Сообщения
VIA-MIDGARD.INFO
Продолжаем наш рассказ об Императоре Павле I, незаслуженно забытом и оболганном.
Павел I уделял внимание не только армии, но и флоту. За короткое четырехлетнее правление было построено около 20 линейных кораблей и около 15 фрегатов. Это было внушительное пополнение. Многие корабли более ранней постройки прошли серьезный ремонт и еще длительное время находились в составе флота. Огромное значение Павел придавал сохранению и разумному использованию корабельного леса, строго регламентировал процесс строительства кораблей, что позволило вдвое увеличить срок их службы. Одним из новшеств была обшивка корпуса ниже ватерлинии медными листами для предохранения дерева от гниения. Шло активное строительство кораблей, причем гораздо более мощных, чем в предыдущее царствование - 110 - 130 пушечных линейных кораблей. В связи с этим активно проводилась реконструкция верфей и портов в Петербурге, Кронштадте и Севастополе.
Интересно также и развитие архитектуры при Павле. Архитектор и инженер-строитель Н.А.Львов носился с феноменально революционным для девяностых годов XVIII века проектом строительства домов из земли. Павел взял архитектора под защиту и поручил ему постройку по новому способу Приоратского дворца в Гатчине.
«Все строение, - писал Львов, - сделано из чистой земли, без всякой примеси и без всякой другой связи, кроме полов и потолка, особым образом для того устроенных... Главный корпус, сверх фундамента, построен весь из земли, набитой в переносные станки, ни снутри, ни снаружи (кроме окон) не оштукатурен, а затерт только по земле скипидарною водою».
Видимо, в процессе постройки дворца (1798 год, стройка длилась 2 месяца) у Императора, или у Львова, или у них обоих вместе родился план массовой бытовой застройки по землебитному методу.
В процессе экспериментов по внедрению программы землебитного строительства архитектор Львов успел построить в Симоновой слободе несколько землебитных одно- и двухэтажных домов. Они были жилыми до 30 годов XX века, и были снесены при строительстве цехов Московского завода малолитражных автомобилей.
Естественно, что после убийства Императора смелый проект архитектора Львова был благополучно задвинут за печку и извлечен на свет Божий спустя сто с лишним лет сначала в Третьем Рейхе, а затем в Советском Союзе, в виде программ массовой постройки жилья для народа.
Внешняя политика Павла I с самого начала была направлена против Франции, где уже какой год шла революция под знаменами "свободы, равенства и братства". Россия в союзе с Австрией и Англией воевала против Франции, но после того как Наполеон Бонапарт начал расправляться с якобинским наследием и де-факто сам стал монархом, Павел пошел на сближение с Францией. Повод для примирения вскоре появился. Бонапарт выразил желание отпустить на родину всех русских пленных, бывших в руках французов после разгрома корпуса Корсакова. Сближение с Бонапартом зашло настолько далеко, что появился совместный проект вторжения в Индию и изгнания оттуда англичан. Эта дружба двух императоров никак не радовала Англию, которая оставалась за бортом Европы при таком союзе двух мощнейших держав континета, не говоря уже о намечающихся планах вторгнуться в индийские колонии англичан.
Павел неоднократно утверждал, что основа идеологии, суть которой составляют «Свобода, Равенство, Братство», «Права Человека», «Гуманизм» и проч., есть желание навязать Европе «равнение по низшим» (буквальное выражение Императора), что неизбежно, по мере распространения этой отравы, приведет к повсеместной деградации. Павел понял раньше кого бы то ни было, что эти идеи несут в себе определенное мировоззрение, и противостоять им можно только выдвинув свои идеи, которые также несут в себе мировоззрение, свое видение мира. Дряхлеющие монархии, чьи правители, подобно его матери, уже начали пропитываться духом нового прогрессивного времени (так называемый "просвещенный абсолютизм"), не могли противостоять революционной отраве в борьбе за умы. Поэтому для борьбы против либеральной заразы Павел решил выстроить принципиально новый по тому времени тип вождистского государства, основой которого будет иерархия, порядок, справедливость, народное единство и возрождение воинской (рыцарской) касты, объединенной в воинско-духовную организацию орденского типа, с присущими для всех рыцарских орденов церемониями, посвящениями, клятвами и обрядами. По замыслам Императора, на первом этапе Орден должен распространить свои принципы на русское дворянство, дабы вновь превратить его в воинскую касту и вобрать в себя лучших его представителей, а затем распространить его действие на всю Европу. Кроме того, Павел личным указом ввел принципиальное новшество - разрешил доступ в Орден лицам не дворянского происхождения за личные заслуги, ввел в армии для награждения особо отличившихся нижних чинов медали в виде мальтийских крестов («донаты ордена св. Иоанна Иерусалимского»).
«Павел I берет на себя возглавление католическим орденом с титулом великого магистра. И это в нем вовсе не компромисс со своей совестью или безразличие к той и другой религии. Орден мальтийских рыцарей, который привлек его внимание, был исключительно подходящим, как для индивидуально-духовной закалки, так и для просветления Европы. Мальтийцы, ведущие свой род от иоаннитов, — рыцарей-монахов, ставили своей целью дела помощи ближним, но вместе с тем и с оружием в руках защищали европейский мир от неверных еще долго после того, как в Европе исчезло классическое рыцарство»
«Мальтийское орденство, введенное императором Павлом, надо рассматривать под двумя углами зрения: под внутренним, чисто русским, и вторым; универсальным. Первую, русскую идею, вложенную в рыцарство, правильнее всего назвать перерукоположением дворянства. Император Павел Петрович, с его обостренными понятиями чести и долга, веры и верности, никак не мог согласиться, что голый факт принадлежности к высшему сословию ставит человека, действительно, выше всех. Екатерининскому дворянству, шляхетного, польского типа, в особенности нужна была орденская, духовная прививка. Да и в дальнейшем Собакевич и Коробочка, Чичиков и Милюков, Ленин; были по паспорту дворянами, но какой прок России от их дворянства?»
Со сторонниками Павлу всегда было тяжело, а вот противников у него хватало. В фатальный для императора узел сплелись антирусские интересы Англии, никчемные, алчные и привыкшие к халяве царедворцы, и, безусловно, бескомпромиссная темная сила, - масоны, которыми кишели придворные круги.
Петля вокруг Императора постепенно затягивалась, заговорщики работали по всем направлениям - от распространения слухов о сумасшествии Павла и провокаций от его имени до привлечения в заговор его детей - Александра и Константина. Павел не смог выполнить главного условия - новое государство должно устанавливаться новыми людьми, и вынужден был опираться на людей старого времени.
Первоначальная идея заговорщиков - ославить Павла сумасшедшим и на этом основании лишить престола, установив над ним регентство Александра, была ими с течением скорого времени скорректирована - Император должен быть убит. В живых его оставлять было никак нельзя. Авторитет и популярность Павла среди простых людей, среди солдат армейских и гвардейских полков, заранее обрекали на провал любой сценарий заговора, по единому слову Павла или любого верного человека на его защиту тут же бы поднялось несметное множество людей. Распусканию слухов о сумасшествии, извращению приказов и сочинению басен, отводилось огромное значение на всех уровнях заговора. Приведем несколько примеров.
Считается историческим фактом, что на одном из парадов недовольный Павел отдал приказ полку отправляться прямо с парада в Сибирь. На самом деле это не исторический факт, а историческая ложь врагов Павла I. Ни один из историков не смог установить название полка, которому Павел I якобы отдал такой приказ.
Павел, не любил пьяниц. Однажды он заметил, сильно подвыпившего горожанина, идущего мимо дворца. Павел с неудовольствием заметил, что мол, так сильно напился, что прямо идти не может мимо царского дворца, да и шапку мог бы снять, уважение показать. Это было услышано кем надо, и через некоторое время Павел вдруг увидел, что во время сильного мороза перед Михайловским замком стоит толпа людей без шапок, ждут начала часов аудиенций у Императора.
- Почему это люди стоят без шапок? Сегодня же сильный мороз.спросил Павел.
- По высочайшему повелению Вашего Императорского Величества.
- Никогда я этого не приказывал, возразил Павел.
Известен случай, что Павел сильно негодовал, когда узнал о приказе, отданном от его имени об обязательной замене в Петербурге русской упряжи на немецкую.
В качестве несомненного доказательства сумасшествия Павла I приводят будто бы его приказ перекрасить все дома и заборы Петербурга полосами, в те цвета, в которые красились шлагбаумы. На самом деле этот приказ отдал Петербургский губернатор Архаров, правая рука организатора убийства Павла I Палена.
«Все это падает на нашего доброго Императора, писала Императрица Мария Федоровна про этот случай Нелидовой, - который и не думал отдавать подобного приказания, существующего, как я знаю, по отношению к солдатским будкам, но отнюдь не для частных домов. Архаров негодяй».
Совершенно фантастична выдумка о желании Павла, вопреки им же созданному закону о престолонаследии, сделать наследником престола принца Вюртембергского.
В разряд наиболее «безумных» поступков Павла вошла ложь про «бесперспективный» поход казаков на Индию. Но основным автором проекта был Наполеон, а его бездарем в военном планировании назвать трудновато.
И так далее, и так далее про сумасшествие Императора - до бесконечности. В компанию были включены много фигур. Английский посол, сэр Чарльз Уитворт
, который, узнав о сближении России и Франции, писал в Лондон: «Император в полном смысле слова не в своем уме...»
, который, узнав о сближении России и Франции, писал в Лондон: «Император в полном смысле слова не в своем уме...»
И тотчас слух о «безумии» Государя стал распространяться русскими друзьями посла. Н.П.Панин
: «Тирания и безумие», Бальбо 
- посол Сардинского королевства: «Настоящее сумасшествие царя»; С.Р.Воронцов
: «Правление варвара, тирана, маньяка»; П.В.Завадовский
: «Зады Ивана Грозного» и т.п. Результат: «Глас Европы и всего ее народа (!!) слились в одном мнении, что не может долее царствовать сумасшедший».Сам Пален 
описывал свои дела так:
: «Тирания и безумие», Бальбо - посол Сардинского королевства: «Настоящее сумасшествие царя»; С.Р.Воронцов: «Правление варвара, тирана, маньяка»; П.В.Завадовский: «Зады Ивана Грозного» и т.п. Результат: «Глас Европы и всего ее народа (!!) слились в одном мнении, что не может долее царствовать сумасшедший».Сам Пален описывал свои дела так:
«Сперва Александр был, видимо, возмущен моим замыслом. Я не унывал, однако, и так часто повторял мои настояния, так старался дать ему почувствовать настоятельную необходимость переворота, возраставшую с каждым новым безумством, так льстил ему или пугал его насчет его собственной будущности, предоставляя ему на выбор или престол или же темницу и даже смерть, что мне, наконец, удалось пошатнуть его сыновнюю привязанность и даже убедить его установить вместе с Паниным и со мною средство для достижения развязки, настоятельности которой он сам не мог не сознавать. Но я обязан в интересах правды сказать, что великий князь Александр не соглашался ни на что, не потребовав от меня клятвенного обещания, что не станут покушаться на жизнь его отца. Я дал ему слово. Я не был так безрассуден, чтобы ручаться за то, что невозможно. Но нужно было успокоить угрызения его совести: я наружно согласился с его намерением, хотя был убежден в его невыполнимости...»
В Петербурге шла концентрация самой отпетой дворянской грязи, которой предстояло непосредственно участвовать в убийстве. Павел вдруг понял, что он окружен. Он выслал посла Уинтворта, но время было упущено. Даже личную охрану Императора несли уже не преданные ему конногвардейцы, а семеновцы, чьим шефом был Александр и куда были стянуты очень многие заговорщики, хотя и здесь солдаты были преданы Павлу.
Развязка наступила в ночь с 11 на 12 марта 1801 года. Толпа заговорщиков приблизилась к спальне. Между Императором и убийцами встали два камер-гусара, охранявшие двери в опочивальню и, не раздумывая обнажившие сабли. Одного из них убили, а другого тяжело ранили, но он вывернулся и бросился поднимать солдат. Потом лгали, что Павел якобы прятался от заговорщиков, но на самом деле он, проснувшись от криков и лязга сабель отбивавшихся камер-гусар, ждал развязки на месте, пока убийцы выносили двери.
Беннигсен обращается к Павлу с вопросом:
- Согласны ли Вы подписать отречение от престола?
Павел, естественно, отказывается.
- Ты не разговаривай! - кричит пьяный Зубов 
и бьет Павла. Павел отвечает ударом на удар, или, по другим утверждениям, отталкивает Зубова. Зубов бьет Императора золотой табакеркой в висок, и тут же на Павла бросается вся свора. Павел защищался до конца, его, забитого и полумертвого, задушили офицерским шарфом. Согласно «официальной версии» Павел скончался «апоплексическим ударом». Не помогло. Солдаты и народ до конца не поверили. На следующий день небывалый конфуз случился в присутствии нового Императора. Александр показался войскам.
и бьет Павла. Павел отвечает ударом на удар, или, по другим утверждениям, отталкивает Зубова. Зубов бьет Императора золотой табакеркой в висок, и тут же на Павла бросается вся свора. Павел защищался до конца, его, забитого и полумертвого, задушили офицерским шарфом. Согласно «официальной версии» Павел скончался «апоплексическим ударом». Не помогло. Солдаты и народ до конца не поверили. На следующий день небывалый конфуз случился в присутствии нового Императора. Александр показался войскам.
- Да здравствует император Александр! крикнул один из заговорщиков, генерал Талызин. 
Солдаты стояли, не шелохнувшись.
Угрюмое молчание было ответом. Один поддатый офицер громко и радостно сказал, обращаясь к солдатам:
- Радуйтесь, братцы, тиран умер!
В рядах начался ропот. Ему отвечали:
- Кому как, нам неведомо, а нам он был отец родной!
- Какое еще умер?! Убили злодеи!
На последних словах голос солдата дрогнул. По рядам как искра пробежала. Дальше произошло то, что, по словам очевидца, наверняка врезалось в память каждого присутствующего, включая Александра, до конца дней его. Солдаты, выстроенные для присяги, с ружьями «на плечо», оплакивали своего царя.
«В то роковое утро марта 12 дня 1801 года самый воздух, казалось, был наполнен чем-то жутким, и нечто пронзительное, бесконечно трагическое было в этих колеблющихся линиях штыков над шеренгами плачущих гренадер...»
Кто был заинтересован в убийстве Павла I, кроме масонов и Англии, ясно показывает дальнейшая политика Александра I, который восстановил Жалованную Грамоту дворянству и разорвал все контакты с Наполеоном, который не скрывал, что Англия нанесла ему удар в Петербурге.
Таким образом, еще в самом начале XIX века в России началась бескомпромиссная борьба, которая не затихает и по сей день по всей Европе. Да и не затихнет до полной победы одной из сторон - справедливого иерархичного общества, построенного по принципу «каждому - свое» или дегенеративного стада, зараженного идеологией «свободы, равенства, братства». Сейчас мы прекрасно видим правоту императора Павла - до какой степени упадка и нравственной ущербности может дойти общество «равнения по низшим». Мы видим подтверждения предсказаний Императора насчет патологической нетерпимости этого больного социума к любым здоровым проявлениям - ненависти грязи и ущербности к чистоте и идеалу. Император Павел пережил обычную для личностей его масштаба трагедию - он намного опередил свое время, оказался непонятым никем, кроме врагов.
Павлом была предпринята серьезная и продуманная до мелочей попытка создать тип государства, которое много позднее назовут фашистским, корпоративным, национал-социалистическим. Непонятым Императором были выработаны духовные основы идеального общества - народное единство, «аристократизация» не по сословию, а по заслугам, иерархичность, культ воинской доблести, верности и самопожертвования, создание военно-духовной аристократии - Мальтийского Ордена - прообраза СС - это именно то, что должно было сломать хребет «равнению по низшим».
Павел I, безусловно, достоин того, чтобы мы, нынешние продолжатели его дела, чтили его память. В ряду бесчисленных героев и мучеников, сражавшихся и погибших во имя очищения Европы от грязи «равнения по низшим» русский Император Павел I занимает одно из самых достойных мест, а по времени является буквально первопроходцем.
В ночь на 12 марта (старый стиль) 1801 года в Петербурге в собственном дворце заговорщиками был убит 
В день своей коронации, 5 апреля 1797 года, выпавшей на первый день Пасхи, Государь зачитал новый закон о престолонаследии, положивший конец той неопределенности в наследовании трона, которая наступила с петровских времен и привела к череде дворцовых переворотов. И хотя Павлу Петровичу самому суждено было пасть жертвой очередного дворцового переворота, смертью своей он положил конец «случайным царствованиям». Издав закон, согласно которому трон передавался по мужской линии по прямой восходящей, Павел I практически исключил возможность женских царствований и, как справедливо отмечал святитель Иоанн Шанхайский, создал «систему, основанную на принципах, проводимых в жизнь Московскими собирателями Руси и укоренившихся в душе русской».
Заметно изменилось и положение гвардии - гвардейских офицеров решено было превратить из царедворцев в солдат, заставив их заниматься своими непосредственными обязанностями, резко сократив ставший уже ставший привычным для них светский образ жизни. «Образ нашей жизни офицерской после восшествия на престол императора Павла совсем переменился, - вспоминал граф Е.Ф.Комаровский; - при Императрице мы помышляли только, чтобы ездить в общество, театры, ходить во фраках, а теперь с утра до вечера на полковом дворе; и учили нас всех, как рекрут».Естественно, что усиление тягот службы вызвало ропот, недовольство и многочисленные отставки. Не по душе многим офицерам пришлись и указы Государя, вводившие для них личную ответственность за жизнь и здоровье солдат, введение ряда взысканий, сокращение отпусков и запрет делать долги и привлекать солдат для работы в своих имениях.
«Павловская муштра имела до некоторой степени положительное воспитательное значение. Она сильно подтянула блестящую, но распущенную армию, особенно же Гвардию конца царствования Екатерины. Щеголям и сибаритам, манкировавшим своими обязанностями, смотревшим на службу, как на приятную синекуру, и считавшим, что "дело не медведь - в лес не убежит" - дано понять (и почувствовать), что служба есть прежде всего служба, - отмечал известный военный историк А.А.Керсновский. (...)Император Павел несмотря на всю свою строгость и вспыльчивость, любил солдата, и тот чувствовал это и платил ему тем же. Безмолвные шеренги плачущих гренадер, молча колеблющиеся линии штыков в роковое утро 11 марта 1801 года являются одной из самых сильных по своему трагизму картин в истории Русской армии».
Человек глубоко верующий, Император Павел I уделял большие внимание церковной политике. Бюджет расходов на поддержание Церкви и на миссионерскую деятельность был увеличен вдвое, но при этом всякие «подарки» новокрестившимся были отменены. Государь заботливо относился к православному духовенству - поднял его достаток, ввел для него государственные награды, учредил несколько семинарий и духовные академии в Петербурге и Казани. Количество монастырей, бывшее при Царе Михаиле Феодоровиче свыше 1000 и сократившееся к царствованию Екатерины Великой до 385, теперь снова повысилось и дошло до 452. Повсеместно возросла проповедь Слова Божия. При этом заметно облегчилось положение старообрядчества - по инициативе Императора была создана Единоверческая старообрядческая церковь, призванные способствовать преодолению раскола. Как отмечал товарищ обер-прокурора Святейшего Синода князь Н.Д.Жевахов, «отношение Императора Павла I к Церкви было таково, что только революция 1917 года прервала работы по его канонизации, однако сознанием русского народа Император Павел давно уже причислен к лику святых. Дивные знамения, благоволения Божия к Праведнику, творимые Промыслом Господним у его гробницы, в последние годы перед революцией не только привлекали толпы верующих в Петропавловский собор, но и побудили причт издать целую книгу знамений и чудес Божиих, изливаемых на верующих молитвами благоверного Императора Павла I». «...Император Павел Петрович, как любил Церковь Святую, как чтил святые уставы ее и сколько сделал для блага ее. Немногие из Царей русских, подобно Ему, послужили Церкви Божией», - такими словами отзывался об убиенном монархе преподобный Серафим Саровский.
Большое внимание Император Павел I уделял благотворительности и образованию. Указом 1797 г. Императрице Марии Федоровне было велено взять начальство над воспитательными домами, что положило начало благотворительной деятельности «ведомства императрицы Марии», а вскоре было открыто два женских института - Екатерининский и Мариинский.
«Это был человек в душе вполне доброжелательный, великодушный, готовый прощать обиды и повиниться в своих ошибках, - свидетельствует генерал Н.А.Саблуков. - Он высоко ценил правду, ненавидел ложь и обман, заботился о правосудии и безпощадно npeследовал всякия злоупотребления, в особенности же лихоимство и взяточничество. К несчастию все эти похвальныя и добрыя качества оставались совершенно безполезными, как для него лично, так и для государства, благодаря его несдержанности, чрезвычайной раздражительности, неразумной и нетерпеливой требовательности безпрекословнаго повиновения. Малейшее колебание при исполнении его приказаний, малейшая неисправность по службе влекли за собою жестокий выговор и даже наказание без всякаго различия лиц. На Павла нелегко было иметь влияние, так как, почитая себя всегда правым, он с особенным упорством держался своего мнения и ни за что не хотел от него отказаться. Он был чрезвычайно раздражителен и от малейшаго противоречия приходил в такой гнев, что казался совершенно изступленным. А между тем он сам вполне сознавал это и впоследствии глубоко этим огорчался, сожалея собственную вспыльчивость; но, несмотря на это, он все-таки не имел достаточной силы воли, чтобы победить себя».
«Многие современники отмечают молниеносные переходы настроения Павла I от гнева к великодушию: ссыльный офицер, попавший под горячую руку и наказанный несправедливо, мог быть возвращен на следующий день в полк с повышением или с подарком, -пишет современный историк К.В.Григорьев. - Эксцентричность Государя, частая его смена гнева на милость, а иногда и наоборот, были причиной тому, что по количеству анекдотов и историй царствование Павла I может сравниться с царствованием Петра Великого. Эти анекдоты не всегда имеют под собой реальные события, но определенным образом характеризуют настроение общества. Можно отметить, что большинство историй имеют счастливый конец, и не беспочвенно будет предположить, что и в жизни часто торжествовало правосудие».
И если для одних своих современников Император был «безумцем», «деспотом» и «увенчанным злодеем», то для других Государь представал в образе непонятого «Русского Гамлета» и «романтика на троне». По мнению графа Ф.В.Ростопчина, Император Павел I «был равен Петру Великому по своим делам, если бы не умер так рано», а писатель Л.Н.Толстой вынужден был признать что «характер, особенно политический, Павла I был благородный, рыцарский характер». Но, пожалуй, наиболее точную характеристику Государю дал современный исследователь его царствования историк Е.И.Юркевич: «Император Павел... "Страшный в гневе, расточительный в милостях". Аскетичный, благочестивый и набожный, как монах, простой, суровый, подтянутый, как солдат, тонкий ценитель искусств и красоты, как истинный сын эпохи Просвещения. Человек загадочный, романтический, ранимый... Сколько страданий пришлось ему перенести - и душа его, несмотря на припадки гнева и ярости, осталась чистой, светлой и благородной, лишь окрепшей, пройдя через многие испытания. Жизнь Императора Павла - это постоянная борьба с угнетавшими его последствиями многих лет одиночества, бездействия, отчуждения - гневливостью, подозрительностью, придирчивостью... Эта борьба - показатель его истинно христианского духа - страждущего и величественного».