь в Австро-Венгрии немцев было 40 %, славян - 50 %, а мадьяр - всего 10 %, и их автономия была оскорбительна славянам.
Имперская элита
Имперская аристократия часто и является имперской знатью, но так происходит не всегда. Например, имперскую знать может составлять имперская аристократия и имперская бюрократия.
Напомню, что каждый поработитель стремится уничтожить аристократию порабощенного народа, тогда как, напротив, каждая империя, формируя имперскую аристократию, стремится пополнить ее представителями народов, входящих в империю. Разумеется, бывают и исключения: одни народы хотят войти в империю, другие - нет, и представители аристократия тех народов, которые упорнее всего сопротивляются, в имперскую элиту не попадают.
Россия формировала свою имперскую элиту именно путем включения представителей аристократии входивших в нее народов, чему есть масса примеров. Но можно вспомнить здесь и Австрийскую империю, величайшими полководцами которой были итальянец Раймондо Монтекукколи, чистокровный чех Альбрехт Валленштейн (фамилия идет от названия его поместья) и савояр Евгений Савойский. Естественно, с исчезновение империи происходит разрушение имперской элиты. Кстати, Русская революция показала, насколько хорошо Россия формировала элиту - большевикам пришлось уничтожить представителей практически всех народов России, и в основном расправа касалась элиты.
Система взаимоотношений между входящими в империю этносами
Цементирует империю не только терпимость к провинциям, наличие стержневого этноса и общеимперской элиты, но также и сила. Именно необходимость быть сильным государством приводит к тому, что все империи принимают монархический принцип правления либо имеют составные политические системы, в состав которых входит монархический элемент. Однако империю цементируют и определенные принципы взаимоотношений с входящими в ее состав этносами. Неверно считать, что в империи живет один большой имперский народ и много малых. В империи, как показывает история, живет большой народ, несколько средних и значительное количество малых. Полагаю, что общий принцип взаимного тяготения народов таков: "малый" народ всегда с "большим" против "среднего".
Так, наиболее подвергшийся античному влиянию регион Южного Кавказа (который иногда мы называем странным термином "Закавказье", хотя правильнее было бы говорить "Южный Кавказ") - конечно, Абхазия или, вернее, ее побережье, но это и есть основная населенная часть Абхазии. Абхазы были верными федератами Позднего Рима и Византии, а с начала XIX в. и до настоящего момента так же точно относились и к русским. Даже в составе СССР Абхазия не настаивала на том, чтобы быть союзной республикой, соглашаясь быть автономной, но, желательно, в составе РСФСР. Но еще интереснее, что между византийским и русским периодами Абхазия ориентировалась на Турцию! А дело все в том, что ни ромеи-византийцы, ни русские, ни османы не угрожали этническому существованию абхазов, зато "средние" грузины, которые частенько были склонны рассматривать абхазов, как грузин (причем иногда, как грузин второго сорта), угрожали.
Таких примеров можно привести сколь угодно много. До расчленения СССР, думаю, большинство нашего населения не знало, что есть такой народ "гагаузы", а не стало СССР, узнали сразу, ибо гагаузам в рамках СССР ничего не угрожало, и они о себе не заявляли, а став гражданами Молдавии, они вынуждены были заявить о себе недвусмысленно и жестко, дабы отвести от себя угрозу.
Именно подобная ситуация послужила толчком и к началу конфликта в Таджикистане - он начался на Памире в Горном Бадахшане. В справочнике "Население мира" (М., 1981) написано, что в Горно-Бадахшанской АО проживает 90,5 % таджиков. Но тогда возникает законный вопрос: если этот край населяют 90,5 % таджиков, почему же создана автономная область? Ведь автономная область создавалась там, где был национальный анклав (например, Нагорный Карабах - армянская территория посреди Азербайджана). Произошло же это потому, что сначала создали автономную область, а затем уже таджикские власти потихоньку переписали жителей Памира таджиками (как латышские власти переписали латгальцев латышами). Однако жители Памира с этим не согласились, и, в результате, возник конфликт, продолжающийся и поныне.
Существует масса книг, где рассказывается о гибели Римской империи и страданиях последних римлян, однако почти нет книг, повествующих о страданиях других народов при распаде Рима. Но распад любой империи вызывал стон множества народов прежде всего потому, что освободившиеся от опеки "большого" народа "средние" тут же ухудшали положение "малых". И дело вовсе не в том, что какие-нибудь венгры - злодеи (целиком злодейский народ - явление крайне редкое), а в том, что они просто не имеют имперского навыка управления другими народами. О них никогда нельзя написать того, что на рубеже XIX-XX вв. написал видный казанский просветитель, писатель и молла Каюм Насыри: "Русский лучше всех знает, что нужно мусульманину".
Империя проводит имперскую политику. Например, римляне "романизировали" провинцию (есть такой термин "романизация"), но, главным образом, на уровне цивилизации. Римляне не обижали местных богов, частично даже отводили им место в Риме, хотя основывали храмы и римским богам в провинциях. Римляне были невероятно водолюбивы. В имперское время в Риме на душу населения подавалось воды больше, чем в любом западноевропейском городе начала XX в. (пожалуй, римлян мы догнали, только распространив повсеместно ванные комнаты). Строительство водопроводов и акведуков несомненно лежит в области цивилизации, не затрагивая нисколько культурный облик любой провинции. Провинциалов заставляли строить дороги, поддерживать мосты в исправном состоянии, что было дорого и стоило огромных трудозатрат. Вероятно, провинциалы брюзжали, тем не менее примеры сопротивления истории не известны. Любому провинциалу было ясно: когда через границу полезут нецивилизованные варвары, именно по этой дороге уйдет тревожная эстафета и по этой же дороге придет стальная римская когорта, будет мало - придет легион. Итак, принцип распространения цивилизации совпадает с имперской идеей общего блага. Добавим к тому же, что романизация охватывала преимущественно западные провинции, в то время как восточные скорее "эллинизировались". Следовательно, империя в состоянии не только отстаивать общее благо, но и поддерживать культурные предпочтения земель.
Был ли империей Советский Союз?
Мы видели ряд примеров наследования имперской традиции при смене стержневого этноса (как в Иране) и при создании нового государства (преемство Рим - Византия - Россия). СССР в основном был создан на территориях Российской империи, традиционного лидера восточнохристианской культуры и мог унаследовать восточных христиан, как естественных союзников. Кроме того, нового стержневого этноса в распоряжении создателей СССР не было, зато был старый, большей частью остававшийся в пространстве нового государства. Таким образом, вопрос об имперском характере СССР - это прежде всего вопрос о сохранении им хоть какого-нибудь политического преемства по отношению к старой России. Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим, во-первых, как ведет себя Советская Россия, а потом Советский Союз по отношению к стержневому и прочим входящим в него этносам; и, во-вторых, какую внешнюю политику проводит.
1) Российская Империя никогда не стремилась владеть Туркестаном. Она лишь осуществляла там свое влияние, полагая Туркестан территорией ее вассалов - эмиратов. Территориальный захват Туркестана - чисто советское деяние.
Нарезка республик и автономий проводилась не только антирусски, что мы видим на Украине, в Казахстане (территория которого в основном относится к областям четырех казачьих войск: Оренбургского, Уральского, Сибирского и Семиреченского), Прибалтике, но и постоянно антиправославно. В силу этой причудливой нарезки у нас еще в 80-ые гг. появились "мусульманские народы" и даже "мусульманские республики" в составе СССР и России, но до сих пор не появилось ни православных регионов, ни исторически признанных православных народов. Соответствующая фразеология используется политиками и журналистами, демонстрирующими последовательное антиправославие.
2) В 1915 г. были подписаны секретные параграфы послевоенного расчленения Турции, согласно которым она должна была лишиться области Великой Армении до озера Ван, всей Сирии, Трапезунда (т.е. ленты вдоль южного берега Черного моря), а также всей европейской части, ибо в то время Турция воспринималась миром, как азиатская страна. Кипр доставался подмандатно Англии, но мандат в Сирии мы должны были осуществлять вместе с французами. И хотя Палестина становилась подмандатной Великобритании, Россия должна была стать одним из трех протекторов Иерусалима.
Однако большевистский режим начинает с того, что выводит Россию из победоносной войны, лишив ее тем самым заслуженных плодов победы (кстати, он также лишил Россию возможности избавить от чрезмерного унижения Германию, чем готовился будущий гитлеризм). Более того, послевоенный мир устраивается уже без участия России и без учета ее интересов. К тому же она уже не защищает своих православных собратьев.
В результате, Ливан (такого исторического государства не было!) был искусственно "вырезан" Францией из Сирии по местам преимущественного обитания католиков в ущерб православным сирийцам. Россия не осуществила протекторат над Иерусалимом. А далее в Палестине было организовано конфессиональное государство Израиль и должно было быть организовано арабское государство, но никто и не поднял вопроса об организации христианского государства и христианского сектора Иерусалима. Позже Израиль оккупировал арабскую палестинскую территорию. Последствия разделения Палестины на "еврейское" и "арабское" государства были примерно такими же, как и в Боснии, где "сербы" сейчас воюют с "мусульманами" (ведь евреи - это религиозная общность, а арабы - этнос, и точно так же мусульмане - религиозная общность, а сербы - этнос).
В 1921-1922 гг. Кемаль-паша, начинающий Ататюрк, воюет с нашими многовековыми союзниками греками и дашнакским армянским правительством. Вечная защитница армян и греков - Россия силами большевиков наносит прямой военный удар в спину дашнакскому правительству и финансовый удар в спину грекам, предоставив колоссальный золотой заем Кемалю, вследствие чего греки теряют сектор Смирны, а Турция с того времени приобретает уже опасный геополитический характер.
Сталина подозревают в восстановлении имперской внешней политики, но эти подозрения ложны. Например, Сталин дарит Чехословакии Прешовскую область, не позаботившись о том, чтобы русинам этой области уже была дарована та самая автономия, которую им обещали еще в 1918 году. Сталин дарит Холмщину и Белостокское воеводство полякам, и теперь это целиком ополяченные территории (православных русских людей там больше нет). А Литве Сталин дарит не только Виленский округ, но и два района Белоруссии.
"Великий советский патриот" Сталин ухитрился создать предельную угрозу на Дальнем Востоке, небрежно подарив режиму Мао Цзэдуна Манчжурию, Внутреннюю Монголию и Тибет. Мог бы народно-демократические Манчжурскую и Монгольскую республики создать, но предпочел другой путь - выстроить у себя под боком опасную России китайскую социалистическую "империю".
У Сталина была возможность улучшать отношения с греками и опереться на прорусские настроения в Сербии. Но это его не интересовало, его интересовал коммунистический лагерь. В результате, сербы сейчас пожинают плоды деятельности режима И.Броз Тито: в стране антиправославный режим, а война вспыхнула в т.ч. из-за искусственности нарезки территории.
Антиправославной оказалась и политика Венгерского коммунистического правительства. По соглашению церковных кругов Венгрии с венгерским режимом Я.Кадора в государстве было оставлено десять религиозных школ, остальные сделаны атеистическими. Из этих гимназий восемь были римско-католическими, одна реформатская и одна иудейская. Но православные в Венгрии есть, и последуй в той ситуации даже тихий голос из Кремля, православная гимназия была бы.
Этот конгломерат политических решений можно оценить, только как последовательно антирусский, а русские - стержневой православный этнос, опора империи и опора Церкви. Кроме того, советский режим не препятствовал ассимиляции "средними" народами "малых", нарушая еще один общеимперский принцип. Этот же режим предпринял все возможное для уничтожения прежней имперской элиты, взамен которой вырастил квазиэлиту, ставшую главным инструментом разрушения территории страны. Все это вместе на фоне внешней политики СССР, которая делала бывших врагов Российской империи - друзьями, а друзей - врагами, снимает вопрос о советском государстве как империи. У старой России большевистский режим позаимствовал лишь отдельные декоративные черты.
среда, 23 января 2013 г.
Сквозь трещины глобального мира начинают проглядывать очертания прежних империй
Накануне
Андрей Фурсов о Сталине, глобализации и новых империях
На этой неделе в швейцарском Давосе пройдет ежегодный экономический форум. Традиционно в это время усиливается активность разного рода антиглобалистов, а в информационном поле традиционно вспоминаются "теории заговоров" о "клубах олигархов", "тайном правительстве" и "новом мировом порядке". Несмотря на то что организованное движение антиглобалистов появилось не очень давно, глобалистский проект реализуется уже почти полтора столетия. Единственное, что смогло остановить его победное шествие по миру, – противостояние с Россией, политическая воля Сталина и его сторонников. О двух победах Сталина над глобалистами, о "теориях заговора" и о противостоянии имперского и глобалистского проекта рассказал Накануне.RU историк, социолог Андрей Фурсов.
Вопрос: Расскажите, как и когда появился глобалистский проект, каковы были его цели?
Андрей Фурсов: С конца ХIХ века в мировой политике и мировой экономике начинается противостояние принципов – глобалистского и имперского. За глобалистским принципом стояли Великобритания и со временем к ней присоединились Соединенные Штаты Америки. Речь шла о создании глобального рынка, где перемещению товаров и прибыли никто не препятствует. На пути создания и реализации этого глобалистского проекта стояли крупные империи. Прежде всего, это Германская и Российская империи, а также Австро-Венгерская и, в меньшей степени, Османская. Они контролировали свое политическое и экономическое пространство, и это, естественно, мешало тем, кто хотел глобального рынка, кто хотел, как европейские финансисты, "Европу без границ", то есть Венецию размером с Европу.
Вопрос: Первая мировая война была инструментом для реализации этого проекта?
Андрей Фурсов: Собственно, одна из главных задач Первой мировой войны заключалась в том, чтобы уничтожить крупные империи и на их месте создать мелкие национальные государства, с которыми было бы очень легко управляться. Так оно и вышло. Надо сказать, что этих своих планов глобалистская элита и не скрывала – в конце ХIХ века в английской газете "Truth" ("Правда") появился памфлет под названием "Сон Кайзера". Кайзер проиграл войну, едет в поезде в Англию, где будет жить в работном доме. И он смотрит на карту, где вместо Германии – мелкие национальные государства, на месте Австро-Венгрии – мелкие национальные государства, а на месте России – пустыня.
Иными словами, то, что произошло после Первой мировой войны, это была отчасти победа вот этого глобалистского плана, но, как оказалось, не во всем, поскольку большая система под названием "Россия" в то время оказалась не по зубам большой системе под названием "капиталистический мир". Интересы этой большой системы – России – выражал Сталин и те силы, которые его поддерживали. В результате курс на мировую революцию был свернут, и с середины 20-х годов Советский Союз перешел от программы "Мировая революция" к программе "Социализм в одной отдельно взятой стране". Мировая революция и мировая война – это основные средства, при помощи которых реализуется глобалистский проект. Таким образом, Сталин сорвал на тот момент планы глобалистов, причем не только глобалистов правых – финансовых воротил современного мира, но и глобалистов левых – коминтерновцев.
Вопрос: Победа СССР во Второй мировой войне стала еще одним препятствием для реализации глобалистского проекта?
Андрей Фурсов: Сталин второй раз сорвал планы глобалистов, когда мы сломали хребет вермахту и победили гитлеровскую Германию. При том, что Вторая мировая война оказалась противостоянием Третьего рейха с одной стороны и англосаксов и русских – с другой, тем не менее, Третий рейх был экспериментальным проектом глобалистов. То, что он был разрушен Сталиным, – это, безусловно, тоже был удар по глобалистам. Есть и еще одна вещь, за которую на Западе ненавидят Сталина: под его руководством Советский Союз восстановился. Сталин умер или был убит в 1953 году, но уже к середине 50-х годов, то есть большей частью при жизни Сталина Советский Союз восстановился и стал сверхдержавой. Это три сталинских удара по глобализму, вот этого ему и не могут простить.
Вопрос: К моменту окончания Второй мировой войны глобалистский проект изменился или шел по прежнему замыслу?
Андрей Фурсов: По замыслам он был тем же самым, а с точки зрения своего социального содержания – мир не стоит на месте. Главной ударной силой глобализма во второй половине ХХ века была новая хищная молодая фракция – буржуазия корпоратократии. Это тот слой буржуазии, который был связан с транснациональными корпорациями. А замыслы были все те же – создать глобальный мир, глобальное правительство, чтобы установить контроль полностью над всеми товарными потоками. И в 1991 году с разрушением Советского Союза этот план реализовался. Реализовался ли он окончательно? У меня в этом очень большие сомнения. Глобализация находится в кризисе вместе с современным миром. Сквозь трещины глобального мира начинают проглядывать очертания прежних империй. Я думаю, что противостояние имперского и глобалистского принципов не завершено. Сталин показал очень верный ход: он показал, что противостоять глобалистам, глобализаторам и глобализации не могут национальные государства, потому что они слишком невелики. Это должны быть крупные наднациональные импероподобные образования с населением 250-300 млн человек, чтобы они были самодостаточны экономически. Кроме того, это должны быть структуры, ядром которых являются военно-промышленный комплекс, армия, научный комплекс, спецслужбы.
Вопрос: Часто можно слышать концепции пресловутых "теорий заговора", согласно которым миром правит теневое глобальное правительство, сотня олигархов, какие-то тайные клубы и т.д., вариантов масса. На Ваш взгляд, есть ли подобные структуры и в каком виде они существуют?
Андрей Фурсов: Думаю, что никакого "мирового правительства" не существует. Если бы оно существовало, то не нужны были бы ни Трехсторонняя комиссия, ни Бильдербергский клуб, ни другие подобные структуры. Все значительно проще. Существует 12-15 семейно-профессиональных групп, которые контролируют глобальные финансовые потоки. Они между собой договариваются, они конфликтуют друг с другом, и Трехсторонняя комиссия и Бильдербергский клуб – это структуры согласования управления. В значительной степени они действительно управляют мировыми процессами, но, как заметил один писатель, Томас Клэнси, мир слишком сложен и велик, чтобы им управлять из одного места. Что касается критики "теории заговоров", то чаще всего этим занимаются либо люди, которые не понимают, что такое "заговор", либо которые сознательно работают на то, чтобы скрыть реальные механизмы мировой политики и экономики. Когда мне говорят про то, что финансовые олигархи делают что-то тайно и это заговор, я всегда спрашиваю: а Коминтерн, третий Интернационал, который в течение 20 лет тайно планировал революционную деятельность, тайно финансово подпитывал коммунистические партии, рабочие партии – это заговор или нет? Все зависит от того, как мы определяем заговор. Если у нас есть группа людей, которые контролируют информацию, власть и собственность, делают это тайно и могут это делать в наднациональном масштабе, то это уже не заговор – это политэкономия капитализма, только тайная.
Вопрос: Можно ли говорить о том, что вот эти 12-15 семей и стояли у истоков глобалистского проекта и были его вдохновителями?
Андрей Фурсов: Безусловно. У истоков глобалистского проекта стояли Ротшильды, Рокфеллеры, Кун, Лоуб, Шифф. Дело в том, что здесь нет ничего субъективного. Логика развития капитализма заключается в экспансии, и эти люди своей деятельностью выражают целостные и долгосрочные тенденции развития капитализма. Другое дело, что капитализм уперся в свои естественные социальные рамки, кроме того, он исчерпал физическое пространство. Именно этим обусловлен современный кризис.
Вопрос: Вы говорили о том, что проект глобализации предполагал расчленение империй на небольшие национальные государства. Однако сейчас, похоже, начинается обратный процесс?
Андрей Фурсов: Сейчас есть две тенденции. С одной стороны, национальные государства сбиваются на регионы, как мы это видим в Европе. А с другой стороны, идет образование крупных государств, которые представляют собой крупные наднациональные структуры. Мир очень противоречив.
Вопрос: Есть ли будущее у глобализации? Вы уже говорили о том, что этот проект переживает кризис. В этом смысле можно ли говорить о смене тенденций и о появлении, например, глобального исламского проекта или скажем, о новом имперском проекте, например, с российским ядром?
Андрей Фурсов: Исламский проект существовал всегда. Другое дело, что нужно понять, какое место занимает исламский проект в современном мире. На данный момент я не вижу глобального исламского проекта. Все эти разговоры о глобальном халифате в значительной степени идут для того, чтобы Запад мог найти себе нового врага и обосновать военные траты. У России пока тоже нет никакого глобального проекта. В конце 1980-х Горбачев, а в 90-х Ельцин встроили ее в западный глобальный проект, но оказалось, что даже в нынешнем состоянии Россия – слишком большой кусок, и Запад никак не может ее проглотить. Пожелаем, чтобы он этим куском подавился.
Вопрос: Можно ли говорить, что эпоха суверенных государств, введенных Вестфальской системой мира, уходит в прошлое и на смену им придут какие-то иные формы политического разграничения государств?
Андрей Фурсов: Вестфальская система действительно уходит в прошлое. То, что суверенитет исчезает, – это голубая мечта глобалистов, которые уже лет 60 активно говорят о том, что суверенитет ограничивает возможности развития государства, что нужно отдать часть суверенитета наднациональным структурам. Действительно, возникновение Организации объединенных наций отчасти ограничило суверенитет, но суверенитет ограничивается только у слабых стран. Посмотрите на Соединенные Штаты – разве у них суверенитет ограничен? Это они ограничивают суверенитет других стран. Пожалуй, две страны в современном мире обладают довольно мощным суверенитетом, который никакая глобализация не подрывает – США и Китай.
Вопрос: Если все же предположить, что "сон Кайзера" сбылся и Сталин не встал бы на пути глобалистов, как развивалась бы ситуация, и не свелось бы все к тому, что просто кризис глобализма начался раньше?
Андрей Фурсов: Проблема не в том, что Сталин встал на пути глобалистов, а в том, что большая система "Россия" оказалась на пути глобалистов и в ней нашлись силы, которые смогли артикулировать это противостояние. Интересы команды Сталина совпали с мощью, которая еще оставалась в раздолбанной гражданской войной России.
Вопрос: И тем не менее, каким бы был мир, если бы глобалистский проект осуществился сто лет назад?
Андрей Фурсов: Думаю, что рано или поздно глобализация все равно породила бы свои противоречия и сквозь трещины глобального мира стали бы пробиваться неоимперии. Только это бы происходило в другой форме, чем сегодня. Сегодня это происходит так, как мы видим: финальная схватка глобалистов и имперцев находится на повестке дня.
Вопрос: Расскажите, как и когда появился глобалистский проект, каковы были его цели?
Андрей Фурсов: С конца ХIХ века в мировой политике и мировой экономике начинается противостояние принципов – глобалистского и имперского. За глобалистским принципом стояли Великобритания и со временем к ней присоединились Соединенные Штаты Америки. Речь шла о создании глобального рынка, где перемещению товаров и прибыли никто не препятствует. На пути создания и реализации этого глобалистского проекта стояли крупные империи. Прежде всего, это Германская и Российская империи, а также Австро-Венгерская и, в меньшей степени, Османская. Они контролировали свое политическое и экономическое пространство, и это, естественно, мешало тем, кто хотел глобального рынка, кто хотел, как европейские финансисты, "Европу без границ", то есть Венецию размером с Европу.
Вопрос: Первая мировая война была инструментом для реализации этого проекта?
Андрей Фурсов: Собственно, одна из главных задач Первой мировой войны заключалась в том, чтобы уничтожить крупные империи и на их месте создать мелкие национальные государства, с которыми было бы очень легко управляться. Так оно и вышло. Надо сказать, что этих своих планов глобалистская элита и не скрывала – в конце ХIХ века в английской газете "Truth" ("Правда") появился памфлет под названием "Сон Кайзера". Кайзер проиграл войну, едет в поезде в Англию, где будет жить в работном доме. И он смотрит на карту, где вместо Германии – мелкие национальные государства, на месте Австро-Венгрии – мелкие национальные государства, а на месте России – пустыня.
Иными словами, то, что произошло после Первой мировой войны, это была отчасти победа вот этого глобалистского плана, но, как оказалось, не во всем, поскольку большая система под названием "Россия" в то время оказалась не по зубам большой системе под названием "капиталистический мир". Интересы этой большой системы – России – выражал Сталин и те силы, которые его поддерживали. В результате курс на мировую революцию был свернут, и с середины 20-х годов Советский Союз перешел от программы "Мировая революция" к программе "Социализм в одной отдельно взятой стране". Мировая революция и мировая война – это основные средства, при помощи которых реализуется глобалистский проект. Таким образом, Сталин сорвал на тот момент планы глобалистов, причем не только глобалистов правых – финансовых воротил современного мира, но и глобалистов левых – коминтерновцев.
Вопрос: Победа СССР во Второй мировой войне стала еще одним препятствием для реализации глобалистского проекта?
Андрей Фурсов: Сталин второй раз сорвал планы глобалистов, когда мы сломали хребет вермахту и победили гитлеровскую Германию. При том, что Вторая мировая война оказалась противостоянием Третьего рейха с одной стороны и англосаксов и русских – с другой, тем не менее, Третий рейх был экспериментальным проектом глобалистов. То, что он был разрушен Сталиным, – это, безусловно, тоже был удар по глобалистам. Есть и еще одна вещь, за которую на Западе ненавидят Сталина: под его руководством Советский Союз восстановился. Сталин умер или был убит в 1953 году, но уже к середине 50-х годов, то есть большей частью при жизни Сталина Советский Союз восстановился и стал сверхдержавой. Это три сталинских удара по глобализму, вот этого ему и не могут простить.
Вопрос: К моменту окончания Второй мировой войны глобалистский проект изменился или шел по прежнему замыслу?
Андрей Фурсов: По замыслам он был тем же самым, а с точки зрения своего социального содержания – мир не стоит на месте. Главной ударной силой глобализма во второй половине ХХ века была новая хищная молодая фракция – буржуазия корпоратократии. Это тот слой буржуазии, который был связан с транснациональными корпорациями. А замыслы были все те же – создать глобальный мир, глобальное правительство, чтобы установить контроль полностью над всеми товарными потоками. И в 1991 году с разрушением Советского Союза этот план реализовался. Реализовался ли он окончательно? У меня в этом очень большие сомнения. Глобализация находится в кризисе вместе с современным миром. Сквозь трещины глобального мира начинают проглядывать очертания прежних империй. Я думаю, что противостояние имперского и глобалистского принципов не завершено. Сталин показал очень верный ход: он показал, что противостоять глобалистам, глобализаторам и глобализации не могут национальные государства, потому что они слишком невелики. Это должны быть крупные наднациональные импероподобные образования с населением 250-300 млн человек, чтобы они были самодостаточны экономически. Кроме того, это должны быть структуры, ядром которых являются военно-промышленный комплекс, армия, научный комплекс, спецслужбы.
Вопрос: Часто можно слышать концепции пресловутых "теорий заговора", согласно которым миром правит теневое глобальное правительство, сотня олигархов, какие-то тайные клубы и т.д., вариантов масса. На Ваш взгляд, есть ли подобные структуры и в каком виде они существуют?
Андрей Фурсов: Думаю, что никакого "мирового правительства" не существует. Если бы оно существовало, то не нужны были бы ни Трехсторонняя комиссия, ни Бильдербергский клуб, ни другие подобные структуры. Все значительно проще. Существует 12-15 семейно-профессиональных групп, которые контролируют глобальные финансовые потоки. Они между собой договариваются, они конфликтуют друг с другом, и Трехсторонняя комиссия и Бильдербергский клуб – это структуры согласования управления. В значительной степени они действительно управляют мировыми процессами, но, как заметил один писатель, Томас Клэнси, мир слишком сложен и велик, чтобы им управлять из одного места. Что касается критики "теории заговоров", то чаще всего этим занимаются либо люди, которые не понимают, что такое "заговор", либо которые сознательно работают на то, чтобы скрыть реальные механизмы мировой политики и экономики. Когда мне говорят про то, что финансовые олигархи делают что-то тайно и это заговор, я всегда спрашиваю: а Коминтерн, третий Интернационал, который в течение 20 лет тайно планировал революционную деятельность, тайно финансово подпитывал коммунистические партии, рабочие партии – это заговор или нет? Все зависит от того, как мы определяем заговор. Если у нас есть группа людей, которые контролируют информацию, власть и собственность, делают это тайно и могут это делать в наднациональном масштабе, то это уже не заговор – это политэкономия капитализма, только тайная.
Вопрос: Можно ли говорить о том, что вот эти 12-15 семей и стояли у истоков глобалистского проекта и были его вдохновителями?
Андрей Фурсов: Безусловно. У истоков глобалистского проекта стояли Ротшильды, Рокфеллеры, Кун, Лоуб, Шифф. Дело в том, что здесь нет ничего субъективного. Логика развития капитализма заключается в экспансии, и эти люди своей деятельностью выражают целостные и долгосрочные тенденции развития капитализма. Другое дело, что капитализм уперся в свои естественные социальные рамки, кроме того, он исчерпал физическое пространство. Именно этим обусловлен современный кризис.
Вопрос: Вы говорили о том, что проект глобализации предполагал расчленение империй на небольшие национальные государства. Однако сейчас, похоже, начинается обратный процесс?
Андрей Фурсов: Сейчас есть две тенденции. С одной стороны, национальные государства сбиваются на регионы, как мы это видим в Европе. А с другой стороны, идет образование крупных государств, которые представляют собой крупные наднациональные структуры. Мир очень противоречив.
Вопрос: Есть ли будущее у глобализации? Вы уже говорили о том, что этот проект переживает кризис. В этом смысле можно ли говорить о смене тенденций и о появлении, например, глобального исламского проекта или скажем, о новом имперском проекте, например, с российским ядром?
Андрей Фурсов: Исламский проект существовал всегда. Другое дело, что нужно понять, какое место занимает исламский проект в современном мире. На данный момент я не вижу глобального исламского проекта. Все эти разговоры о глобальном халифате в значительной степени идут для того, чтобы Запад мог найти себе нового врага и обосновать военные траты. У России пока тоже нет никакого глобального проекта. В конце 1980-х Горбачев, а в 90-х Ельцин встроили ее в западный глобальный проект, но оказалось, что даже в нынешнем состоянии Россия – слишком большой кусок, и Запад никак не может ее проглотить. Пожелаем, чтобы он этим куском подавился.
Вопрос: Можно ли говорить, что эпоха суверенных государств, введенных Вестфальской системой мира, уходит в прошлое и на смену им придут какие-то иные формы политического разграничения государств?
Андрей Фурсов: Вестфальская система действительно уходит в прошлое. То, что суверенитет исчезает, – это голубая мечта глобалистов, которые уже лет 60 активно говорят о том, что суверенитет ограничивает возможности развития государства, что нужно отдать часть суверенитета наднациональным структурам. Действительно, возникновение Организации объединенных наций отчасти ограничило суверенитет, но суверенитет ограничивается только у слабых стран. Посмотрите на Соединенные Штаты – разве у них суверенитет ограничен? Это они ограничивают суверенитет других стран. Пожалуй, две страны в современном мире обладают довольно мощным суверенитетом, который никакая глобализация не подрывает – США и Китай.
Вопрос: Если все же предположить, что "сон Кайзера" сбылся и Сталин не встал бы на пути глобалистов, как развивалась бы ситуация, и не свелось бы все к тому, что просто кризис глобализма начался раньше?
Андрей Фурсов: Проблема не в том, что Сталин встал на пути глобалистов, а в том, что большая система "Россия" оказалась на пути глобалистов и в ней нашлись силы, которые смогли артикулировать это противостояние. Интересы команды Сталина совпали с мощью, которая еще оставалась в раздолбанной гражданской войной России.
Вопрос: И тем не менее, каким бы был мир, если бы глобалистский проект осуществился сто лет назад?
Андрей Фурсов: Думаю, что рано или поздно глобализация все равно породила бы свои противоречия и сквозь трещины глобального мира стали бы пробиваться неоимперии. Только это бы происходило в другой форме, чем сегодня. Сегодня это происходит так, как мы видим: финальная схватка глобалистов и имперцев находится на повестке дня.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)