Сетевая война против Белой Руси

 Николай Амбражевич

Деятельность в Беларуси прозападных НПО (Non-governmental organizations – NGOs), стремящихся планировать, инициировать и реализовывать собственный событийный ряд, информационные поводы и проекты, воспринимающиеся населением и чиновничеством, носят не только сетевой, но и революционный характер. Сегодня НПО, вездесущие и быстрые, врываются в мир неповоротливых государственных бюрократий, ведя с ними то, что американский теоретик Д. Аркилла и др. именуют «сетевой войной» и относят к конфликту, связанному с информацией (Arquilla J., Ronfeldt D. Networks and Netwars: The Future of Terror, Crime, and Militancy. RAND, 2001).

Ведущиеся действия могут концентрироваться на мнении элиты, мнении масс или на том и другом вместе и включают в Беларуси:

- меры дипломатического характера,

- содействие диссидентским и/или оппозиционным движениям,

- массовые уличные пропагандистские и психологические кампании,

- кампании в средствах массовой информации,

- внедрение в компьютерные сети и базы данных,

- деятельность в области политики, культуры и экономики.

По оценкам белорусских властей, из 820 иностранных НПО, действовавших на территории страны на начало 2000-х гг. (США представляли 84 организации), более 50 «оказывали крайне негативное воздействие на развитие Республики Беларусь и подрывали ее безопасность». О том, кто дергает ниточки этой сети, еще в июле 2003 года официально заявил глава Агентства по международному развитию (USIAD), не­когда бывшего подразделением разведки США, Э.Натсиос: «Люди, получающие помощь по каналам NGOs, не знают, что за большинством гуманитарных проектов стоит американское правительство… это возмутительно».

Заявление стало следствием решения администрации президента США о «кардинальном улучшении имиджа Америки за рубежом». Одну из главных ролей в этом процессе американские чиновники отвели НПО, которым было официально предложено прекратить в любой форме критику Белого дома и стать «рукой Вашингтона». То есть официально объявить, что их деятельность является частью внешней политики США. (Само USIAD также не сидит сложа руки, занимаясь совместно с фондом Сороса финанси­рованием обучения специалистов по управлению т.н. неза­висимыми СМИ для стран Восточной Европы, в т.ч. Беларуси.)

В Беларуси приоритеты западных НПО – координация и управление ими же оплаченной деятельностью политизированных структур. Это даже не скрывается. Например, отвечая на вопрос корреспондента «Немецкой волны» (6.08.2006) о результатах западной политики по поддержке демократии в Беларуси, экс-глава западногерманской разведки и консультативно-наблюдательной группы ОБСЕ в Минске Ганс-Георг Вик с немецкой прямотой заявил: «Если существующие в Беларуси демократические силы не будут финансироваться из-за рубежа, они станут маргинальными и исчезнут вообще».

О том, что в Беларуси США и западными НПО используется та же тактика, что и в Зимбабве против националистического режима Мугабе, можно узнать не только из белорусских государственных СМИ, но и, например, из аналитического материала группы German Foreign Policy.com «14 миллионов евро за переворот».

Структурно принцип организации действующих против РБ прозападных НПО – сетевой, функционально – роевой. Активные («боевые») единицы» можно назвать «мошками» – по функциональному признаку или «атомами» – по структурному. В роли их могут выступать как НПО, так и отдельные индивиды. Грамотно организованные пульсирующие роевые атаки этих единиц – главная угроза управленческой иерархии.

В Беларуси стимулирование (в т.ч. материальное) роста «третьего сектора» на первых этапах активно осуществлялось по линии IREX (International Research and Exchanges Board,), фондов МакАртура и «Евразия» (McArthur Foundation, Eurasia Foundation), программы «Альянс партнерства Каунтерпарт» (САР), финансировавшейся Агентством США по международному развитию и ставшей после закрытия белорусскими властями представительства IREX одним из сетевых «узлов», координирующим усилия по повышению социально-политической активности белорусских НПО. По сути дела, «Альянс» не столько расширял сферу гражданского общества в Беларуси, сколько задавал параметры его развития в соответствии с рекомендациями администрации США.

В этот процесс активно включились структуры с территории Литвы, вроде Международного республиканского института (IRI), Германии – вроде Фонда Фридриха Эберта, финансируемого федеральным правительством и Польши, где функционируют десятки финансируемых Западом НПО, ведущих активную деятельность в Беларуси, вроде фонда «Образование для демократии», «Институт в поддержку демократии в Восточной Европе», «Польско-американский фонд свободы» и др. Польскими НПО, активно сотрудничающими с структурами США и западными правозащитными организациями, была создана рабочая группа «Заграница». Основная цель – реализация программ по продвижению демократии и формированию «гражданского общества» в государствах Центральной и Восточной Европы. Приоритеты деятельности немцев и поляков – образовательные семинары, которые, если верить организаторам, «способствуют повышению общего уровня политической культуры участников».

Координацией и управлением деятельностью политизированных НПО в 2000-е гг. занималась крупная американская некоммерческая организация Национальный демократический институт (NDI, координировал программы по Беларуси Д. Хованский), патронировавшая САР (финансирование «Партнерства», которое должно было осуществлять в 2006 году «параллельное наблюдение за выборами» президента РБ шло через киевское отделение NDI под руководством гражданина США Дэвида Гамильтона, на эту деятельность США выделили в том же году 12 млн. долларов), известная своей специфической деятельностью по всему миру и тесным сотрудничеством с USIAD и National Endowoent for Democracy (NED). Этот вроде бы некоммерческий американский фонд-институт финансируется из правительственных источников (вроде того же USAID) и, в свою очередь, выступает спонсором политизированных формирований.

По данным белорусских госСМИ, после перевыборов А. Лукашенко на очередной срок конгресс США принял в декабре 2006 года законопроект, предусматривавший выделение в 2007 и 2008 годах из бюджета более 55 млн. долларов на поддержку «демократических процессов» в Беларуси. Из них 20 млн. ежегодно – на содействие «демократическому строительству», включающему поддержку «неправительственных и международных обменов», и 7,5 млн. – на теле- и радиовещание. В определенной степени гранты можно классифицировать как иностранную безвозмездную помощь, поступающую в Беларусь и регистрируемую департаментом по гуманитарной деятельности Управления делами Президента РБ. Согласно электронной базе этого ведомства, начиная с 2004 года, белорусские юридические и физические лица получили из-за рубежа за 3,5 года в виде безвозмездной помощи около 350 млн. долларов.

За полгода до украинских событий 2004 г. президент американского фонда NED Карл Гершман, оценивая как среднюю возможность повторения в Беларуси сценария грузинской «революции роз», в интервью газете «Комсомольская правда» в качестве основных, необходимых для этого факторов выделил следующие:
наличие у белорусской оппозиции популярного лидера;
степень вовлеченности в события международного сообщества;
степень подконтрольности выборов зарубежным наблюдателям.

Стратегическая цель как западных, так и местных оппозиционных НПО состоит в радикальном изменении существующей системы власти и управления хозяйствованием посредством более эффективной подготовки и последующей успешной сдачи избирательного «теста» и отстранения А. Лукашенко от власти. В процессе президентских избирательных кампаний 2001, 2006 и 2010 гг. эта цель достигнута не была, т.к. отсутствовали первый и отчасти третий факторы. В то же время тактическая цель – плавная трансформация режима в прозападном ключе – на наш взгляд, успешно реализуется.

Это следствие того, что, невзирая на постоянные многолетние провалы прозападной оппозиции и ее кандидатов на выборах всех уровней, Беларусь ежедневно сталкивается с «мягкой силой» роёв вроде бы не связанных друг с другом фондов, общественных объединений, комитетов «в защиту чего-то», политических движений, «независимых» СМИ, сайтов… «Независимых», но действующих невероятно согласованно извне и изнутри республики. Одни части сети заняты финансами, другие – информацией и коммуникациями, третьи – безопасностью, четвертые – «правозащитной» деятельностью и т. д.

Американцы работают в РБ не столько с конкретными лицами и структурами, сколько с общественным мнением, формируя его с помощью этих лиц и структур и не зацикливаясь на персоналиях оппозиционеров и политических кампаниях вроде избирательных. Запад вкладывает не в переделку производственных фондов, а в переделку мозгов и мировоззрения общества и политэлиты. Это более рационально, экономично и эффективно, чем вкладывать в белорусскую экономику миллиарды долларов подобно России. И не останавливает интервенцию интересов США на территорию РБ даже после очередного провала их ставленников на выборах или нейтрализации минскими властями отдельных проводников «мягкой силы» Вашингтона, вроде запрещенного IREX или арестованных оппозиционеров, реальный электоральный рейтинг которых колеблется в пределах статистической погрешности.

Одно из главных следствий подобной тактики – постепенное исчезновение к началу 2010-х гг. различий в идейно-мировоззренческом плане между записными оппозиционерами-западниками и функционерами режима. У Запада постепенно исчезает необходимость содержать в Беларуси оппозицию при возможности сотрудничать напрямую с властями, т.е. чиновниками, чья прозападная позиция на деле мало чем отличается от того, что декларируют на словах финансируемые Западом оппозиционеры. Заявления о нецелесообразности финансирования белорусских оппозиционеров и «правозащитников» с Запада, прозвучавшие из уст президента Литвы и некоторых представителей Евросоюза в 2011-2012 гг., выдача счетов этих оппозиционеров белорусским спецслужбам их коллегами из Польши, Чехии и Прибалтики, а также заявления Д. Грибаускайте (23.05.2011) о недопустимости экономических санкций против Беларуси – лишь очередное свидетельство тому.

Сегодня главными недоброжелателями белорусского режима являются не малочисленные увешанные пестрыми лозунгами-флажками прозападные «оппозиционеры», лишь создающие нужный идеологический фон, а разделяющие их идеи примерные функционеры системы, номенклатура с двойной моралью, чья технология власти и существования определяется принципом «с их лозунгами – к нашим целям». Главные могильщики режима А. Лукашенко – не те, кто устраивает безрезультатно-бутафорские «акции протеста», а те, кто тихо делает карьеру внутри режима, презирая его, чтобы в час икс предать окончательно.

Благодаря воздействию «мягкой силы» Вашингтона и Брюсселя у этих чиновников сегодня два идейных ориентира – Запад, благодаря которому, как им кажется, они смогут работать, «как здесь», и получать, «как там», и «свои хлопцы» – ментально близкая им прозападная интеллигенция. Имеется и два ориентира моральных – карьера и неуклонный рост собственного благосостояния, на практике выглядящие скорее аморальными.

Русское Единство 

Cирия: сетевая война «капитализма катастроф» и «Жадной уязвимости»

Леонид Савин

То, что происходит сейчас в Сирии, полностью подходит под определение сетевой войны как новой формы конфликта, которая появилась в начале 1990-х. Сам термин придумали американские социологи и военные, анализируя рост антиправительственных бунтов, революций и вооруженных восстаний по всему миру. В противоположность им, своим противникам они же навязывают алгоритм «ЖАДНАЯ_УЯЗВИМОСТЬ»

Хотя взрывы и стрельба слышались в странах «третьего мира», а в промышленно развитых государствах происходили, в основном, антиглобалистские демонстрации и погромы, эти события во многих случаях были взаимосвязаны. Например, восстание мексиканских крестьян в штате Чьяпас поддерживали общественные организации со всей планеты, но только вовлечение в конфликт активистов международной сети удержало правительство Мексики и ЦРУ от жестокой расправы над бунтарями.

Тактика и поведение сетевых воинов (как назвали широкий спектр борцов - от «бесконтакных» активистов-экологов и компьютерных хакеров до террористов и сепаратистов) начали изучаться спецслужбами и военными, в первую очередь, в США, не только для того, чтобы противостоять им, но и для того, чтобы перенять их методы. В качестве исполнителей подбирались лица из политической оппозиции, диссидентов, этнических меньшинств и т.д. А если таковых было недостаточно, то с помощью интернета и манипуляций с информацией начинала формироваться ложная идентичность и велась постоянная пропаганда для формирования необходимых настроений в массах. В некоторых случаях вовлечение большого количества граждан в процесс помогало достичь необходимого эффекта мирным путем, что получило название «цветных революций», в других - подобные инициативы заведомо были обречены на провал, поэтому «проектировщики» делали упор на военную силу, как произошло в Ливии.

Использование лозунгов радикального ислама в подобных ситуациях весьма эффективно, так как позволяет привлечь большое количество волонтеров для «джихада». С другой стороны, страны Запада могут избавиться от своих радикальных элементов и фанатиков, позволив им выехать в горячие точки. И, в-третьих, основная графа расходов в таких случаях ложится бременем не на спецслужбы и связанные с ними структуры, а на идеологизированных правителей вроде монархов Саудовской Аравии и Катара, которые дополнительно могли использовать ситуацию для продвижения своих геополитических интересов в регионе (а именно – создание «Великого сунитского (ваххабитского) союза – прим.ред.).

В Сирии эти интересы заключаются, прежде всего, в транзите углеводородов через территорию страны. С таким предложением к правительству Сирии ранее обращался эмир Катара, но получил отказ. Сирия предпочла развивать отношения со своим проверенным союзником - Ираном, с которым давно заключен договор о взаимной обороне, и Ираком. В 2010 г. был подписан договор с Багдадом, а также с Тегераном о создании газопровода с месторождения «Южный Парс». Ветки предполагалось тянуть в Ливан и Турцию, далее - в Европу. Официально об этом было заявлено в начале 2011 г., что получило название стратегии «Четырех морей». И даже когда уже начался вооруженный конфликт, соглашение между Багдадом, Тегераном и Дамаском было подписано. Согласно инсайдерским источникам в Катаре, в связи с такой «петрополитикой» руководство этой страны приняло решение инициировать полное уничтожение инфраструктуры Сирии для того, чтобы по принципу «тabula rasa» (лат. «чистая доска») реализовать там свой проект, в то время как саудиты имеют другую точку зрения и хотят лишь сместить действующее правительство.

Как видим, конфликт разворачивается сразу в нескольких измерениях. Кроме стратегического и политического есть также религиозный, этнический и информационный факторы, которые подливают масла в огонь текущей войны.

Именно салафизм (ваххабизм) является той скрепой, которая объединяет две монархии в стремлении очистить Сирию от «неверных», среди которых не только христиане различных конфессий, но также и алавиты, которые представляют правящий класс, и шииты. Иран в данном конфликте также позиционируется как давний религиозный и ресурсный конкурент обеих автократий Персидского залива, а военная и экономическая поддержка Тегераном Башара Асада только усугубляет их рвение. И Саудовская Аравия, и Катар обеспокоены растущей мощью Ирана и его влиянием в регионе, особенно в качестве мирового центра шиизма, так как последователи этой версии ислама есть и в Саудовской Аравии, и в Бахрейне, где они составляют большинство жителей.

Сравнение Сирии с государствами, где прошли цветные революции, на наш взгляд, будет не совсем корректным. В Сербии, Грузии, Украине и Киргизии политические протесты проходили в основном в столицах. Здесь же все началось на периферии - первые волнения состоялись на приграничных с Иорданией территориях, потом вблизи Ливана (Таль-Калах, Ксайр), Турции и Ирака (Букамаль). Следовательно, логика развития событий была иная, так как в Сирии события начались в сельских регионах. Можно с уверенностью сказать, что этому способствовали либеральные экономические реформы, начатые Асадом еще в середине 2000-х гг. Они частично и создали базу для будущих недовольных, поскольку привели к социальному расслоению. Ситуация в чем-то напоминает некоторые республики Северного Кавказа, где молодежь из сельской местности активно пополняла ряды бандформирований, так как не видела для себя перспектив и считала делом справедливости взять в руки оружие.

Помимо этого парадигма неолиберальной экономики довлеет над конфликтом в целом. Сирия была интересна западным странам как рынок сбыта продукции и источник дешевой рабочей силы. Будь то проекты транснациональных корпораций, вхождение иностранного капитала в страну и создание там новых предприятий или долговая кабала банковских займов и программы структурного регулирования, которые Всемирный банк и МВФ навязывали по всему миру с начала 1990-х.

Теперь же Сирия представляет лакомый кусок для компаний, связанных с восстановлением гражданской и промышленной инфраструктуры, ведь войны и катаклизмы давно стали источником дохода для таких деятелей, и, как ни странно, с ними связан госдепартамент США.

Наоми Кляйн хорошо описала этот феномен в своей работе «Доктрина шока: Становление капитализма катастроф», где, в частности, указала и на то, что если ранее вопросами преодоления последствий стихий или войн занималась ООН, то с 2004 г. эту инициативу перехватили США, создав управление реконструкции и стабилизации. Это управление работает в тесном сотрудничестве с советом по национальной разведке. Самое интересное, что в списках стран, где необходимо воссоздать инфраструктуру, часто фигурируют государства, где еще не произошло ничего экстраординарного - ни цунами, ни землетрясения, ни разрушительной гражданской войны, из-за чего ряд исследователей логично предположил, что США намеренно провоцируют там конфликты, чтобы потом провести комплексную операцию и начать восстановление на выгодных для себя условиях.

То, что конфликт готовился заранее, свидетельствуют данные сирийских спецслужб. Еще до начала массовых выступлений и гражданской войны в Сирии была разоблачена широкая сеть лиц, вовлеченных в антиправительственную деятельность, что дало основания сделать вывод о том, что против государства начался реализовываться ливийский сценарий. Помимо арабских агентов эта сеть включала в себя агентуру США, Великобритании, Германии и Франции. Перехваченные данные и аресты свидетельствовали о том, что была использована современная аппаратура, спутниковые телефоны марки Blackberry, а связь осуществлялась через немецкий военный корабль, который находился на рейде у берегов Сирии. Нужно подчеркнуть, что средства связи являются важным компонентом современных сетецентричных боевых действий, так как позволяют оперативно мониторить пространство поля боя и быстро принимать решения. Не случайно Запад оказывает поддержку вооруженной оппозиции современными средствами связи.

Тактическое сетецентричное радио также было успешно апробировано американскими военными в Ираке и Афганистане. В военной операционной доктрине США, принятой за норму, есть такое понятие как петля Бойда НОРД (наблюдение-ориентировка-решение-действие). Суть эффективного боя, согласно этой теории, заключается в том, чтобы быстрее, чем противник пройти через цикл этой петли, не давая тем самым ему шанса на инициативу. Для противостояния подобной тактике необходимо разрушить данную петлю, проникнув в одно из ее звеньев, либо накрывать врага ураганным огнем, что, в основном, и делают правительственные войска в Сирии.

Теперь об этнической стороне конфликта. Помимо курдов, которые активно поддерживались со стороны США, в том числе в Турции, в Сирии проживает множество других народов. Есть армяне, многие из которых находились в Алеппо, а также выходцы с Северного Кавказа. Они объединены собирательным названием «черкесы», и в эту группу входят также балкарцы, кабардинцы, вайнахи, адыги, абхазы, шапсуги, осетины и другие этнические группы, в том числе из Дагестана. В начале 2012 г. сирийская вооруженная оппозиция пообещала взяться и за черкесов после того, как они разберутся с Асадом. С учетом того, что черкесы традиционно служили в силовых структурах Сирии, занимая там важные посты, а во время арабо-израильских войн насчитывали большинство в рядовом составе сирийской армии и внесли значительный вклад в разгром групп исламских фундаменталистов, в том числе «Братьев–мусульман» в 1980-х, полный геноцид со стороны радикальных салафитов (при условии, что сами черкесы таковыми не являются) им обеспечен.

Необходимо отметить, что «черкесский фактор» срезонировал и в России, где сторонники радикального ислама на Кавказе (и те же черкесы) начали обвинять российские власти в поддержке «кровавого диктатора» Асада.

Турция, правительство которой долгое время уверенно манипулировало своими черкесами (в том числе и абхазскими, предоставляя молодежи бесплатное образование), незамедлительно заявила о своей поддержке и черкесам Сирии.

Туркмены - еще один народ, многие столетия проживающий на территории Сирии. Для этого этноса Анкара может предложить значительно больше преференций, включая обращения к общему тюркскому наследию, языку и культуре. Сирийские туркмены имеют зоны компактного проживания в различных районах - Лазкие, Алеппо, Хомс, Хама, Голан, Шам, а Турция начала разыгрывать эту карту еще в 1994 г., когда в г. Искандерун была создана организация взаимопомощи Байир-Буджак.

Под видом гуманитарной помощи для туркменов Сирии многие годы проводилась пропагандистская работа официальной Анкары и создавалась своя резидентура. На такую возможность указывает факт резкой активизации по туркменскому направлению политической деятельности в Турции сразу же после начала волнений в Сирии в 2011 г. Там было создано «Сирийское туркменское движение» и «Сирийская туркменская группа», которые объединились в «Сирийский туркменский блок». Кроме этого было зарегистрировано «Сирийское демократическое туркменское движение» и зонтичная организация «Сирийская туркменская платформа». Все организации имеют свои ячейки непосредственно в Сирии и, соответственно, дальнейшие виды на участие в политике.

Помимо пропаганды в социальных сетях и среди этнических туркменов у них есть также и военная структура. Она состоит из 12 объединений под общим названием «Бригада туркменской горы». Ее главнокомандующим является полковник Мухаммад Авад, под началом которого находятся боевики в провинции Латакия. Военное присутствие туркменов в Алеппо представлено Али Башером. По их словам, что, скорее всего, является неправдой, они контролируют участок в 350 км и обеспечивают безопасность для мест компактного поселения туркменов. Все военизированные объединения бригады действуют исключительно под «туркменским флагом», отдельно от пестрой смеси боевиков, террористов и всяческих авантюристов под брендом «Свободная сирийская армия» (ССА) и недавно созданного генерального военного штаба.

Эта армия заслуживает отдельного внимания.

Ни у кого не вызывает сомнений, что структура была создана турецкими спецслужбами для того, чтобы собрать вместе все разрозненные вооруженные группировки и, таким образом, показать их дееспособность. Полковник Риад аль-Асад, который дезертировал в июле 2011 г., находился в лагере для беженцев Апайдин в Турции, но жил отдельно от гражданского населения. Чтобы попасть на встречу с ним, журналисты проходили строгий досмотр и сотрудники турецких спецслужб принимали решение, следует ли давать им допуск. Как известно, Свободная сирийская армия просуществовала около года, прежде чем ряд боевиков начал откалываться от нее и заявлять о своей автономии. Однако изначально были и другие организации, такие, как «Джабат Аль Нусра» (филиал «Аль-Каиды» в Сирии) и «Ахрар Аль Шам».

Кроме тех, кто выступает от лица полковника Риада, есть и другие формирования: военный совет ССА, возглавляемый бригадным генералом Мустафой эль-Шейхом; группа Касема Садиддина в Хомсе; Мохаммед Хуссейн эль-Хадж Али, заявивший в сентябре 2012 г. о создании Сирийской национальной армии; объединенное военное командование, возглавляемое Аднаном Селу; «Сирийская группа поддержки», представляющая НПО из США, которую считают проектом ЦРУ; объединенное командование военно-революционного совета и генеральный штаб совета верховного объединенного военного командования во главе с бригадным генералом Салимом Идрисом. Хотя среди перечисленных группировок согласия нет, они не стали от этого менее опасными, так как объединены единой целью - свержение действующего правительства. А что будет дальше, никому неизвестно, так как конкретного плана действий по политическому урегулированию и налаживанию мирного процесса нет.

Однако на этот «микс» из боевиков можно (и нужно) посмотреть через призму теории сетевых войн, в которой существует такое понятие, как тактика роя (в противоположность ей глобальный запад своим противникам навязывает агоритм максимальной централизации или «ЖАДНОЙ_УЯЗВИМОСТИ» - прим.ред.). Она заключается в том, что небольшие группы или отдельные активисты атакуют более сильного противника. Так как эти группы слишком малы (что удобно для просачивания и совершения различных акций), но многочисленны, их действия причиняют объекту нападения существенные неудобства, постепенно выводя его, таким образом, из строя.

Данная техника действий была названа по аналогии с действиями насекомых типа термитов и пчел, которые защищают свою территорию и дружно набрасываются на «незваных гостей». Так действовали различные группы антиглобалистов при проведении саммитов Всемирного банка, Мирового экономического форума в Давосе и т.п. мероприятий глобальной политической элиты. Безусловно, роевое поведение боевиков усиливается и гражданскими инициативами.

«Гражданская» составляющая в агрессии против Сирии основана на координационных комитетах (Tansiqiyyat), которые не делают акцент на этнической или религиозной принадлежности. Они рассредоточены по всей стране. Часть из них в открытую помогает боевикам, другая часть проводит саботажи, третья занимается исключительно акциями протеста. Такая изменчивая природа характерна для сетевых воинов, которые сегодня делают одну работу, а завтра, в зависимости от обстоятельств, могут резко изменить вид деятельности. Из-за такого переменчивого характера их труднее идентифицировать.

«Чисто гражданский элемент» связан с гендерными и медийными вопросами, проблемами вовлечения детей в вооруженный конфликт и другими гуманитарными аспектами. «Гражданские» эмиссары работают за рубежом, лоббируя интересы в коридорах власти иностранных государств и получая оттуда финансовую помощь.

Хотя основную проблему представляют именно боевики и террористы, роль «общественных активистов» нельзя недооценивать, так как они формируют общественное мнение и распространяют информацию именно в том ключе, который выгоден им, а не факты, помогающие пролить свет на происходящее.

В истории уже были случаи, когда дезинформация приводила к военному вмешательству, в Сирии это тоже может повториться. В качестве таких попыток можно привести намеренную медийную кампанию по поводу применения химического оружия. В 2012 г. в ряде западных СМИ прошла информация, что сирийские войска зарядили боеприпасы смесями отравляющих веществ, следовательно, по логике обывателя, это оружие может быть применено. Подобный информационный «вброс» вполне способен был привести к возмущению масс и требованиям к правительствам своих стран применить силу согласно концепции «ответственность защищать» (впервые эта доктрина была опробована при Билле Клинтоне). Однако дезинформация в отношении химического оружия была раскрыты честными журналистами на Западе, и после опровержения эта тема сразу пошла на спад.

Что касается текущего момента, то у Сирии есть сложности с приграничными территориями. Это, прежде всего, Иордания и Турция, где размещены базы подготовки террористов. Как сообщала «Нью-Йорк Таймс» (24. 03. 2013), с января 2012 г. из Катара и Саудовской Аравии было осуществлено более 160 вылетов транспортной авиации, которая доставляла оружие в Турцию. Далее на грузовиках оно направлялось к сирийской границе. Зимой этого года впервые была осуществлена переброска вооружений из Загреба в Амман. На данное время большое количество боевиков находится и на территории Ливана. По сообщениям источников в Ливане, туда прибывает все больше и больше ваххабитов, однако на территории страны они пока не совершают каких-либо терактов.

Часть границы с Сирией находится под контролем «Хизбаллы», которая не допускает проникновения террористов.

По мнению ряда ливанских аналитиков, нынешний политический кризис был вызван намеренно, по заказу США, чтобы дестабилизировать Сирию и лишить ее поддержки тех политических сил и части граждан, которые выступают на стороне Асада.

Правительство Нури аль-Малики в Ираке также заняло сторону Сирии (премьер-министр имеет дружеские связи с Башаром Асадом, к тому же он шиит), хотя в виду довольно сложной ситуации в самом Ираке не всегда удается обеспечить безопасность на границе и пресекать передвижения террористов. Израиль терпеливо ждет развязки, усилив Голанские высоты.

Как будет развиваться ситуация, предсказать сложно. Война может затянуться на многие годы, как было в соседнем Ливане в 1980-х гг. Часть населения категорически не приемлет возможный приход новой власти в лице исламских радикалов, поэтому и этой части сирийцев придется взяться за оружие. Впрочем, добровольцев в рядах вооруженных сил правительства и сейчас немало.

Возможно, некоторое прояснение наступит в конце апреля - середине мая после встречи президента США Барака Обамы с лидерами стран Северной Африки, государств Ближнего Востока и Персидского залива. Обама пригласил к себе глав Иордании, Турции, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов. Король Абдалла, которому Обама уже пообещал 200 млн. долл. дополнительной помощи, должен посетить Белый дом 26 апреля. Реджеп Эрдоган прибудет в США в середине мая. Очевидно, что недавнее примирение Турции с Израилем произошло в русле ближневосточной политики Обамы.

Однако в Вашингтоне избегают давать какие-либо комментарии по этому вопросу, так как, видимо, еще не выработали окончательного решения. Многие продолжают возлагать надежды на Россию. И надежды эти оправдаются, если Кремль будет более жестко пресекать двойные стандарты и нарушения норм международного права.

Институт высокого коммунитаризма 

Оккупация сетей Пентагоном...

Американское военное командование готовится к оккупации социальных сетей

4 марта 2012, Андрей Полевой

СЕТЕВЫЕ ФАНТОМЫ НА СЛУЖБЕ ДЕМОКРАТИИ. Американское военное командование готовится к оккупации социальных сетей

Как минимум, с 2000 года идёт обобщение и использование новых наработок, позволяющих свергать неугодные Госдепартаменту и Пентагону режимы. Существует целая индустрия по дезинформации, манипулированию общественным мнением, причём действующие по заказу активисты, реальные или виртуальные, обладают прикрытием, разработанным структурами американского ВПК. Что самое удивительное — до сих пор находятся люди, которые искренне уверены в «стихийности» народных протестов, а проходящие под эгидой Пентагона операции психологической войны рассматривают как «свободное выражение общественного мнения».

Американские власти неоднократно говорили о большом, если не сказать, основополагающем значении социальных сетей, в частности, Twitter и Facebook, в организации протестов «арабской весны». В Египте, Тунисе, Йемене, Алжире, Иордании и Сирии благодаря соцсетям стало возможным координировать перемещение протестных групп населения, концентрируя их в заданных точках для проведения массовых митингов.

Разумеется, подобная эффективность широко освещается в мировых СМИ в качестве «свидетельства» того, что все революции имеют исключительно внутреннюю природу, являются истинно «народными».

При этом совершенно игнорируются факты, согласно которым протестное движение пользуется как минимум поддержкой китов сетевого бизнеса — жители Египта во время антиправительственных выступлений передавали информацию через Twitter, просто позвонив по телефону и оставив голосовое сообщение. Услугу, позволяющую размещать сообщения в интернете, несмотря на то, что доступ к нему в Египте был отключен, предоставляли Google и Twitter.

Более того, ровно год назад, государственный секретарь США Хиллари Клинтон сообщила о том, что США выделяют по линии Госдепартамента как минимум 25 миллионов долларов ежегодно на поддержку блоггеров и интернет-активистов в «авторитарных странах». Также был анонсирован запуск официального «вещания» через Twitter на китайском, русском и хинди. «Это даст нам возможность в режиме реального времени установить двусторонний диалог с людьми, используя такие каналы связи, которые правительства этих стран не блокируют», — сказала Хиллари Клинтон, невольно обозначив будущие целевые регионы.

При этом следует отметить, что указанными миллионами и одним Госдепом дело не ограничилось. 17 марта 2011 года издание The Guardian сообщило о том, что в сетевую работу включился непосредственно Пентагон, специалисты которого приступили к разработке методов по использованию соцсетей. Некоей корпорацией Ntrepid из Сан-Диего, Калифорния был заключен контракт с Центральным командованием США (CENTCOM) по разработке того, что описывается как «служба онлайн-управления личностью» и позволит одному американскому военнослужащему контролировать до 10 отдельных сетевых «личностей», разбросанных по всему миру. Обозначены и цели — система «позволит американским военным создать ложный консенсус в сетевых дискуссиях, вытеснить нежелательные мнения и задушить комментарии или сообщения, которые не соответствуют их собственным целям». Запирать разработку в стенах одного Пентагона так же не предполагается — система должна быть доступна «другим правительствам, частным компаниям и неправительственным организации».

Требования CENTCOM предусматривают, что каждый сетевой фантом должен иметь убедительную «легенду», историю и детализацию, и что до 50 служащих, физически находясь в США, должны быть в состоянии оперировать виртуальными личностями «не опасаясь обнаружения серьёзным противником». Пресс-секретарь командующего CENTCOM Билл Спикс заявил, что эта технология позволит использовать блоги на зарубежных веб-сайтах для борьбы с «экстремистской и враждебной пропагандой за пределами США». И предусмотрительно уточнил, что ни одно из намеченных мероприятий не будет проводиться в англоязычной блогосфере. Причина проста — подобное воздействие, если бы оно осуществлялось в американском интернете, было бы незаконным.

Однако языки, которые больше всего интересуют Пентагон по состоянию на март 2011 года — арабский, фарси, урду и пушту. Относительно их использования, никаких опасений по части законности не возникает. И, с учётом высказываний госпожи Клинтон, можно быть практически уверенным в том, что список языков вот-вот пополнится «китайским, русским и хинди».

После разработки данного программного обеспечения будет создан продукт, который позволит американским службам, несущим круглосуточное дежурство, оперативно реагировать на возникающие онлайн-беседы, взаимосвязанные сообщения, блогпосты, чаты и так далее. Согласно контракту, штабом новой службы будет авиабаза МакДилл, вблизи Тампа, Флорида, которая заодно является штабом Командования специальными операциями.

Контракт CENTCOM требует предоставить каждому оператору один «виртуальный выделенный сервер», расположенный в Соединенных Штатах или за его пределами, что позволит создать впечатление существования реальных людей, находящихся в различных регионах планеты. Дополнительно следует предусмотреть возможность «смешивания трафика», под чем следует понимать использование как служащих CENTCOM, так и агентов вне этой структуры, что должно обеспечить «отличное прикрытие и мощные аргументы отрицания».

Причём данное соглашение Пентагона и малоизвестной корпорации из Калифорнии является лишь элементом программы под общим названием «Операция «Искренний голос» (OEV), которая была впервые разработана ещё в Ираке, как психологическое оружие против «врагов международной коалиции». С тех пор, OEV, как сообщается, разрослась в программу стоимостью в 200 миллионов долларов и используется в Пакистане, Афганистане и на Ближнем Востоке. Экс-командующий CENTCOM генерал Дэвид Петреус декларирует миссию программы как «обеспечение возможности слышать убедительный голос в регионе», а цель американских военных состоит в том, чтобы быть «первыми с истиной». Преемник Петреуса, генерал Джеймс Маттис, добавил, что в рамках OEV «поддерживается любая активность, связанная с унижением достоинства врага, которая лишает его права голоса».

Собственно, ради этих целей и была создана корпорация Ntrepid, получившая на создание данной системы 2,7 миллиона долларов. Согласно контракту с CENTCOM, Ntrepid не будет раскрывать информацию о том, сколько «персональных проектов» уже находится в эксплуатации или что-либо обсуждать. В чём нетрудно убедиться — посетив адрес http://ntrepidcorp.com/ можно заметить, что получить информацию о данной корпорации весьма затруднительно...

В 2010 году, OEV обсуждалась на конференции специалистов в области кибервойн в Вашингтоне, округ Колумбия, где старший офицер CENTCOM подтвердил главную задачу OEV — «осуществлять критическое общение и противодействовать пропаганде наших противников».

При этом, разумеется, «Операция «Искренний голос» не является первой программой, которую создавали с нуля. Можно говорить лишь о новом уровне сетевой войны, начало которой, было бы, пожалуй, разумно было бы отсчитывать с Сербии. Некоторые свидетельства преемственности можно найти в публикации Asia Times от 14 марта 2006 года, где описывается ряд семинаров по свержению режима в Иране. Согласно рассказу одного из участников семинара, получившего на него, по собственным словам, «весьма неожиданное приглашение», организаторы курсов представляли собой смесь из иранцев, проживающих в Лос-Анджелесе, американцев, которые выполняли функции контролёров и трех сербов, которые заявили, что они принадлежали к демократическому движению «Отпор». Организаторы, преподаватели и студенты именовали себя исключительно псевдонимами, было объявлено, что слушатели семинара будут впоследствии взаимодействовать друг с другом лишь через специальным образом зашифрованные почтовые службы.

В учебных классах, сербские инструкторы организовали ролевые игры, в которых участники играли роли иранской женщины или шиитского священнослужителя. Упор был сделан на важности высмеивания политической элиты, как эффективный инструмент ее демифологизации в глазах народа. Сайрус Сафдари, независимый иранский аналитик, добавляет: «Как я понимаю, идея состояла в том, чтобы финансировать и обучить активистов, чтобы быть провокаторами, какими были „Отпор“ в Сербии. Их задачей было использовать различные методы, такие как антиправительственные надписи на стенах и т.д., усилить студенческое движение и спровоцировать подавление беспорядков со стороны властей, которое затем может быть использовано в качестве предлога для массового восстания в Иране». Как известно, попытка воплотить эти теории на практике состоялась в Иране, когда попыталось активизироваться так называемое «Зелёное движение».

Как минимум, с 2000 года идёт обобщение и использование новых наработок, позволяющих свергать неугодные Госдепартаменту и Пентагону режимы. Существует целая индустрия по дезинформации, манипулированию общественным мнением, причём действующие по заказу активисты, реальные или виртуальные, обладают прикрытием, разработанным структурами американского ВПК. Что самое удивительное — до сих пор находятся люди, которые искренне уверены в «стихийности» народных протестов, а проходящие под эгидой Пентагона операции психологической войны рассматривают как «свободное выражение общественного мнения».

win.ru