Александр Арцибашев: «Верю в силу русского крестьянина»

Беседа с председателем Общественного совета по возрождению российских деревень, сопредседателем Союза писателей России

- Александр Николаевич, вы давно известны как один из ведущих экспертов по сельскому хозяйству. Причем знаете положение дел не только по статистическим отчетам, но сами постоянно бываете в крестьянских хозяйствах. Сегодня первый вопрос у нас такой - в связи с обострением международной обстановки, связанной с возвращением Крыма в состав России, против нашей страны Запад ввел ряд санкций, и, как знать, не коснутся ли они и поставок продовольствия из-за рубежа. Как, по вашему мнению, выстоим?

- Очень странно, что в комментариях о последствиях санкций, которые может применить Запад, не обращают внимания на продовольственную безопасность. Напомню, что мы закупаем за рубежом примерно треть продовольствия от нашей потребности. И если будут введены санкции в продовольственной сфере, это может больно ударить по нашей экономике, хотя голод нам не грозит.

От правительства уже в течение почти четверти века я слышу одно и то же: надо уйти от импорта продовольствия в таком объеме. Пока, конечно, ничего опасного нет, да и за многовековую русскую историю наш народ повидал всякого: и глад, и мор... 20% нашей территории ежегодно подвергается каким-то природным напастям - или зальет, или засушит, или еще что-то произойдет...

- Земледелие на большой части нашей страны всегда было рискованным.

- Согласно летописям, из последних 700 лет 200 были голодными, то есть каждый третий год был неурожайным. Но русский народ выжил, и это говорит о том, что он всегда руководствовался пословицей: на Бога надейся, а сам не плошай. Даже не в столь далеком прошлом, в XX веке, мы порой подмешивали в хлеб лебеду. Старики могут это подтвердить. Тем не менее, шутили: это не беда, что в хлебе лебеда, две беды - когда ни хлеба, ни лебеды.

- Сколько же нам требуется продовольствия, чтобы обойтись без лебеды?

- Весь объем продовольственного рынка России оценивается экспертами примерно в 300 млрд долларов. Но там - все, включая и алкоголь, и табак. Официально, согласно статистике, доля импорта составляет 50 млрд долларов. Но я считаю, что объем импорта значительно больше, потому что очень большой процент контрабандных поставок. Бывший министр сельского хозяйства Алексей Гордеев признавал, что, в частности, 300 тысяч тонн мяса поступает в Россию контрабандным путем.

Нынешний министр сельского хозяйства Николай Федоров, отчитываясь в Госдуме о работе своего ведомства, заявил, что закупки за рубежом составляют: по зерну - 1,2% от объема потребления, картофеля - 3%, овощей - 12%, сахара - 4,6%, масла растительного - 16%, мяса - 25%, молока - 21%, фруктов и ягод - 60%. Кстати, за прошлый год импорт вырос: по молоку на 44%, а по подсолнечному маслу - на 5,5%.

- Из каких стран поступает к нам продовольствие?

- Мясо, в основном, идет из Бразилии, Аргентины, Китая, Австралии. Молочная продукция - а это преимущественно сухое молоко, из Франции, Германии, Голландии... Ягоды - из Венгрии, Румынии, Польши...

- Ну, и какие страны-поставщики могут грозить нам санкциями?

- Не думаю, чтобы, скажем, Китай, Бразилия или Аргентина прислушались к Вашингтону. А вот Новая Зеландия, Австралия...

- Австралия уже "прислушалась".

- Но больше всего меня удручает то, что продовольствие, которое к нам поступает, низкого качества. На этикетках можно увидеть, что в составе любого продукта, даже булочки, по несколько наименований Е-компонентов. Это - разрыхлители, красители, консерванты и т.д. Далеко небезопасные для нашего здоровья. Подсчитано, что на каждого человека в России этой самой "химии" приходится по 3-4 кг в год. Медики отмечают у нас значительный рост желудочно-кишечных заболеваний, а по продолжительности жизни Россия на 107 месте в мире. Есть над чем задуматься.

- Такое положение, думаю, складывалось годами. Собственно, в нашей стране никогда не было продовольственного изобилия...

- В советское время в России насчитывалось 25 тысяч колхозов и совхозов. К 1991 году была создана мощная материально-техническая база агропромышленного комплекса. Считаю, что тогда мы приблизились к тому, что называется культурным земледелием. И надо было это все обрушить! Были омертвлены основные фонды сельского хозяйства на сотни миллиардов долларов. Начиная с двухтысячного года, мы опять вкладываем огромные деньги в развитие тех же производств. Да нам никогда не хватит никаких ресурсов - это сизифов труд!

Хотя сказать, что нынешнее сельское хозяйство совсем в разрухе, нельзя. Худо-бедно, но 90 млн тонн зерна собираем. Поправили дела в птицеводстве, производим куриного мяса даже больше чем в советское время - около 3 млн тонн. Чуть улучшилось дело в свиноводстве, хотя ситуация с африканской чумой выбивает из колеи.

Что-то делается - но! Если в советское время на развитие АПК выделялось 20% госбюджета, то сегодня только 1%. И, кстати, даже эти деньги, по моему мнению, не все доходят до товаропроизводителя.

За минувшие годы развалена такая отрасль, как молочное животноводство. В 1990 году поголовье коров только в колхозах и совхозах составляло 17 миллионов, сейчас - 3 миллиона. Вырезали... Вот у нас очень много защитников живой природы, но я не слышал, чтобы кто-то заступился за корову.

Не нашли ничего лучшего, чем закупать за рубежом по 100-200 тысяч коров. В России было примерно 30 пород своего скота (холмогорская, ярославская, сычевская, тагильская др.), все они почти уничтожены. Ставку сделали на голштинских коров - мол, больше дают молока. А где оно? Свою племенную работу забросили. И молока производили 60 млн тонн, ныне - около 30 млн, но, замечу, с учетом личных подсобных хозяйств. А если говорить о бывших колхозах и совхозах (сейчас они называются сельскохозяйственными кооперативами), то там производится всего 18 млн тонн молока.

За последние годы, когда был объявлен национальный проект развития АПК, только в молочное животноводство вложили 13 млрд рублей, но поголовье коров продолжает уменьшаться, производство молока тоже. Даже по стакану натурального молока на ребенка не наберется.

Разрушена такая важная отрасль, как льноводство. Одеваемся в синтетику, а лен, который испокон веков возделывали на Руси, в загоне. В начале XX века Россия производила половину всего льна в мире, но к концу этого столетия снизила производство более чем в пять раз.

Развалено и картофелеводство. У нас 90% картофеля производится "под лопату" - в личных подсобных хозяйствах. Это несортовой картофель. Приведу для сравнения такие цифры. Если в 1990 году под картофелем в колхозах и совхозах было занято 2 млн гектаров, то сейчас в сельхозкооперативах - в десять раз меньше. Вот потому и вынуждены завозить 5 млн тонн "второго хлеба". Из Белоруссии, Польши, Израиля, Египта...

Кожевенная промышленность тоже уничтожена. Носим обувь импортную. Я видел, как кожи просто выбрасывались на свалки: невыгодно было сдавать. Овцеводство в упадке: было 100 млн голов, осталось 25 млн. А оленеводство? И в советское время были сложности с тем, как принимать продукцию у оленеводов, - кожи и мясо на самолетах вывозили из тундры. Это было накладно. А сейчас северяне предоставлены сами себе. И не скажу, чтобы что-то менялось к лучшему...

- Государство, получается, не видит, что происходит на его великих просторах.

- Я вот уже полвека колешу по России-матушке. Побывал в тысячах хозяйств, напитался крестьянской боли столько, что не могу молчать. Идут века, меняется политическое устройство, а крестьянин влачит жалкое существование. Когда министр сельского хозяйства Николай Федоров отчитывался в Госдуме, депутаты задали ему немало трудных вопросов. Почему, скажем, госпрограмма развития сельского хозяйства, разработанная на 2007-2012 годы, не выполнена по многим показателям? Опять крестьяне залезли в долги на сумму около 2 триллионов рублей. А как можно развиваться, если такая огромная задолженность? К тому же еще и проценты набегают. И сейчас опять ждут, как и в советские времена, что государство спишет эти долги. Но так же нельзя хозяйствовать! И деревня потихонечку, потихонечку опустевает и опустевает... Академик Заславская, покойная ныне, работала над проблемой так называемых неперспективных сел и деревень, из 143 тысяч она предлагала оставить только 29 тысяч. И многие деревни погибли. И продолжают гибнуть. Естественно, уменьшается и сельское население. В Приволжском федеральном округе, например, оно сократилось за пять лет на 10%.

- И что же делать с нашей деревней?

- Это очень серьезный вопрос. Пытаюсь понять мотивы нашего руководства. Министром сельского хозяйства был Алексей Гордеев, он по специальности железнодорожник. Затем назначили Елену Борисовну Скрынник, она медик. Нынешний министр Николай Федоров - юрист...

Где же фигура масштаба Петра Аркадьевича Столыпина, который бы взял на себя все вопросы, связанные с сельским хозяйством? Я много лет проработал в Центральном государственном архиве древних актов, исследовал крестьянский вопрос. На стыке XIX и XX веков в России тоже задумались: что делать с нашей деревней? И в 1902 году были созданы две государственные комиссии по изучению обстановки на селе. Одну комиссию возглавил министр финансов Сергей Витте, она занималась нуждами сельхозпромышленности. А вторую - товарищ (заместитель) министра финансов Владимир Коковцев. За короткий срок по всей России, в губерниях и уездах было создано свыше 600 комитетов, которые предметно изучали проблемы, выслушивали крестьян, выдвигали свои предложения.

- Эти документы сохранились?

- Да, они есть в архивах. Все вопросы были изучены предметно. Этим занимались лично губернаторы, в том числе Столыпин. Когда он возглавил правительство, пошла аграрная реформа. И вот итог: в 1913 году в закромах России было 86 млн тонн отборного зерна, по его экспорту мы соперничали тогда с Канадой и США. Но самый главный результат работы этих комиссий заключался в том, что деревня воспрянула - это видно по всем показателям. С 1897-го по 1914 год население России увеличилось со 128 млн до 165 млн человек - за столь короткий срок, который вполне сопоставим со сроком наших демократических реформ. Вот что значит - обратили внимание на землю.

Любое государство после войн начинало подъем экономики с наведения порядка на земле. Одно из моих предложений, которое не требует никаких финансовых затрат, состоит в том, что надо перетряхнуть как следует "пыльный мешок" местных чинуш. Заелись! Нужны свежие силы, которые разобрались бы в крестьянских проблемах. И занялись земледелием. Вот для чего я и привел аналогию с комиссиями Витте и Коковцева. Не хочу идеализировать прошлое, но здесь есть над чем задуматься.

- Кадры всегда решают все.

- Естественно. Но для меня интересен не только тот факт, сколько чего кто вырастил и собрал, а что у крестьян творится в душах. Вдумаемся: Господь Бог положил под ноги человеку все, что ему нужно для жизни. Это тоненький плодородный слой земли, примерно 30 см. Это вода пресная. Это воздух. Посеет крестьянин зерно весной, осенью соберет урожай, и может год жить. И так - из века в век. Это и есть, как сейчас говорят, "возобновляемые природные ресурсы". А мы увлеклись только нефтью и газом, бурим скважины на тысячи метров. Полетели в космос с непонятными целями. Кстати говоря, за небольшой отрезок времени захламили его так, что в течение ближайших лет полеты туда станут невозможными, говорят ученые. Спрашивается: почему мы летаем так высоко, а на землю свою не обращаем внимания?

- Наверно, одно другому не мешает, но есть все же задачи первоочередные. Какие именно, на ваш взгляд?

- Нужно в первую очередь навести порядок с землей. В России 220 млн гектаров сельхозземель, в том числе 120 млн га пашни. У кого она в руках, не могут разобраться. А есть закон: если земля три года не обрабатывается, ее можно изымать. Ни у кого не изъяли. Надо провести инвентаризацию земель. Вторая задача - рынки сбыта. Крестьяне сегодня не могут сбыть продукцию, потому что в городах все крупные магазины, в основном, - иностранные. Они заинтересованы в продвижении своей, импортной, продукции. Это камень преткновения для развития отечественного производителя.

Очень серьезный вопрос - возрождение сельскохозяйственного машиностроения. Россия всегда была аграрной державой и должна производить технику сама. Ситуация такова: мы сегодня закупаем за рубежом примерно 50% техники. Это хорошие машины, долговечные, безотказные. Крестьянину на посевную нужно всего 10-15 дней. И на уборочную - приблизительно столько же. Очень важно, чтобы эти 10-15 дней комбайн молотил каждый час. Если он простоит в борозде хотя бы один день, - это уже большие потери урожая. Потому на селе и предпочитают импортную технику.

- Но у нас же было немало мощных заводов по производству сельхозтехники...

- Многие из них остановлены. Износ основных фондов в целом составляет 50-70%. Есть и такой показатель: выпуск высокотехнологичной продукции. Так вот, по сравнению с советским временем, он снизился в девять раз. Как известно, в нашем экспорте сырьевые ресурсы занимают две трети. Продукция машиностроения занимает всего 5%.

- А сельское хозяйство?

- Ну, что вы?! О каком экспорте сельхозпродукции можно говорить? Известно: чтобы не закупать импортные продукты, нам нужно производить по тонне зерна на человека, то есть 140 млн тонн. Но поскольку порезали коров, у нас остаются излишки зерна, вот и стали их продавать за рубеж. Иначе, как абсурдом, это не назовешь...

Теперь давайте посмотрим на импорт - тут как в зеркальном отражении: 50% машиностроительной продукции, примерно 15% продовольствия, 10% лекарства и т.д.

- Весь мир втянут в процесс глобализации. Идет обмен: импорт-экспорт. Наша беда в том, что мы слишком много закупаем вместо того, чтобы больше производить самим. И попадаем в определенную зависимость от тех, кто нам продает.

- Совершенно верно. До тех пор, пока Россия будет в мировом распределении производства заниматься только сырьевыми ресурсами, то есть быть, по сути, колонией Запада, у нас ничего не изменится. Почему только разговоры о модернизации, а самой модернизации нет? Кто мешает развивать сельское хозяйство? В частности, и молочное животноводство. Кругом столько лугов и пойм, обилие кормов! А стадо все меньше и меньше... Причина проста: производство молока и говядины убыточно. Судите сами: молоко у крестьян закупают всего по 15 рублей за литр, а в магазине продают в три раза дороже! Так же и с говядиной: в последние годы закупочная цена - 92 рубля за килограмм (живого веса скота). А в магазинах это мясо стоит уже 300-400 рублей! Мне фермеры звонят и говорят: ну, как при таких ценах мы можем работать?

У нас фактически вся переработка продукции, торговые сети в руках нескольких крупных иностранных компаний, которые и диктуют цены.

- Вы считаете, что именно в этом корень зла?

- Отчасти так. Все хотят жить за счет крестьянина. Надо уйти от монополии этих компаний. Развивать собственные торговые сети, в частности, продуктовые рынки. Во многих городах сейчас колхозные рынки, где продавалась отечественная продукция, закрыли. А была ведь и широкая сеть магазинов потребительской кооперации, тоже разрушена... Так что, повторю, надо развивать свои торговые сети, иного не дано.

Есть и еще одна проблема, требующая решения. У нас ни в одном законе нет слова "почва". Законодательно почвы не защищены. А нынешние крестьяне хозяйствуют по принципу: кто во что горазд, хотя должны сеять любые культуры согласно почвенным картам, соблюдать правила севооборота.

Между тем, насчитывается свыше 30 видов деградации почв - засоление, заболачивание, опустынивание и т.д. Это мировая проблема, по данным ООН, опустынивание затрагивает 3,3 млрд га, или - 25% всей суши. Для сравнения: весь лесной фонд России составляет 1 млрд га. А земель у нас, которые подвержены опустыниванию, почти половина - это 100 млн га. Недавно почвенный институт Россельхозакадемии выпустил трехтомник анализа состояния почв в России. Картина, увы, нерадостная. Требуется создание федеральной почвенной земельной службы. Где брать кадры - агрономов, землеустроителей? В России 100 вузов сельскохозяйственного профиля, но только 5% выпускников едут на село. Там нет никаких условий: жилья, дорог, школ, больниц...

Мне как-то попался в руки дореволюционный справочник, в котором перечислялись поименно все агрономы России, около 10 тысяч человек. Каждый агроном был на учете. И можно было прочитать, какое у агронома образование, сколько лет в должности, указаны уезд и губерния. Сейчас такого справочника в России нет.

А недавно минэкономразвития внесло в правительство законопроект вообще об отмене категорий земель, в частности сельхозназначения. Для чего это делается? Чтобы легче было продавать. Землю, захваченную олигархами, они как горячий блин из одной руки в другую перебрасывают, перепродают, и не знают, что с ней делать. С пашней в России - хаос! Заросло лесом 40 млн гектаров, и никому до этого дела нет.

Мне очень жаль русских крестьян...

У нас в советское время было занято в сельском хозяйстве 8 млн человек. Сейчас при деле осталась примерно десятая часть. Большинство бывших колхозников копается на своих приусадебных участках.

- Часто приводят цифры, что в Америке только 4% населения занимаются сельским хозяйством.

- Это сказка давно рассказывается. А кто скажет - сколько у американского фермера наемных рабочих? Глава фермы один, но на него работает полсотни - сто человек.

...Очень важный вопрос - использование мелиоративных земель. Мелиорация с латыни переводится как улучшение. У нас 8-10% всей пашни - это были мелиоративные поля с двойной функцией: осушения и орошения. А в Америке, Китае, Германии, Индии - 30-40%. Если бы мы использовали по-хозяйски свои мелиоративные земли, то могли бы на треть увеличить производство зерна, картофеля, овощей и т.д. В 60-х - 80-х годах прошлого века на мелиорацию были потрачены колоссальные деньги, но сейчас, к сожалению, 60% мелиоративных систем пришли в негодность. В правительстве понимают, что мы не можем обойтись без мелиорации. Разработана программа восстановления этих земель. При этом все деньги уходят на то, чтобы поддержать в рабочем состоянии то, что было. А когда же доведем орошаемый клин до 40% - как в Америке?.

- А кто у нас отвечает за мелиорацию?

- Есть один человек в минсельхозе. Согласно нацпроекту развития АПК в 2007-2012 гг., было введено всего 0,5 млн га мелиоративных земель. Это мизер. Написали новую программу до 2020 г., деньги выделяются маленькие, и отдача будет соответствующая. Вот по Приморскому краю скажу, здесь в советское время было 60 тысяч га мелиоративных земель, к 2005 году оставалось 3 тысячи га. Сейчас тратят деньги на возрождение рисоводства. Получается: отцы создают что-то, а дети разрушают. Сегодня в Приморском крае мелиоративные земли сдали в аренду корейцам, китайцам. Но и они используют только небольшую часть плантаций, остальные в запустении.

- Сибирь до революции была житницей, продавала много зерна, в том числе и в Америку. Сегодня есть комплексная программа развития Сибири, включающая и сельскохозяйственную программу. Какие перспективы ее реализации вы видите?

- В 2001 году я проехал на спецпоезде от Москвы до Дальнего Востока. Поездка была посвящена 100-летию Транссиба. Ехали губернаторы, министры, журналисты... Остановки длились по 10-15 часов. Была возможность поговорить с людьми. В итоге я написал очерк "Удержит ли Россия Сибирь?". То есть уже тогда, 13 лет назад, было тревожно... На то время из 30 млн населения Сибири и Дальнего Востока уже треть выехала. Сельское хозяйство более-менее развивалось в Тюменской, Омской, Новосибирской областях, в Алтайском и Красноярском краях, а вот за Иркутском шли пустые поля... Там нет ни коров, ни зерна, ни овощей - все завозное, китайское.

...Надо вплотную заняться строительством на селе. В 1989 году в составе АПК России насчитывалось 8000 строительных организаций, ПМК (передвижные механизированные колонны). Среднегодовая численность работников превышала 1,5 млн. Каждый год на селе вводилось жилья по 500-800 кв. метров на тысячу человек. Прекрасные коттеджи на двух хозяев. Сегодня строек почти нет. Куда приехать молодому специалисту? А владельцы крупных агрохолдингов не желают строить жилье, редко кто из них раскошеливается. Правда, есть государственная программа развития территорий, на строительство жилья выделяются солидные средства. Я видел, как воплощается эта программа, в частности, в Ступинском районе Московской области, где за пять лет получили квартиры около 300 семей. Побывал в акционерном обществе "Аксиньино" (это бывший колхоз). Хорошее хозяйство, там построили дом на 12 семей. Для колхоза это немало. Стоимость двухкомнатной квартиры 2 млн рублей, сами крестьяне заплатили всего 600 тысяч, остальное - государство. Вот у этого хозяйства есть будущее.

- До революции Россия держалась на индивидуальных хозяйствах, если не ошибаемся.

- Ну как же, на индивидуальных! А 100 тысяч помещичьих усадеб, в которых работало много крестьян, - это что, индивидуальные хозяйства?! Целыми деревнями нанимались к помещикам на работу. Через помещичьи хозяйства на село шла сельхозтехника, новые породы скота и т.д. Если это появлялось у помещика, то через год-другой - у зажиточных крестьян.

Сталин понимал, что единоличники не смогут ни новую технику освоить, ни породами скота заняться. Создав колхозы, он подтянул сюда всю науку и технику. А что сделал Ельцин в 1991 году? Он обрушил колхозы и совхозы. Да, они создавались насильственно, но также насильственно были и разрушены.

Опять был сделан расчет на единоличника. А как же этот фермер будет подпитываться наукой?

Сейчас на селе есть и индивидуальные хозяйства, и кооперативы, и ЗАО, и ООО, фермерские, личные подсобные хозяйства. Но между ними нет кооперации, даже в пределах одного района. Поэтому все и маются, а государство самоизолировалось, отстранилось от села.

- А кушать каждый день хочется...

- Ситуация в мире с продовольствием будет только обостряться. Население земного шара каждые полвека удваивается. Земля может прокормить примерно 15 млрд человек, но к концу века будет около 20 млрд, а 1 млрд голодает уже сегодня. Что делать? Ученые бьют тревогу - в мире бактериальный шторм, переход на ГМО, прочую химию. Почти все птицефабрики в мире поражены инфекциями, перепробовали уже все антибиотики для лечения птицы. Закономерный вопрос: какое будет качество мяса? Продовольственная сельскохозяйственная организация ООН ФАО предупреждает: заболеваний скота и птицы будет все больше и больше, уже сейчас в 70% случаев источник болезни людей - животные.

Роспотребнадзор не в состоянии проверить все продукты, поступающие на рынок. Нет системы. Мы должны стремиться к тому, чтобы у нас в каждом районе была высокотехнологичная лаборатория, которая бы могла проверить мясо. Только в Казани могут сделать анализ на коровье бешенство да еще, кажется, во Владимире. А в Москве такой лаборатории нет. Рынок, по сути, бесконтрольный. Мы должны идти к тому, чтобы, как на Западе, в каждом муниципалитете была лаборатория.

- Но в России, как известно, немало хозяйств, работающих по безопасным технологиям.

- На моем родном Урале в Ирбитском районе есть два отличных колхоза - "Килачевский" и "Урал", первый возглавляет Анатолий Сергеевич Никифоров, второй - его брат, Валерий Сергеевич. В том и другом хозяйстве по 6000 голов скота. Каждое ежедневно отгружает на молококомбинат по 50 тонн молока, производят много зерна, мяса. Я был в этих хозяйствах, писал о них. Почему они остались, а другие развалились? Потому что умные руководители не распылили земли и кадры.

Другой пример - СПК "Подовинное" в Октябрьском районе Челябинской области. Производят по 50 тонн молока в день, 30 000 тонн зерна ежегодно, есть стадо в 6000 голов, Грамотно руководит этим хозяйством Сергей Петрович Мельников.

Много лет дружу с фермером Сергеем Петровичем Фетисовым из деревни Плотское Думиничского района Калужской области. У него 150 голов крупного рогатого скота, он выращивает 2000 тонн товарного картофеля. Рядом живут и трудятся два его брата. Фермер Фетисов производит сельхозпродукции на 16 млн рублей в год.

В городе Кушва Свердловской области побывал на заводе по переработке молока, который называется "Молочная Благодать". Возглавляет это частное предприятие Юрий Александрович Жуков. Практически 100% производимых здесь молока и молочных продуктов - экологически чистые! Завод ежедневно принимает от хозяйств 200 тонн молока. Как ни пытались подмять под себя иностранные фирмы завод - держится! Через этот завод идут инвестиции в сельское хозяйство, Жуков дает деньги крестьянам на посевную, на уборочную, под молоко. И закупочные цены держит такие, чтобы было более-менее выгодно. Чем не пример?

В Московской области есть прекрасные хозяйства: "Зеленоградское" Пушкинского района, "Наросановское" Одинцовского района, "Дашковка" Серпуховского района. Побольше бы таких! Государству надо помочь конкретным производителям продукции.

Летом был на Алтае. Там нет пустующих земель. Край сегодня дает примерно 10% российского зерна. Много коров, не знают, куда свои сыры девать. Что это за феномен такой, Алтай? А суть в том, что в конце XIX - начале XX веков переселились сюда крепкие мужики из России. Слабый за 3-4 тысячи верст не отважился бы поехать искать свободные земли. Молодая поросль крестьян - под стать отцам и дедам.

...И, конечно, нам нужно избавиться от разворовывания госбюджета на всех уровнях. Деньги должен получать тот, кто непосредственно производит сельхозпродукцию. Сейчас вроде бы в этом направлении минсельхоз и пошел. Выделяет субсидии погектарные, этот показатель не очень мне нравится, но все-таки... И второе: дают субсидии на производство молока и мяса, хотя деньги выплачиваются просто смешные....

- Александр Николаевич, невеселую картину вы нарисовали... Каков же итог нашего разговора?

- Итог таков: санкции, которые Запад может применить к нам, принесет ущерб ему самому. Пока у нас есть свой хлеб, пока у нас 8 млн коров (включая скот в личных подсобных хозяйствах), пока народ "под лопату" еще обеспечивает себя картошкой и овощами, пока у нас 1 млрд га лесов, где есть и грибы, и ягоды, санкции нам не страшны. Да, мы закупаем одну треть продовольствия, но две трети все-таки - свое! У нас 9% пахотных земель от мировых, и из этих пахотных земель 60% - черноземы. У нас 20% мировых запасов пресной воды. Нам унывать просто грех. И надо делать все, чтобы аграрно-промышленный комплекс заработал в полную силу.

Я оптимист. Не устаю говорить крестьянам: не ищите плохого в селе, а ищите в себе. Почему на Западе нет ни в чем дефицита? Там люди стремятся к работе, а у нас от работы отворачиваются - от высших чиновников до дворника. Отсюда и нищета.

Считаю, что крестьянский труд - это самое богоугодное дело. Скажете - слова, слова... Ну вот я на своем дачном участке выращиваю в год тонну картошки, килограммов триста капусты, столько же моркови, свеклы, а также лук, чеснок, ягоды, яблоки, груши, сливы... Все семье легче.

Иной раз задумаюсь: откуда у меня, северянина, тяга к земле? Вырос на Урале, где скалы, тайга да болота. Зимы от Покрова до самой Троицы. Хлеб тут не сеют. А кедры на скалах - в три обхвата, им не меньше 500 лет. Занесет на камни крупинку земли, потом другую, потом еще и еще, И за века вырастают такие исполины. Вот что такое сила земли! И я верю в силу русского крестьянина.

Беседу вели Валерий Панов и Алексей Тимофеев

Источник

Владимир Милосердов: «Пора отдавать долги деревне»

- Владимир Васильевич, становление СССР как могучей державы начиналось с индустриализации. Благодаря ей мы одержали победу в Великой Отечественной. Что касается продовольствия, с ним в Союзе всегда были проблемы...

- Не надо забывать: та же индустриализация осуществлялась за счет деревни, ее человеческих, материальных ресурсов. В "закрома Родины" забирали все, что давали поля и фермы. Лишь постепенно появилась возможность отдавать ей долги. С 1965 по 1988 год сюда было направлено около триллиона рублей. Тех, полновесных, когда зерноуборочный комбайн стоил всего лишь 38 тысяч. Ежегодные инвестиции составляли около восьмидесяти миллиардов рублей.

На селе росли объемы производства. Была введена гарантированная оплата труда. Почти каждый второй труженик имел специальность механизатора, токаря, слесаря, а три четверти работающих - высшее и среднее образование. Широкое распространение получили научно-производственные объединения, которые оперативно внедряли на полях и фермах передовые технологии, перспективные сорта зерновых культур, высокопродуктивные породы скота.

- Если все складывалось так хорошо, то почему же оказалось все так плохо? Страна с преобладавшим сельским населением, стояла в очередях за мясом, колбасой.

- Многие политики, особенно "перестроечной волны", винят в этом колхозы и совхозы. Дескать "агрогулаги", "черная дыра", сколько ресурсов ни давай, все идет прахом. Сельхозпроизводство, действительно, не отвечало растущим потребностям общества. А поправить дело с помощью все новых финансовых вливаний было трудно.

- Почему?

- Причин много. Разбалансированность отраслей агропромышленного комплекса, несогласованность, подчас противоречивость их целей, неэквивалентный обмен между городом и деревней. С 1975 по 1986 год фондовооруженность АПК выросла в два с лишним раза, оплата труда - почти на семьдесят, а производительность - только на 35 процентов. Энергозатраты на тонну зерна, картофеля, овощей увеличились в полтора-два раза. В основном из-за дороговизны горючего, техники. В то же время качество последней не улучшалось. Скажем, кпд трактора ДТ-75 по сравнению с ДТ-54 повысился всего на три, а цена - на 65 процентов. Комбайна "Дон-1500", пришедшего на смену СК-4 - в 2,2 и 9,6 раза соответственно. Возникли те самые "ножницы", которые стригли сельскую экономику, не давали ей развиваться.

С приходом к власти Михаила Горбачева в системе управления АПК началась его перманентная перестройка. Агропромышленным производством последовательно управляли министерства и ведомства, комиссия Совета Министров, Госагропром СССР, снова комиссия... Из-за этой чехарды отрасль в течение нескольких лет оставалась, по сути, неуправляемой.

- Население раздражал дефицит продовольствия. "Колбасные" электрички из провинции в Москву породили немало горьких шуток и анекдотов.

- Однако в СССР потребление мясных, молочных продуктов на душу населения было примерно вдвое-втрое больше нынешнего. Другое дело, что предложение не успевало за спросом. В стране росла оплата труда. К 1987 году у рабочих и служащих она увеличилась по сравнению с 1970 годом на 66 процентов. Потребление мяса в расчете на одного человека - более чем на треть, молока - на одиннадцать процентов.

Дефицит во многом объяснялся относительно низкой стоимостью продуктов питания. Розничные цены оставались неизменными больше четверти века. В то же время покупательная способность, повторяю, росла. В 1965 году на приобретение десяти килограммов мяса человеку со средним достатком надо было затратить примерно двадцать процентов месячного оклада, а в 1987-м - меньше десяти процентов.

Разницу между фактическими затратами и ценой в магазине покрывало государство. Дотация на один килограмм говядины составляла три рубля, сливочного масла - 4,8 рубля, литра молока - восемнадцать копеек. Поставляя населению продукты питания на 120 миллиардов, страна затрачивала 160 миллиардов рублей. Это искажало действительную стоимость товара, деформировало структуру национального дохода. И, конечно, занижало показатели эффективности аграрной сферы.

Душевое потребление мяса колебалось от 31 килограмма в год в Узбекистане до 81 в Латвии и 86 килограммов в Эстонии. Молока, соответственно - от 155 до 416 и 434 килограммов. Поскольку вся эта продукция дотировалась государством, значит, где больше потребляли, там фактически население получало большую компенсацию. Выходило, что каждый житель Эстонии имел примерно на четыреста рублей - прежних, полновесных - больше, чем житель Узбекистана.

- Республики Прибалтики поставляли в общесоюзный фонд значительную долю продуктов животноводства. Это породило тогда у некоторых тамошних политиков споры о том, кто кого кормит.

- Как было на самом деле? Государство закупало зерно и выделяло республике, области. В частности, Эстонии - ежегодно 1,2-1,3 миллиона тонн концентрированных кормов. В существовавших международных ценах - на 180 миллионов рублей. За такие деньги можно было тогда купить по импорту около 190 тысяч тонн говядины или 280 тысяч тонн свинины. А сколько мяса давала стране Эстония? Всего 69 тысяч тонн. Зачем эти перевалки, расходы на транспорт. Лучше было закупать за рубежом не зерно для скота, а непосредственно мясо. Тогда избежали бы лишних трат.

Еще одна причина дефицита продовольствия - сокращение сельского населения, личного подсобного хозяйства. Только в Нечерноземной зоне России производство молока по этой причине уменьшилось на 2,5 миллиона тонн. Чтобы восполнить потерю, надо было бы завести 870 тысяч коров, приставить к ним 65 тысяч работников, затратить 2,5 миллиарда рублей на строительство ферм. Плюс корма для скота, зарплата животноводам.

Специалисты предлагали привести цены в соответствие с общественно необходимыми затратами. То есть, повышать розничные цены на продукты питания. Тогда бы заметно выросла доля АПК в национальном доходе, улучшилась его экономика. Но Генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Андропов заявил, что повышение цен - не наш путь. Не захотел заниматься этой проблемой и Михаил Горбачев. Ему было не до села и его проблем. Уходил или отмахивался от конкретных шагов, решений.

Мы с коллегами представили М. Горбачеву предложения: закупочные, розничные цены повысить. Высвободившиеся средства направить на развитие перерабатывающей базы. Населению выделять адресные дотации, исходя из медицинских норм потребления мяса, молока. Остальное продавать по реальной стоимости.

Михаил Сергеевич с предложениями и расчетами согласился. Вскоре поехал отдыхать на юг. И в Краснодаре, перед партийными, хозяйственными руководителями Северного Кавказа должен был "озвучить" эти замыслы на всю страну. Актив состоялся. Увы! В речи генсека столь важный вопрос был опущен. Оказывается, перед началом совещания к нему прибыл один из его приближенных. Нашептал: если о повышении цен заявите - навредите своей популярности...

- Сегодня аграрный сектор, как и государство в целом, идут другим путем. А в программе социально-экономического развития до 2020 года говорится, что Россия станет самой привлекательной страной для проживания.

- Слышал и раньше похожие заявления. Может, помните: "Партия торжественно провозглашает: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме". Где эта партия, где коммунизм? В так называемые "нулевые годы" рост ВВП России составлял семь-восемь процентов. Это давало возможность правительству делать гражданам социальные подачки, хоть немного снижать уровень бедности. Сейчас рост упал до полутора процентов. Власть пытается растянуть денежную заначку, в надежде, что возвратятся высокие цены на энергоносители.

Оставаясь сырьевым придатком Запада, Россия рискует скатиться на задворки мировой экономики. Поэтому нужны новые механизмы развития. Агропромышленный комплекс может стать локомотивом, который вывезет страну на путь процветания. Особенно в условиях нарастающего мирового продовольственного кризиса. Располагая огромными площадями пашни, почти четвертью запасов пресной воды планеты, мы имеем все шансы выйти в крупнейшие экспортеры продовольствия. На первом этапе - хотя бы обеспечить им свой народ.

- Только ведь и в XXI веке деревню продолжают нещадно обирать...

- А силы ее уже не те. Посевные площади уменьшились на сорок миллионов гектаров. По территории - две с половиной Франции. Втрое сократилось поголовье скота, в пять-семь раз - машинный парк, в шесть раз - использование минеральных удобрений. Нет на селе нормального жилья, водопровода, газификации. Закрываются школы, медпункты, детские сады, библиотеки, клубы.

Ежегодно с карты России исчезает около тысячи сел, а свыше четырнадцати тысяч опустели, по сути, это призраки. В 34 тысячах сел проживает от одного до десяти человек. Провалена госпрограмма развития АПК и регулирования рынков продовольствия на 2008-2012 годы. Все эти пять лет отрасль фактически обеспечивала лишь простое воспроизводство. Почти не обновлялась материальная база. Импорт продуктов питания удвоился и составил свыше сорока миллиардов долларов.

- В чем, на ваш взгляд, основные причины?

- Их много, начну с основной. "Пока не будет решен земельный вопрос, до тех пор нельзя помышлять о возрождении России", - полагали депутаты второй, дореволюционной Государственной Думы. А он не решен и поныне. Более того, обострился. Правительство не знает, где у него, сколько и каких угодий. Ими практически распоряжаются органы местного самоуправления. Плодородные пашни пускают под элитную застройку, поля для гольфа, другие объекты подобного рода.

Рейдеры отнимают у крестьян луга и пашни, банкротят успешные сельхозпредприятия. А принимаемые теперешней Государственной Думой законодательные акты якобы в защиту главного богатства страны не работают. Одобрен и многократно корректировался закон "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", но цивилизованного оборота не было, и нет. Крестьянин не может распорядиться своим наделом. Зато чиновники, депутаты имеют в собственности по тридцать и более участков.

- Многие методы хозяйствования, управления, в том числе и на селе, требовали реконструкции.

- Не спорю. Экономику того же АПК надо было реформировать. Но осторожно, с учетом накопленного опыта. А как поступили Борис Ельцин и его команда? Не придумав ничего лучшего, обратились за помощью к США. Оттуда с готовностью хлынул поток "доброжелательных" советчиков. У главного нашего приватизатора, непотопляемого менеджера всех времен и народов Анатолия Чубайса, их были десятки. Теперь уже официально признано, что среди них было немало сотрудников спецслужб.

Заморские гости получили доступ на все, в том числе секретные, объекты. Егор Гайдар и его кабинет беспрекословно выполняли рекомендации этих консультантов. С их помощью готовились программы развития экономики, в том числе АПК. В ход пошли идеи, заложенные в печально известной программе "500 дней" Григория Явлинского и его соавторов. Предлагалось приватизировать основную часть земель, перерабатывающую промышленность, создать не менее четырех миллионов фермерских хозяйств. Без этого, якобы, не может быть обновления общества, возрождения села. Между тем, в самой Америке давно идут по пути не дробления, а укрупнения сельхозпредприятий.

Страны "третьего мира" все больше разочаровываются в либеральном капитализме. А экономический блок нашего правительства взял его за основу. Руководящие посты занимают люди некомпетентные, зачастую далекие от практических дел. Агропромышленным комплексом несколько лет "рулила" кардиолог Елена Скрынник. Эту карьеру она закончила с известным громким скандалом, связанным с хищением казенных средств.

Случай, к сожалению, не единичный. Многие высокопоставленные госчиновники, парламентарии, губернаторы занимаются собственным бизнесом. Но еще Петр Столыпин говорил, что нельзя любить чужое, как свое. Экономика страны в упадке, а капиталы управленцев - бизнесменов удваиваются каждые пять лет, сто десять наших миллиардеров владеют 35 процентами активов России.

С ликвидацией государственной системы закупок, потребительских кооперативов крестьяне стали жертвами криминальных структур. Они не допускают их на рынок, диктуют кабально низкие цены. Спекулянты-посредники забирают основную часть выручки. Доля селян в затратах на производство конечной продукции составляет пятьдесят процентов, а доля прибыли - всего двадцать. Не остается средств на обновление машинного парка, модернизацию отрасли. Зарплата в деревне вдвое ниже средней по стране.

- Россия мучительно долго добивалась членства в ВТО. Теперь использует возможности этой организации?

- Пошлины на ввозимые к нам товары, в том числе птицу, молоко, лекарства, обувь, текстиль ниже согласованных с Всемирной торговой организацией. Только за шесть месяцев года минувшего, по сравнению с соответствующим периодом 2012 года, импорт порошкового молока увеличился на 47,7, мяса - на 13, кукурузы - на 66 процентов.

Наши переговорщики ценою немалых усилий отстояли для села финансовую поддержку выше предусмотренной ВТО. И что же? На 2013 год она была запланирована в размере 42 процента согласованного с этой организацией. В 2014 году составит 47, и только в 2018 году - более девяноста процентов.

Зачем же было копья ломать? Не лучше ли добиться уступок по другим направлениям? На момент вступления в ВТО по отношению к России действовали 94 ограничительные меры. Отменены лишь пять из них. Опять же, большие финансовые потери для бюджета.

- На селе остро не хватает инженеров, экономистов, ветврачей. Между тем, согласно закону "Об образовании", закрывают малокомплектные школы.

- Я сам заканчивал десятилетку в тамбовской глубинке в годы войны. В выпускном классе нас было десять человек. Голод, разруха, нищета. Но власти не помышляли о ликвидации малокомплектных школ. Понимали: стране нужны грамотные кадры. Мои одноклассники стали агрономами, врачами, руководителями предприятий, учеными.

В стране была широкая сеть вузов, культурно-просветительных учреждений. В союзных республиках работали академии наук, отраслевые НИИ. Теперь наука академическая, прикладная, влачит жалкое существование. Резко сократилось ее финансирование, а также специальных книжных и журнальных издательств. Многие из них перестали существовать, либо выживают за счет средств самих авторов.

Закрываются НИИ. Ученые, прежде всего молодежь, не находя себе дела на родине, отбывают за границу. Институты превратились в "дома престарелых". Но западные советчики не удовлетворились тем, что выгребли в России производственные секреты, важные открытия. С помощью разного рода грантов оставили "на плаву" особо для них важные исследовательские центры. Чтобы завладеть и тем, что еще в замыслах ученых. Находясь, по сути, на содержании Запада, они вынуждены платить своими открытиями.

И в этой связи кажутся особо циничными заявления некоторых высокопоставленных чиновников, прежде всего, министра Дмитрия Ливанова. Дескать, наука перестала быть эффективной. Обескровили, унизили, растоптали, теперь еще и упрекают!

- Вы были директором ВНИИ экономики, труда и управления в сельском хозяйстве. Что конкретно, в постсоветский период, сделали для села?

- Не шли по течению, не пытались просто "встроиться в систему". Искали направления, способные скорректировать аграрный курс, противостоять организационному и экономическому разрушению отрасли. Так, вместе с прежним губернатором Егором Строевым взялись за модернизацию АПК Орловской области, создали его рыночную модель. С внутренними коммерческими расчетами, с интеграцией в общественное производство личных подсобных хозяйств. Опыт оказался удачным, его изучают во многих регионах, а Минсельхоз России рекомендовал к широкому применению.

Труд крестьянина во многом зависит от капризов природы. Засухи, наводнения, пыльные бури корректируют его планы не в лучшую сторону. А сезонность не позволяет использовать машины, оборудование с максимальной отдачей. Скажем, комбайн работает 10-15 дней в году. В то время как станок на заводе - триста дней. Причем в две-три смены. Иными словами, АПК не может конкурировать с другими отраслями. Потому нуждается в господдержке. В странах Европы, например, она составляет сорок процентов себестоимости продукции. На гектар пашни фермеры Норвегии получают от государства 3,5 тысячи долларов, Финляндии - 1,6 тысячи, Швеции - 800 долларов, США - двести долларов.

Там понимают: продукты питания - стратегический ресурс, первейшая потребность человека. Окажись страна в экономической блокаде, лишись она импорта продовольствия, ее легко поставить на колени. Тут уж не помогут ни танки, ни ракеты. У наших партнеров по Таможенному союзу, в Казахстане, Белоруссии господдержка АПК составляет пятнадцать-восемнадцать процентов. В пределах шестнадцати процентов была она и в СССР. Сегодня, в России - меньше одного процента. Западный фермер получает кредиты под один-два процента годовых. Наш - под 15-18 процентов.

Президент США Франклин Делано Рузвельт в годы "Великой депрессии" ввел мораторий на фермерскую задолженность, конгресс принял закон о ее рефинансировании. Был устранен неэквивалентный обмен между городом и тамошним селом. Это постепенно преобразило сельское хозяйство, ставшее одним из самых эффективных в мире. Списали долги своим крестьянам Азербайджан и Китай...

А что же современные наши реформаторы? Герман Греф, будучи главой Минэкономразвития, заявлял: "Точка зрения, что государство должно расширять присутствие в экономике и взять под опеку какие-то отрасли, является неандертальской". Итоги реализации такой, с позволения сказать, доктрины, известны. Как уже сказано, ВВП России за двадцать лет увеличился всего на семь процентов. Чего же добились за эти годы "неандертальцы", по классификации Г. Грефа? ВВП Китая вырос в 5,3 раза, Вьетнама - почти в четыре, Индии - в 3,3 раза.

Поймут ли все сказанное те, кто сегодня рулит нашей экономикой, аграрным производством?

Беседу вел Александр Платошкин

Источник

Важно, что в сельскохозяйственном производстве вложения требуются многократно меньшие, чем в промышленности. Особенно важно, что необходим переход на естественные методы хозяйствования без применения химикатов, синтетических удобрений и гербицидов. Прекрасные результаты даёт безпахотное земледелие, биодинамическое сельское хозяйство... Наши земли во многом успели отдохнуть от "интенсивных" методов хозяйствования, когда капуста или морковь на поле обжигали рот (сам свидетель), выращенные на  буквально субстрате из удобрений и всякой химической дряни. Самое время возрождать сельское хозяйство на новых (хорошо забытых) основах. И ни каких ГМО, ни какой химии! У нас есть шанс сделать землю здоровой и оздоровиться самим! 

Сколько таких деревень по земле нашей, где люди доживают свой век...дай им Бог.

Корни любой цивилизации произрастают из деревни. Эти корни питают древо жизни, они глубоки и невидимы. Они незримо присутствуют в нас в виде древних образов и архетипов, несмотря на то, что жизнь бурно устремилась в города… Перед вами очерк о русской лесной деревне Чухраи, затерянной в брянских лесах и во времени. 

Главное в доме – матушка Русская Печь. Она накормит, и обсушит, и спать уложит. Вот почти каждый день ранним утром валит дым из трубы, да танцуют на стенах избы красные блики. Это варится еда для себя и скота, на углях печется хлеб, на лежанке сушатся яблоки и травы. Печь к тому же и лечит: кости прогреет и хворь вытянет.

Утро в лесной деревне. Вокруг раздается птичий хор, удивительно слаженный с криками петухов и мычанием коров. В воздухе чувствуется легкий запах дыма от русских печей… Надо сказать, что я подолгу жил рядом с деревней на лесном кордоне, но появлялся в Чухраях часто, изучая и снимая эту самобытную жизнь. Сначала местные жители очень удивлялись моему странному для них занятию, а сам фотоаппарат с объективами они смешно называли «прибатурией». Но уже через пару месяцев я стал как бы «своим», даже мог ночевать в любом доме, а саму фотокамеру они уже не замечали…

В небольшой русской избе нет лишних вещей, аскетизм и в еде: суп с картошкой и жареным салом. В углу обязательны иконы, а утром и вечером – молитвы перед ними. На стенах – фотографии родственников, живых и умерших. Наверное, такая патриархальная изба – это маленькая вселенная – корабль жизни человека, переживший много бурь, – и на его борту очень уютно и тепло.

Идут ли часы? В доме единственные часы, да и те постоянно останавливаются, но это не беда. Всё здесь подчинено природным и суточным ритмам. Жизнь размеренная и простая, городскому человеку может показаться даже скучной.

Восходит солнце: кот прохаживается в сенях – ожидает хозяйку, вернее – миску с молоком. Потом он снова отправится спать на сеновал.

Утро на крыльце у избы. Так выглядит летняя обувь, но в ходу больше резиновые сапоги…

За околицей деревни – мир дикой природы, но четкой границы нет, она размыта. Сейчас пасутся коровы, а рано утром здесь можно увидеть косуль, дикие кабаны совсем не бояться людей, от них даже приходится защищать огороды. Список гостей из леса можно перечислять долго: лоси, волки, лисы, хорьки, ласки, ястребы-перепелятники, медведи…

Деревня в утреннем тумане. Конечно, сама простота жизни, оторванность от «большого мира» и близость к дикой природе, делают этих пожилых людей открытыми, простыми в общении, даже наивными. Жизнь в деревне – неспешна и порой созерцательна. И какой-то удивительный благостный дух витает над этим местом.

Сотни лет наши предки перемещались с помощью лошади. На снимке: поездка в соседнюю деревню. Хозяйка не тратит время даром – по дороге собирает лекарственную траву – зверобой. Даже в конце лета, лошадь и людей ещё атакуют комары. Для них – эта пойменная лесная местность – почти идеальное место обитания.

Мать-лосиху убили браконьеры, лосенок прибился к стаду коров и попал в деревню. На снимке: лосенок ожидает свою утреннею порцию молока.

Дойка коровы.
И хотя содержать корову очень трудно, но без неё – ещё труднее. Это животное дает не только молоко, но и возможность удобрять землю огорода навозом, и поэтому получать стабильно хороший урожай овощей. Интересно, что холодильника в избе нет. Вместо него – ведра с холодной водой, куда в стеклянных банках ставят молоко. А далее это и сметана, и простокваша, и творог, и сбитое хозяйкой – необычно вкусное сливочное масло. Молоко добавляют в тесто для выпечки самодельного хлеба в русской печи, молоком поят телят, дают его всем домашним животным

Если хозяина нет, всё приходится делать самой – заготавливать и колоть дрова, косить и убирать сено, управляться с лошадью.

Осенние работы в огороде. На снимке: перенос тыквы в погреб. Местные жители не употребляют слово – урожай, а говорят – земля уродила. Это уважение к земле как к матери всего растущего на ней.

Серая мухоловка сделала гнездо прямо в старом лапте. Десяток видов диких птиц гнездятся рядом с деревенским двором 

У деревенского колодца.

Местные жители моются в деревянных бочках. Случается это нечасто, всего несколько раз в году, перед большими церковными праздниками.

Вода греется в печи, первым моется хозяин, потом хозяйка. На снимке: за процессом мытья внимательно наблюдает поросёнок.

Брод на лесной реке Нерусса.

Молодой кот возвращается домой с добычей по ограде деревенского двора.

Деревня Чухраи находится в пойме реки Нерусса, и во время весеннего паводка вода может залить деревню, поэтому все дома строились на возвышенности. Не случайно любимая здесь обувь – резиновые сапоги.

По этим дорогам – сани зимой, а телега – летом, – лучший транспорт. Долгие годы в деревню можно было попасть только на тракторе или хорошем вездеходе.

Самая трудная работа в году – это заготовка сена.

Траву надо не только скосить вручную косой, но и просушить её на солнце, потом – собрать в копны, и после уплотнения в них сена, перенести в стог. Далее этот стог надо доставить во двор. На это уходит очень много времени и энергии. К тому же, вечером и утром – «кусаются» комары, которые во влажной лесной зоне активны всё лето, а днем – атакуют слепни и оводы…

Косят утром, по росе. Главное – острая коса, поэтому каждые десять минут производится заточка инструмента, ну и при этом – короткий отдых.

Чтобы дождь не пробил, копна делают повыше. Позже, когда сено уплотнится, можно свозить или оттаскивать копны в стог или на сеновал.

Последствие бывшего колхоза – мощное коллективное начало заставляет жителей регулярно собираться не только для работы, но и просто – обсудить новости. Можно сказать, что эта лесная деревня – одна большая семья, где каждый имеют общее со всеми мировоззрение, взгляды и мысли.

Во дворе курица склевывает комаров и слепней прямо с коровы.

Здесь обитают и дикие существа. Так, навоз очень привлекателен для ужей – как «инкубатор» для их яиц. Часто сюда заползают и совсем незваные гости – гадюки.

Хозяйство позволяет жителям деревни быть автономными и не зависеть от внешнего мира. Свиное сало, картофель, куриные яйца, коровье молоко – основа питания. И как дополнение к рациону в тёплое время – разнообразные овощи и зелень, ну и конечно, дары леса – ягоды, грибы. В лесных низинах вьется хмель – составляющее местного самогона. Без самодельной водки не обходится ни одно событие в деревне, это – чухраевская валюта – эквивалент труда.

Весна и начало лета – пик комаров. Удой молока резко снижается.

От комаров страдают все. Новые и новые полчища этих насекомых прибывают с окрестных болот – и от них нет никакого спасения.

Хороший способ защиты от комаров – залезть в лужу с грязью и обмазаться ею. Потом можно и подремать на солнышке… Наличие свиньи, а то и нескольких – обязательно в каждом деревенском дворе. Их присутствие – надежная гарантия выживания: на государство старики уже давно никак не рассчитывают…

Переезд по броду через лесную реку Неруссу.

Древняя охота с лучиной и острогой всё еще практикуется, хотя рыбу сильно повыбили браконьеры с электроудочками

И дрова, и стройматериалы – из леса, прямо за околицей. На снимке: доставка из леса дубовых столбов.

Праздник Пасхи в деревне. Старушки надевают лучшие наряды. На снимке: общение двух соседок, одна из них – глухая.

Тяжела доля русской женщины в деревне.

Это постоянные заботы и изматывающий труд по хозяйству. Надеется можно только на себя. И этот портрет, возможно, – это образ самой России – страны многострадальной, но – доброй и мудрой.

Тропинка к огороду.

Деревня Чухраи окружена глухими лесами и болотами, где гнездятся осторожные черные аисты. На снимке: молодой черный аист на краю деревни присел отдохнуть после охоты.

Представленные фотографии в этом очерке – это не фоторепортаж и не хроника умирающей деревни. Просто попытка остановить время, средствами фотографии рассказать о жизни наших предков, уходящей в небытие.

Картошка с салом – любимая еда местных жителей. Сажают это растение помногу. Всё лето люди борются за урожай картофеля: пропалывают его от сорняков, окучивают, собирают и травят колорадских жуков. На снимке: выкапывание картофеля в корзину.

Житель деревни вечером ищет лошадей. Слева изба с подписанными по порядку бревнами для вывоза в другое поселение.

На двери избы – большой замок, здесь уже давно никто не живет, а деревянная крыша протекает во многих местах.

Сжигание бесхозных вещей из распиленного на дрова дома символично, – на глазах исчезает целая эпоха.

Время не жалеет деревянное строение. Первой разрушается крыша. Ночью из русской избы можно наблюдать звезды.

В отличие от строения из камня и кирпича, русская изба живет не намного больше человека, а бесхозная разрушается за 15-20 лет. Уже скоро на этом месте будет расти высокая крапива.

Перед сном на русской печи. При мизерных пенсиях приходится экономить электричество, да и подается оно с перебоями. А керосиновая лампа – надежна и проверена трудными временами. На этом снимке и заканчивается мой очерк об этой патриархальной деревне – исчезающем мире наших предков.

Источник

Что выбрать город или деревню

Сейчас публикуется масса статей о вырождении русской деревни. О том, что все от мала до велика, едут жить в большие города. Что жизнь в глубинке становится невыносимой. И это правда.

Нам объясняют, что транспортное сообщение с глубинкой убыточно и потому государство вынуждено сокращать железнодорожные, автобусные маршруты. Подвоз продуктов и торговлю отдали в руки частого бизнеса, который сам решает, что завозить, а что нет. И стоит ли вообще заниматься торговлей в местах с населением низкой платежеспособностью. Медицина и образование становится недоступной.

Другими словами, правительство России целенаправленно выдавливает население страны в города.

А теперь задумайтесь над очень интересным фактом истории. В Великую депрессию в США больше всего населения пострадало как раз в городах. Даже если черпать информацию из фильмов Голливуда, можно увидеть, что родители старались детей отправить в деревню. Именно деревня спасала людей, в то время когда банкиры и администрация Рузвельта уничтожали продовольствие, пока народ голодал. Проходила информация, что на те годы в США приходится демографическая яма, примерно в пять миллионов человек. Можно предположить, что эти люди просто вымерли от голода и вымерзли от холода.

А теперь предположим один весьма возможный вариант развитий событий, в наше время. Допустим, что в миллионом городе в двадцати градусный мороз случится так, что пропадет электричество. Причин может быть множество. От теракта, до землетрясения.

Готовы ли государственные службы обеспечить теплом, водой и продуктами миллион человек, если света не будет более недели? Стоит напомнить, что современные многоквартирные дома вымерзнут через несколько часов. Водоснабжение и канализация перестанут работать.

Кто-то может назвать это паранойей. А я хочу спросить у тех кто, создавая семьи и беря на себя ответственность за судьбу своих детей, если есть хотя бы один процент риска, стоит ли ненадежный комфорт города безопасной жизни в деревне?

Возможно, российское правительство и не преследует никаких злых замыслов, а действует как обычно бестолково. Но мы, мужчины, отцы своих детей должны быть ответственны перед своими детьми и будущим своего рода. Вероятно, когда наши предки до прихода христианства и ссудного процента жили на своей земле семьями и родами, а города строили для обороны торговли и ремесел были разумней современных правителей России?

Федор Преображенский

Источник

Я сам бы с радостью уехал жить в деревню или село, которые имели бы хоть какую-то доступную связь с внешним миром. ЧТобы не надо было 10 километров лесом до грунтовки ... И, конечно, приличную связь с сетью, что не менее важно. Сам бы построил или восстановил дом... но сразу встаёт вопрос как и чем жить в отрыве от источников финансирования и поставок продуктов? Где найти село с симпатичными не пьющими людьми? Как обустроиться так, чтобы местные братки (как из власти, так и из шпаны) не приехали бы облагать оброком?... Да ещё вопросов много. Задумавшись, все их адресую к властям. А не хотите ли вы Россию обустроить? Или доить можно и вшивую корову? Но ведь это недальновидно! Сами потом будете локти кусать. Следующие поколения, если и согласятся ехать в деревню, то уже не будут обладать ни каким навыками для этого необходимыми. Пройдёт ещё немного времени, и наше поколение, если не вымрет в городе, то станет малопригодным для активной деятельности. ЧТо тогда? будем завозить ещё больше работников без образования и с совершенно другим менталитетом? Россия все последние годы постоянно находится на развилке между гибелью и возможным выздоровлением, почему-то постоянно выбирая приближение к гибели. Это или такой глубокий ум наших руководителей и чиновников всех мастей или их исполнительность и желание выслужиться перед своими хозяевами, которыми является никак не народ России. Грустно что-то. Если в молодые годы мне не удалось подвигнуть друзей на строительство "городка друзей", то теперь, когда иных уж нет, а другие обленились ещё больше прежнего, попытка создания своего рода общины более-менее родственных душ становится иллюзорной мечтой. А думается мне, что именно такие мини поселения людей, связанных дружескими отношениями, одной духовной направленностью могли бы стать надеждой России. Это могло бы быть возвращением к русской Общине на новом витке истории.