Мельниченко: «Подниму 200 тысяч сельчан и пойду с ними к Путину»

66.ru

Василий Мельниченко рассказал Порталу 66.ru, почему у него не получилось конвертировать интернет-популярность во встречу с президентом страны, а также объяснил, каким образом собирается раскрыть главе страны глаза на происходящее на селе.

Больше года назад Василий Мельниченко взорвал Рунет своим заявлением о том, что «уровень бреда превысил уровень жизни в России». Сразу после этого мы встречались с фермером — тогда ему (да и нам) казалось, что успех совсем близко и президент Владимир Путин вот-вот встретится с Василием Мельниченко. Но нет…

— Когда мы с вами общались в последний раз, вы очень хотели попасть к Путину, а не вышло.
— Наверное, еще не время было.

— Вы прогремели достаточно громко, к вам ездили со всей страны, а потом этот интерес, словно пена, сошел на нет. Не обидно, что этот всплеск не привел к какому-то ощутимому результату? 
— Нет, конечно, не обидно. Это раз. Второе — в принципе никакой особой надежды и не было, что тот информационный повод даст какой-то результат. Я считаю, что наша цель — чтобы правительство в конце концов поняло, что сельские территории нельзя обезлюживать. Хотя я все больше убеждаюсь, что чиновники делают все, чтобы уничтожить села.

К примеру, регулярно повышая тарифы, как будто бы проверяют жизнеспособность производителей: ага, вот вы при 4 рублях на киловатт еще работаете — ну-ка вам сделаем 5 рублей. Или регулярно дорожают минеральные удобрения. В результате отечественная продукция потихоньку исчезает с прилавков магазинов.

— Я тут картошку в гипермаркете покупал — в наличии только из Египта. — Здесь и удивляться нечему, потому что вот я бы мог, допустим, выращивать не 2 тысячи тонн, как в прошлом году, а 10 12 тысяч тонн. И меня бы цена в 7 рублей за килограмм вполне устроила. Но государственная аграрная политика направлена на то, чтобы мне невыгодно было при любой цене работать, а в конце концов и вовсе закрыть производство.

— Получается, вам не удалось хоть на шаг приблизиться к цели? 
— Ни на шаг. Для того чтобы на шаг приблизиться к цели, надо, чтобы мы все осознали, что никакие письма, никакие совещания, никакие экономические форумы, никакие иннопромы нас не приблизят к тому, чтобы мы имели базу для развития. Это может стать только единый протест, требование. Каждое село, каждая деревня, каждый обреченный город должны осознать и понять, что надо всем людям выйти на улицы, пересчитаться и пойти в Кремль.

— Кто вас не пускает к Путину? 
— Никто не «не пускает» — просто нету дороги. От чьего имени я приду? Один? Уже один Бабкин ходил, один Плотников ходил — это ничего не дало.

«Каждое село, каждая деревня, каждый обреченный город должны осознать и понять, что надо всем людям выйти на улицы, пересчитаться и пойти в Кремль».

— Тогда непонятно, зачем вообще нужно к нему идти, если это все равно не приводит к реальному результату. 
— Надо идти! Обязательно! Должны пойти представители народа. Я призываю людей: надо нам собраться (пусть 100 200 тысяч будет)…

— Погодите, это же нереально — 100 тысяч собрать, 200…
— Почему нереально? Всё реально.

— То есть вы призываете к революции? 
— Нет. Я призываю к разговору с высшей властью.

— Когда 300 тысяч придут — разговора не будет. 
— Как раз будет!

— Они просто снесут власть полностью. 
— Да нет, неправда…

— Вы говорите, что надо пойти к президенту, объяснить ему суть проблем. 
— Надо.

«Надо узнать у Путина: хочет или нет он изменить жизнь села в лучшую сторону».

— Но ведь уже ходили и объясняли ему. И вроде бы как нормально это делали.
— Нормально объяснили.

— Может быть, Путин против? 
— Надо у него узнать: хочет он или нет изменить жизнь села к лучшему. Я хочу верить в это и допускаю то, что Путин просто ждет поддержки народа. Настоящей поддержки народа!

— Вы говорите, чтобы вышло 200 300 тысяч человек…
— Ну хотя бы!

— В деревнях живет — ну, тысяча — это если большая деревня.
— Да, в одной.

— Так это надо поднять 300 деревень! 
— И что?

— Да нереально!
— Реально.

— Все-таки вы революционер, получается.
— Ну какая же это революция! Это обычные кадровые перестановки, не более того.

— Революционер — поднять народ и пойти в Кремль.
— Другого выхода нету.

— Это же… как же это сейчас называется? Есть у нас закон еще…
— Экстремизм? Ни в коем случае! Даже близко нету, что вы. Мы настолько болеем за страну, мы настолько хотим и желаем помочь президенту, что даже рядом со словом «экстремизм» мы не стоим. И не желаем.

— Вы в Путина-то пока верите еще? 
— По должности его — я обязан верить. Конечно, я бы хотел, чтобы он дело сделал, а не «верить — не верить». Верить можно в Бога. В президента нет смысла не верить, президент обязан работать, а мы — как своего слугу — должны его прийти и спросить. Если надо — штаны спустить — и по заднице ремнем дать, как любому слуге.

«За год уровень бреда вырос еще на 15 процентов».

— Все-таки вы экстремист.
— Да нет у меня никакого экстремизма! Тут и рядом не стояло! Путин же сам сказал: я слуга своего народа.

— Вы стали широко известны после своей знаменитой фразы о том, что «уровень бреда превысил уровень жизни». Как сейчас с этим дела обстоят? 
— Стало только хуже. Уже где-то процентов, наверное, на 15 дальше пошел уровень бреда. Он растет и растет. Разве это не уровень бреда, когда с мая запретили в личных подворьях держать скотину? Вы можете себе такое представить, что мы могли до такого дожить? Вы вырастили, допустим, теленка, теперь для того чтобы вам его продать, вы должны нанять специализированный транспорт, чтобы отвезти его на сертифицированную бойню. После этого вы должны получить документы, что правильно перевезли, правильно забили, все ветеринарные и другие справки — и только после этого я имею право куда-то привезти и продать. Вы можете себе представить, что это такое, допустим, если специализированный транспорт есть только в Екатеринбургском мясокомбинате, а я живу в Верхотурье?

Фермеры в шоке! Я держу, к примеру, 80 голов скота, а что я теперь должен с ними делать? Всё, я пропал. А если еще взял кредит? У меня даже в залог это никто не возьмет. Да вообще я пропал! То есть я вынужден это ликвидировать и становиться обыкновенным русским мужиком безработным. Это есть целенаправленная государева политика на ликвидацию любого вида производственной деятельности в глубинных территориях России.

Это идет к тому, чтобы народ потихоньку переехал в двадцать мегагородов. Это для того, чтобы очистить территорию от людей. Так проще жить, так проще работать. Сильная армия, куча городов и территория сдается в концессию разным мегакомпаниям. Возмущаться будет некому, стройте что хотите и никаких не надо очистных сооружений. И территория России будет такая: торчат лишь нефтевышки.

Швейцарский коммунизм и гибель России - две реальности. Мельниченко

Василий Мельниченко о тяжелой экономической и политической ситуации в сегодняшней России, по поводу чего "Федеральным сельсоветом" объявляется чрезвычайный съезд 5 марта 2016.
Съёмка и монтаж - Александры Агеевой
sotavisiontv@gmail.com

Швейцарский коммунизм и гибель России - две реальности. Мельниченко

www.youtube.com

Василий Мельниченко о тяжелой экономической и политической ситуации в сегодняшней России, по поводу чего "Федеральным сельсоветом" объявляется чрезвычайный съезд 5 марта 2016.
Съёмка и монтаж - Александры Агеевой
sotavisiontv@gmail.com

Уральский фермер Мельниченко: Правительству нужен доктор - чтоб хоть клизму поставил

www.nakanune.ru

Уральский фермер, руководитель сельхозпредприятия Галкинское в Свердловской области Василий Мельниченко на Московском экономическом форуме раскритиковал федеральное Правительство, губернаторов и мэров, передает корреспондент Накануне.RU.

Он отметил, что "у нас в России лет 20 все делают деньги, никакой другой продукции не делается, а у нас в деревне все, что больше тысячи - уже миллион".

По его словам, ни мэры, ни губернаторы не ужимаются в пользу народа - местные власти не  сокращают зарплату, более того, оставляют себе премии.

"Антисанкции мы ввели по лоббированию 200 агрохолдингов, которые если бы не подняли цены в 2014 году, обанкротились бы все. Не дайте им [Западу] титан, алюминий и никель - вот это было бы ощутимо", - сказал он о действиях Правительства.

Из-за сокращения кредитования после поднятия ставки ЦБ аграрии терпят бедствие.

По его словам, экономике и Правительству нужен доктор - "хотя бы клизму поставить".

"Что мы за народ - ни коммунизм развалить, ни капитализм построить. Занимаются власти у нас не народосбережением, а сохранением капиталов", - в своей ироничной манере посетовал Мельниченко.

mirnov.ru

За мешок удобрений - в тюрьму?

Сопредседатель Общественного движения народов российской земли «Федеральный сельсовет», член Комитета гражданских инициатив и просто фермер Василий Мельниченко рассказал «Миру новостей» о странностях российской аграрной политики.

- Медведев подписал указ о выделении сельхозпроизводителю 35 млрд рублей...

- Это прекрасно. Прекрасно, что делают вид, что помогают. Только с учетом инфляции получается почти в 1,5 раза меньше денег, чем в прошлом году.

- Наверное, денег нет у государства?

- Да что вы! Денег у государства полно! Обвалили рубль, получили сверхдоходы, огромные деньги в бюджет за счет обнищания населения просто так свалились!

- Почему же тогда селу денег не дают?

- Правительство реализует программу «20 мегаполисов» - двадцать крупных городов будут жить и развиваться, остальные города - как придется. И никаких сельских территорий! Власть считает, что село нерентабельно - выгоднее собрать несколько миллионов в одном месте, так дешевле строить дороги, проводить коммуникации. Сельчан вынуждают вымирать или переезжать в город: дороги в селе не строятся, больницы закрываются.

- А как же импортозамещение?

- За счет агрохолдингов. Из выделяемых из федерального бюджета денег 99% идут сельхозолигархам. Вы думаете, антисанкции придумали, чтобы Европе нос утереть? На самом деле антисанкции - это сговор правительства и олигархов, которым надо было задрать цены. Они договорились с правительством, чтобы запретить европейскую продукцию. Результат вы можете увидеть в магазине - цены взлетели в среднем в два раза. «Воруй и ври» - вот лозунг сегодняшней власти.

- А на Западе сельхозолигархи не вертят своими правительствами как им захочется?

- На Западе вообще их нет - там только мелкие и средние производители. Правда, в США есть крупные птицефабрики. А знаете, почему у нас в России крупные агрохолдинги растут как на дрожжах? Потому что у нас не нужны никакие очистные сооружения - яму вырыл и говно туда лей. Где-нибудь в Германии или Франции такое позволят? Там олигархи на очистных сооружениях сразу разорятся.

- Но, может, наше правительство пока не знает, что на местах такое творится?

- Как не знает? Это была госполитика - с начала 2000-х по 2006 год специально банкротили бывшие совхозы, расчищали «площадку» под сельхозолигархов. У нас в Камышловском районе Свердловской области, например, было 17 совхозов, преобразованных в ООО. Из них 13 были ликвидированы. Вместо них построили один огромный свинокомплекс на 200 тыс. голов. Населению обещали рай. Получился и правда рай - только свинячий.

- Но ведь наверняка идут налоги в бюджет, современные рабочие места?

- Какие места? Жить невозможно. Вы представляете, как воняет? Двести тысяч свиней - и до деревни один километр.

- Жители жалуются в администрацию района?

- Жалуются. Господу Богу. Вокруг деревни ставят кресты. Так пытаются защититься от вони. Приходят к крестам, встают на колени и молятся. А жаловаться чиновникам какой смысл? Если возле вашего дома какой-нибудь олигарх Дерипаска построит свинарник, вам помогут жалобы?

- Там, где строят огромные свинокомплексы, обычно уничтожают свиней в подсобных хозяйствах под видом борьбы с АЧС. У вас в районе еще чуму не нашли?

- Пока нет, но уже было предупреждение. Хотя сегодня уже не обязательно объявлять чуму, чтобы уничтожить частника. По новым законам, чтобы зарезать и продать свинью, я ее должен привезти на сертифицированном автотранспорте на сертифицированную бойню. В СССР на каждый район было по две-три бойни для населения, у нас эти бойни недавно закрыли, теперь я должен свинью везти на мясокомбинат за 100 км. И еще и сертифицированный транспорт с мясокомбината нанять. А потом мне мясокомбинат скажет: мы у тебя мясо возьмем только по 60 руб. как третью категорию. В итоге мне перевозка свиньи обойдется в пять раз дороже, чем за нее заплатят.

- То есть у себя во дворе не можете свинью забить и на рынке продать?

- По новому закону, который вступает в силу с 1 мая, уже нет. Сейчас пока еще можно забить и на рынке продать - там ветеринар проверит. Вот и получается, что с мая население перестанет держать коров, свиней, гусей и так далее. Выращу я свинью, 100 кг мяса, куда мне его девать? Съесть? Или тридцать гусей. Или двадцать литров молока каждый день.

- А зачем тогда землю гектарами населению обещают раздавать?

- Не знаю. Разводить скотину смысла нет. Сертифицированный транспорт у крупных агрохолдингов, то есть у тех же олигархов. Удобрения уже не можешь по закону привезти. И здесь нужен сертифицированный транспорт. И он тоже у олигархов, производителей удобрений. Их у нас несколько в стране, и все - в Лондоне. Минеральные удобрения выросли в цене в три раза. Почти все удобрения продают в Китай, а российский производитель вносит только 20% удобрений от нормы, потому что денег на них нет. В результате почва истощается и гибнет.

- Какой штраф, если купишь мешок удобрений и повезешь его в багажнике своей машины?

- Это не штраф, это тюрьма. У нас минеральные удобрения приравниваются к особо опасным веществам. То есть если везешь на своем транспорте, значит, ты террорист. Кстати, в Европе такого закона нет. Там на чем хочешь вози - хоть на легковушке, хоть на тракторе.

- Как вы на своей ферме выживаете при таких законах?

- У меня довольно большая кроликоферма - в месяц я продаю больше тысячи тушек. Сертифицированное производство, своя бойня, замкнутый цикл. Но если бы у меня было поголовье меньше пяти тысяч кроликов, то сертифицировать производство было бы невыгодно.

- То есть государство не дает шансов выжить тем, у кого сто или даже тысяча кроликов?

- Получается, что так. Если куры - надо держать не менее пяти тысяч. Только тогда станет выгодно сертифицировать. В СССР все было по-другому: были пункты приема, куда каждый крестьянин мог принести и сдать мясо, шкурки. Поэтому личные подсобные хозяйства процветали - в каждом дворе были как минимум куры, кролики. У многих свиньи, коровы. Я был директором совхоза в советское время, и мы были обязаны пускать по деревне машину с цистерной. К машине выходили сельчане и сливали в цистерну молоко из бидонов.

Сказать честно, молоко было очень разнородное, некоторые в него известку для объема подмешивали. Поэтому собирать это молоко особенной выгоды не было, мы его все равно пускали только на выпойку телят. Была такая политика - поддерживать крестьянина. В сельсовете даже держали человека, ответственного за развитие ЛПХ. На каждую деревню мы от совхоза обязаны были выделять осеменатора. А теперь корову заведешь - как ее осеменять? Где осеменатора брать? Звать за сто километров? Какой осеменатор поедет?

А потом говорят - в СССР не хватало продовольствия. А сейчас его хватает? Производим на 70 млн человек, а живет 140 млн.

- Вам с вашими кроликами агрохолдинги, наверное, не мешают?

- Мне китайцы мешают. Вроде бы ужесточение всех законов, но при этом китайской продукцией забиты все магазины. Те же китайские кролики лежат на прилавках под видом российских, но наши стоят 500 руб., а китайские - 300 руб. Только наш кролик диетический, а от китайского будет аллергия.

- Кредиты вам доводилось брать?

- Нет. Кредиты банки дают фермерам под 25-30% годовых, 14,86% покроет государство, еще 10-15% останется. Сельхозпроизводителю и этого не вытянуть. Почему не дать денег напрямую? Мы давно это предлагаем. При чем тут банк? Мне сейчас звонят из нашей Свердловской области: уже организовали контору по распределению медведевской помощи нашим фермерам. На каждый рубль присосалось десять посредников.

- Многие ждут, что благодаря кризису отношение власти к мелкому и среднему производителю изменится. Вы такие надежды питаете?

- Если человек заработал рубль, у него уже появилось человеческое достоинство. А зачем властям такие люди нужны? Им нужны безработные, убогие, безвольные. То есть реализуется предательская стратегия - чтобы народ не работал, вымирал и правильно голосовал. Если человек ничего не делал год, два, три - это конченый человек. И таких у нас миллионы, они уже ничего не могут. Сидят, яйца парят, смотрят телевизор, крепят скрепы духовные.

Аделаида Сигида

Фото РИА «НОВОСТИ», FOTOBANK.COM