Кто отвечает за безопасность простых граждан

Если кто-то думает, что события в Украине чем-то принципиально отличаются от событий в Ливии, Ираке или Сербии, то сильно ошибается. На самом деле деструктивные силы, которые пытаются захватить власть, отлично знают, что в любом, даже самом тоталитарном обществе всегда есть несколько процентов граждан, которые всегда воспользуются неразберихой, чтобы поправить свое финансовое положение.

И как результат, теперь в Украине не составляет труда купить мебель в стиле прованс или коллекционное оружие, а может даже картины известных мастеров за копейки. И не стоит удивляться тому, что импортные коллекционеры вовсю присматриваются к антикварному рынку в Украине. Ведь, грабежи и кражи имущества представителями преступного сообщества остановить некому. Тем более, что достаточно надеть маску на лицо, каску на голову, обмотаться национальным флагом и можно безнаказанно кричать о своих заслугах на майдане. Кто это будет проверять, если милиция на местах больше заботиться о своей безопасности и в первую очередь защищает свои семьи.

Понятно, что пользуясь неразберихой, молодчики, сбиваясь в стаи, начинают искать себе жертвы. И если, сначала жертвами могут стать представители свергнутых властей и проправительственных партий, то далее неизбежно объектами грабежа и насилия становятся представители бизнеса и просто зажиточные граждане. Тем более, что преступники из западных областей Украины не боятся ограбить своих родственников.

Те, кто устраивает перевороты, отлично знают, что десятки тысяч молодчиков с преступными наклонностями всегда готовы убивать, грабить и насиловать всех кого им заблагорассудится. И пока революционеры делят посты их родных и близких насилуют, грабят и убивают по всей стране.

Конечно, масштабы катастрофы станут известны позже, однако это не снимает ответственности и с тех, кто уничтожил в стране безопасность и с тех, кто все это профинансировал.

Источник

К вопросу о безопасности

7 причин разогнать TSA

В прошлых постах друзья спрашивали отчего и почему у меня такое мение и так далее. Просили указать конкретные пробелы в работе эйр наци. Но у меня сейчас просто нет времени на то, чтобы все подбивать. Я просто переведу написанное Рафи Села - израильским экспертом по безопасности, с которым я по большей части согласен. Писать ниже буду от первого лица, так проще.

Для шараги, одетых в модную форму любителей пошарить у вас между ногам - TSA удивительно непопулярна. Никто не любит проходить через секьюрири в аэропортах, но вы думаете, что в этом есть какой-то смысл. Все те часы, проведенные вами в очереди с другими разутыми путешественниками, нужны для безопасности полетов. Это муторно, но это является преградой терроризму.

Чушь собачья. TSA не смoжет вас защитить даже от шестилетки с наполненным водой шариком. Позволяет ли моя квалификация это утверждать? Позвольте представиться - меня зовут Рафи Села и я возглавляю службу безопасности самого безопасного в мире аэропорта. А вот что в вашей стране делается неправильно.

#7 TSA сам себя регулирует

Я встречался с Джо Либерманом, в бытность его председателем комитета национальной безопасности. Он попросил меня написать на одной странице письмо Конгрессу и Сенату, указывающее на основные проблемы с безопасностью в аэропортах. Я сказал ему, что самая главная проблема заключается в том, что TSA является одновременно регуляционной и исполнительной организацией. Они сами устанавливают свои правила. Никто кроме них, включая ФБР и ЦРУ (и исключая какого нибудь безбашенного киношного нью йоркского мента) не имеет подобных полномочий.

Покуда детектив Стальные Бейцы отчитывается о результатах - он над законом.

( Свернуть )

Либерман и его коллега по имени Джон Мика продвигали Aviation and Security Act, позволяющий аэропортам "отказаться" от услуг TSA. Проблема оказалась в том, что непосредственно TSA отвечает за описание стандартов и правил для этой программы, однако делать это они желанием не горят. Я пошел к Кипу Хэйли, главе TSA, и сказал: "Послушай, моя компания и я писали инструкции для израильского аэропорта Бен Гурион. Давай мы вам поможем".

Он ответил: "Не, не. Не надо. Мы этим занимаемся, это только вопрос времени".

На что я сказал: "Брехня. Ты нихрена не знаешь об охране аэропортов".

Но он уверен, что это все как то завязано на багаж

Перемотаем на сегодняшний день. После стольких лет задержки, TSA наконец-то "почти" готово начать обработку накопившихся заявок об отказе (от собственных услуг, ага). Через 12 лет...

Скорее всего, Бен Гуриону угрожают больше, чем любому другому аэропорту в мире. В нем ежедневно регистрируется между 50-ю и 70-ю инцидентами. Никто об этом даже не слышал. Потому что у нас реально все под контролем и мы с этим справляемся. И несмотря на постоянную ежеминутную работу по предотвращению совершенно реальных террористических угроз, вся служба безопасности аэропорта, находящаяся в своей наилучшей форме круглосуточно, 7 раз в день проводит учения. Ни один аэропорт в штатах не сталкивается даже с ежедневными угрозами. И несмотря на это, учения проводятся 1-2 раза в год.

Но есть в TSA еще большая проблема. Проблема с утечкой и заменой кадров. Значительная часть инспекторов сменяется ежегодно. Так что при учениях, проходящих один-два раза в год, огромное количество инспекторов ни разу (за свою короткую карьеру) не примут в них участие. До людей должно дойти, что к безопасности не должно относиться как к бигмачной. Ведь задача этих людей - искать бомбы, а не переворачивать котлеты.

#6 Все завязано на политику куда сильнее, чем все подозревали

Все помнят сканнеры в полный рост, которые выдавали фотографии обнаженных граждан, просочившиеся в интернет (вопреки заверениям чиновников перед их установкой, что подобного никогда не случится)? Насколько мне известно, недавно были демонтированы последние из них, но никто никогда не задавался вопросом, кто их вообще утвердил?

Отвечает за это - Майкл Чертофф, бывший секретарь (комитета) госбезопасности и глава Chertoff Group, начавшeй в 2010 году представлять интересы маленькой компании Rapiscan. В дополнение к названию, навевающему мысли об изнасиловании, компания отличилась производством сканнеров всего тела. Чертофф обратился к конгрессу (его друзьям и бывшим коллегам) и сказал, что эти сканнеры - залог безопасности авиаперевозок (и он забыл добавить, что они - залог его благосостояния и всемогущества). Конгресс послушал и впервые обязал аэропорты к установке требуемого ими оборудования. Задумайтесь, требуемого ими - конгрессменами. Людьми, ничерта не понимающими в безопасности, просто поверивших авторитету и (отсутствующей) чести своего приятеля и бывшего коллеги.

Разумеется, скоро стало очевидным, что сканнеры совершенно бесполезны. Можно совершенно незаметно пройти через сканнер с бомбой, которая "уронит" 747. Никто злоумышленника не остановит. Я не скажу как, разумеется. Однако вот этот немец смог пронести фальшивую бомбу через сканнер и никто его не задержал. И сделал он это в германии, где "охрана аэропорта" не является синонимом для "слишком тупoй, чтобы работать кассиром в волмарте".

Ваш последний жирный и потный оплот борьбы с терроризмом

Подобные решения встречаются на каждом углу. Потому что Уолл Стрит и Конгресс куда эффективнее сотрудничают друг с другом, а не с TSA или NSA. Если кто-то, известный на капитолийском холме, захотел что-то продать, то правительство не будет заморачиваться тестами и экспертными заключениями. Они перейдут сразу к делу и выписыванию чека.

#5 Всю свою энергию они тратят на багаж

Примерно 99.9% путешественников - обычные путешественники. Все что им нужно, это пройти через секьюрити, купить стаканчик кофе, бутылку безналогового виски, после чего кинуть кости в кресло и присосаться к аэропортовскому вайфаю. Они никму не угрожают и трясти их банально нет смысла. Редкие террористы - иголка в стоге сена. Но TSA нацелен на то, чтобы переворошить весь стог, по соломине, на случай того, что там завалялась иголка.

Обычные подозреваемые. Вообще-то, единственные подозреваемые.

Но если проверять только багаж, и не проверять человека, который стоит за багажом, откуда можно узнать, что он не закамуфлировал хорошенько то, что вы не можете найти? Поверьте - спрятать что то в багаже настолько легко, что это даже не смешно. Поэтому единственное, что мы проверяем в багаже - это аэрозольные баллончики, которые могут лопнуть сами по себе. Что касается остального - мы следуетм за человеком и намерениями.

Однажды, в аэропорту Ньюарка TSA-евец, обыскивавший мой багаж обнаружил там лазерную указку, которую я получил в подарок на конференции. Мне было сказано, что она будет конфискована, потому что, как вы сами понимаете, лазерная указка находится всего в паре сотнях градусов от того, чтобы превратиться в резак. Наверняка многие из вас потеряли таким образом разные ништяки. Хотите узнать как их вернуть? Элементарно.

Я сказал инспектору: "Ок, забирайте. Но это - собственность компании и мне требуется какой-либо протокол, подтверждающий конфискацию".

Он спросил: "Чегооо?"

"Эта вещь мне не принадлежит, а моему боссу нужно доказательство того, что вы ее забрали" .

Он позвал старшего смены и спросил: "Где у нас лежат протоколы?"

Старший ответил: "Ты с дуба рухнул? У нас нет никаких протоколов."

Инспектор разъяснил ситуацию и старший спросил, о какой контрабанде идет речь.

- Маленькая лазерная указка.
- Ну так верни ее, бля! Тебя-то она почему волнует?

Две секунды, и я получил ее назад. Проще не придумать.


ТСА относится к каждому путешественнику одинаково, из за дебильной идеи, что все должно быть честно. К безопасности честность не относится. Речь идет о рисках. И эта концепция означает, что в израиле мы не проверяем багаж. Мы проверяем людей. И я не говорю о национальной или расовой выбраковке - это следствие плохого тренинга. Вне зависимости от цвета кожи или происхождения, люди, к чьей заднице привязана бомба, ведут себя совершенно одинаково. TSA утверждает, что их задача - найти взрывчатку в зоне досмотра. Но искать надо не предмет, а людей, которые задумали преступление. Но вместо проверки людей - они проверяют багаж.

И даже это они делают через жопу. ортопедические стельки в моей обуви сделаны из композитных материалов. На сканнерах, этот композит выглядит аналогично пластиковой взрывчатке. Я их всегда снимаю и кладу на ленту, и никто - НИКТО - ни разу не задал мне ни единого вопроса. Некоторые эксперты утверждают, что TSA ни разу не поймало террориста. В то время когда официально известно, что минимум 16 из них прилетели в штаты с 2004 года.

В то время когда израильская охрана, используя израильские методы, как минимум единожды предотвратила попадание бомбы на самолет. Что это за методы?

#4 Игнорирование контакта глазами

Поиграйте с приятелем или коллегой в гляделки. Уставьтесь в его глаза на продолжительное время, выдерживая ответный взгляд. Если вы к процессу не будете явно привлекать внимание - человек отведет взгляд рано или поздно. Однако тот, кому есть что скрывать, что то замышляющий - отведет взгляд очень быстро. Этим наша охрана и занимается - они смотрят, как вы отводите глаза.

Каждого, кто к нам попадает, мы опрашиваем несколько раз. Нас на самом деле не волнует, что вы говорите. Нас волнует ваше поведение. Терроризм - штука нервная. Тот обувной бомбист в 2001 году не смог ничего сделать потому, что в прямом смысле залил взрывчатку своим потом. Разумеется, наблюдение за беспокойными людьми, приведет к определенному количеству ложных "срабатываний". Многие люди просто ненавидят летать, например. Однако опытный дознаватель сразу может их отсечь от планирующих массовое убийство.

В Бен Гурионе, путешественники преодолевают путь от машины до самолета за 25 минут. Когда такое в последний раз случалось в американском аэропорту? Наверное никогда. Потому что десятки и сотни желающих полетать не в состоянии снять одежду и обувь, вплоть до ремня, вытащить лаптопы, встать в позу для шмона и повторить все в обратной последовательности без хаоса.

Но по крайней мере вы теперь знаете, что Дженис Уитакер из Аризоны наверняка не работает на Аль Каеду.

В израиле это иначе. Вы приходите, мы задаем вопросы, и наши отлично натренированные специалисты определяют, планируете ли вы какую пакость. Они смотрят за глазами и языком тела. А не на содержимое чемодана. Нашим аэропортам угрожают постоянно, но за последние 40 лет ни одну из смертельных угроз исполнить не смогли.

#3 "Безопасность" осуществляется в одном месте

В безопасности, когда цель движется - ты движешься вместе с ней. Вся "безопасность" в американских аэропортах происходит в длинной очереди, где вы ждете Ларри, работника ТСА из Бамблфака, Колорадо, чтобы он облапал вас потными руками. И все. Все что за этой линией - полнейшая анархия и расслабон - пицца, бигмаки и сувенирные магазины. Но даже если подросток, привезший пакетик травы из амстердама, может взять себя в руки в эти 12 секунд, то что говорить о террористах. Они все-таки покрепче будут.

И они практически никогда не путешествуют с двумя маленькими детьми.

Безопасность осуществляется пересекающимися кругами, где каждая команда перепроверяет работу другой команды и убеждается, что внутрь не проник бомбист. Достаточно одному инспектору засмотреться на пассажирку, снимающую туфлю со стройной ноги, и Террорист уже проскочил внутрь. Спокойно и без проблем.

Но спасибо устройству современных американских аэропортов, ему даже не надо проскакивать внутрь. ТСА делает все возможное для удобства террориста, сбивая сотни путешественников в огромную кучу, змеиным хвостом извивающуюся между ограждений. Террористы обожают толпы - там можно нанести наибольший урон. Что делают в американских аэропортах? Они создают толпу ДО того, как люди прошли проверку.

А что ужасает меня в американских аэропортах больше всего - это зоны выдачи багажа. Если вы летали сами или кого то встречали, то вы прекрасно знаете, что около каруселей нет никакой адекватной охраны. Туда может зайти совершенно любой человек, безо всякой проверки. Такое чувство, что TSA думает, что террористы лелеют ненависть персонально к самолетам. Так что если не пропустить их внутрь, то никто не будет заморачиваться убийством кучи людей снаружи.

#2 Совершенно никакого обмена информацией

У США и Канады отсутствуют механизмы сведения воедино информации, поступающей из разных ведомств. У ФБР, ЦРУ и НСА - раздельные базы данных, которыми они не с кем не делятся. С целью это исправить, Буш назначил Джона Негропонте директором комитета по разведке.

Он обосрался. На 2012 год, 46 процентов федеральных агенств так и не делятся информацией. И только 15 делятся с мало-мальской регулярностью. 11 лет ушло у ТСА на то, чтобы решить, что карманные ножики безопасны, но силовики до сих пор делятся друг с другом данными с охотой голодной собаки, решившей поделиться с кем то костью. В израиле имеется куча силовых ведомств, однако мы делимся друг с другом необходимой информацией и в конечном итоге она вся стекается в одно место. Таким образом, мы предотвращаем 90% угроз. Мы делимся информацией.

Я однажды провел эксперимент. Я спросил британских МИ5, "что если известный террорист садится на самолет в Хитроу и направляется в Кеннеди. Как вы предупредите американцев?" Ответом было "По факсу". В Лэнгли. Все нормально. Старомодно, но тем не менее эффективно и мгновенно. Потом я спросил, сколько времени уйдет на то, чтобы передать информацию из Лэнгли в аэропорт Кеннеди.

48 часов!

У них банально нет прямой линии в аэропорт. Именно так они упустили террориста с бомбой в трусах. Кто-то и где-то знает о надвигающейся угрозе. Но он не может об этом сказать никому, кого это интересует. Это не должно происходить в век СМС (уже не говоря о телефонах).

#1 Здания аэропортов непродуманы

А вот чего действительно в американских аэропортах хотЬ отбавляй - это стекла.

Международный аэропорт Пирсон, Канада:



Аэропорт Рэйгана в Вашингтоне:



И наистекляннейший герой второго Крепкого Орешка - Даллес:



Все это стекло немеряно модерновое и все дела, экономит кучу денег на электрическом освещении, но насколько оно устойчиво к взрывам? Ага - совершенно неустойчиво. Так что каждый из этих аэропортов - уже готовая осколочная бомба - только добавь взрывчатки. Два из этих аэропортов находятся в столице США, и силовики ищут в них бомбы каждый день.

Что произойдет, если найдут?

Все проверки на взрывчатку в израильских аэропортах проходят в небольшой взрывоустойчивой комнате с минимальным количеством людей. Если обнаружилась бомба - эвакуировать нужно только одну комнату. А не целый терминал, набитый поддатыми бизнесменами и валящимися с ног от усталости семьями, возвращающимися из отпуска. Знаете, что произойдет, если сделать фальшивую боммбу из пластилина и проводков и положить ее в чемодан? В штатах или канаде будет закрыт целый терминал.

Ни в коем случае так не делайте. Я не шучу.

Так что даже взрывать ничего не придется. Раскидать чемоданы по 20-ти аэропортам и они будут закрыты на несколько дней. Все воздушное сообщение в штатх может быть слито в унитаз материалами, которые террористы могут приобрести за 20 баксов или получить по итогам рейда в детский сад.



Source: http://www.cracked.com/blog/7-reasons-tsa-sucks-a-security-experts-perspective_p2/#ixzz2pHJcILIS

Чемодан круче «вертикали»

"Если Вы заметили в вагоне оставленные вещи, не трогайте их, а немедленно сообщите дежурному машинисту!", - такие сообщение, да еще и во времена "борьбы с международным терроризмом", стали, к сожалению, привычными. И сердце успокаивается: мышь не проскочит.

Тем более, перед Олимпиадой, сторонником которой я вовсе не являюсь, но констатирую: собрали руководителей служб безопасности из разных стран, и они все дружно, как нам поведали по ТВ, "дали высокую оценку мерам по обеспечению безопасности, предпринятым российской стороной". Хорошо, верим.

Итак, никакие брошенные вещи, даже самые малюсенькие, даже в самой отдаленной электричке или на Богом забытом полустанке, не останутся без внимания, а будут немедленно обезврежены. Надеемся.

Но это - о вещах малюсеньких и в местах отдаленных. Но другое дело - самый Центр, можно сказать, сердце страны - Красная площадь. Мы-то думали, что там все под контролем: кулек из под семечек не бросишь. А оказывается, нет. То есть, кулек, может быть, и не бросишь. И даже маленький чемоданчик - тоже. А вот чемоданище, да еще в несколько этажей, такой, что и храм Василия Блаженного за ним не видно - это, оказалось, можно. И главное: дело не в том, что и Управление делами президента, и ФСО все это согласовали и одобрили - это бы еще не вызывало ни малейшего удивления. Главное в том, что, оказывается, или, как минимум, нас зачем-то пытаются в этом убедить: они все, включая ФСО и ФСБ, были ... не в курсе. То есть, не кулек из под семечек, в который можно поместить до ста грамм тротила, не рюкзак и даже не обычный чемодан (четверть центнера того же тротила), а трехэтажный монстр (в тротиловом эквиваленте даже не берусь оценивать) можно возвести на Красной площади и оставить стоять на несколько дней ... без какого-либо согласования с властями.

И далее: кто возмутился этим очередным актом то ли "благотворительности", то ли "современного искусства", известно - фракция КПРФ в Думе. А кто дал указание монстра убрать? Опять неизвестно. Во всяком случае, пресс-секретарь президента, надо понимать не только от имени его лично, но и от имени вверенных главе государства служб, открещивается. Ну, не чудеса ли с нашей "вертикалью"?

Вместе посмеемся. Или погрустим, понимая, что к вопросу о нашей безопасности это все, вообще-то, имеет самое прямое и непосредственное отношение.

Одним из оправданий авторитаризма, включая и нашу "вертикаль", часто выступает обеспечение безопасности страны и граждан. Что ж, об истории насаждения у нас такого "безопасного режима" в эти дни - двадцатилетия переворота 1993-го года и затем навязывания узурпатором нынешней Конституции - уместно говорить вновь и вновь.

Окунемся в воспоминания. Ноябрь 20 лет назад был временем тяжелым. Победитель-узурпатор пожинал плоды победы: диктовал всем свои правила игры, захватывал трофеи (кстати, забрал себе в качестве, буквально, именно трофея здание Верховного Совета на Краснопресненской набережной - ныне это здание Правительства), судил и, чуть не сказал, что миловал... Нет, не миловал, а держал противников в застенках (это позже, вопреки воле Ельцина и его окружения, избранная Дума объявила амнистию, а временный (назначенный узурпатором) Генеральный прокурор Казанник, опять же, вопреки воле Ельцина, ее исполнил, за что и поплатился постом)... А правила игры Ельцин в это время не только произвольно навязывал, но еще и ... менял по ходу игры. В частности, неожиданно, уже в ходе кампании по выборам в Думу, объявил еще и выборы в первый Совет Федерации.

Я тогда был одним из учредителей избирательного объединения "Блок: Явлинский-Болдырев-Лукин", позже преобразованного в партию "Яблоко" (в сентябре 1995 года я вынужден был выйти из этой партии в связи с конфликтом вокруг закона о специальном режиме допуска корпораций к нашим природным ресурсам "О соглашениях о разделе продукции"). Но баллотироваться, после изменения Ельциным правил игры, принял решение не по списку своего объединения в Думу, а индивидуально в Совет Федерации - от Санкт-Петербурга.

Нельзя сказать, что даже и тогда, в самом начале, отношения между учредителями объединения были гладкими и бесконфликтными. В частности, применительно к теме узурпации, хорошо запомнился один момент. Идет встреча с членами нашего объединения, съехавшимися из регионов. Я в своем выступлении обращаю внимание на то, что, с моей точки зрения, важнейший акцент всей кампании - недопустимость принятия предложенного Ельциным варианта Конституции. Почему? Да потому, что вся остальная система власти - и парламент, и суды - все это по этой Конституции будет декоративным, лишь прикрывающим произвол и безответственность реальной власти - это уже тогда заранее совершенно однозначно просматривалось. Сразу же после меня выступил другой соучредитель объединения - Лукин. Его первые же слова - что не надо драматизировать, что у некоторых людей просто слишком трагическое мировоззрения, но на самом деле, мол, впереди длинная история... В итоге я свою избирательную кампанию в Питере практически полностью посвятил тогда одному вопросу: почему ни в коем случае нельзя поддерживать узурпатора и голосовать за эту Конституцию (и это при том, что тогда мы еще не знали, что узурпация сопровождалась еще и прямым предательством - действиями, которые просто невозможно трактовать иначе, кроме как измена Родине). Но, к сожалению, даже среди, казалось бы, тогда товарищей по партии далеко не все были столь последовательны и однозначны в оценках и действиях...

Что такое узурпация власти?

Кому-то представляется, что это вопрос о троне, скипетре и жезле, неких внутриэлитных разборках. Но это совсем о другом. Постараюсь пояснить на примерах.

По радио звучит реклама "Московского паркинга" - этакие респектабельные и успешные вежливые люди радостно друг с другом здороваются - потому, что быстро и без проблем запарковали свою машину. Везде, даже в самом центре города. Хорошо!

Но... Нас учили быть не завистливыми, не считать деньги в чужом кармане. Под эту музыку нас ограбили. Не вообще, как-то так жизнь сложилась. А конкретно - как следствие узурпации двадцать лет назад. Ведь узурпировали не гимн, герб и флаг, даже не право переводить стрелки часов туда-сюда. Нет - возможность раздать по своим колоссальную общенародную собственность. Реальной стоимостью и тогда - специально пересчитаю не в рублях или долларах, а в еще более понятном и убедительном - во многие десятки и сотни миллионов тогдашних зарплат наших граждан. Но нас успокаивали: мол, они эти деньги потратят не на себя, а совершенно обязательно вложат в модернизацию и развитие производств. Некоторые наивные верили. Что произошло затем - не просто так, как-то само, а под мощным силовым прикрытием узурпатора и его наследников - это теперь уже все знают. Но что дальше?

Дальше развитие естественно: люди делятся не просто на богатых и бедных (в нашем случае, преимущественно, неправедно богатых и, именно вследствие этого, значительного количества необоснованно сравнительно бедных), люди теперь делятся на имеющих право на полноценную жизнь и тех, кого постепенно, но неуклонно этого права лишают.

Если помните, в средневековье (например, в прославленной Шекспиром Вероне) что было самым страшным наказанием для гражданина? Изгнание из города. А что делает теперь наша власть, например, с москвичами, которым не посчастливилось стать ни олигархами, ни их прислужниками, ни прислужниками прислужников? Правильно - сжимает кольцо, фактически - изгоняет из города. Всеми возможными способами, платная парковка - лишь один из них.

Вы скажете, что 50 рублей за час в центре, внутри Бульварного кольца, мол, для работающих, это еще не так много? Уже не соглашусь: в пересчете на восьмичасовой рабочий день, да плюс обед - уже под полтысячи в день только за парковку. Но даже не это главное. Дело в другом. Нам ведь честно объяснили: мол по сложившимся во всем мире правилам назначения цены за платную парковку цена должна быть такая, чтобы порядка пятнадцати-двадцати процентов мест были постоянно свободными - именно это обеспечивает наибольшее удобство для "потребителей услуги" - не нужно мучиться и подолгу искать подходящее для парковки место. Понимай, иначе голоса припарковавшихся будут не такими бодрыми и дружелюбными, как в выше описанной рекламе.

И что же здесь не так? С чем я не согласен?

Пожалуй, лишь с одним. Оставляем за скобками вопрос о том, зачем было так уплотнять Москву (этот разгул алчности хозяев стройкомплекса, в котором теперь задыхается не только Москва, но и большинство крупных городов, кстати, тоже прямое следствие той узурпации). Понятно: если чего-то на всех не хватает, то нужен естественный регулятор. Но!

В обществе более или менее справедливом, в котором нет такой колоссальной диспропорции (сегодня уже не секрет - самой вопиющей диспропорции уже во всем мире!) между ограниченной группкой олигархов, полу-олигархов, четверть-олигархов и их бесчисленных лакеев - с одной стороны, и всеми остальными гражданами - с другой стороны, денежный регулятор становится естественным и справедливым механизмом. Этот, механизм диктует, во-первых, парковку в центре города лишь по мере действительной необходимости: кому нужнее - именно сегодня - тот и тратит на это деньги. И, во-вторых, цену на парковку, привязанную к готовности заплатить за нее при необходимости средним человеком со средними доходами.

А что у нас - в обществе узурпации и ее известных последствий?

У нас уже объявлено о расширении зоны платной парковки: в ближайшие дни - до Садового кольца, а затем и далее. А также о предстоящем повышении цены: в пределах Бульварного кольца - теперь уже до 80 рублей в час. И далее, резонно ожидать, до тех пор, пока на парковочных местах не останутся одни лишь машины "премиум" класса. То есть, до тех пор, пока среди так мило и дружелюбно здоровающихся в рекламе "Московского паркинга" не останутся одни лишь кто? Выше упомянутые, уж простите, перефразирую известный термин, внешне и в нашем нынешнем законе даже вполне респектабельные, но все же по сути воры. А также их охранная и лакейская братия.

А чего иного мы ожидали? Тот, кто не сопротивляется узурпации, разве достоин иного к себе отношения?

Кто-то скажет, что паркинг - не главная наша проблема. Соглашусь. Но просто уж очень показательная. И я же выше сказал, что это лишь один из методов. Следующие - на подходе.

Планируется, вместо нормальной прогрессивной шкалы подоходного налогообложения (как во всех более или менее развитых и цивилизованных странах, в том числе, тех, где когда-то тоже была узурпация власти, но она уже преодолена), ввести повышенные налоги на недвижимость, да еще и в соответствии с рыночной ее оценкой. Как это делается, уже видно на примере города Углича: там решили брать целый процент от стоимости недвижимости начиная с уровня примерно в шестьсот тысяч рублей - под это уже подпали такие "богатеи", как владельцы обычных двухкомнатных квартир. Как даже не пенсионеры, а и работающие, например, учителя или воспитатели детского сада должны будут платить такой же налог с таких же "двушек" в Москве или Питере, которые оценят уже в четыре-восемь миллионов?

Из известных планируемых мер следующая - введение "социальных норм" энергопотребления. Это тоже понятно: тут некоторые возомнили себя "средним классом" и на набранные кредиты сделали себе электрические теплые полы, кондиционеры поставили. Молодцы! А теперь денежки - вот сюда...

С другой стороны, если мы - общество - позволили узурпаторам и их наследникам разграбить все наше общее достояние, то почему теперь они не должны перейти к стрижке того, что они полагают своим стадом?

Если же кому-то примеров из чисто материальной сферы недостаточно, мол, без всего этого все равно можно как-то прожить, приведу пример последний - из сферы непосредственного права на самую жизнь. В городском гематологическом центре в сравнительно все еще благополучной Москве становлюсь свидетелем того, как к врачу заглядывает девушка и спрашивает:

- Доктор, Вы сказали, что мне показана процедура, но ничего не написали?

- Я Вам не могу про нее написать, так как она - платная.

Не стану выдавать конкретного врача, потому что по нынешним временам это - не последний негодяй, а, напротив, еще сравнительно совестливый врач: официально он вообще не имел права ни назначить эту процедуру (необходимую для уточнения диагноза - в сфере, где не просто насморк и кашель, а где болезни смертельно опасны!), ни даже сказать о ее необходимости пациентке...

...Это если она - не олигарх и не лакей олигарха. В ином же случае, пожалуйста, какой-нибудь рекламируемый по всем каналам платный "Европейский медицинский центр" или "хорошая больница для хороших людей" (так рекламируются платные услуги клиники Управления делами Президента) или, чего там мелочиться - сразу на лечение в Германию...

Так вот, узурпация, повторю, это не про гимн, герб и флаг. Это - про само право на жизнь. Которое, таким образом, единицам даруется - как право жить в ничем не заслуженной роскоши, но у других, у десятков миллионов - отнимается.

Именно это - именно такая узурпация - и произошло у нас двадцать лет назад. И пока, как мы видим, в этом не только не видно предела, но, напротив, этот процесс лишь в развитии.

Может ли, тем не менее, что-то положить этому конец?

Не берусь быть провидцем, но история с затмившим и Собор Василия Блаженного (не говоря уже о памятнике Минину и Пожарскому) чудо-чемоданом размером в три этажа в самом сердце страны и столицы, на Красной площади, появление которого, якобы, никто в Кремле не согласовывал (в период нынешнего подъема "антикоррупционной" риторики, можно лишь представить себе масштаб предварительно оплаченной "благодарности"), свидетельствует о таком уровне разложения самых верхних этажей всей нашей "вертикали", что ее уже впору подозревать в самораспаде.

Источник

Текст выступления Д.Рогозина на конференции "Быть сильными: гарантии национальной безопасности".

 Дмитрий Рогозин

Программный текст В.В.Путина, реализацию которого мы сегодня обсуждаем, появился на свет в период избирательной кампании. Но по своему уровню и звучанию он стал абсолютно не предвыборным документом, а документом стратегическим. Своего рода историческим манифестом страны, которая после периода растерянности возвращается к своим ценностным ориентирам и прощается со многими иллюзиями и стереотипами, которые владели умами, начиная, по меньшей мере, с конца 80-х гг.

Этой весной в США произошли события, которые в обозримой перспективе могут перевернуть современные представления о способах ведения войны. 1 мая прошли успешные испытания гиперзвуковой ракеты Х-51А, которая после запуска с борта бомбардировщика развила скорость в 5,1 числа Маха и за 6 минут полёта преодолела расстояние в 426 километров. 14 мая с борта атомного авианосца "Джордж Буш" впервые поднялся в воздух ударный беспилотный аппарат Х-47B, который в ходе испытаний выполнил несколько заходов на посадку на палубу корабля. То, что ещё 20-30 лет назад казалось задачами из области научной фантастики, сегодня становится высокотехнологичной реальностью. Есть ли в ней место для России, и способны ли мы ответить на вызовы современности?

Несмотря на то, что эпоха холодной войны ушла в прошлое, недооценивать военные угрозы безопасности России - преступно. Вспомним, как долго нас убеждали либеральные "добрые дяди", что благодаря расширению Запада на восток возникает мир без границ, в котором национальный суверенитет становится устаревшим понятием. И это оказалось обыкновенной ложью.

На деле происходит не отмирание суверенитета, а сужение круга игроков, которые способны им обладать. В свое время президент Путин сказал, что суверенитет в современном мире - эксклюзивная вещь. Действительно, есть некий порог реального суверенитета, связанный с возможностями страны в экономической, научно-технической, военной, культурной сферах, - порог, который лишь относительно небольшая часть государств в современном мире способна взять. Но если некоторые государства имеют возможность "сэкономить" на суверенитете, существуя под чьим-то "стратегическим зонтиком", то у России такой возможности просто нет. Географическое положение, объем контролируемых ресурсов, наконец, сам исторический опыт нашей страны таковы, что она должна быть самостоятельной и сильной, либо ее не будет вовсе. В статье очень емко выражена эта мысль: "слабость - это провокация", "мы никого не должны вводить своей слабостью в искушение".


Очевидно, что в 21 веке, когда сокращается доступ к природным ресурсам, будет происходить резкое возрастание конкурентной борьбы в мире. Это уже сегодня происходит у нас на глазах. Западная цивилизация не намерена отказываться от высокого уровня потребления, а значит, она будет наращивать инструменты, чтобы вытягивать эти ресурсы из других стран. Как показывает история, самые действенные из них - передовые военные технологии, причём на первый план все чаще выходят разработки, которым раньше отводилась второстепенная роль. Это, например, касается кибероружия. Если раньше все военные наработки в этой сфере затрагивали лишь обеспечение безопасности компьютерных систем и коммуникаций, то теперь информационные технологии рассматриваются как оружие первого удара.

В случае конфликта с каким-либо государством, возможная первая атака производится через информационные сети, в ходе которой разрушаются критически важные объекты инфраструктуры государства, нарушается система политического и военного управления, выключаются станки с электромозгами, основанными на импортной электронно-компонентной базе. Когда же государство-жертва агрессии становится практически парализованным, наносится удар классическими военными средствами. Что характерно, Москва в рамках совета РФ-НАТО неоднократно поднимала вопрос о более глубоком совместном участии в проектах по кибербезопасности, но атлантические партнёры всякий раз отвечали нам отказом.

Конечно, Россия не намерена участвовать в новой гонке военных технологий в качестве стороннего наблюдателя. "Реагировать на угрозы и вызовы только сегодняшнего дня - значит обрекать себя на вечную роль отстающих. Мы должны всеми силами обеспечить техническое, технологическое, организационное превосходство над любым потенциальным противником", - заявил президент России Владимир Путин в своей статье "Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России".

Неслучайно, что одним из первых указов Владимира Путина во время его третьего президентского срока стал основополагающий для ОПК указ № 603 от 7 мая 2012 года "О реализации планов строительства и развития Вооружённых сил и модернизации оборонно-промышленного комплекса". Правительство разработало детальную программу реализации этого указа, и работа идёт в соответствии с установленными сроками. Так, в 2012 году почти 500 предприятиях ОПК были охвачены техническим перевооружением, на 35 из них новые мощности уже введены в эксплуатацию. Совершенствуются механизмы государственно-частного партнёрства, в рамках этой работы разработана концепция применения механизмов ГЧП в оборонно-промышленном комплексе. Концепция позволит упростить нынешнюю процедуру создания новых производств военного назначения, а также привлечь частные инвестиции в ОПК. Предполагается также расширение информационного обмена частных инвесторов и оборонных организаций, в том числе и с помощью внедряемой нами системы ГАС ГОЗ.

Что же касается ОПК, то за минувший год темпы роста в целом ряде отраслей промышленности, работающих на "оборонку", были существенно выше, чем в среднем по экономике. Прирост объемов производства продукции в 2012 году по сравнению с 2011 годом наблюдается в радиоэлектронной (на 11,7 %), ракетно-космической (на 10,8 %), авиационной промышленности (на 10,6 %), производстве боеприпасов и спецхимии (на 7,4 %), обычных вооружений (на 5,4 %). Статистика показывает, что львиная доля этого роста обеспечена именно за счет поставок военной продукции на внутренний рынок и (в меньшей мере) на экспорт. Эти данные делают тезис статьи В.В.Путина об ОПК как локомотиве экономического роста вполне наглядным.
Многое сделано нами и для решения одной из самых больных проблем оборонного комплекса - дефицита квалифицированных кадров. В 2012 году был сформирован перечень из 120 наиболее востребованных профессий в отрасли, и он станет основой для формирования современных профессиональных и образовательных стандартов.

Продолжается процесс интеграции предприятий ОПК в рамках крупных современных корпораций и концернов. Вчерашним распоряжением В.В.Путина по сути начат процесс консолидации ракетно-космической промышленности.

Сделано немало, и это внушает определённый оптимизм в отношении перспектив реализации беспрецедентной по своим масштабам госпрограммы вооружения, согласно которой к 2020 году доля современных вооружений должна вырасти до 70 процентов. Но все ли мы учли, ко всем ли вызовам готовы и готовимся? Чтобы понимать, какие силы и средства вооружённой борьбы необходимы России, нужно трезво оценивать характер военных угроз безопасности страны, пусть и гипотетических. Какие же войны могут нас ожидать в будущем? Кто он - этот пресловутый "вероятный противник"?

Сценарий первый: бесконтактная война с противником, находящимся на более высоком технологическом уровне

Будем реалистами - в ближайшее время догнать и перегнать ведущие державы по технологическому уровню развития России вряд ли удастся. Экономика россии раз в 10 меньше американской. Да и научный потенциал страны был фактически разрушен после развала СССР. Сегодня отставание по ряду критических базовых технологий от ведущих стран Запада составляет десятки лет. Что мы сможем противопоставить подобному высокотехнологичному противнику? Ответ кажется очевидным - основной гарантией безопасности России являются силы стратегического ядерного сдерживания. И Россия, согласно военной доктрине, готова применить ядерное оружие, в том числе при отражении агрессии с применением обычных средств поражения. Но достаточно ли в сегодняшних реалиях только ядерного щита?

Уже более 10 лет в США прорабатывается концепция "молниеносного глобального удара". Именно ей отводится роль важнейшей компоненты американской военной стратегии. Концепция предусматривает нанесение удара неядерным вооружением по любой точке планеты в течение 1 часа. Фактически, у американских стратегов впервые за 50 лет появилось видение того, как можно победить другую ядерную державу "малой кровью", избежав при этом неприемлемого для себя ущерба от ответных действий противника.

В конце 2012 года Пентагон провёл компьютерную игру, результаты которой показали, что в результате удара по "крупной и высокоразвитой стране" с применением 3500-4000 единиц высокоточного оружия, в течение 6 часов будет практически полностью разрушена её инфраструктура, и государство лишится способности сопротивляться. Очевидно, что если такой удар будет нанесён по России, то главными целями агрессора станут силы стратегического ядерного сдерживания. По существующим в США оценкам, в результате такого удара может быть уничтожено 80-90% нашего ядерного потенциала. При этом потери среди мирного населения будут минимальными. Западные эксперты полагают, что хотя у России и останется возможность нанести ответный ядерный удар по агрессору, военно-политическое руководство нашей страны на это вряд ли пойдет: ведь оставшимися средствами, которые, в свою очередь, попытается перехватить глобальная ПРО, мы уже, якобы, не сможем нанести неприемлемый ущерб противнику, зато в случае ответного ядерного удара понесём колоссальные потери. Стоит добавить, что по единодушному мнению западных экспертов, такая атака будет сопровождаться и мощным информационно-пропагандистским воздействием на население страны-жертвы.

Что мы можем противопоставить этой угрозе, если она действительно будет направлена против нас? Это должен быть ассиметричный ответ, с использованием принципиально новых типов вооружений. Эти вооружения не должны опираться на существующие телекоммуникационные системы, которые могут быть выведены из строя в считанные минуты. Это должно быть автономное, самодостаточное оружие, которое может самостоятельно решать свои задачи.

Сценарий второй: контактная война с противником, находящимся на равном нам технологическом уровне

С момента развала СССР численность Вооружённых сил сократилась более чем в 4 раза. Тысячи километров границы остались неприкрытыми. Руководство страны сегодня делает ставку на наши силы быстрого реагирования, т.е. на оперативный потенциал ВДВ и мобильность войск. В результате мы стали способны в короткие сроки сформировать на угрожаемом направлении достаточно мощные армейские группировки из войск, переброшенных из других регионов страны. Но смогут ли они эффективно противостоять противнику, заранее создавшему численный перевес в зоне конфликта?
Сегодня существуют альтернативные классической военной теории взгляды на способы парирования такой угрозы. По ним, война с таким агрессором должна вестись всё же бесконтактно - при помощи оружия, имеющего большой радиус действия, причём это оружие не только должно наносить удары по живой силе и технике противника, но и затруднять его логистическую поддержку.

Сценарий третий: локальные войны

Крупнейший локальный конфликт современности - война в Афганистане, стала холодным душем для советского военного руководства. Война, которая по первоначальным планам должна была завершиться за несколько месяцев, растянулась на десятилетие. Одной из главных причин эскалации конфликта и перерастания его в изнурительную партизанскую войну стало то, что на вооружении армии не было оружия, способного наносить точечное, адресное воздействие на противника. Армия, подготовленная к крупномасштабным боевым операциям, была вынуждена работать, как говорится, "по площадям" - с применением реактивных систем залпового огня, тяжёлой артиллерии, дальней авиации. Мы помним случаи, когда на основании ошибочных разведданных командование принимало решение на уничтожение целых селений. Все это вело к высоким потерям среди мирного населения и стремительному росту сторонников вооружённой оппозиции. Вообще, к середине 80-х годов в Афганистане сложилась парадоксальная ситуация: наиболее эффективно против моджахедов действовали силы специального назначения, использовавшие, по сути, такую же тактику и такое же вооружение, как и их противник. Было лишь одно различие - за нашими войсками стояла огромная страна с мощнейшим военно-промышленным комплексом и военной наукой, которые, как оказалось, не смогли предвидеть и адекватно ответить на афганский вызов. С похожими проблемами мы позже столкнулись и на Северном Кавказе.

В ходе реформирования армии опыт ее участия в локальных конфликтах был, безусловно, учтён, как в организационном, так и в техническом плане. Например, на вооружение начали поступать лёгкие бронемашины с усиленной противоминной защитой, беспилотные аппараты и так далее. Но проблема непропорциональности применяемой силы к уровню задач, стоящих перед армией в ходе локальных конфликтов, по-прежнему не решена. Реальность такова, что сегодня, как и 30 лет назад, мы располагаем лишь теми средствами, которые в случае их применения переводят конфликт в более тяжёлую фазу. Нам же необходимо оружие, которое позволит вывести солдата из прямого боестолкновения; оружие, способное поражать только те цели, которые действительно представляют для нас опасность.

Сценарий четвертый: противодействие терроризму, в том числе и государственному

Задачи борьбы с терроризмом, если и не входят в спектр чисто военных задач, не менее актуальны - ведь уровень террористической угрозы сегодня сопоставим с военной. Террор не остаётся в стороне от прогресса. В руках преступников оказываются все новые инструменты, что приводит к появлению новых глобальных угроз. Террористы берут на своё вооружение информационные технологии. Целями кибератак могут быть как получение доступа к государственным и личным секретам, так и прямые атаки с целью уничтожения управленческой элиты и инфраструктуры государств.

При этом борьба с терроризмом в России сегодня в основном сводится к оперативно-розыскным мероприятиям, которые не всегда согласованно проводят спецслужбы и МВД. Информационные же технологии используются лишь как вспомогательные механизмы. Между тем, в ряде государств ведутся разработки высокоинтеллектуальных информационных систем, которые могут вывести эффективность противодействия терроризму на качественно иной уровень. В таких системах будут интегрированы информационные потоки с пограничных переходов, транспорта, уличных камер видеонаблюдения. Однако разработчики подобных систем тотального контроля сталкиваются с серьёзными проблемами - современный уровень компьютерных технологий пока не позволяет обрабатывать столь мощные потоки информации. Задачу можно решить путём создания неординарной информационной системы, контуры которой уже прорабатываются в России.

Сценарий пятый: противоборство в Арктике

Активное освоение арктического шельфа неизбежно приведёт к конфликту интересов между странами, предъявляющими свои претензии на его ресурсы. Не исключено, что противостояние выйдет за рамки дипломатического. Вполне вероятно, что российские объекты нефте- и газодобычи могут стать целями скрытых диверсий со стороны стран-конкурентов. Необходимо понимать, что исполнители подобных диверсий могут быть явно не связаны со странами-заказчиками. Для нанесения ответного удара и определения масштаба применения силы необходимо не только зафиксировать исполнителей, но и идентифицировать их заказчиков. Для этого необходимы современные средства мониторинга, способные эффективно работать в воздушной и водной средах. Пока же, в полном объёме, мы не располагаем такими средствами.

Оживление Севморпути также не добавит спокойствия в Арктике. В НАТО давно обсуждаются планы усиления военно-морской группировки в Арктике под предлогом обеспечения защиты коммерческого судоходства.

Анализ вышеперечисленных угроз наталкивает на неутешительные выводы. Ни классическая военная теория, ни современная практика вооружённых сил не имеют чётких и однозначных ответов по их парированию. Кроме того, средства, способы и формы вооружённой борьбы, на которые ориентирована современная армия, не являются универсальными для всех типов угроз. Очевидно, что в ближайшее время для решения этой и подобных нетривиальных задач нам необходимо совершить технологический прорыв, который по своим масштабам может быть сравним с атомным проектом или с советской космической программой.

Очевидно, что поиск решений для подобных нетривиальных задач должен происходить в тесном взаимодействии военных, конструкторов, технологов. Организационно в нем должны участвовать Министерство обороны, научно-исследовательские учреждения силовых ведомств, Академия наук. Концентрация научного потенциала - это единственный путь ликвидировать отставание России в области оборонных технологий.

Функции по координации, разработке и производству новейших видов вооружений предприятиями оборонного комплекса должна сосредоточить в своих руках Военно-промышленная комиссия (ВПК) при Правительстве РФ. Ситуацию, когда ОПК работал без такой системной координации со стороны Военно-промышленной комиссии, иначе как "разбродом и шатанием" не назовешь. Многочисленные институты пытались самореализоваться без учета того, что на самом деле необходимо стране и её Вооруженным силам. Четкую, продуманную политику в области перспективных исследований и концептуальных вопросов прогнозирования не мог сформировать и главный заказчик ОПК - Министерство обороны, на откуп которому после развала СССР были отданы эти функции. По сути, с начала 90-х годов решения о создании новых образцов вооружения стали принимать руководители видов Вооруженных сил, которые, естественно, продвигали профиль своих собственных конструкторских бюро. В результате мы получили многотипие, мелкотелье и дублирование систем вооружения.

В Советском Союзе существовала четкая система взаимодействия между Министерством обороны и оборонно-промышленным комплексом в области разработки новых систем вооружения на основе программно-целевого планирования. Эта система позволяла решать не только задачи сегодняшнего дня, но и смотреть в будущее на основе прогнозов развития вооружения и военной техники вероятного противника. Главная задача Военно-промышленной комиссии - реанимация этой системы, естественно, с учетом реалий сегодняшнего дня.

Другой приоритетной задачей ВПК сегодня является создание эффективной системы взаимодействия военного и гражданского секторов экономики в интересах оборонного комплекса. Понятно, что развитие ОПК только за счёт бюджетных средств невозможно. Привлечь инвестиции в отрасль могут новые прорывные технологии двойного назначения, которые, надеюсь, мы увидим уже в ближайшие годы.

Работа Военно-промышленной комиссии критически важна для нашей страны. Результатом ее должна стать не только своевременная и стабильная поставка в войска всего необходимого для их перевооруже¬ния, но и новая индустриализация России.

Особую роль в деле создания и продвижения передовых разработок мы отводим недавно созданному Фонду перспективных исследований, который должен сформировать современную платформу для критически необходимых новых технологий и решений. В ближайшее время Фонд подготовит трёхлетний перспективный план работы. Со второй половины 2013 года он начнёт предметную работу по конкретным проектам. Конечно, многие из них могут быть восприняты общественностью и научным сообществом как слишком смелые. Мы отдаём себе отчёт, что некоторые проекты Фонда будут находиться в зоне высокого и чрезвычайно высокого риска, или будут ориентированы на очень отдалённую перспективу, но ведь, как говорил Александр Македонский, "нет ничего невозможного для того, кто пытается делать".

Поддерживая дух и букву тех идей, которые изложил в своей предвыборной статье "Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России" В.В.Путин, мы понимаем, что нас ждет титаническая работа по восстановлению интеллектуальной и физической мощи нашей Родины. И к такой работе мы готовы.

Российская газета 

Иллюзия европейской безопасности

 Денис Гайшун

«Угроза, вызовы, агрессия, конфликт, санкции, террор» – все чаще встречающиеся теги в западноевропейских СМИ при освещении событий, происходящих в странах старой матушки Европы. Сегодня среднестатистического обывателя это уже не удивляет и даже не настораживает, хотя дыма без огня не бывает. Тогда возникает вполне логический вопрос: «Способна ли сама Европа залатать бреши в собственной системе безопасности?».

Вопрос сохранения мира на европейском континенте особенно актуален в свете предстоящего учения «Запад-2013», проводимого Россией и Беларусью – с одной стороны, и натовских маневров в Восточной Европе под благозвучным названием «Steadfast Jazz-2013» – с другой. Интересна еще сама манера подачи новостей польскими СМИ на фоне истерии ее действующих и бывших политиков – тех же Сикорского и Шереметьева, кричащих о планируемой агрессии Беларуси против Польши.

Не по этой ли причине Россия организовывает конференцию «Военные и политические аспекты европейской безопасности», проведение которой намечено на 23-24 мая в Москве? Принять участие в форуме приглашены генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен, руководители военных ведомств стран-членов Альянса, министры обороны стран СНГ и ОДКБ, а также аккредитованные в Москве зарубежные атташе обороны, эксперты российских и международных аналитических центров.

Перспективы международной безопасности, как в региональном измерении, так и в планетарном масштабе, тесно связаны с решением извечных проблем войны и мира, в первую очередь на европейском континенте, ставшем источником двух мировых войн.

Окончание «холодной войны», распад Организации Варшавского Договора и СССР, углубление политической, экономической и военной интеграции в Европе создали ситуацию, при которой страны Европейского союза получили возможность выступить с единых позиций на международной арене, претендовать на роль нового военно-политического центра силы. Была создана европейская система безопасности, основными участниками формирования которой являются ООН, ЕС, ОБСЕ, НАТО, Договор об обычных вооруженных силах в Европе и Российская Федерация.

Однако военный конфликт на Балканах напомнил о том, что война не исчезла с европейского континента и Европа находится перед лицом новых угроз и вызовов. События последних лет показали, что существующая система европейской безопасности не способна к разрешению возникающих споров, конфликтов и кризисному урегулированию, она изжила себя и нуждается в реорганизации. Недееспособность системы очевидна, для ее реабилитации необходимо проанализировать текущее состояние и недостатки, снижающие ее эффективность и сводящие усилия основных политических акторов к нулю.

Основной причиной обострения напряженности в современном мире является нынешняя внешнеполитическая стратегия США, которая строится в соответствии со старой «универсальной» формулой, которая гласит: «Границы американской безопасности лежат везде, где поставлены на карту американские интересы». На пороге ХХІ века Североатлантический альянс обрел «второе дыхание» под эгидой США и фактически отстранил от решения проблем европейской безопасности и превентивной дипломатии Европейский Союз, ОБСЕ, Совет Европы и даже ООН и Совет Безопасности ООН. Основными натовскими инструментами в решении международных проблем является силовое давление и агрессивные действия против суверенных государств под прикрытием так называемой гуманитарной интервенции.

Другой проблемой стало расширение НАТО и ЕС – явное доказательство военной интеграции Европы для продвижения своих политико-экономических интересов на постсоветском пространстве под эгидой США, несмотря на имеющиеся разногласия между ними. Стремление бездумного увеличения количества членов вызвало обострение многих социально-экономических проблем, решение которых займет многие годы.

В настоящее время в мире идет глобальная перестройка, борьба за передел мира, за обладание энергоресурсами, другими природными источниками жизнеобеспечения. Учитывая прогнозирование дефицита ресурсов в ХХІ веке, нельзя исключать и возможность участия стран ЕС в военных операциях. Названная опасность обретает зримые очертания по мере роста милитаризма в Европе. К тому же Старому Свету грозит новый раунд гонки вооружений из-за развертывания элементов противоракетной обороны США на его территории.

Другими словами, международный механизм в области разоружения и контроля, создававшийся на протяжении многих лет, продолжает в одностороннем порядке методично разрушаться Соединенными Штатами. Происходит деградация глобальных и региональных режимов контроля над вооружениями.

Принятые же решения о создании европейской «армии» неуклонно ведут к дальнейшему расколу Европы с далеко идущими последствиями. Новый военный шаг, сделанный Евросоветом, может поставить милитаризацию ЕС на необратимый путь, к новой «холодной войне». Ссылки лидеров ЕС на то, что создаваемые ими мобильные силы быстрого реагирования носят оборонительный характер и предназначены для ликвидации последствий природных катастроф, оказания гуманитарной помощи и поддержания мира, не внушают доверия с учетом их оснащения новейшими видами смертоносного боевого оружия и средств его доставки в районы «кризисных ситуаций».

Надо отметить, что милитаризация Европы не способствует укреплению роли ООН как инструмента мира, наносит новый удар по ОБСЕ, влечет за собой очередной виток недоверия к европейским структурам, в особенности со стороны стран, оставшихся в стороне интеграционных процессов в Европе.

Таким образом, современные тенденции мирового развития накладывают негативный отпечаток на глобальные и европейские процессы, что вызывает серьезную тревогу в среде политиков, обеспокоенных тем, что население европейского континента становится заложником чужой игры, когда ставки делаются за океаном, а расплачиваться придется европейцам.

Прежде всего, для восстановления системы безопасности одной из приоритетных целей Европы в ближайшее время должно стать усиление роли ООН, обеспечение ее всем необходимым для реализации возложенной на нее ответственности. Это единственная организация, которой дано право применения силы, как крайнего средства, для решения международных споров. Не надо подменять ООН ни НАТО, ни Евросоюзом.

Основными направлениями укрепления европейской безопасности можно выделить следующие – политическое сотрудничество со всеми странами Европы, создание национальных и межгосударственных оборонительных структур и укрепление регионального военного сотрудничества вне рамках НАТО, установление межгосударственного военного планирования, сокращение вооружения и перестройка военных структур.

Также понятна и общепризнана невозможность создания в Европе эффективной системы безопасности без российского участия и ее партнеров, в частности стран СНГ. Необходимо изменить статус Российской Федерации в формирующейся системе, предоставить ей достойное место, которое дало бы возможность оказывать влияние на международные политические процессы, происходящие в Европе, с тем, чтобы стать признанным участником в решении проблем, имеющих судьбоносное значение для всего континента.

С учетом изменившейся геополитической ситуации в современном мире необходимо постоянное переосмысление накопленного опыта. Неверное понимание проблем европейской безопасности, а также недооценка и переоценка угроз и вызовов может губительно отразиться на судьбе не только отдельно взятого государства, но и всего европейского политического пространства.

БелВПО 

Три вопроса национальной безопасности. Вопрос II: как умеет воевать наш вероятный противник?

Александр Горбенко Часть I. ...Кто наш вероятный противник? Попробуем ответить на второй вопрос национальной безопасности: как будет действовать наш вероятный противник? Какие методы вооружённой борьбы он считает предпочтительными в современных условиях? От этого зависит то, как следует строить наши Вооружённые силы, к чему их готовить и чем оснащать. Немного отвлекаясь, отметим ещё один момент. От методов ведения войны вероятного противника зависят также и меры государства по противодействию возможной агрессии. Они включают в себя как готовность к ним государственных структур и органов, так и работу с гражданским населением. И последнее тоже важно, поскольку любой гражданин должен иметь представление о возможных опасностях и своих действиях в случае возникновения этих опасностей. Вспомним: когда противник строил планы нанесения ядерного удара – все знали, что нельзя смотреть на вспышку, где ближайшее бомбоубежище, умели надевать противогаз, были в курсе, что надо искать укрытие от ударной волны, хранить запас продуктов в герметичной упаковке и т. д. А что сегодня? К чему любой гражданин должен быть готов и что он должен знать ради собственной же безопасности? Неужели нашей стране и её жителям ничего не угрожает, кроме случайных травм на улице, техногенных аварий и стихийных бедствий? Если судить по почти полному отсутствию подготовки гражданского населения к внешним угрозам – никакой внешней опасности вообще нет! Или она так мала, что не стоит внимания большинства граждан. Может, это и правильно? Пусть угрозами занимаются «специально обученные люди» – военные, МЧС, скорая помощь, президент. А «мирные граждане», может быть, пусть занимаются своими делами и не сильно вникают в то, с чем должны справляться специалисты? А это зависит от величины и характера угроз. Если нам нечего бояться, кроме единичных террористов и техногенных катастроф – то да, с этим должны справляться «специально обученные люди». А остальные могут и не напрягаться. А если угрозы более серьёзны и будут затрагивать всё общество? Тогда не окажется ли это общество беззащитным перед лицом опасности, превышающей возможности «специально обученных» людей и служб? На этот вопрос нам также предстоит ответить, рассмотрев способы ведения войны, которые предпочитает наш противник. Хочется только отметить один нюанс, который касается не столько проблем безопасности, сколько качества самого гражданского общества. Если угрозы в самом деле ничтожны (предположим, что это так) – то, наверно, «мирным гражданам» и не обязательно в них вникать и заниматься подготовкой к их отражению. Но такой подход ставит рядового гражданина в положение «неразумного дитя», за которого всё должны делать взрослые, а ему, по малолетству, лучше закрыть глазки, чтобы не испугался. И надо сказать, что подобное отношение даже справедливо к некоторой части наших с вами сограждан. Многим «беззаботное детство» кажется милее, чем жизнь взрослого гражданина, поскольку она предполагает не только «игрушки и мультики», но и ответственность за свою страну, за её безопасность, за общие цели и задачи. От годичного воинского долга и то стараются откупиться, только чтобы не отрываться от родной песочницы. Так и идут по жизни, только меняя игрушки по возрасту. Это как раз результат перекладывания ответственности за безопасность страны со всего общества, на специалистов. Большинство «сачков» вовсе не отрицают необходимости защищать страну и заботиться о её благе. Просто считают, что этим заниматься должен кто-то другой, говорят себе «это не мое дело». И общество оказывается всё больше и больше разделённым на тех, кто неразрывно связывает свою судьбу с задачами страны, и тех, кто думает, что по праву «гражданина» не обязан этого делать. Такое положение – конфликтно по определению и может грозить серьёзными последствиями в будущем. Пока это всего лишь тенденция, которая может превратить общество, в неспособное приподняться от «игрушек» личной жизни, до уровня осознания общих задач – задач своей страны. И безопасность, которую большинство считают не своим делом, – только часть проблем такого общества. На что оно будет способно? Насколько своей будут ощущать страну люди, которые не чувствуют личной причастности к её защите, к её мощи, к её достижениям и победам? Долго ли такое общество останется целостным? Но вернёмся к вероятным противникам и их способам ведения войны. Ранее мы определили, что мировой силой, наиболее мощной в военном плане, наиболее агрессивной по факту своей активности и имеющей обширные интересы, затрагивающие нашу безопасность, является блок НАТО во главе с США. Конечно, готовность к отражению любой угрозы подразумевает, что нельзя отталкиваться от способов ведения войны только какого-то одного вероятного противника. Но начать следует со способов ведения войны противника наиболее опасного. В военном деле американцы превратились за последние десятилетия из не очень умелых и не очень способных учеников в ведущую мировую силу. И в один из главных центров военной науки, который обучает своему представлению о способах вооружённой борьбы или только оказывает влияние практикой применения своей военной силы – почти все армии мира. Как и везде – это результат опыта. Претендовать на роль мирового лидера невозможно, если не обладаешь военной мощью, превосходящей мощь других мировых центров силы – американцы прекрасно это понимали всегда. Вопреки расхожему мнению, военная мощь – не следствие, а причина благополучия и высокого уровня развития любой страны. И США не исключение из этого правила. Нынешнее положение США как наиболее развитой и благополучной страны мира – это прямая заслуга американских вооружённых сил и их применения по всему миру. Но современные немалые военные возможности и собственная школа военной науки появились у США не сразу. Они шли к ним постепенно, но целенаправленно. Если само участие американцев в двух мировых войнах трудно назвать блестящим, то выводы из этого опыта они сделали правильные. И на протяжении второй половины ХХ века они совершенствовали свою военную науку с помощью практики. США и их сателлиты по НАТО участвовали почти во всех региональных конфликтах, чаще всего являясь их инициатором. Они применяли военную силу везде, где это позволяли обстоятельства. Не всегда успешно, но всегда настойчиво. Из неудач делались выводы, которые совершенствовали как сами вооружённые силы, так и практику их применения. Именно эта настойчивость в совершенствовании и применении военной силы сделали США мировым лидером. А вовсе не «мирный труд мирных граждан» – он всегда заслуживает уважения, но никогда не является определяющим фактором успеха государства в конкуренции с другими за лучшие условия, от которых, в свою очередь, зависят уровень жизни, и благополучие жителей. Это полезно помнить отечественным «пацифистам» и сторонникам «мирного развития общества». Итак, к чему же пришли американцы сегодня в своих представлениях о способах эффективной вооружённой борьбы? Какой войну видит американская военная наука? Американская военная наука развивалась самостоятельно, используя собственный опыт, наиболее эффективный зарубежный опыт и постоянный анализ противника. Поэтому не удивительно, что представление американцев о современной войне отличается, например, от нашей школы военной науки, которая не менее самостоятельна и основана на собственном немалом опыте. Так, мы современную войну и войны ближайшего будущего относим к шестому поколению войн, а американцы – только к четвёртому (4 GW - Fourth generation warfare). Почему? Очень просто: наш и американский опыт отличаются. Эпоху войн, предшествующую появлению огнестрельного оружия – американцы не замечают вовсе. Что и понятно: в эту эпоху американцев не существовало. Также они не считают, что появление ядерного оружия изменило применение вооружённых сил настолько, что его следует выделять в новое поколение. Это тоже понятно. Для США ядерное оружие изначально стало всего лишь ещё одним видом вооружения, пускай огромной мощности, но не выходящим за рамки обычных для себя способов применения военной силы. Собственно поэтому они так легко его использовали против Японии (просто заменили обычную для себя массированную бомбардировку – ядерной). И поэтому всегда имели планы превентивных ядерных ударов. Для них – это всего лишь ещё одно оружие. Другое дело – мы. Для нас появление ядерного оружия у противника автоматически означало новую агрессию против Советского Союза. От агрессии стороны западных стран сразу после войны удерживала только мощь Советской Армии. А ядерное оружие давало преимущество, которого США и Великобритания (даже вместе с так и не разоружёнными немецкими дивизиями) не имели. Для нас появление ядерного оружия означало новую угрозу для физического существования. Для них – это был только способ относительно легко разделаться с ещё одним геополитическим противником. Появление советского ядерного оружия расстроило планы по быстрой ликвидации СССР, но не означало отказа от этих планов. Началось новое состязание технических средств и военной мысли. Для них – это снова были попытки получить военное преимущество. Для нас снова – вопрос выживания. Обоюдное обладание ядерным оружием сделало невозможным не только его применение, но и агрессию НАТО обычными военными средствами – на агрессию у нас был ракетно-ядерный ответ. НАТО не имело военного преимущества. Но искало способы его получить. Так родилась концепция «Ограниченной ядерной войны в Европе», которая должна была затронуть только страны Старого Света и СССР. А США рассчитывали остаться в стороне от спровоцированного «ограниченного» ядерного конфликта и, таким образом, стать победителем. На это отечественная военная наука ответила развитием обычных видов вооружения. Вооружённые силы СССР подверглись радикальной реформе, благодаря чему стали способны в считанные дни занять территорию Западной Европы. Эту способность мы продемонстрировали всему миру учениями «Запад-81» и «Щит-82». Так наша военная наука похоронила планы ограниченной ядерной войны. Но поиск новых форм ведения войны продолжался. Первой открытой публикацией о переходе к новому поколению войн была статья Уильяма Линда и ещё четырех офицеров армии и КМП США «Меняющееся лицо войны: четвёртое поколение». Она была опубликована в «Газете Корпуса морской пехоты» в 1989 году, когда Советскому Союзу оставалось жить всего два года. Статья не потеряла актуальности и сегодня, поскольку рассматривала методы войны, которые активно развиваются, и по сей день. Её прочтение позволит расширить кругозор тем, кто всё ещё представляет войну, как столкновение танковых дивизий. В статье обосновывалось коренное изменение в формах ведения войн, по мнению американцев, более существенное, чем появление ядерного оружия, что и позволило отнести эти формы к новому поколению войн. В чём же они заключаются? Давайте посмотрим. В работе рассматриваются четыре идеи, которые возникли давно, но должны определять облик современной войны. Первая исходит из тенденции всё большего рассредоточения сил на поле боя и расширения масштабов самого поля боя. Развитием этой тенденции, по мнению американцев, должен стать перенос понятия поля боя с узкой зоны военных действий на всю территорию противника, а также на всё его общество, «от имени которого противник ведет войну». Вторая идея также исходит из рассредоточения войск. Но развивает эту тенденцию в сторону автономных действий отдельными подразделениями, которые должны меньше зависеть от централизованного снабжения и поддерживать своё существование «за счёт окружающей местности и противника». То есть это попытка придать диверсионно-разведывательным и подрывным действиям в тылу противника статус главного военного инструмента. Третья идея утверждает, что массовость и огневая мощь вооружённых сил противника должны стать его слабым местом. По мнению американцев, традиционная армия неспособна эффективно бороться с небольшими, высокоманевренными боевыми группами (партизанскими). А её массовость только облегчит нахождение целей для уничтожения. Четвёртая идея исходит из того, что целью войны должно стать не физическое уничтожение войск противника, а достижение его «внутреннего коллапса»: «…В число целей для поражения будут входить поддержка войны населением и культура противника». То есть для победы вовсе не обязательно сокрушать войска противника в открытом столкновении, захватывать его территорию и силой принуждать население подчиняться. Поражение противника, разрушение его страны, потеря воли к сопротивлению, подчинение населения – это цель любой войны. И не важно, каким способом она достигнута. Вот несколько цитат, иллюстрирующих облик войны четвёртого поколения: «Военные действия четвёртого поколения, по всей вероятности, будут в высшей степени рассредоточенными и по большей части не определёнными; различия между миром и войной будут размыты до самой точки достижения результата. Война будет нелинейной до такой степени, что, возможно, не будет сражений и линий фронта. Исчезнет различие между гражданскими и военными. Действия будут одновременно направлены на всю глубину участвующих сторон, включая всё их общество, понимаемое не только как совокупность людей, но как культурная целостность... Тактический и стратегический уровни будут сливаться, поскольку целями боевого воздействия станут политическая инфраструктура и гражданское общество противника. И здесь будет критически важно изолировать от противника свою Родину, поскольку небольшое число людей будет способно причинить большой ущерб... Задачами командиров всех уровней, будет выбор целей, это будут решения политического и культурного характера, а не только военного... Психологические операции могут стать доминирующим оружием стратегического и оперативного уровней, они могут проходить в форме информационного вмешательства силами средств массовой информации. Противники в войнах четвёртого поколения будут умело манипулировать СМИ в целях изменения общественного мнения в стране и в мире до такой степени, что применение психологических операций сможет сделать излишним применение боевых подразделений. Основной целью станет поддержка населением правительства противника. Телевизионные новости смогут стать более мощным оружием, чем танковые дивизии... Указывать на переход войны к четвёртому поколению будет акцент на развал противника (в противоположность его уничтожению). Он означает смещение фокуса с фронта на тыл врага». Статья эта интересна сегодня несколькими своими сторонами. Она позволяет лучше понять те способы ведения войны, которые родила военная мысль вероятного противника. В ней фигурирует тупиковый характер традиционных военных действий. И действительно – в противостоянии с Советским Союзом США не удалось добиться военного превосходства. Для НАТО это была тупиковая ситуация, выход из которой искала западная военная наука. Дело в том, что все описанные формы «современной войны» давно и прочно входили в арсеналы спецслужб. Но в конце 80-х западные военные начали их рассматривать как новую форму ведения войны. И сегодня для нас очевидно, что победа над СССР – это военная победа, достигнутая не традиционными, но от того не менее эффективными путями. Мы не были уничтожены, но испытали «внутренний коллапс». Удар наносился не по Вооружённым силам, а по политической инфраструктуре и гражданскому обществу, «понимаемому как культурная целостность». Население не ощущало войны, и «границы между миром и войной» действительно не существовало. Не менее интересным выглядит исследование в статье терроризма. В нём авторы видят зачатки войны четвёртого поколения. Напомню, что статья была написана задолго до того, как США столкнулись с угрозой терроризма на своей территории. И интерес к этой форме вооружённой борьбы рассматривается далеко не только с точки зрения безопасности США, но и с точки зрения его эффективности: «…Терроризм, кажется, представляет собой решение проблемы, которая была сформирована предшествующими сменами поколений, но которую они в действительности и не пытались решать. Это противоречие между характером современного боя и традиционной военной культурой. Звания, униформа, строевая подготовка – это культура порядка. В то время как современное поле боя становится всё менее упорядоченным. Военная культура, остававшаяся культурой порядка, всё более противоречит боевой обстановке. …Противоречие между военной культурой и природой современной войны ставит традиционные вооружённые силы перед дилеммой. Террористы же разрешают эту дилемму, игнорируя военную культуру. Они не носят униформы, не ходят строем, не отдают чести и, по большей части, не имеют системы званий. Они могут создать военную культуру, соответствующую неупорядоченной природе современной войны. …Даже оружие террористов указывает на смену поколений войн. Как правило, предыдущее поколение требует гораздо больше ресурсов для достижения заданной цели, чем последующее. Сегодня Соединённые Штаты тратят 500 миллионов долларов за стелс-бомбардировщик. А террористический «стелс» – это автомобиль с бомбой, который выглядит, как любой другой автомобиль». О таком интересном развитии идей войны нового поколения, а также о некоторых других формах этой войны, стоит поговорить отдельно. Продолжение следует... Однако

Об информационной агрессии и информационной безопасности

Сергей Лунев

Западная демократия забавная "штучка". В Германии, Франции, Австрии действительно граждане в полной мере пользуются своим избирательным правом и выбирают "своего лидера". Общество в странах "развитой демократии" действительно сильно влияет на политику. Не может президент, канцлер или премьер-министр игнорировать общественное мнение, принимать решения без оглядки на своего избирателя. Но ведь избирателя можно убедить в том, что в данный момент именно такое решение требуется принять, и оно пойдёт во благо обществу и государству в целом. Ну, а если впоследствии окажется, что решение было ошибочным, то по законам всё той же "рыночной демократии" политик проигрывает выборы, лишается власти и может даже пойти под суд, получив вполне реальный тюремный срок... После этого народ будет рукоплескать существующей политической системе, но дело то сделано? Страну довели до банкротства, втянули в войну, а в результате поддержанных "цветных революций" где-то в Африке к власти пришел форменный людоед. Досадная ошибка, но о ней очень скоро забудут, поскольку будет выключен "рубильник" массовой пропаганды. Подвох западной фальш-демократии как раз и заключается в том, что в конечном итоге всю ответственность за ошибки несёт не совершивший их политик, а граждане, за него голосовавшие, то есть общество. Таким образом, в условиях тотального контроля за средствами массовой информации демократический выбор всего лишь результат манипуляций.

В современном демократическом мире правит тот, кто владеет СМИ. Нам говорят о свободе слова, но почему-то скромно умалчивают о том, что абсолютное большинство масс-медиа принадлежит корпорациям, руководство которых и определяет редакционную политику, указывая на то, что необходимо говорить и какую точку зрения поддерживать. Телеканалы, газеты, радиостанции стали предметом купли-продажи, а значит, и свобода слова продаётся и является фикцией. В итоге, именно Запад в лице корпораций определяет, что является добром и злом в нашем мире, какие правительства являются законными, а какие - нет.

Плетясь у него в хвосте, мы как попки повторяем и тиражируем ложь западной пропаганды, даже не задумываясь, к чему в конечном итоге всё это ведёт. К примеру, даже наши, вполне независимые СМИ, пишут о каких-то сирийских повстанцах, в то время, когда любому здравомыслящему человеку очевидно, что в Сирии воюют не повстанцы, а бандиты и иностранные наёмники. Мы говорим о некой "бело-ленточной" оппозиции в России или "оранжевой" на Украине, тем самым легализуем её в качестве оппозиции в массовом сознании, вместо того, чтобы говорить о пятой колонне Запада в наших странах. Пошляка мы называем художником, имеющим отличный взгляд на реальность. Мы всё это принимаем, и значит соглашаемся с оппозиционерами, повстанцами и так далее. Мы сами легализуем зло, одеваем его в политически корректные одежды, делая его безобидным, не задумываясь о том, что всё это ведёт к разрушению нашего общества, упадку морали, утрате ценностных ориентиров. Даже малого мы безвольно не хотим сделать - называть всё своими именами.

Мы до сих пор не разобрались, что же такое Запад? С кем мы имеем дело? Кто нам противостоит, какими инструментами и средствами Запад добился фактически тотального контроля над миром? Чёткость и однозначность формулировок позволяет дать ответ на этот вопрос. Во-первых, Запад - это глобальная финансовая система. Во-вторых, это чётко структурированная и взаимосвязанная экономическая система, в которой контроль за мировой экономикой осуществляется посредством транснациональных корпораций. В-третьих, это армии стран Запада и их спецслужбы. В-четвёртых, это единая информационная система, позволяющая навязывать людям всего мира западные ценности, образ мысли, взгляд на историю и текущие мировые события. Кинематограф, массовая культура, транснациональные СМИ, принадлежащие так же транснациональным корпорациям, фактически являются информационными диверсионными отрядами, которые проникли на нашу территорию. Так современный мир превратился в тоталитарное государство со своим капиталистическим ЦК, подконтрольным ему отделом пропаганды, единой валютой, экономикой, армией и спецслужбами. Только наличие государств, правительств, конституций, границ, а также кажущаяся сложность системы управления сбивает нас с толку, не позволяет нам поверить в то, что глобальная Империя уже состоялась.

О том, что Запад не меняет и не собирается менять отношения к Русской цивилизации можно судить по несмолкаемому русофобскому ору, по поддержке антироссийских и антирусских сил как в России, так и на Украине и в Белоруссии. Некоторые считают, что западные СМИ имеют свою отличную позицию на происходящее в наших странах? Им кажется, что нас критикуют за наши пороки? Категорически не согласен. Дело совсем не в этом. Нас критикуют за то, что мы есть. Информационная война против нас будет продолжаться до тех пор, пока мы живы. И западные средства массовой пропаганды всегда будут навязывать своим народам образ русских, как врага. Это не паранойя, это констатация факта, основанная на опыте как прошлого, так и настоящего. Для Запада мы всегда будем отсталым, азиатским, варварским народом. Этот взгляд на русских они будут навязывать своим гражданам, всему миру и нам.

Внимательно присмотритесь ко всем тем, кого поддерживает Запад в России, ко всем этим фондам по изучению, развитию, углублению, прославлению демократии... Чем они занимаются? Во-первых, они нас просвещают. Мы ведь неполноценные не знаем, что такое демократия и правовое общество?! К украинцам западные конторы вообще относятся как к обезьянам, которым ещё предстоит стать человеком. Украинцев не просто учат, их дрессируют! Во-вторых, вся деятельность западных фондов сводится к выискиванию и тиражированию наших проблем. Логика тут присутствует, одно дополняет другое, мы варвары, они – цивилизаторы, приобщающие нас к высокой европейской культуре. В-третьих, на мнение этих западных миссионеров ссылаются западные СМИ, как на экспертов по ситуации в России, на Украине и в Белоруссии.

Обратите внимание на бесстыжих девиц из якобы украинской организации Femen или российской Pussy Riot. Они создают скандалы, чтобы западные СМИ могли в очередной раз написать о нас гадость. Это провокаторы, создающие информационные поводы. Неслучайно названия экспортно-ориентированных оппозиционных движений пишутся на английском языке, ведь созданы они для формирования имиджа наших стран за рубежом. Для того, чтобы определить на кого и в чьих интересах они работают, не обязательно иметь полный пакет документов, адреса, пароли, явки, достаточно посмотреть на то, что они делают, и как это используется в западной пропаганде. Результат - вот доказательство их работы в интересах Запада и соответственно - против нас.

Найти ответ на вопрос, как противостоять информационной агрессии достаточно просто, если знать устройство современного мира, чётко определив того, кто является нашим противником, и как он действует. Гигабайты дезинформации сливаются в наши головы, и ответом на подобную информационную агрессию может быть контрпропаганда. Точно так же, как мы пользуемся разработанными в США компьютерными программами, точно так мы должны перенимать их опыт борьбы в информационном пространстве. У них есть виртуальные бойцы, - у нас тоже должны быть виртуальные бойцы. У них есть каналы коммуникации, в которые они "сливают" свою дезинформацию, и мы должны создать свои каналы, благо современные технологии позволяют одним нажатием кнопки мыши объединиться в социальную сеть. И наша сила, наше преимущество в том, что на нашей стороне правда. Нам не надо врать. Мы не строим демократию в Ираке и Ливии, по надуманным предлогам совершая агрессию против суверенных стран. Мы не устраиваем цветные революции, свергая законно избранные правительства. У нас есть идеалы добра и справедливости, у них - нет. В конце концов, мы ещё не превратились в тупые желудки, неспособные думать и противостоять информационной агрессии.

Начать можно с малого - не помогайте врагу и не распространяйте ложь. Непременно объясняйте людям, что в реальности стоит за западной пропагандой, за каждым событием, происходящим в мире. Очень осторожно относитесь к источникам информации, к публикуемым рейтингам, мнениям "авторитетных" западных экспертов. Не пишите, не публикуйте гадости о нашей Родине и нашей истории. Формируйте, насколько это возможно, позитивное информационное поле вокруг России. Распространяйте хорошие новости, а не чернуху. Слуга Отечества должен прославляться, а не вор, негодяй и вырожденец. Ведь если мы забиваем всё информационное поле негодяями, то и нормой, примером для подражания становится негодяй. Политики-ублюдки, чиновники-коррупционеры, полицейские- уроды, а на кого тогда ориентироваться и кому подражать нашим гражданам? Ну а потом совершенно естественно заползает в наши души скользкая мысль, если страна опаскудилась, то стоит ли ей дорожить? Если нет ничего хорошего вокруг нас, то может в очередной раз всё разрушить до основания?

Мы должны формировать свою картину мира, а не импортировать чужую. Мы сами должны создавать новости, давать оценку происходящим событиям, а не копировать то, что нам навязывают CNN, BBC, Reuters, Deutsche Welle. Необходимо иметь свой, русский взгляд на реальность, смотреть на происходящее в мире своими глазами и думать своей головой. Сегодня гарантом суверенитета государства является не только армия, экономика, финансовая система, но и независимое информационное пространство, защищённое от проникновения чуждых и враждебных нам идей. Нам нужны свои рейтинги, эксперты и лидеры мнений, а не западные манипуляторы и их марионетки. Если этого не добиться, то мы станем послушными исполнителями чужой воли, а наших детей воспитают за нас и в ненависти к нам, к нашей истории и нашей Родине. У наших детей не будет наших героев и наших ценностей, а мы сами станем для них чужими. Мы должны отобрать монополию на патриотизм у пятой колонны, у работников фондов, финансируемых Западом, у тех, кто прикрываясь демократией и свободой слова, выступает от нашего имени. У них другие хозяева, и говорить об этом надо чётко и ясно. Мы не должны стесняться того, что защищаем своё информационное пространство. Нас назовут агентами Кремля? Пусть заткнутся. Мы служим своему Отечеству, а не являемся холуями Запада, как они. Всякий нормальный гражданин должен гордиться тем, что служит своей Родине.

Противостоять всей окружающей нас мерзости можно, необходимо просто стать обществом, а не утратившими всякие связи друг с другом молекулами. Возомнивший себя общественным деятелем должен чётко понимать, что за каждое кривое слово в сторону Родины, миллионы сограждан назовут его подонком. Актёр, снявшийся в анти-русском фильме, продюсер, его финансировавший, должны на уровне инстинкта ощущать, что их кино-пасквиль провалится в прокате и не принесёт не копейки. Я не случайно писал выше о необходимости перенимать западный опыт, ведь трудно представить, чтобы американский актёр позволил себе говорить гадости о США, тем более трудно представить, чтобы в голливудских фильмах Америка была представлена в негативном свете. Подобное не примут сами американцы, якобы свободная пресса их надоумит. А мы?

Нам не хватает гордости за себя, и западная пропаганда делает всё, чтобы она у нас не появилась. Любите себя, свою страну и всё то, что сделано нашими руками. Мы должны диктовать свою моду всему миру, и только тогда мы сможем стать лидерами. Я несколько вышел за рамки заявленной темы, но это необходимое отступление. Поскольку сейчас уже идёт речь не о контрпропаганде, а о гораздо большем... Мы себя убедили в том, что должны копировать дизайн западных автомобилей, но так мы никогда не станем лучшими, мы будем похожими на них. Даже создав ни в чём не уступающий лучшим мировым образцам автомобиль по техническим параметрам, он будет вторичным, потому что автомобильную моду диктует Запад. Необходимо выработать свой стиль в архитектуре, дизайне, одежде, кинематографе, музыке, и это возможно, надо просто взяв всё лучшее, что есть в мире, и сделать своё. Иначе мы всю жизнь будем оставаться дешевыми подделками под Запад. Следование чужой моде всегда будет сковывать наши движения, угнетать нас чувством второсортности. Кроме того, а разве можно стать притягательным центром для государств и народов, являясь копией, а по сути - пародией на Запад? Конечно же нет!

Ещё раз повторюсь, слово само по себе имеет мощную силу. Холодную войну мы проиграли не танковым армиям, а словам. Мы прохихикали страну под анекдоты о Брежневе, увлёкшись прослушиванием радиоголосов. О конкретных действиях хотелось бы поговорить в процессе обсуждения материала. 

Руська правда