У немцев три проблемы с Россией

topwar.ru

Недавний визит «сладкой парочки» германских журналистов в логово Путина и серия провокационных, агрессивных и наивных вопросов с их стороны к российскому президенту подтолкнула меня написать эту короткую заметку «про нашего мальчика». В конце концов, ВВП человек весьма занятой, и отвечать на вопросы «среднего немецкого детсадовца» ему просто некогда. Моё же время менее ограничено, так почему бы не облегчить жизнь буквально всем и не дать ответы на все вопросы относительно России, которые так сильно тревожат рядового немецкого «вопрошанта».

Итак, у немцев ровно три проблемы с Россией.

Первая проблема. Буквально на подсознательном уровне немцы считают Россию системой более низкого порядка по сравнению с Германией. В технике, политике, экономике, военном деле, науке, буквально во всём. Соответственно, «диалог на равных», с их точки зрения, невозможен в принципе. У русских нет демократии, устаревшие технологии, коррупция, отсутствие свободы прессы и личной свободы. Короче, мрак. Самое смешное, что при этом немцы категорически отказываются изучать эту самую «отсталую Россию». О России они, как правило, не знают ничего, кроме пропаганды, и, собственно говоря, особо знать не стремятся. А ведь Россия — это совсем не Нигерия. На протяжении последних трёхсот лет, начиная с Петра Первого, Россия играет ведущую роль в мировых делах, являясь самой крупной державой планеты. За исключением островной Британии, Россия — единственная держава, которую европейцы/американцы так ни разу и не смогли разгромить и оккупировать. Франция, Австрия, Италия, Германия, Япония, Португалия и Турция, Иран и Индия, Китай и Корея — все они так или иначе бывали повержены в новой и новейшей истории, но не Россия. А ведь на одном тоталитаризме, рабстве и вранье этого достичь было бы крайне сложно. Тут, понимаете, есть в их пропаганде такой вот логический парадокс: с одной стороны — это никчёмная страна третьего мира, на которую доброй пули жалко, с другой стороны — угроза номер один для европейской демократии.

Видимо, увлеклись переводом Некрасова («...Ты и могучая, / Ты и бессильная…»). Такой вот парадокс. Тот факт, что в области космической техники, вертолётостроения, производства современных истребителей — Россия страна номер один в мире, ими просто не замечается.

Парадоксальным образом даже операция ВКС России в Сирии ничего не изменила в этой картинке российской отсталости. А ведь такую операцию на планете могут осуществить буквально две страны — США и РФ. Возможно, КНР — не в курсе их возможностей, но немного сомневаюсь. Кстати, как бы нам ни хотелось всем вечного мира, но именно такие войсковые операции демонстрируют уровень развития державы. Нужна современная техника, пилоты, охрана, разведка, логистика, связь, РЭБ… много чего нужно, пальцы устанешь загибать. Кстати, Германия (экономическое сердце Европы) может провести подобную операцию? Япония (индустриально-финансовый восточноазиатский монстр) может? Почему нет? Все деньги покрал Сердюков-сан?

Вам не кажутся парадоксальными разговоры об полном отсутствии коррупции и небывалой экономической эффективности немецкой экономики и одновременное отсутствие достаточного количества пулемётов в частях Бундесвера (который совсем невелик)? Какая-то тут нестыковочка. В «нулевые» зарплату немецкого рабочего жёстко урезали, социальные пособия тоже, немецкая экономика «цветёт», но денег на пулемёты не нашлось. Даже с учётом того, что крупный немецкий капитал буквально «выпотрошил» Восточную и Южную Европу. На Люфтваффе, кстати, тоже денег нет, потому и не летают (шутка). Безусловно, глядя на этот «праздник жизни», Гитлер бы застрелился второй раз. Какое-то оно странное — это экономическое процветание Германии… Где, собственно говоря, и в чём оно выражается? Космическая программа? Подводные города строят? Подводный флот? Вилли II после прихода к власти — «по-быстрому» сваял флот открытого моря, который стоил невероятные деньги и был вторым на планете. При этом российский флот остался далеко позади. Фюрер, придя к власти, — «за пять секунд» построил сверхмощные корабли, стоившие немало, но резко поднимавшие морской ранг Германии. СССР таких кораблей построить в то время не мог, увы и ах. Индустриальная, торговая Германия нуждалась в мощном флоте, как и Британия, Голландия, Венеция, Византия… Ничего нового. Хотя флот стоит дорого. Как раз поэтому у современной Германии флота нет. Совсем. Зато есть демократия. А вот у русских флот есть, но это неважно.

Россия — самая большая страна мира, и эти самые земли отнюдь не достались ей в подарок от «высших сил». Это называется — успешное государственное строительство. По этой бескрайней территории бегают поезда, там дымят заводы, соблюдаются законы. На этой территории живут полторы сотни самых разных народов. Плюс космос, ядерный щит, наука. Вполне себе такая евразийская держава. Но для немцев всего этого почему-то не существует. Они готовы выстраивать отношения с США или КНР, но не с Россией. Не видят они в России серьёзного партнёра, не хотят видеть в упор. В принципе, именно Россия поддерживала относительный порядок на территории «гуляй-поля Украина», пока туда не пришли евроинтеграторы. Отсутствие реальной оценки России и её возможностей делает невозможным выстраивание адекватной внешней политики Германии.

Вторая проблема. Россия непознаваема в принципе (загадочная далёкая страна), и с ней возможно только жёсткое противостояние на базе несовместимости культур и ценностей. Достаточно забавно: например, про Испанию (которая не совсем Европа) таких глупостей никто никогда не говорил. Как, впрочем, и про Турцию в 19-20-21 веках, которая отличается от Германии гораздо сильнее. Япония, например, была союзником Германии во ВМВ, и никто не пытался утверждать, что японцы — это сплошная мистика. Хотя разница между японской и германской культурой на порядок больше, чем между российской и немецкой. Просто исторически так сложилось, что Россия всю свою тысячелетнюю историю так или иначе контактирует с Европой. Европейцы считают себя наследниками римской и греческой культуры (разные европейцы в разной степени). Россия позиционирует себя как наследница Византии.

То есть Россия — это не Турция, не Иран и даже не Алжир. Это такой, если рассуждать образно, аналог США, то есть Европы за пределами Европы, географически и ментально. Но если в отношении США европейцы это охотно признают (Запад и его ценности), то в отношении России признавать отказываются категорически. Миллионы немцев за период с 18-го века по начало 20-го уехали в США (массовая эмиграция). Германия это знает и помнит. Но, простите, за тот же период сотни тысяч немцев перебрались в Россию. Русская городская культура в Российской империи создавалась во многом благодаря их участию. Просто после ВМВ и достижений Фатерлянда на почве гуманизма об этом не принято вспоминать. Но что было, то было. Почитайте русскую классическую литературу (неплохой повод), и вы будете потрясены количеством разнообразных немцев «в кадре». Что они все здесь делали? Деньги зарабатывали. В конце 18 века в России проживало около четверти миллиона немцев. Немцев, Карл. В далёкой загадочной России. В конце 19 века под два миллиона. И это только те, кто продолжал считать себя немцами. Многие «русифицировались».

Берлин весьма недалеко от Санкт-Петербурга, во всех смыслах слова. Те самые русские немцы, как правило, жили в крупных городах, так что их присутствие было весьма заметно, хотя были и места «компактного расселения». Уже одно это противоречит теории «далёкой и непознаваемой» России. Участие немцев в строительстве Америки Германия хорошо помнит, участие немцев в развитии промышленности, науки и горного дела в России в Германии почему-то вспоминать не любят. Почему? Что не так? Ведь этим можно гордиться: заводы у Великих озёр и на Урале — то есть по всей планете — строились с участием немецких специалистов! Это ж реально круто! Про Великие озёра помнят, про Урал… какой Урал? Просто это здорово портит жизнь той самой теории «далёкой и неправильной» России. Странно, но у России и Германии весьма тесные и многочисленные связи, особенно со времён Петра, но помнят об этом только в России (тоже не всегда). Тысячи и тысячи немецких чиновников, офицеров, врачей, предпринимателей и инженеров переезжали в Россию. Причина проста — в России конкуренция была ниже, а возможностей больше, чем в перенаселённой Германии.

Кстати, в той же классической русской литературе и в мемуарах 18 века выражается резкое недовольство «засильем немцев». Чертовски много их сюда ехало, на русские хлеба… И вот в начале века 21-го немецкие журналисты, «ломая себя через колено», пытаются понять — что это за Россия такая? Шангри-Ла какая-то, да и только. Такое впечатление, что кто-то кого-то слегка обманывает. Особенно с учётом того, что в 90-е в Германию вернулись полтора миллиона русских немцев, которые, владея двумя языками и будучи знакомы с обеими странами, легко могли бы расставить все точки/умлауты над и (или над ё). Видите, в чём дело, чтобы не отвечать на серьёзные и неприятные вопросы, всегда можно сделать вид, что ты не понимаешь очевидных вещей — «дурака включить». И с наивным видом вопрошать очень занятого президента России: «Ну как же так, мистер Путин?».

Тот факт, что в возглавляемом Германией ЕС русские оказались на положении «людей второго сорта» в Прибалтике, почему-то остаётся за кадром и не обсуждается никогда. А вопрос интересный. Но ладно, даже по этому поводу Кремль решил не поднимать скандала. И вот Киев, Майдан, переворот. И немецкие политики, и журналисты никак не могут увидеть и понять очевидных вещей. «Почему Крым?» — вопрошают они, устремляя непонимающий взор на президента Путина… Логическая связь этих двух событий (то, что не поддержи немецкие политики Майдан — Крым остался бы на Украине) для них недоступна абсолютно. Вообще данная дискуссия носит откровенно дурацкий характер: действия Запада в Киеве в феврале 2014 не обсуждаются никак — так было надо, а идущие с ними в связке ответные действия России вызывают искреннее недоумение. Зачем, всё же было хорошо? Примерно такая же дискуссия шла вокруг «ответных» Искандеров. Зачем? Американские противоракеты европейцам обсуждать было запрещено категорически. Поэтому они обсуждали русские Искандеры. Активно так, с напором. Вот то же самое с Украиной и Майданом — они на Западе посовещались и решили Майдан-2 признать. Всё, вопрос закрыт, больше они это обсуждать ни с кем, тем более с посторонними, не собираются.

На самом деле февральский переворот в Киеве и немедленное признание Берлином его результатов прорвали гнойник российско-германских противоречий. Проблем и разногласий было уйма. Вспомним ещё «конфискацию преступных русских денег на Кипре». Восточное партнёрство. Мы сознательно «спускали на тормозах» эти вопросы, надеясь на позитивные перспективы. Они считали, что всё в порядке. И вот прорвало. И усугубляя «искреннее непонимание», Путин назвал главной ошибкой России — «то, что она ранее не заявляла о своих национальных интересах». А вот теперь заявила, внезапно. ВВП должен был великолепно осознавать, что всё политическое пространство в Европе полностью поделено и нет там никакого места для «российских национальных интересов». Для того чтобы их туда втиснуть — кто-то должен очень сильно подвинуться. Правда жизни в том, что Германия и Россия достаточно близки культурно, но понимать и признавать российские интересы в Европе немцы отказываются категорически. Именно поэтому они профессионально «включают дурака» и отказываются понимать элементарные вещи: «Всё было хорошо, пока Путин ВНЕЗАПНО не аннексировал Крым».

Третья проблема. Даже после двух мировых войн немцы по какому-то странному стечению обстоятельств убеждены, что противостояние с Россией — это быстро, легко и приятно. Синдром блицкрига, чтоб его. Весь расчёт в 2014 году делался исходя из того, что вот введём санкции, а Россия и развалится. Это была своего рода операция-двухходовка из одного-единственного варианта «А». Понимаете, что самое весёлое — спланировав, начав и проиграв две мировые войны, эти люди ничему не научились. Вообще ничему. «Они ничего не забыли и ничему не научились», — так охарактеризовал Талейран «реставрированную» французскую аристократию в 1815 году. Примерно то же самое можно сказать про наших немецких «партнёров». Продление санкций 22 июня 2015 года — это как раз из той самой серии. Немецкое руководство не то что не извлекло уроков из двух мировых войн — оно категорически отказывается их извлекать. Очередной подход к всё тем же геополитическим граблям. Большие войны не начинаются вот так с бухты-барахты. Их готовят и тщательно планируют. Заранее, заблаговременно. Именно поэтому предотвратить большую войну очень легко. На первый взгляд.

Вызывает удивление тот факт, что открытая поддержка Германией неонацистов в Восточной Европе и разрыв отношений с Россией никак не отразились на рейтинге канцлерин. Непонятно это и неправильно. Это как, в своё время, Германия поддерживала «цветных революционеров» в той же Ливии и Сирии. И никто внутри страны не возражал. Истерика началась, когда поток беженцев из Африки и Азии хлынул в немецкие города. Вот тут Германия испытала сильнейший болевой шок и попала в серьёзнейший со ВМВ политический кризис. Понимаете, это не просто строчки в газетах и видеоролики в новостях. Это реальный глубочайший кризис немецкой государственности. Но по сей день для них Асад — враг, который должен уйти. А «демократическая оппозиция» Сирии — это друг. Даже после «кёльнского Нового года». Какая-то шизофреничная политика: они сносят режимы, которые служат барьерами на пути мигрантов, а потом в истерике ищут пути решения «проблемы мигрантов». И по сей день в Германии никто не хочет признать того факта, что «снос» Каддафи и война в Сирии были ошибкой.

С их точки зрения — данные решения были абсолютно правильным. Асад и Каддафи — должны были уйти. Точка. Это не обсуждается. Беженцев быть не должно. Решение правильное, последствия неправильные. И как с такими людьми работать? Даже теракты во Франции тут абсолютно ничего не поменяли. Асад — враг и тиран, он должен уйти. Точка. К чему это отступление? Так в отношении России политика столь же шизофренична: один факт, что Россия не пожелала признать результаты вооружённого переворота в Киеве и уважать тех, кто захватил власть с оружием в руках, послужил поводом для санкций. Причём план абсолютно бредовый изначально: проводим в Киеве переворот силами вооружённых неонацистов, уничтожаем несогласных, устанавливаем там режим террора и создаём эскадроны смерти с эсэсовской символикой. А Россия всё это понимает и принимает. И дружба в треугольнике Москва-Киев-Берлин только крепнет с каждым сожжённым «колорадом». Поверить в реальность этого плана мог только сумасшедший. Но немецкие демократические политики искренне верили в реализуемость данного варианта. Без шуток. И искренне обиделись, когда Москва невзлюбила «крошку Турчинова».

Я вот думаю, а если бы господин Путин говорил с ними не по-немецки, а, например, по-монгольски? Всё было бы ещё хуже? Он пятнадцать лет в большой политике. И все пятнадцать лет он говорит с немцами по-немецки. Он пятнадцать лет говорит с немецкими политиками по-немецки о проблемах взаимных отношений России и Германии. Потом внезапно украинский кризис, война на Донбассе, санкции, и сразу после Нового Года 2016, перед православным Рождеством в Россию приезжают два немецких журналиста и 2 часа пытают Путина абсолютно «детскими» вопросами. «А ваша экономика ещё не развалилась? А когда она развалится?». Были в 20-м веке две очень большие и кровавые войны, погибли миллионы солдат и гражданских, и Россия и Германия понесли тяжёлый урон. Восстановление отношений при Брежневе, объединение Германии при Горбачёве, пьяненький Ельцин вальсирует в центре Берлина, Путин… И вдруг, при малейшем конфликте, немцы очертя голову бросаются в драку, пытаясь развалить российскую экономику. Они вообще чему-нибудь учатся?

Безусловно, российская экономика понесёт существенный урон в результате санкций — это факт. С этим глупо спорить. Но вот политические последствия будут совсем иными, чем планировали «архитекторы санкций»: первое — Германия потеряет российский рынок безвозвратно, никому не нравится, когда его основной торговый партнёр внезапно «взбрыкивает» на ровном месте, вы или торгуете в России, или занимаетесь политическими играми, но не то и другое вместе; второе — Германия полностью утратит в России политическое влияние, это будет просто одна из стран, не более; третье — Россия неизбежно проведёт в жизнь определённые «ответные» политические шаги против Германии. «В политике нет мести, но есть последствия», — Столыпин. И самое главное — Украине это не поможет никак, в её отношении позиция России стала ещё более жёсткой. Данный конфликт будет затяжным и тяжёлым для обеих сторон и полностью перекроит политический ландшафт Восточной Европы (отношения станут совсем другими). Это примерно, как Европа-1918 кардинально отличалась от Европы-1914. Уже сейчас стало понятно, что немцы не готовились к длительному противостоянию и что никаких «запасных вариантов» у них нет. Они рассчитывали на быструю победу на «российском фронте», быстрое решение «украинского вопроса» и быстрое переключение на другие проблемные участки. Затяжная война на востоке — это так знакомо…

Вся беда в том, что, как и с беженцами, негативные последствия для Германии наступят не сразу, далеко не сразу, а в таком случае рядовой немец не видит логической связи. Несмотря на всю «отмороженность» немецкой внешней политики по отношению к арабам и русским — Меркель оставалась очень уважаемым и популярным политиком, пока в Германию не хлынули беженцы. Вот тут немцы возмутились! Как же так? «А нас то за шо?». Также резкое ухудшение отношений с Россией в правление Меркель на её рейтинг не повлияло никак. А мы то думали, что в Германии это кому-то интересно… Нет, немцам это безразлично. Так, несколько ранее Гитлер был безумно популярен в рейхе, несмотря на развязанную им мировую бойню. Немцы одобряли. А вот когда на Гамбург посыпались тысячи бомб, и он запылал, как рождественская ёлка, тогда настроения изменились. Но вы не поверите — они и тут прямой связи не увидели. То есть связь между нападением на Польшу и сожжёнными немецкими городами для них не была очевидна. Вот и в случае ответных российских политических ходов против Берлина, а они, безусловно, последуют, для немцев это будет неприятным сюрпризом. И точно так же прилетят два наивных немецких корреспондента и будут вопрошать Путина: «Владимир, почему?»

  

Автор Олег Егоров

Германия против остального Запада по российской проблеме

Генрих Август Винклер - авторитетнейший немецкий историк, фундаментальная работа которого "Долгий путь на Запад" считается энциклопедией по послевоенной демократизации Германии. В своём труде учёный высказывает мнение, что опасные геополитические идеи о двойственной срединной роли Германии между Востоком и Западом остались в прошлом.

В серьёзной статье, опубликованной в этом месяце в журнале "Der Spiegel", Винклер выразил обеспокоенность по поводу нарастания в Германии как левых, так и правых настроений, демонстрирующих понимание, а то и признаки поддержки действиям Владимира Путина в Крыму и на Украине.

Как полагает социал-демократ Винклер, подобный уклон создаёт "новые сомнения в предсказуемости Германии". По его мнению, российский президент покровительствует "реакционным силам" всей Европы. А ведь каких-то 10 лет назад он воодушевил Запад надеждой, что Россия станет плюралистическим государством и стратегическим партнёром. Теперь, полагает историк, Запад может распрощаться с этими чаяниями.

В предстоящий четверг канцлер Ангела Меркель намерена посетить Вашингтон, чтобы обсудить с Обамой кризис в отношениях между Россией и Западом - или, как обтекаемо выразилось правительство Меркель, "события на Украине". Однако очень сомнительно, что она во всеуслышание выскажется с убеждённостью и бескомпромиссностью, присущей суждениям Винклера.

Судя по всему, Меркель не собирается открыто выступать против возрастающего общественного недовольства по поводу встраивания Германии в западный мир. Как поведал мне один берлинский чиновник на прошлой неделе, жёсткая позиция могла бы показать, что после присоединения Крыма возврата к прежним российско-германским отношениям быть не может. Это ознаменовало бы коренной поворот от дружественных и деловых связей к курсу, основанному на "политике сдерживания" в области энергетики, торговли и общей стратегии НАТО.

В действительности же вырисовывается совершенно иная картина. Хотя Германия участвует в новых санкциях и немецкие офицеры угодили в плен к пророссийским активистам, канцлер предпочитает терпеливо ждать хороших новостей от Путина. С тем же успехом можно смотреть в окно в надежде увидеть комету Галлея (которая появляется раз в 75-76 лет).

В середине марта Меркель обтекаемо отметила, что речь идёт о "принципах и методах, позволяющих учесть сталкивающиеся интересы в XXI веке". Пару недель назад она назвала присоединение Крыма "единичным случаем", отвергнув сравнение с захватом нацистами Судетской области Чехословакии в 1938 году.

Такие заявления вызваны оглядкой Меркель на настроение немецкого общества. Так, один из опросов в этом месяце показал, что 49 процентов респондентов предпочитают видеть Германию посредником между Россией и Западом, в то время как за безоговорочное объединение с Западом высказалось меньшее число - 45 процентов.

Хотя администрация Обамы ясно дала понять, что не собирается защищать не состоящую в НАТО Украину военными средствами, большинство опрошенных немцев выступают против постоянного присутствия сил НАТО в странах-членах альянса, граничащих с Россией. Напомним, символические контингенты американских войск были направлены на прошлой неделе в Польшу и прибалтийские страны.

Обозреватель консервативной газеты "Die Welt" Жак Шустер отметил на прошлой неделе, что в Германии происходит "постепенный отход от западных ценностей" и возврат к "старым призракам срединной земли".

Именно этого и ждёт от немцев Путин. Так почему же Меркель прямо не высказала свою позицию по поводу того, в каком направлении Германии не стоит двигаться?

Вот несколько вариантов ответов:

• Это не в её стиле.
• Она не желает "пугать" общественное мнение (и терять голоса на предстоящих выборах в Европарламент).
• Ответ в виде вопроса: "Когда Америка в последний раз выигрывала войну?". А после отказа от планов нападения на Сирию: "Значат ли ещё что-то "красные линии" США?".

В то же время на официальном уровне не прекращаются уверения в том, что Ангела Меркель искренне и принципиально на стороне США. В действительности большой вопрос, как будут развиваться события, если Обама и в самом деле нацелен любыми средствами превратить Россию в государство-изгой.

Некоторые обозреватели отмечают, что Путин играет на стремлении Меркель к прекращению конфликта. В конце марта её пресс-секретарь заявил, что канцлера проинформировали о сокращении количества российских войск на украинской границе. В российском сообщении об этом телефонном разговоре не фигурировала несуществующая хорошая новость.

В Брюсселе один из высокопоставленных чиновников НАТО прямо сказал мне, что немцы предпочитают наблюдать со стороны за планами средне- и долгосрочных изменений в расстановке сил НАТО для противостояния России.

Что последует за предстоящей встречей Обамы и Меркель? Несомненно, её в очередной раз превознесут как великого лидера, оставив все прочие вопросы в стороне.

На прошлой неделе бывший министр культуры Михаэль Науман сказал мне предельно ясно: "И в прошлом, и сейчас немцы боятся России. И Путин это знает".

США вынуждены противостоять России фактически один на один.

Об авторе. Джон Винокур - бывший ответственный редактор издания "Herald Tribune".

Источник

Эксперт: Россия может обыграть Германию в битве за Кипр

, Росбалт

Бизнесмен, в прошлом член правительства РФ Альфред Кох поделился своим видением ситуации вокруг Кипра. По его мнению, "столкнулись две позиции, два подхода, две философии".

"Первая (назовем ее условно – германская) состоит в том, что в спасении Кипра должны участвовать те, кто от его дефолта страдает больше всего, — написал он на страничке в Facebook. — Тут логика простая, как огурец: когда немецкие банки набрали долговых обязательств Греции и встали перед реальной угрозой банкротства (а значит, немецкие вкладчики этих банков лишились бы своих сбережений), то Германия выделила огромные деньги Греции (при том, что ужасно не хотела этого делать) и спасла Грецию от дефолта. Помимо этого, Германия заставила свои (и не только свои, но и в частности – кипрские) банки реструктурировать (а, по-сути – списать) греческие долги".

В случае с Кипром это означает, что "в спасении Кипра должны принять участие не только ЕЦБ, МВФ и ЕС (и стоящая за ними Германия), но и те, кто больше всего пострадает от дефолта – сами киприоты и Россия с ее компаниями и физ.лицами".

Что касается Кипра и России, то здесь логика несколько иная.

"Они говорят, что спасать должны те, кто довел Кипр до такого состояния, — пишет он. — Основная причина кризиса состоит в том, что кипрские банки, под давлением "тройки" (ЕЦБ, МВФ и ЕС), списали (давайте называть вещи своими именами) греческие долги. По этой причине у них образовалась дырка, которая и поставила их на грань банкротства. Поэтому по логике Кипра и России те, кто заставил Кипр списать греческие долги и должны оказать помощь, выделив кредиты на закрытие дырки в балансе. То есть это все те же Тройка (и стоящая за ними Германия)".

По словам Коха, у каждой из сторон есть свои аргументы. Он добавил, что "тройку" будет устраивать вариант, когда она дает кредит, а Кипр и Россия – "просто безвозвратно дают денег на латание дыры через одноразовое налогообложение вкладов". Кроме того, "тройку" устраивает вариант дефолта Кипра.

"Впрочем, я думаю, "тройку" устроил бы вариант, когда никакого налогообложения вкладов нет, но все деньги дает Россия", — отметил эксперт, добавив, что Россию и Кипр, однако, устраивает лишь вариант предоставления Кипру кредитов без введения единовременного налогообложения вкладов, "причем в идеале, все деньги должна предоставить "тройка"".

"Думаю, реальный вариант состоит в том, что все деньги даст Россия. То есть, в конечном итоге, Ангелика нашего Вову додавит. У него особо нет игры. Если, конечно, не рассматривать экзотические варианты. Но в этом эндшпиле с преимуществом "тройки" есть и для России неплохая игра на перспективу: связать выделение денег с переходом фактического контроля над банками Кипра в руки России через выкуп эмиссии их контрольных пакетов, а также получить преференций в освоении шельфа, — заметил Кох. — Тогда тактическое поражение на первом этапе превратится в стратегический выигрыш, поскольку Россия будет иметь свой собственный офшор внутри не только ЕС, но и зоны евро. Что делает ее серьезным финансовым игроком уже на мировом уровне".