Подпишитесь на Myoppositopinion
Сообщения
Все комментарии
Показаны сообщения с ярлыком Явлинский. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Явлинский. Показать все сообщения
понедельник, 9 июня 2014 г.
четверг, 3 октября 2013 г.
Политическая кухня. Явлинский сливает первых спонсоров своего прямого конкурента Навального
В интервью "Новой Газете" Явлинский слил политических спонсоров Навального, отобравшего его электор
В: После выборов у многих сложилось впечатление, что то, что случилось, — это прямо ужас-ужас. Какое ваше ощущение?
О: А что такое «ужас-ужас»? И для кого? Сейчас развал общества достиг таких масштабов, что не сразу можно догадаться, что имеется в виду. Для одних ужас, что нет второго тура. Для других ужас, что Навальный получил аж 600 тысяч голосов. Для третьих ужас, что Собянин едва-едва остался мэром. 70% москвичей вообще считают, что такие выборы — это дрянь, ужас, и теперь просто каждый за себя и спасается как умеет.
В: Но за него голосуют вполне разумные люди. Те люди, которые могли бы поддерживать «Яблоко». Молодые, богатые, успешные.
О: С чего вы взяли? Значительная часть его избирателей — это сторонники националистических взглядов. Вот сыграла его националистическая карта, которую он достает иногда стыдливо, иногда бесстыдно…
Вторая часть — те, кто слышал и читал участвовавшие в его кампании медиа, которые убеждали, что высокий процент за Навального якобы покажет Путину, где раки зимуют, а еще — «создаст институты», а еще — «спасет парня от тюрьмы».
Вот и все. По социальному положению — разные люди. А кампания у него была проведена, как в свое время у СПС, только с поправкой на продвинувшуюся технологию. Как раскрутка рок-звезды. Устроили мобилизацию тех, у кого запрос на вождя, а таким людям часто кажется, будто они все могут: умело блоги пишут, листовки разносят, на митинги ходят…
У многих организаторов и активных участников кампании Навального большевистский склад мышления: цель оправдывает средства, а дальше разберемся. Они своим цинизмом известны еще с 90-х годов: такие голосистые демагоги, «либерал-фашисты»…
Вообще, в современной Москве много людей с высокой самооценкой и очень низкой самореализацией, тревожно непонимающих своего будущего… Нынешняя российская система производит таких людей в огромных масштабах, и они, пожалуй, существенная часть проголосовавших за того, кто «любит их».
В: И все же, такой успех Навального — это хорошо или плохо?
О: Если люди голосуют непонятно за что, зачем, и не задумываясь, что будет, а просто из чувства протеста, — хорошо или плохо? Это точно ни к чему хорошему не приведет.
Его результат — это полная мобилизация всего, что он может собрать в данных обстоятельствах. Может, если бы выборы были в ноябре, когда дожди идут, результат был бы и чуть больше, было бы больше направления СПС-олигархического в сочетании с националистическим, но, может быть, к тому времени от него бы уже и подустали, и разочарование бы пришло в ответ на агрессивность кампании, — а другой у него быть не может в отсутствие содержания… Одно ясно: в ноябре заМитрохина было бы гораздо больше.
В: Но почему сегодня люди, готовые голосовать за «Яблоко», не мобилизованы в такой степени, как электорат Навального?
О: Избирателей «Яблока» немного пришло на выборы. Во-первых, они не верят в процедуру выборов. Во-вторых, их не устраивает грубо навязанная политически ангажированными СМИ альтернатива «Собянин или Навальный»: «голосуй — или проиграешь», точь-в-точь, как «Ельцин или Зюганов». В-третьих, противно следовать истерике — «голосуйте, негодяи, а то его посадят в тюрьму!» А критически важно то, что из-за страшного медийного шума и непрерывных провокаций Митрохина с его спокойной, умной и профессиональной программой просто было невозможно расслышать.
В: То есть все, что набрал Навальный, — это результат применения технологий?
О: Это результат деградации российской политики, уничтожения ее смыслов и культуры… Ну и, как следствие, — разных приемов и технологий, это эксплуатирующих…
В: А что мешает «Яблоку» применять современные политтехнологии?
О: Мы партия перемен, конструктивных профессиональных программ, принципов, уважения к человеку и его правам. Для нас технологии типа «голосуй или посадят» неприемлемы.
Потом, извините, Митрохина, никто не сажал, да и не выпускал этим летом.
В: А давайте безотносительно к Митрохину посмотрим на выборные кампании последних лет. В 90-е годы мои родители могли ставить на «Яблоко» как на реальную политическую силу, для них это было решением совершенно прикладного свойства: «я хочу, чтобы эти люди руководили страной». А теперь это не больше чем выражение позиции. И я могу сколько угодно хотеть — но я знаю, что в итоге у «Яблока» получится три целых и за запятой еще два знака.
О: Иметь смелость выражать свою свободную позицию в условиях полуфашистской атмосферы — это серьезное дело. Конечно, сейчас совсем другое время, но вспомним, что, мирно выражая свою позицию и предлагая здравые альтернативы, такие люди, как Сергей Ковалев и Андрей Сахаров, ненасильственно сломали тоталитарную коммунистическую систему. Не забывайте об этом.
С «Яблоком» уже скоро 20 лет борется и сам политический режим, и отколовшиеся от него, но абсолютно родственные ему по духу группы олигархов. И те и другие хотят, чтобы нас не было ни во власти, ни в политике вообще. Все они справедливо считают «Яблоко» антисистемной альтернативой — снимают с выборов, грубо фальсифицируют результаты, беспрерывно врут, поливают грязью в радиоэфирах и в сети, воруют идеи и программы, от которых сами крайне далеки. В целях борьбы они время от времени надувают «политические звезды», которые потом неизменно сами же и гасят, а мы продолжаем работать. Они борются за свою власть и безопасность. Там же, где «Яблоко», несмотря ни на что, получает мандат, серьезно меняется вся политическая атмосфера.
В: Не успокаивает меня такое объяснение.
О: Правильно, что не успокаивает, — значит, работать надо. Нужно создавать большую серьезную, политически ответственную и финансово прозрачную демократическую оппозицию. Но поскольку все очень атомизировано, всех учат надеяться на вождя или на драку, но только не работать над созданием политических институтов, то у нас дальше разговоров за кофе дело не идет. Да и жизнь у тех, кто в Москве ведет эти разговоры, как правило, весьма сытая, и они ею, в общем, довольны. Я могу вам рассказать практические вещи, которые сейчас нужно было бы делать, но это будет непросто. Пришла пора вести себя внятно. Перестать быть постмодернистами — немного за демократов, слегка за «либерал-фашистов», чуточку за националистов, еще немного за «хороших» олигархов, и за левых, и за модных, а главное — за себя, любимых. Нужно набраться смелости и перестать бояться «своего окружения». Ведь урок происшедшего: что в Москве сейчас мало кто боится Путина, но зато почти все боятся своей тусовки… Пора набраться отваги сказать «гламурным властителям дум», что они в политике профаны и дилетанты. Проанализировать последние 25 лет — кто что делал, какая партия в большей степени выражала ваши интересы и интересы ваших читателей, кто вас и их ни разу не обманул и ничего у страны не украл, кто старался, как мог, выступать за права человека и его достоинство, а кто плевал на человеческие судьбы, у кого из политиков какая репутация, а у кого никакая, и… действовать! Определить для себя, наконец, позицию — за что вы и за кого! Не стесняться писать о них, распространять общие с ними взгляды. Когда надо — задавать вопросы, оказывать влияние, понимая, что это общее дело… И бороться за это. Каждый день, в каждом номере, в каждой политической заметке. Струсите, будете изображать из себя «независимых» журналистов, превращать все в циничный балаган — получите фашизм по полной программе.
Я как-то, года 3 назад, говорил примерно это целой группе журналистов в преддверии прошлых президентских выборов. Они подумали и сказали, что это для них слишком — у каждого своя жизнь. Ну вот все и проиграли.
Пора начинать. Будь одна газета — может, к ней и другая присоединится. Пусть хоть кто-то начнет. А если этого не будет — то и победы не будет никогда. Потому что победа с позволения начальства — не ваша победа, а его.
Если говорить о Мосгордуме, тут уже завтра надо всерьез работать. Всем. Это будет очень трудно. Вы еще попробуйте, чтобы люди пришли на выборы в Мосгордуму, когда на 12-миллионный город — несколько десятков депутатов и никаких прав. Кого это интересует?
Придется объяснять, что нужна дееспособная оппозиция — и тогда это будет реальная борьба за власть. Вот если бы у Собянина было 49%, а у Митрохина второе место, представляете себе, что бы тогда на самом деле было? Не визг, не рок-фестиваль, а вполне реальные перемены! Вы бы по-другому дышали сейчас в Москве.
В: Есть точка зрения, что во втором туре Навальный получил бы меньше, чем в первом. И это было бы очевидное его поражение.
О: Скорее всего, так бы и было, а, кстати, Митрохин бы, если попал во второй тур, даже сильно отставая от Собянина в первом, то имел бы большой шанс бороться за победу.
В: Тогда почему власти не допустили второго тура? Не хотят валить Навального?
О: Власть считает второй тур проявлением слабости.
В: Но сейчас это еще и способ затоптать Навального.
О: Ну это всегда можно сделать и по-другому. Мы не знаем, чего власти сейчас от него хотят. Если они решат, что его «полезно» и дальше раскручивать как публичного лидера, заменяя им Жириновского и Миронова, то это будет означать, что для страны наступают очень трудные времена, — куда труднее, чем то, что было до последнего времени.
Навальный ведь не появился из ниоткуда. Он в самом начале, после того как с ним рассталось «Яблоко», начал пытаться что-то делать сам по себе — движение «Народ», работа с Белых, но потом за ним встала «Альфа-групп», прикрепила своих менеджеров, стала разрабатывать для него проекты, финансировать, определять основные направления деятельности в интересах группы, сводить его с влиятельными людьми и структурами, обеспечивать международные контакты и довольно быстро превратила его в то, что он есть сейчас. Об этом хорошо известно. Если посмотрите опубликованные в интернете материалы, которые никто не опровергал, то легко в этом убедитесь. Такие вещи — целенаправленное создание и продвижение политических фигур, представляющих интересы группы, — это обычная практика больших олигархических корпораций. Примеров таких было немало. Так они в свое время сделали Лебедя, когда им надо было, чтобы Лебедь помогал им на выборах 1996 года.
Вот и для Навального наступил момент, когда пару лет назад к нему пришли богатые дяди и сказали: парень, а ты вроде как становишься популярным, выглядишь хорошо — ты нам подходишь, давай мы из тебя «правильного оппозиционного» политика сделаем. Ты не проиграешь, мы тебе все это сейчас устроим — мы когда-то Ельцина подняли с 4% до 55%, — вот сейчас мы тебя будем. И пусть Путин знает… Только ты веди себя хорошо.
Ну вот и весь механизм. Простите, его могли бы звать подпоручиком Киже. В этом главная проблема применения пропагандистских медийных технологий. Сейчас под них подошел Навальный, в другой раз, если захотят, — другого так же станут раскручивать. Были бы амбиции…
В: Не кажется ли вам, что это конспирология? Пусть даже Навальный — проект, тем не менее этот человек занял свое место в истории России, про него теперь уже будут писать в учебниках.
О: Войдет ли он в историю и с каким знаком — положительным или отрицательным — это время покажет. Пока еще говорить не о чем.
В: А вы не жалеете о том, что Навальный из партии ушел? А вдруг из него что-то другое бы получилось, если бы ему хороших педагогов?
О: Когда появляются принципиальные расхождения, и кто-то уходит — это всегда жалко. Он человек совсем других взглядов и иного отношения к жизни, нежели «Яблоко». Он долго был в партии, мы его хорошо знали. Но это случилось уже давно. А когда сейчас спрашивают, не хотите ли договориться, — так о чем?
В: Мне кажется, был момент, когда с ним и не нужно было договариваться ни о чем.
О: В качестве кого с ним договариваться и во имя чего? У него взгляды другие, и он от них не отказывается.
В: Он мог бы пригодиться хотя бы в качестве пиарщика.
О: Ну ладно вам, какой он пиарщик… То, что сейчас происходит, это не он делает, это ему небывалую рекламу и работу на его публичный образ сделали умелые в смысле пиара и гламура специальные люди за хорошее вознаграждение.
В: И никаких задатков заметного политика у него нет?
О: Ну почему же. Он способный, мы это знаем. Совсем другое дело, на что он употребляет свои способности. Он вообще, наверное, человек по-своему хороший. Говорят, у него красивая жена, дети, дай бог ему и всей семье здоровья. Хорошей нормальной семейной жизни. У нас он был человек и человек. Иногда, правда, обзывал девушек всякими словами — что они мол «черные», а он «белый».
Вообще, жизнь у него будет крайне непростая, он попал в серьезную переделку и пересечение самых разных интересов, но будущее Алексея Анатольевича пока еще зависит от него самого.
В российской политике приходится соприкасаться с олигархическими структурами, у меня были отношения и с Гусинским, как вы знаете, и с Ходорковским. Но всегда приходится отвечать на вопрос: а ты-то сам что?
Знаете, какое у меня было столкновение в 99-м году? Они мне прекратили финансирование прямо в ходе избирательной кампании. Потому что я выступил против второй войны в Чечне и не поддержал Путина. Но я стоял на своем. Мы, возможно, единственная в мире партия, которая боролась в период «патриотического» угара против войны, — и получила 6%, хотя накануне выборов приближались к 20. Меня тогда в партии многие обвинили в том, что это я провалил выборы. И некоторые ушли — из-за этого. Потому что они рассчитывали на депутатство. Вот и ответ на ваш вопрос, не жалею ли я о Навальном. Мы принципы на проценты не меняем.
В: По вашей теории, союз Навального с Кремлем может быть оформлен как нечто явное?
О:…Не знаю. Вряд ли кто-то к этому стремится. И так всего хватает — «Народный фронт», «Единая Россия»… А вот игра с отдельными бизнес-группами через пас этого друга — этого бы я не стал совсем исключать. Если Путин захочет, а Навальный согласится, — но вот этого всего я не знаю… Однако странные есть признаки…
В: Но, быть может, это такая же история, как вопрос на Селигере про то, не является ли Навальный проектом Кремля.
О: Может, он и не был проектом Кремля, но, по логике обстоятельств, Кремль может оказаться готов приобрести такой проект. Не обязательно все сразу.
В: Теперь самое главное: что хотелось бы понять, и что дальше?
О: Если этим проектом будут дальше заниматься Путин совместно с «Альфа-групп», это будет крупный проект, который будет еще сколько-то лет имитировать оппозицию. А может быть, Путин будет с ним воевать (ну только не с ним, а с «Альфа-групп»), и тогда ситуация будет сложнее. А может быть, никто теперь с ним не будет связываться, поскольку он выборы все-таки проиграл, — и тогда все само собой завянет.
В: Все варианты, которые вы перечислили, — они одинаково пессимистичны.
О: Видите ли, очень много лет подряд, начиная в 1992 года, шла деградация российской политики. Это вы все прекрасно знаете. Деградация, которая включала в себя уничтожение личности в политике. Поэтому не удивительно, что теперь это все сложилось таким вот образом.
Понимаете, политик сам, он далеко не все может сделать. Он только может сказать, выразить то, что хотят люди. Он же не волшебник. Если идешь чуть впереди — это значит, что рядом и за тобой кто-то идет. Если с тобой никто не идет — ты идешь не впереди, ты просто идешь один.
В: Допустим, мы за вами идем.
О: Спасибо, но этого теперь мало — каждому работать надо. Фашизм дело нешуточное. Без прямого, предельно активного и ответственного участия всех вас мы так и будем сидеть на 3%, а они будут наступать. Этот как тяжелая болезнь — сначала очень непросто ее распознать, а когда уже видят все — поздно лечить.
Но у нас люди демократических убеждений не приучены бороться, ждут, что им все принесут на блюдечке. Как сказала одна женщина в Екатеринбурге. Я выступал там в университете с лекцией в ходе предвыборной кампании, а после выступления подошли к этой женщине журналисты: «Вам понравилось?» — «Да, мне очень понравилось?» — «А вы поняли, о чем он говорил?» — «Поняла». — «Ну повторите». — И она довольно грамотно повторяет программу. — «И вам это нравится?» — «Да, нравится». И тут они ей задают еще один вопрос: «Так вы будете голосовать за «Яблоко?» «Нет, — говорит, — я не буду голосовать за Явлинского». — «А почему?» — «А вот пусть его сначала выберут, а потом я за него проголосую…»
Источник: www.novayagazeta.ru
воскресенье, 4 марта 2012 г.
Прогноз на 4 марта от Александра Рара.
Любопытное интервью известного немецкого кремленолога Рара. Любопытное не только по тому, что он конкретно говорит и думает о нашей политике, но и в том отношении, что заметно выявляется "расслоение" сознания этого уважаемого специалиста под влиянием традиционных и стереотипных взглядов на "либерализм" и "демократию".
27 февраля 2012, Наталья Молькова 
И поэтому Путин победит
"Зюганов мог бы победить во втором туре президентских выборов. И это произойдет, если Путин совершит неадекватные поступки - в первую очередь, по отношению к тем, кто вышел на Болотную. Но мне кажется, нет, я уверен: в Кремле не настолько глупы, там поняли новый вызов времени и все-таки продвижение в сторону либерализации будет. Сверхожиданий в Европе нет, но там уверены: прояснение в этом направлении все-таки есть - и у Путина, и у его окружения. Без тех, кто вышел на улицы, управлять страной невозможно – ведь это и есть костяк будущей России, и без диалога и какого-то включения этого костяка в политику заявлять современную Россию, а не страну XVIII века нельзя. И Путин понимает, что управлять без них страной уже невозможно".
Такое мнение высказал в беседе с журналистом «Фонтанки» известный политолог Александр Рар, автор четырех книг о Путине (“Владимир Путин. Немец в Кремле», 2000; «Путин после Путина. Капиталистическая Россия на пороге нового мирового порядка», 2008; “Владимир Путин. Президент России — партнер Германии”, 2000; “Холодный друг”, 2011). Эксперт Совета по внешней политике ФРГ, член Валдайского клуба, награжден высшей наградой ФРГ за вклад в развитие немецко-российских отношений, почетный профессор МГИМО.
- Вы уверены, что произошел апгрейд имиджа Путина?
- Часть западной прессы, исходя из ее морали в политике (принципов, что в первую очередь надо развивать плюрализм и демократию), Путина демонизировала, для себя решила, что с ним этого не будет, и его надо оценивать сугубо критически. Но в Германии есть сильное лобби, даже больше половины населения, которое интересуется российской проблематикой и всегда помнит, что были подъемы и спады в нашей истории отношений, и здесь Путину не то что больше прощается… У нас есть большее понимание того, в какой ситуации находится правящая элита России. И наивных ожиданий, что за один день Россия может стать страной западной демократии, в Германии было всегда меньше, чем в других странах Европы. Поэтому в Германии к Путину прагматическое отношение помимо моральной критики, которая в его адрес идет.
- Ваш прогноз на 4 марта?
- Тут, в Европе, и сам второй тур произвел бы сенсацию. Путин все-таки победит, и другие кандидаты не берутся всерьез. Для меня Миронов – жуткое разочарование. К сожалению.
- Только сейчас?
- Нет, но меня очень позитивно затронула его кампания на парламентских выборах, я был впечатлён результатом (и не я один, например, еще Белковский). Но Миронов не должен был выдвигаться – он должен был Оксану Дмитриеву от «Справедливой России» выдвинуть. Молодая женщина, экономист, с таким образованием, представитель уже нового поколения, имеет в два, если не в 3 раза больше шансов, чем Миронов! Когда он выдвинулся, я уже почувствовал – что-то не так, а сейчас вообще…Человек, который избирательную кампанию ведет по принципу «Я не критикую Путина», надежд иметь не может. Это тормоз. Очень жалко, потому что «Справедливая Россия» могла бы стать гораздо больше, чем старым кремлевским проектом. Причем неизвестно каким – после ухода Суркова их все отпустили в свободное плавание.
Я бы даже приветствовал объединение «Справедливой России» с коммунистами (и верю, что со временем в этом направлении что-то должно произойти). Потому что пошло бы всем на пользу – не для того, чтобы коммунисты их проглотили. Чтобы в России создалась пусть не сразу, но сильная левая партия. Это был бы шанс. Конечно, она собрала бы совсем другой электорат, других лидеров – не Зюганова и Миронова… Россия – «левая» страна во многом, и такая партия, которая постепенно тендировала бы в сторону социал-демократии, нужна. Но даже этого не произошло. Нет избирательной кампании, и я считаю, что Миронов получит последнее место, несмотря на все успехи партии в декабре. Хотя исходно у него были гораздо лучше шансы.
- Может, кто другой приглянулся?
- Очень позитивно выглядит Прохоров. Мне кажется, он спокойно ведет кампанию, где нужно – критикует, понимает, что никто ему не поверит, если бы он повел себя радикально (например, как Владимир Рыжков, Борис Немцов). Он не делает резких шагов, но говорит то, что нужно, и в том тоне, который позволит ему, мне кажется, завоевать тот европейски мыслящий электорат в России, который не голосует за тех же Рыжкова и Немцова, потому что связывает их с 90-ми годами. Мне кажется, симпатии среднего класса он все-таки завоевывает и отходит от имиджа плейбоя и олигарха. Я ему желаю солидное третье место в президентской гонке, и шанс на то, что он получит не меньше 10%, есть - если он переубедит сторонников Явлинского и людей с Болотной площади отдать ему свой голос, а не выбрасывать бюллетень. И тогда после этих выборов он начнет играть существенную роль в российской политике. Может быть, не он сам лично, но люди ему близкие – может быть, Кудрин… И многие к нему перейдут, и у него тогда будет шанс стать архитектором либерального блока, партии на правом фланге. Это большой сюрприз.
- Случайный?
- Можно искать черную кошку в черной комнате. Зачем? Если бы не было протестов в Москве и Петербурге, я не согласился бы с тем, кто сказал бы: такому человеку в России могут поверить. Он моложе Явлинского, он новое лицо – а в российской избирательной кампании это очень важный фактор (и ошибка и Миронова, и Зюганова, и Явлинского – хотя они, наверное, уже не могут по-другому – 20 лет проигрывают и все равно участвуют, хотя электорату надоели не меньше, чем сам Путин). И это нужно учитывать. В день выборов люди просто проголосуют за новенького, потому что это что-то интересное… Есть такие избиратели. Но есть и другие. Например, мой двоюродный брат в Москве - он по убеждению стопроцентный либерал, но говорит, что и он, и его многие друзья будут голосовать за Зюганова, чтобы остановить Путина…
- А вы считаете, его надо останавливать?
- Ну... надо. Но в первую очередь надо провести честные и свободные выборы и понять, что люди хотят…
- Честные и свободные…
- Смотрите: очень плохо – фальсификации. Да, ужасно. Но лучше, чем выборы, не придумаешь. Нужно участие масс. В России есть фасады демократии, есть игра в демократию, есть манипуляции демократией. Но помните – вашей демократии 20 лет, а это не такой уж достаточный срок, чтобы все поменять. Я был наблюдателем у вас на выборах в глубинке – там в участках работают честные люди! Есть случаи реальных фальсификаций в какой-то провинции – в Москве и Санкт-Петербурге невозможно по-крупному это делать. Но проблемы в другом – конечный результат! Запускают данные в газпромовские компьютерные сети, и там, видимо, происходят манипуляции.
- Про 106 процентов знаете?
- Есть, но не по всей России, а в отдельных регионах - жулики, фальсификаторы и мерзавцы. Но мое мнение такое - 10 процентов голосов можно сманипулировать, но не 50, даже не 40 и вряд ли 30. Невозможно.
Так что есть определенное волеизъявление. И вы меня не убедите в том, что будь выборы в России абсолютно свободными, то результат будет значительно отличаться по всей России, а не только по Москве и Петербургу, от того, который мы имели на думских выборах. Да, "ЕР" не получит 50 процентов, получит 40. Но не получит она 20, и не получит Явлинский 50 процентов в России. Нет.
И не надо все сваливать на Путина и партию. Да, они воры и жулики, как говорят, – во многом. Но другие – тоже ничтожные политики и ничего не предлагают, кроме «Путина долой!». А демократы несистемной оппозиции Немцов, Рыжков – разве не смешно, что сейчас у них у каждого своя партия и они дерутся? Неужели нельзя хоть сейчас договориться об одном лидере? Ни между собой, ни с Явлинским не могут, и Явлинский с ними не может договориться… Почему они сейчас по тактическим соображениям не призывают свой электорат голосовать за Прохорова? Я бы на их месте это делал... И если бы они были кристально честные люди. Но они же были у власти…
Хочется надеяться, что выборы честные в своей глобальности. Последнее время Россия старается проводить все более честные выборы… Нет. В 1993 году провели честные, и там победил Жириновский. В 96-м я не знаю, победил бы Ельцин Зюганова… Понимаете, хочется верить…
Мы все-таки сегодня не имеем дела со старыми маразматиками Политбюро середины 80-х годов, которые не понимают, что происходит за стенами Кремля, на Болотной. Даже разведчики, которые управляют сегодня Россией, достаточно все-таки образованные люди. И даже из чувства самосохранения должны понимать, что происходит. И понимают - мне так кажется. Абсолютно ясно: сегодня россияне, которые все-таки как-то где-то определяют жизнь страны – например, идут на выборы или работают, – они другие по менталитету, чем те, кто 12 лет назад проголосовал за «Миссию Путина», который обещал и смог вывести страну из тяжелых 90-х. И путинский тогдашний аргумент «Я помогу России встать с колен, и мы всем покажем» - он уже не действует сегодня в этой среде. Люди хотят жить по-европейски, и мир видят по-другому. Им не настолько даже важно, кто будет президентом, – они многому научились в Европе и хотят не только жизненно необходимых экономических благ (они у них есть, и живут они во многом лучше, чем их родители). Они хотят себе политических свобод. Им надоело, что их обманывают.
И я думаю, Путин это понимает. Другое дело, какие он делает из этого выводы. Это другой вопрос. Но вызов Путин, Медведев и другие видят. Они же не говорят – давайте поиграем с электоратом, наобещаем, а потом покажем кукиш после выборов, когда будем сидеть со своими 60 процентами…
- То есть вы уверены, что 60 процентов будет?
- Ну, наверное, все-таки 55. А два месяца назад я бы сказал 48 – тот же результат, что у «Единой России»…
Во-первых, по-моему, избирательная кампания главного претендента не такая уж и плохая, есть много изюминок, много интересного, есть не просто тупая пропаганда, как это было раньше. Уже видно, что он чего-то опасается и на это реагирует. Это придает выборам определенный привкус.
Второй аргумент – ужасные кампании его оппонентов, за исключением Прохорова. Жириновский… конечно, берет своим ором, криком аудиторию, и за него будут голосовать. А Зюганов для меня загадка. У него есть потенциал - не у самого, у содержания его партии. Он мог бы местами поиграть и в коммуниста, и в социал-демократа… Здесь, например, в Берлине, он читал доклад и произвел нормальное впечатление – мы его мнения не разделяем, но оно понятно и интересно. На этом потенциале можно было гораздо больше делать, но, может быть, он больше не может или не хочет.
В-третьих, нельзя забывать при всей симпатии к новой, молодой России: есть другое поколение. Многие здесь в Европе считают верным высказывание Ходорковского: «Путин либеральнее, чем 80% населения России». Может быть, эта цифра завышена, но люди у вас боятся возвращения в 90-е годы, хотят сильной власти, чтобы страна стала великой державой, чтобы все ее боялись, - это все сидит в вашем менталитете. И такой электорат легко может поднять лидер.
И поэтому Путин победит. Это не будет центрально-азиатский результат, но он победит и в первом туре.
- Проблемы начнутся потом.
- Да, проблемы-то начнутся потом – в легализации этих выборов в первую очередь. Это будет достаточно сложно объяснить. Толерантность в либеральных кругах слабо развита. Путину нужно будет показать и доказать, что он сам стал другим. А если он этого не сделает, то проблема будет нарастать.
Я провожу параллели между развитием России и Германии. В Германии новая жизнь началась в 1945 году, для России - в 90 - 91-м годах. Потом интересно: у нас 16 лет управлял Конрад Аденауэр – а у вас есть Путин. У нас в Баварии – тоже одна партия (христианские демократы), от власти не отклеишь, и можно сомневаться в их легитимности, и все равно выборы есть. В России сейчас идет 21-й год демократии. Посмотрите, что было в Германии в этом возрасте демократии: 66-й год - студенческая революция, 68-й год. У вас – Болотная.
Но, с другой стороны, Путину очень везет – экономическое состояние России сегодня лучше, чем когда-либо, по сравнению с другими странами. Просто они упали, а Россия выглядит сравнительно прилично со всеми ее проблемами – плохим инвестиционным климатом, жуткой коррупцией, неразвитой инфраструктурой, монополией государства в экономике . Тут же – средства массовой информации под контролем, фальсификации выборов, Ходорковский, нападки на Венедиктова сейчас… Но с другой стороны - громадные государственные резервы, маленькие налоги, много наличных в кармане среднего класса по сравнению с большинством европейцев, личные (но не политические) свободы…
- Спасибо Путину за это?
- Это не все Путин сделал, страна начала развиваться и без него во многом. Это же не благодаря Путину… Не знаю – Медведев?.. Сейчас во всем плохом его обвиняют… Но положительное изменение в обществе относится к руководителю страны. Значит, спасибо ему.
А что касается Медведева… Даже не знаю, как начать… Я считаю, что Путин его использовал. Я, в отличие от многих других, поверил Медведеву, когда тот сказал в сентябре: «Мы обо всем договорились…» Он не наврал, они договорились еще в 2007 году, и Путин сказал что-то типа: «Я не беру ни Якунина, ни Иванова, ни Нарышкина… Ты, Дмитрий, верно мне служил 15 лет, будь президентом . Но ты понимаешь, что без меня Россия никуда не уйдет. Я единственное, что хочу, – чтоб через 4 года мы вдвоем сели бы и приняли решение, ты меня как старшего брата, конечно, послушаешь». Я даже больше чем уверен, что так и было, потому что Медведев себя так вел – как человек, который понимал, что он зависим. Он бы без Путина никогда не стал президентом, а тот ему постоянно об этом напоминал. Это с одной стороны. С другой – Медведев проявил полную лояльность. И Путин этого не забудет – это хорошо ему лично, нам-то ни холодно ни жарко.
Но, несмотря на это все, своей статьей в 2009 году он как президент встряхнул страну, заявив, что все так плохо, что надо делать то и то... И его апелляции к интернет-сообществу – потом они вышли против него же на улицы, так как были разочарованы, что он ничего не сделал, – он просто опоздал что-то делать. Все реформы, которые он в последние минуты пребывания у власти проталкивает через Госдуму уже под давлением улицы, он мог сделать раньше – полномочия были. И у меня нет ответа на вопрос, почему он этого не делал тогда.
Ну, разрешил бы выборы губернаторов, независимый телеканал, регистрацию либеральных партий – не обязательно Каспарова, но Рыжкова, Касьянова там… Не понимаю… Наверное, вопрос характера. Или был окружен… Сейчас принято его хаять, но я не хочу называть его каким-то сообщником Путина. Он свою роль сыграл, но очень много и не сделал.
- В одном из интервью (в 2008 году) вы говорили, что, скорее всего, Путин уйдет через год, когда увидит, что Медведев справляется.
- Это было возможное развитие.
- Расскажите о своей «Путиниаде».
- Я Путиным занимаюсь не один год. Книги писал для Запада. Я стал профессиональным кремлинологом не случайно – я вырос одной ногой в русской эмиграции, мои предки – дедушки – из белогвардейцев. Родился на Тайване, вырос в Германии, ходил здесь в школу, закончил здесь университет (я историк-политолог). Фактически я часть немецкого общества, и Германия для меня родина. Но у меня есть и вторая родина. И все, что происходило в России в политике, в культуре, в православии, мне было интересно. Тогда среда была такая – в том числе и где я работал - на радиостанции «Свобода». Написал в 1986 году первую книгу о Горбачеве. Я вижу себя как человек, который понимает обе стороны, и считаю, что я могу влиять на российскую политику так же, как я здесь могу влиять на немецкую политику.
- Откуда такая любовь к Путину?
- Нет, я не согласен, что в своих книгах я «весь в любви к Путину»... Я никакими политтехнологиями не занимаюсь. Но в 2000 году Путин для меня был таким положительным политиком. Я знаком со всеми – Березовским, Ходорковским, Немцовым, Лебедевым, со всеми… (Небольшая фотография Александра Рара вместе с опальным Ходорковским висит на стене кабинета далеко от его портретов с Путиным, Примаковым, Шредером - неприметно, в самом углу. - Прим. авт.)
И мне показалось тогда, что Путин, когда стал президентом, нащупал правильный и сложный путь развития для России, и это было нелегко – в то время надо было где-то отказаться от тех больших демократических принципов, которые уже были завоеваны в 90-е годы. Но они не укрепляли Россию, и в те годы они уже не приводили ни к чему положительному, потому что достигли какой-то границы – нужно было паузу взять, с моей точки зрения. Сейчас у меня в России выходит книга «Куда идет Путин. Между Европой и Азией». И это не пропутинская книга, хотя некоторые меня постоянно критикуют, что я там «в любви с Путиным»...
- Новые политики в России – те, кто придет с Болотной?
- Думаю, да. Эта демонстрация – историческое событие. Новая страница открылась – это фактически мини-революция. Сейчас придут новые лидеры, но это будет не Навальный.
Вы знаете, что демонстранты на Болотной вернули России? Понимание, что завоеванные политические свободы нельзя, извините, профукать. А именно так было с теми, кто пришел к Белому дому в августе 1991 года. Поколение тех, кому сейчас 50 и старше, свергли путчистов и завоевали свободу. Но потом эти люди молча упустили те возможности и ту новую Россию, которую они могли построить.
Сейчас Россия получила второй шанс. Конечно, и Путин с Сечиным - не Крючков с Янаевым. Я, конечно, посторонний наблюдатель, но мне сейчас трудно понять тех, кто говорит: сейчас стало хуже,чем в 90-е годы. Многие люди помнят те ужасы, и у них есть прививка от революции. Но если власть будет делать неадекватные шаги — этого тоже исключить нельзя... Все-таки я не вижу сейчас предпосылок ко второму ГКЧП.
- Не то чтобы полностью невозможно…
- Скорее нет. Сейчас самое главное - люди сыты, нет карточек, люди живут хорошо (и армия тоже), хотя все русские говорят, что живут плохо. Это они не знают, как мы, европейцы, реально живем сегодня. И когда меня спрашивали еще недавно, почему народ не идет на улицы против Путина, я говорил – он накормил всех. Оказалось, для определенного поколения этого недостаточно.
Но всегда красиво говорить – в России живет 140 с лишним миллионов человек, неужели нет альтернативы Путину? То же самое можно и про Германию говорить. И говорят много и давно, а в действительности нету альтернативы. Сколько бы кто ни говорил.
- Ну да, вас послушать – нас спасет лишь искусственный разум.
- Не дай бог...
И вообще, не знаю, как будет выглядеть правительство после инаугурации вашего президента, и будет ли вообще Дмитрий Анатольевич премьером, но я думаю, Путин ему обещал, и вначале он точно будет.
Но сейчас назревает интересная ситуация. Сурков получил шанс стать публичным политиком. Помните, в 2007 году в России было два поста вице-премьеров, первый и второй? Один занимал Медведев (отвечал за модернизацию), другой - Иванов (за военно-промышленный комплекс), и они соперничали за «наследство Путина», а тот проверял, кто лучше подходит. Сейчас тоже два «кронпринца» - рано еще, конечно, говорить, но на этих постах сидят Рогозин и Сурков. Шувалова уже убирают — он будет заниматься проблемами СНГ (и там, я знаю, уже частично провал). А и Сурков и Рогозин — уже политики, они будут со временем играть большую роль. Ведь Путин не вечен.
Такое мнение высказал в беседе с журналистом «Фонтанки» известный политолог Александр Рар, автор четырех книг о Путине (“Владимир Путин. Немец в Кремле», 2000; «Путин после Путина. Капиталистическая Россия на пороге нового мирового порядка», 2008; “Владимир Путин. Президент России — партнер Германии”, 2000; “Холодный друг”, 2011). Эксперт Совета по внешней политике ФРГ, член Валдайского клуба, награжден высшей наградой ФРГ за вклад в развитие немецко-российских отношений, почетный профессор МГИМО.
- Вы уверены, что произошел апгрейд имиджа Путина?
- Часть западной прессы, исходя из ее морали в политике (принципов, что в первую очередь надо развивать плюрализм и демократию), Путина демонизировала, для себя решила, что с ним этого не будет, и его надо оценивать сугубо критически. Но в Германии есть сильное лобби, даже больше половины населения, которое интересуется российской проблематикой и всегда помнит, что были подъемы и спады в нашей истории отношений, и здесь Путину не то что больше прощается… У нас есть большее понимание того, в какой ситуации находится правящая элита России. И наивных ожиданий, что за один день Россия может стать страной западной демократии, в Германии было всегда меньше, чем в других странах Европы. Поэтому в Германии к Путину прагматическое отношение помимо моральной критики, которая в его адрес идет.
- Ваш прогноз на 4 марта?
- Тут, в Европе, и сам второй тур произвел бы сенсацию. Путин все-таки победит, и другие кандидаты не берутся всерьез. Для меня Миронов – жуткое разочарование. К сожалению.
- Только сейчас?
- Нет, но меня очень позитивно затронула его кампания на парламентских выборах, я был впечатлён результатом (и не я один, например, еще Белковский). Но Миронов не должен был выдвигаться – он должен был Оксану Дмитриеву от «Справедливой России» выдвинуть. Молодая женщина, экономист, с таким образованием, представитель уже нового поколения, имеет в два, если не в 3 раза больше шансов, чем Миронов! Когда он выдвинулся, я уже почувствовал – что-то не так, а сейчас вообще…Человек, который избирательную кампанию ведет по принципу «Я не критикую Путина», надежд иметь не может. Это тормоз. Очень жалко, потому что «Справедливая Россия» могла бы стать гораздо больше, чем старым кремлевским проектом. Причем неизвестно каким – после ухода Суркова их все отпустили в свободное плавание.
Я бы даже приветствовал объединение «Справедливой России» с коммунистами (и верю, что со временем в этом направлении что-то должно произойти). Потому что пошло бы всем на пользу – не для того, чтобы коммунисты их проглотили. Чтобы в России создалась пусть не сразу, но сильная левая партия. Это был бы шанс. Конечно, она собрала бы совсем другой электорат, других лидеров – не Зюганова и Миронова… Россия – «левая» страна во многом, и такая партия, которая постепенно тендировала бы в сторону социал-демократии, нужна. Но даже этого не произошло. Нет избирательной кампании, и я считаю, что Миронов получит последнее место, несмотря на все успехи партии в декабре. Хотя исходно у него были гораздо лучше шансы.
- Может, кто другой приглянулся?
- Очень позитивно выглядит Прохоров. Мне кажется, он спокойно ведет кампанию, где нужно – критикует, понимает, что никто ему не поверит, если бы он повел себя радикально (например, как Владимир Рыжков, Борис Немцов). Он не делает резких шагов, но говорит то, что нужно, и в том тоне, который позволит ему, мне кажется, завоевать тот европейски мыслящий электорат в России, который не голосует за тех же Рыжкова и Немцова, потому что связывает их с 90-ми годами. Мне кажется, симпатии среднего класса он все-таки завоевывает и отходит от имиджа плейбоя и олигарха. Я ему желаю солидное третье место в президентской гонке, и шанс на то, что он получит не меньше 10%, есть - если он переубедит сторонников Явлинского и людей с Болотной площади отдать ему свой голос, а не выбрасывать бюллетень. И тогда после этих выборов он начнет играть существенную роль в российской политике. Может быть, не он сам лично, но люди ему близкие – может быть, Кудрин… И многие к нему перейдут, и у него тогда будет шанс стать архитектором либерального блока, партии на правом фланге. Это большой сюрприз.
- Случайный?
- Можно искать черную кошку в черной комнате. Зачем? Если бы не было протестов в Москве и Петербурге, я не согласился бы с тем, кто сказал бы: такому человеку в России могут поверить. Он моложе Явлинского, он новое лицо – а в российской избирательной кампании это очень важный фактор (и ошибка и Миронова, и Зюганова, и Явлинского – хотя они, наверное, уже не могут по-другому – 20 лет проигрывают и все равно участвуют, хотя электорату надоели не меньше, чем сам Путин). И это нужно учитывать. В день выборов люди просто проголосуют за новенького, потому что это что-то интересное… Есть такие избиратели. Но есть и другие. Например, мой двоюродный брат в Москве - он по убеждению стопроцентный либерал, но говорит, что и он, и его многие друзья будут голосовать за Зюганова, чтобы остановить Путина…
- А вы считаете, его надо останавливать?
- Ну... надо. Но в первую очередь надо провести честные и свободные выборы и понять, что люди хотят…
- Честные и свободные…
- Смотрите: очень плохо – фальсификации. Да, ужасно. Но лучше, чем выборы, не придумаешь. Нужно участие масс. В России есть фасады демократии, есть игра в демократию, есть манипуляции демократией. Но помните – вашей демократии 20 лет, а это не такой уж достаточный срок, чтобы все поменять. Я был наблюдателем у вас на выборах в глубинке – там в участках работают честные люди! Есть случаи реальных фальсификаций в какой-то провинции – в Москве и Санкт-Петербурге невозможно по-крупному это делать. Но проблемы в другом – конечный результат! Запускают данные в газпромовские компьютерные сети, и там, видимо, происходят манипуляции.
- Про 106 процентов знаете?
- Есть, но не по всей России, а в отдельных регионах - жулики, фальсификаторы и мерзавцы. Но мое мнение такое - 10 процентов голосов можно сманипулировать, но не 50, даже не 40 и вряд ли 30. Невозможно.
Так что есть определенное волеизъявление. И вы меня не убедите в том, что будь выборы в России абсолютно свободными, то результат будет значительно отличаться по всей России, а не только по Москве и Петербургу, от того, который мы имели на думских выборах. Да, "ЕР" не получит 50 процентов, получит 40. Но не получит она 20, и не получит Явлинский 50 процентов в России. Нет.
И не надо все сваливать на Путина и партию. Да, они воры и жулики, как говорят, – во многом. Но другие – тоже ничтожные политики и ничего не предлагают, кроме «Путина долой!». А демократы несистемной оппозиции Немцов, Рыжков – разве не смешно, что сейчас у них у каждого своя партия и они дерутся? Неужели нельзя хоть сейчас договориться об одном лидере? Ни между собой, ни с Явлинским не могут, и Явлинский с ними не может договориться… Почему они сейчас по тактическим соображениям не призывают свой электорат голосовать за Прохорова? Я бы на их месте это делал... И если бы они были кристально честные люди. Но они же были у власти…
Хочется надеяться, что выборы честные в своей глобальности. Последнее время Россия старается проводить все более честные выборы… Нет. В 1993 году провели честные, и там победил Жириновский. В 96-м я не знаю, победил бы Ельцин Зюганова… Понимаете, хочется верить…
Мы все-таки сегодня не имеем дела со старыми маразматиками Политбюро середины 80-х годов, которые не понимают, что происходит за стенами Кремля, на Болотной. Даже разведчики, которые управляют сегодня Россией, достаточно все-таки образованные люди. И даже из чувства самосохранения должны понимать, что происходит. И понимают - мне так кажется. Абсолютно ясно: сегодня россияне, которые все-таки как-то где-то определяют жизнь страны – например, идут на выборы или работают, – они другие по менталитету, чем те, кто 12 лет назад проголосовал за «Миссию Путина», который обещал и смог вывести страну из тяжелых 90-х. И путинский тогдашний аргумент «Я помогу России встать с колен, и мы всем покажем» - он уже не действует сегодня в этой среде. Люди хотят жить по-европейски, и мир видят по-другому. Им не настолько даже важно, кто будет президентом, – они многому научились в Европе и хотят не только жизненно необходимых экономических благ (они у них есть, и живут они во многом лучше, чем их родители). Они хотят себе политических свобод. Им надоело, что их обманывают.
И я думаю, Путин это понимает. Другое дело, какие он делает из этого выводы. Это другой вопрос. Но вызов Путин, Медведев и другие видят. Они же не говорят – давайте поиграем с электоратом, наобещаем, а потом покажем кукиш после выборов, когда будем сидеть со своими 60 процентами…
- То есть вы уверены, что 60 процентов будет?
- Ну, наверное, все-таки 55. А два месяца назад я бы сказал 48 – тот же результат, что у «Единой России»…
Во-первых, по-моему, избирательная кампания главного претендента не такая уж и плохая, есть много изюминок, много интересного, есть не просто тупая пропаганда, как это было раньше. Уже видно, что он чего-то опасается и на это реагирует. Это придает выборам определенный привкус.
Второй аргумент – ужасные кампании его оппонентов, за исключением Прохорова. Жириновский… конечно, берет своим ором, криком аудиторию, и за него будут голосовать. А Зюганов для меня загадка. У него есть потенциал - не у самого, у содержания его партии. Он мог бы местами поиграть и в коммуниста, и в социал-демократа… Здесь, например, в Берлине, он читал доклад и произвел нормальное впечатление – мы его мнения не разделяем, но оно понятно и интересно. На этом потенциале можно было гораздо больше делать, но, может быть, он больше не может или не хочет.
В-третьих, нельзя забывать при всей симпатии к новой, молодой России: есть другое поколение. Многие здесь в Европе считают верным высказывание Ходорковского: «Путин либеральнее, чем 80% населения России». Может быть, эта цифра завышена, но люди у вас боятся возвращения в 90-е годы, хотят сильной власти, чтобы страна стала великой державой, чтобы все ее боялись, - это все сидит в вашем менталитете. И такой электорат легко может поднять лидер.
И поэтому Путин победит. Это не будет центрально-азиатский результат, но он победит и в первом туре.
- Проблемы начнутся потом.
- Да, проблемы-то начнутся потом – в легализации этих выборов в первую очередь. Это будет достаточно сложно объяснить. Толерантность в либеральных кругах слабо развита. Путину нужно будет показать и доказать, что он сам стал другим. А если он этого не сделает, то проблема будет нарастать.
Я провожу параллели между развитием России и Германии. В Германии новая жизнь началась в 1945 году, для России - в 90 - 91-м годах. Потом интересно: у нас 16 лет управлял Конрад Аденауэр – а у вас есть Путин. У нас в Баварии – тоже одна партия (христианские демократы), от власти не отклеишь, и можно сомневаться в их легитимности, и все равно выборы есть. В России сейчас идет 21-й год демократии. Посмотрите, что было в Германии в этом возрасте демократии: 66-й год - студенческая революция, 68-й год. У вас – Болотная.
Но, с другой стороны, Путину очень везет – экономическое состояние России сегодня лучше, чем когда-либо, по сравнению с другими странами. Просто они упали, а Россия выглядит сравнительно прилично со всеми ее проблемами – плохим инвестиционным климатом, жуткой коррупцией, неразвитой инфраструктурой, монополией государства в экономике . Тут же – средства массовой информации под контролем, фальсификации выборов, Ходорковский, нападки на Венедиктова сейчас… Но с другой стороны - громадные государственные резервы, маленькие налоги, много наличных в кармане среднего класса по сравнению с большинством европейцев, личные (но не политические) свободы…
- Спасибо Путину за это?
- Это не все Путин сделал, страна начала развиваться и без него во многом. Это же не благодаря Путину… Не знаю – Медведев?.. Сейчас во всем плохом его обвиняют… Но положительное изменение в обществе относится к руководителю страны. Значит, спасибо ему.
А что касается Медведева… Даже не знаю, как начать… Я считаю, что Путин его использовал. Я, в отличие от многих других, поверил Медведеву, когда тот сказал в сентябре: «Мы обо всем договорились…» Он не наврал, они договорились еще в 2007 году, и Путин сказал что-то типа: «Я не беру ни Якунина, ни Иванова, ни Нарышкина… Ты, Дмитрий, верно мне служил 15 лет, будь президентом . Но ты понимаешь, что без меня Россия никуда не уйдет. Я единственное, что хочу, – чтоб через 4 года мы вдвоем сели бы и приняли решение, ты меня как старшего брата, конечно, послушаешь». Я даже больше чем уверен, что так и было, потому что Медведев себя так вел – как человек, который понимал, что он зависим. Он бы без Путина никогда не стал президентом, а тот ему постоянно об этом напоминал. Это с одной стороны. С другой – Медведев проявил полную лояльность. И Путин этого не забудет – это хорошо ему лично, нам-то ни холодно ни жарко.
Но, несмотря на это все, своей статьей в 2009 году он как президент встряхнул страну, заявив, что все так плохо, что надо делать то и то... И его апелляции к интернет-сообществу – потом они вышли против него же на улицы, так как были разочарованы, что он ничего не сделал, – он просто опоздал что-то делать. Все реформы, которые он в последние минуты пребывания у власти проталкивает через Госдуму уже под давлением улицы, он мог сделать раньше – полномочия были. И у меня нет ответа на вопрос, почему он этого не делал тогда.
Ну, разрешил бы выборы губернаторов, независимый телеканал, регистрацию либеральных партий – не обязательно Каспарова, но Рыжкова, Касьянова там… Не понимаю… Наверное, вопрос характера. Или был окружен… Сейчас принято его хаять, но я не хочу называть его каким-то сообщником Путина. Он свою роль сыграл, но очень много и не сделал.
- В одном из интервью (в 2008 году) вы говорили, что, скорее всего, Путин уйдет через год, когда увидит, что Медведев справляется.
- Это было возможное развитие.
- Расскажите о своей «Путиниаде».
- Я Путиным занимаюсь не один год. Книги писал для Запада. Я стал профессиональным кремлинологом не случайно – я вырос одной ногой в русской эмиграции, мои предки – дедушки – из белогвардейцев. Родился на Тайване, вырос в Германии, ходил здесь в школу, закончил здесь университет (я историк-политолог). Фактически я часть немецкого общества, и Германия для меня родина. Но у меня есть и вторая родина. И все, что происходило в России в политике, в культуре, в православии, мне было интересно. Тогда среда была такая – в том числе и где я работал - на радиостанции «Свобода». Написал в 1986 году первую книгу о Горбачеве. Я вижу себя как человек, который понимает обе стороны, и считаю, что я могу влиять на российскую политику так же, как я здесь могу влиять на немецкую политику.
- Откуда такая любовь к Путину?
- Нет, я не согласен, что в своих книгах я «весь в любви к Путину»... Я никакими политтехнологиями не занимаюсь. Но в 2000 году Путин для меня был таким положительным политиком. Я знаком со всеми – Березовским, Ходорковским, Немцовым, Лебедевым, со всеми… (Небольшая фотография Александра Рара вместе с опальным Ходорковским висит на стене кабинета далеко от его портретов с Путиным, Примаковым, Шредером - неприметно, в самом углу. - Прим. авт.)
И мне показалось тогда, что Путин, когда стал президентом, нащупал правильный и сложный путь развития для России, и это было нелегко – в то время надо было где-то отказаться от тех больших демократических принципов, которые уже были завоеваны в 90-е годы. Но они не укрепляли Россию, и в те годы они уже не приводили ни к чему положительному, потому что достигли какой-то границы – нужно было паузу взять, с моей точки зрения. Сейчас у меня в России выходит книга «Куда идет Путин. Между Европой и Азией». И это не пропутинская книга, хотя некоторые меня постоянно критикуют, что я там «в любви с Путиным»...
- Новые политики в России – те, кто придет с Болотной?
- Думаю, да. Эта демонстрация – историческое событие. Новая страница открылась – это фактически мини-революция. Сейчас придут новые лидеры, но это будет не Навальный.
Вы знаете, что демонстранты на Болотной вернули России? Понимание, что завоеванные политические свободы нельзя, извините, профукать. А именно так было с теми, кто пришел к Белому дому в августе 1991 года. Поколение тех, кому сейчас 50 и старше, свергли путчистов и завоевали свободу. Но потом эти люди молча упустили те возможности и ту новую Россию, которую они могли построить.
Сейчас Россия получила второй шанс. Конечно, и Путин с Сечиным - не Крючков с Янаевым. Я, конечно, посторонний наблюдатель, но мне сейчас трудно понять тех, кто говорит: сейчас стало хуже,чем в 90-е годы. Многие люди помнят те ужасы, и у них есть прививка от революции. Но если власть будет делать неадекватные шаги — этого тоже исключить нельзя... Все-таки я не вижу сейчас предпосылок ко второму ГКЧП.
- Не то чтобы полностью невозможно…
- Скорее нет. Сейчас самое главное - люди сыты, нет карточек, люди живут хорошо (и армия тоже), хотя все русские говорят, что живут плохо. Это они не знают, как мы, европейцы, реально живем сегодня. И когда меня спрашивали еще недавно, почему народ не идет на улицы против Путина, я говорил – он накормил всех. Оказалось, для определенного поколения этого недостаточно.
Но всегда красиво говорить – в России живет 140 с лишним миллионов человек, неужели нет альтернативы Путину? То же самое можно и про Германию говорить. И говорят много и давно, а в действительности нету альтернативы. Сколько бы кто ни говорил.
- Ну да, вас послушать – нас спасет лишь искусственный разум.
- Не дай бог...
И вообще, не знаю, как будет выглядеть правительство после инаугурации вашего президента, и будет ли вообще Дмитрий Анатольевич премьером, но я думаю, Путин ему обещал, и вначале он точно будет.
Но сейчас назревает интересная ситуация. Сурков получил шанс стать публичным политиком. Помните, в 2007 году в России было два поста вице-премьеров, первый и второй? Один занимал Медведев (отвечал за модернизацию), другой - Иванов (за военно-промышленный комплекс), и они соперничали за «наследство Путина», а тот проверял, кто лучше подходит. Сейчас тоже два «кронпринца» - рано еще, конечно, говорить, но на этих постах сидят Рогозин и Сурков. Шувалова уже убирают — он будет заниматься проблемами СНГ (и там, я знаю, уже частично провал). А и Сурков и Рогозин — уже политики, они будут со временем играть большую роль. Ведь Путин не вечен.
суббота, 4 февраля 2012 г.
Болотная площадь
Символическое название "Болотная". Аморфное образование, кроме спаянных $ либералов это ни как не коррелирующиеся между собой группки с зачастую противоположными целями. Единственная объединяющая мысль - недоверие властям, протест. Но ничего конструктивного!
Я не только не люблю холода, но и пустой болтовни. Тем более в такой несимпатичной кампании выступающих. Опять все "бывшие". "500 дней" Явлинского вылилось в 20 лет, он хочет повторить? Если самое существенное, что могут сказать - Путина в отставку!, то вся акция совершенно бессмысленна. Чего ради мёрзнуть, если власти и так уже обратили внимание на то, что надо что-то менять. А претензию, что нет конструктивных предложений высказал и сам Путин. Так о чём шумим? Тем более, что при всём протестном задоре даже символические жесты, типа сожжения портретов у организаторов не удаются! Где же мудрые головы, которые сумеют направить энергию этого протестного движения во благо? Или Россия обречена и опять всё уйдёт в свисток?
И ещё одно символическое событие "главные оппозиционеры" как то: Немцов, Навальный, Каспаров и Ко организовались и наняли охрану в белых шапочках. К своей пятой колонне охрана не пускала даже корреспондентов. Чем же так напуганы оппузиционеры? Может быть им в посольстве что-то сказали? Или боялись мороза? Остальные участники не боятся! Оппузиционеры рискуют потерять своё влияние на тех, кто их ещё не раскусил.
Я не только не люблю холода, но и пустой болтовни. Тем более в такой несимпатичной кампании выступающих. Опять все "бывшие". "500 дней" Явлинского вылилось в 20 лет, он хочет повторить? Если самое существенное, что могут сказать - Путина в отставку!, то вся акция совершенно бессмысленна. Чего ради мёрзнуть, если власти и так уже обратили внимание на то, что надо что-то менять. А претензию, что нет конструктивных предложений высказал и сам Путин. Так о чём шумим? Тем более, что при всём протестном задоре даже символические жесты, типа сожжения портретов у организаторов не удаются! Где же мудрые головы, которые сумеют направить энергию этого протестного движения во благо? Или Россия обречена и опять всё уйдёт в свисток?
И ещё одно символическое событие "главные оппозиционеры" как то: Немцов, Навальный, Каспаров и Ко организовались и наняли охрану в белых шапочках. К своей пятой колонне охрана не пускала даже корреспондентов. Чем же так напуганы оппузиционеры? Может быть им в посольстве что-то сказали? Или боялись мороза? Остальные участники не боятся! Оппузиционеры рискуют потерять своё влияние на тех, кто их ещё не раскусил.
пятница, 2 декабря 2011 г.
Выбор?
Всюду сейчас говорят о предстоящих "выборах". Не удержусь и я. На мой взгляд единственная возможность выразить своё отношение к этому фарсу, так это проигнорировать их. Если, конечно, вы не являетесь поклонником Зюганова или Явлинского. Я ни к тем ни к другим отношения не имею, а к там дему нынешних не хочу. Более того, всякий, приходящий на выборы, за кого бы он ни голосовал, только увеличивает легитимность заведомо подложной победы, результаты которой давно подготовлены и только ждут часа своей публикации.
Так что единственное правильное для меня решение - не ходить на эти, с позволения сказать, "выборы". А вы пойдёте на эти ворборы?
Подписаться на:
Сообщения (Atom)