Андропов-Файнштейн - враг народа.

Генсек КПСС помог США выиграть «холодную войну» и развалить СССР.

Феномен АНДРОПОВА так и не разгадан. 45 лет назад он возглавил КГБ, а еще через 15 лет, в ноябре 1982-го, сменил БРЕЖНЕВА на посту генсека.

Народ быстро переименовал ЦК КПСС в ЧК КПСС, но шутил и радовался молодому – всего лишь 68-летнему! – лидеру недолго: Юрий Владимирович лихо «закручивал гайки», разругался с США и скоро скончался, снискав в России репутацию сильного государственника и патриота.
Однако, по мнению ряда авторитетных историков, именно он подготовил развал великой державы. Михаил ГОРБАЧЕВ и Борис ЕЛЬЦИН лишь завершили подлое дело.

Как объяснить, почему в Москве есть проспект Юрия Андропова, но нет даже переулка Брежнева, Хрущева, Сталина, словно и не было этих лидеров в истории России? Что первым приходит на ум, когда мы вспоминаем про Андропова? Шеф заплеванного КГБ. Чекист, который первым в истории Лубянки стал генсеком. Он сажал коррупционеров и верующих, изгонял из страны диссидентов, ввел карательную психиатрию, добился начала афганской войны и разогнал узбекскую хлопковую мафию. Вот, пожалуй, и все.
15 лет самый загадочный правитель СССР шел к высшей власти и 15 месяцев продержался на ее вершине, пока не скончался в реанимации из-за тяжелого поражения почек. Даже потомственные чекисты не знают биографии своего шефа, поскольку доподлинно ее не знает никто – так много в ней путаницы и белых пятен. Поэтому многие считали его евреем, скрывающим данные о родителях из-за «пятого пункта».

Исследователи, пытаясь найти ответ на вопрос «Кто вы, товарищ Андропов?», вынуждены опираться на самый ненадежный источник – мемуары. А документально подтвердить свои выводы не могут. Юрий Владимирович был великим конспиратором, ни с кем не дружил и не вел дневников.
Собирать на него компромат вряд ли кто-то посмел: соперники Андропова стрелялись, травились, погибали при загадочных обстоятельствах или скоропостижно умирали ровно тогда, когда шефу КГБ, а затем и генсеку это было особенно выгодно.
Эпидемия смертей
С 1976 года началась эпидемия внезапных смертей среди союзной и республиканской номенклатуры. Они исчислялись десятками!
Первым неожиданно скончался министр обороны Андрей Гречко. Он открыто стоял в оппозиции к Андропову. Со времен венгерской (1956 год) и чехословацкой (1968 год) «цветных» революций он твердил, что армия обязана защищать Родину, а не лезть в политику. И недоумевал: зачем шеф КГБ раздул штат под полмиллиона. Причина смерти маршала не установлена. После него министерство возглавил не боевой офицер, а технарь и союзник Андропова Дмитрий Устинов.
Следующая жертва – секретарь ЦК КПСС по сельскому хозяйству Федор Кулаков. Результаты вскрытия после его смерти в 1978 году были засекречены. Кресло покойного занял Михаил Горбачев.
В октябре 1980 года в автомобильной катастрофе погиб партийный лидер Белоруссии, Герой Советского Союза Петр Машеров. На пути кортежа возник самосвал, который неожиданно врезался в «ЗИЛ» Машерова. Случилось это за две недели до пленума, на котором он должен был стать членом Политбюро. И знаете, кто занял это место? Будущий любимец мирового правительства, могильщик СССР Горбачев!
Когда скоропостижно скончался и преемник Машерова в Белоруссии Тихон Киселев, в Минске заговорили о стремлении Андропова поставить во главе республики своего человека и выдавить из власти старую гвардию.
Затем в автокатастрофах погибли верные Брежневу член Ленинградского обкома, глава Совета Министров Грузии, заместитель командующего пограничными войсками КГБ и шеф-редактор международного коммунистического журнала «Проблемы мира и социализма».
Скоропостижно скончался директор Института мировой экономики и международных отношений академик Николай Иноземцев – единственный экономист, с которым считался Брежнев.
19 января 1982 года якобы застрелился первый заместитель Андропова генерал КГБ Семен Цвигун – ставленник Брежнева в КГБ. А 25 января в ходе планового медицинского обследования внезапно умер Михаил Суслов – «серый кардинал», в чьем ведении были идеология, культура, цензура, образование. Его пост занял сам Андропов, а лечащего врача Суслова через месяц нашли в петле.
Весь последний год жизни слабеющего Брежнева шеф КГБ дискредитировал генсека «утечками» о патологической страсти его дочери к бриллиантам. А незадолго до смерти Леонид Ильич записал в рабочем дневнике, что получил от Андропова «желтенькие таблетки от бессонницы».

С телеэкрана либеральных каналов более четверти века нам говорят, что это были «пустышки», которые производили в лаборатории КГБ для генсека, подсевшего на снотворные с помощью «любовницы-медсестры». И внушают, будто все перечисленные смерти – результат борьбы за власть среди брежневской партноменклатуры. Однако умирали в тот период только «брежневцы», каждого из которых охраняли чекисты андроповского КГБ.
Либеральные новобранцы
Нынешнее руководство грозного ведомства андроповские тайны раскрывать не спешит. Видимо, не пришло еще время подтверждать версию экс-главы расстрелянного «Белого дома» Руслана Хасбулатова, исследователей Александра Шевякина, Сергея Семанова, Федора Раззакова и других о том, что именно КГБ помог Западу развалить СССР. Однако многие факты доказывают, что дело обстояло именно так.
Планы Аллена Даллеса и «Рэнд Корпорейшн» начали воплощаться, когда в 1967 году возглавил Лубянку большой интеллектуал и западник Юрий Андропов. Именно шеф КГБ, став в 1973 году членом Политбюро, способствовал продвижению таких важных фигур в деле разрушения СССР, как Шеварднадзе, Алиев, Горбачев и Ельцин.
Гейдар Алиев, например, в своем юбилейном телеинтервью взахлеб рассказывал, как Андропов настоял на его назначении главой КГБ Азербайджана вместо русского кандидата: «Он покончил с дискриминацией азербайджанцев!» – и вел его все выше, в Политбюро и правительство СССР.

В разделе «кадры» засекреченного «Положения о КГБ СССР и его органах на местах», которое действовало с января 1959-го и по 16 мая 1991 года, сказано, что «…Комитет и его органы на местах должны подбирать в органы государственной безопасности людей, беспредельно преданных Коммунистической партии, социалистической Родине и своему народу». Ни одно назначение на руководящую партийную должность не проходило без согласования с КГБ.
Вряд ли маститый Андропов прозевал в бойком ставропольце Горбачеве, которого завербовал еще в 1969 году, тот антисоветский настрой, в каком недавно Михаил Сергеевич откровенно признался: «…затевая перестройку, я изначально рассчитывал на то, что Литва, Латвия и Эстония начнут борьбу за выход из СССР».
Виктор Казначеев, второй человек после Горбачева в Ставропольском крайкоме, написал о шефе: «Богат он уже тогда был несказанно». В ту пору Ставрополье, где отдыхала, лечилась и заводила личные связи вся советская элита, прославилось как гнездо теневой экономики и политических интриг.
Наблюдательный Горбачев порекомендовал Андропову секретаря Томского обкома Егора Лигачева, в чьем ведении вскоре оказались все партийные и хозяйственные кадры ЦК КПСС. Так Андропов получил возможность всюду расставлять своих людей, оставаясь до поры до времени в тени.
Деятельность Егора Кузьмича высоко оценил один из западных политологов: «Первостепенной задачей Лигачева было осуществление «революции Андропова» среди руководства областных и краевых партийных организаций. К концу 1983 года было сменено 20 процентов первых секретарей обкомов партии, 22 процента членов Совета Министров, а также значительное число высшего руководства аппарата ЦК… Эти перестановки упрочили возможность нововведений Андропова».

Но советские люди еще даже не подозревали, в какой заднице окажутся через несколько лет. Они пропускали мимо ушей вопль интеллигенции о новой волне репрессий и полагали в большинстве своем, что Андропов просто «закручивает гайки» в разболтавшейся системе и прижимает казнокрадов. Ну, иногда перегибает палку, когда, например, приказывает отлавливать в кино прогульщиков и наказывать за опоздания на работу.
Но все-таки он молодец. Наводит порядок, да и цену на водку снизил, и в честь его ее назвали «Андроповка».
Никто толком и не заметил, когда один за другим, как черти из табакерки, во властные структуры повыскакивали Горбачев и Ельцин.
- В конце декабря 1983 года, – вспоминает Лигачев, – позвонил мне из больницы Юрий Владимирович Андропов и попросил при случае побывать в Свердловске и посмотреть на Ельцина. Не скрою, меня привлекли в Ельцине живость общения с людьми, энергия и решительность, было заметно, что многие относятся к нему уважительно. Ельцин был взят на работу в ЦК КПСС (не без моей помощи).
Между тем предшественник Лигачева – принципиальный Николай Петровичев считал, что Ельцина не выдвигать надо, а гнать из партии поганой метлой. В результате «андроповцы» погнали несговорчивого Петровичева. А в аппарат ЦК на должность инспектора взяли еще одну гниду – Вадима Бакатина, которому в августе 1991 года Ельцин поручит добить союзный КГБ.

Превратить СССР в США

Чубайс, Авен, Кох, Глазьев, Гайдар, Яковлев, Арбатов и другие перестройщики и младореформаторы – тоже «птенцы Андропова».
Интернет-журналу «Стрингер» анонимный офицер разведки ПГУ КГБ СССР рассказал, что примерно к 1979 году Андропов пришел к выводу о крахе проекта построения социализма в СССР, а поскольку корень проблем видел в экономике, то и решать их предполагал через экономическую реформу. Цель – превратить СССР в гигантскую корпорацию, которая должна действовать в рамках открытой экономики на базе СП – совместных с иностранным капиталом предприятий:
«Встал вопрос: а где взять профессиональных специалистов по экономике? …Андропов пошел проверенным путем: раз специалистов нет и внутри страны их некому воспитать, значит, надо обучать их за пределами страны, на основе иностранного опыта. Парадоксальным было то, что впервые в истории так предполагалось обучать не специалистов идеологически нейтральной технической сферы, а фактически будущих лидеров государства. То есть Ю.В. решил пойти по пути Ленина, который в 1910-х годах создал во французском городке Лонжюмо партийную школу для подготовки будущей коммунистической элиты».
Московская команда Гайдара дала пять вице-премьеров, восемь министров, восемь заместителей министра. Ленинградский кружок Чубайса – три вице-премьера, два министра, пять заместителей министра.
Свою двойную игру Андропов вел настолько тонко, что при его жизни в РСФСР ее так никто и не разгадал. Однако в других республиках русские, которые, как правило, тянули основной воз работы, поняли, что запахло жареным, гораздо раньше, чем к власти пришел Горбачев со своей знаменитой фразой «процесс пошел».
Андропов дал органам безопасности больше самостоятельности от Центра. И после «успеха Алиева» позволил другим республикам иметь во главе местных КГБ не славян, а представителей местных кадров.
Повсюду началась клановая борьба за власть. Стажироваться в США поехали дети местной элиты, теневиков, националисты, будущие муфтии и козикалоны. Именно их подрывная деятельность значительно упростила развал СССР. Параллельно, по воспоминаниям Аркадия Вольского, который при Ельцине возглавил Российский союз промышленников и предпринимателей, в начале 80-х молодые андроповские интеллектуалы всерьез прорабатывали идею разделить СССР на 41 мультикультурный штат вместо национальных республик.
Хлопковое дело
Главным делом генсека Андропова, которое либералы ставят ему в заслугу, была борьба с коррупцией. Началась она с Узбекистана – единственной республики, в которой после Великой Отечественной войны жили представители почти всех 142 народов и народностей СССР. Причем не сосуществовали, а реально жили в мире. Вот факт. Численность русских – «нации-цемента», которая смогла скрепить гигантское евразийское пространство и не дала поглотить его капстранам в качестве новых колоний, – с 1939 по 1979 год выросла в среднем по всему СССР на 37 процентов. А в Узбекистане – на 129 процентов: до 1,7 млн. человек!
Во многом мир был заслугой фронтовика Шарафа Рашидова – выходца из самаркандского клана, который с 1959 года почти на четверть века сумел объединить вокруг власти представителей всех других узбекских кланов, не позволяя править какому-то одному.
Национализм прибалтийских и ряда закавказских республик таких темпов роста славянского населения не допускал. Узбекистан же еще до землетрясения 1966 года превратился в мощного регионального лидера Центральной Азии. Успех был отмечен западными спецслужбами. Они прекрасно понимали: взорвать мир в УзССР – значит немедленно спровоцировать еще более мощную реакцию в менее спокойных регионах и получить шанс расчленить СССР. Без дискредитации Рашидова сделать это было невозможно.
Андроповский КГБ копал под него с 1967 года. Повод для обвинений нашли в 74-м – приписки при сдаче хлопка государству. Более 1 млн. руб. ежегодно оседали в карманах хлопковой мафии. Но Брежнев всегда осаживал любых противников Рашидова, зная цену мира в этом регионе. Он получал гораздо меньше инвестиций, чем Грузия и Армения, а в закрома Родины давал значительно больше. Хлопок – «белое золото», которое государство покупало за копейки, а продавало в 34 страны за валюту и полностью обеспечивало им текстильную промышленность СССР.
К тому же республика занимала второе место по золотодобыче в стране, самое мощное в мире предприятие в Мурунтау по выпуску слитков высокой чистоты выдавало в год 50 т золота. Не забудем также про уголь, медь, нефть, шелк и каракуль.
Конечно, коррупция там была. Но по сравнению с кавказской размером с прыщ. И никакого сепаратизма! Настоящий же коррупционный гнойник вызревал в опекаемых Андроповым Армении, Грузии и Азербайджане, чьи представители возглавляли главные «мозговые центры» СССР.
«Андроповский десант» во главе со следователями Тельманом Гдляном и Николаем Ивановым в конце 70-х должен был одним ударом дискредитировать Брежнева и расширить сферу кавказского влияния в Узбекистане, где в высших эшелонах власти было много армян, хотя армянская диаспора составляла всего 0,2 процента местных жителей. И дать возможность армянским и грузинским глобалистам подмять под себя сначала республику, затем всю Среднюю Азию. А если это не удастся, то хотя бы перессорить народы.
В результате небывалой травли (в прессе кричали о якобы присвоенных мафией 1,5 млрд. руб.) 31 октября 1983 года Рашидов внезапно скончался. 9 февраля 1984 года не стало и Андропова. Но главное для развала страны генсек сделать успел.
Сразу после смерти его и Рашидова по всей Средней Азии, где молодежь осуждала СССР за идущую под боком кровопролитную войну в Афганистане и уже отчасти была подсажена на наркотики, начались клановые битвы. Они тут же сказались на всех русских, занимавших хоть сколь значимые посты.
При Горбачеве атака на республику усилилась. Глобалистам нужна была не смерть Рашидова, а крах интернационализма. 22 тыс. человек – узбеки, русские, греки, украинцы, таджики, туркмены, татары (но только не армяне!) – были сняты с высоких должностей. Сотни оказались в тюрьме. Дело приобретало неслыханный размах. Но как только в показаниях подследственных речь зашла о крупных взятках Егору Лигачеву, дело о коррупции начали разваливать сверху, а Иванов и Гдлян остались в дураках и были исключены из партии.
Афганские страсти
Глобалисты в Кремле появились еще при Хрущеве. Их стало больше после резкого роста цен на нефть в 1973 году, когда Брежнев отказался от косыгинской экономической реформы в пользу увеличения поставок сырой нефти на Запад. По сути уже тогда советская экономика начала обслуживать западную экономику, но в плановом порядке. То есть не в ущерб своему производству. Именно это не устраивало Запад. Его волю или свою начал реализовывать Андропов, тогда еще шеф Лубянки, мы уже не узнаем: архивы КГБ, по словам ушедших из него офицеров, при Бакатине были изрядно почищены.
Сегодня доказано, что вторжение в Афганистан, за которое либералы клянут Брежнева, подготовил Андропов при поддержке Устинова, секретаря ЦК КПСС Бориса Пономарева и министра иностранных дел Андрея Громыко.
Генералы Огарков, Варенников, Ахромеев были категорически против ввода войск. Весной 1979 года, когда официальный лидер ДРА Нур Мухаммад Тараки и премьер Хафизулла Амин попросили у нас помощи, Брежнев и Андропов согласились. Но в октябре Тараки был убит, и Брежнев заколебался. А в декабре Андропов вдруг резко поменял мнение и надавил на Брежнева, сообщив, что Амин запросил помощи у США, где учился и был завербован ЦРУ. И янки якобы готовы ее оказать и установить ракеты «Першинг».
Более того, ЦРУ якобы проводит в Турции операцию по созданию «новой Великой османской империи» с включением в нее южных советских республик. И Брежнев сдался.
Военные тщетно пытались его отговорить. Объясняли, что вторжения американских войск в Афганистан не будет: прошло всего три года после многолетней позорной войны во Вьетнаме. США были на грани экономической катастрофы. Джимми Картер за год до президентских выборов в Афган не сунется.
И действительно, янки впервые после Вьетнама решились на вторжение в другую страну лишь в 1983 году – в крохотную Гренаду. А наши воины почти десять лет гибли ни за что, да еще покидали Афганистан опозоренными на весь мир, включая родную страну, где либералы их называли «убийцами мирного населения» с молчаливого согласия Горбачева.
…А народная память добра к Андропову по простой причине: при нем в 1983 году впервые после смерти Сталина была снижена цена на водку.
~~~
Источник: voprosik.net

Игорь Фроянов: «Он осуществил свой замысел, но руками Горбачева и Ельцина»

ruskline.ru

Игорь Фроянов о личности Юрия Андропова, столетие со дня рождения которого отмечалось 15 июня …

15 июня - 100-летие со дня рождения советского политического деятеля Юрия Андропова, пишет ИТАР-ТАСС. Юрий Андропов 15 лет возглавлял КГБ и 15 месяцев управлял страной. Он сменил на этом посту Леонида Брежнева.

За годы работы Андропова на посту главы КГБ роль Комитета госбезопасности была значительно усилена: он был преобразован из ведомства при кабинете министров в центральный орган госуправления; созданы подразделения спецназначения «Альфа» и «Вымпел».

При Андропове началась борьба с коррумпированными высокопоставленными чиновниками и антисоветскими элементами, началась высылка диссидентов за рубеж. На высшем руководящем посту Юрий Андропов боролся с так называемым «тунеядством», коррупцией, взяточничеством, хищениями в высших эшелонах власти. За 15 месяцев при Андропове сменились 18 советских министров.

За месяц до своей смерти Андропов был признан человеком года по версии американского журнала Time.

О личности Ю.В.Андропова рассуждает в интервью «Русской народной линии» известный историк, д.и.н., профессор Игорь Яковлевич Фроянов.

 

Напомним, что И.Я.Фроянов уже высказывался об Андропове в своей книге «Погружение в бездну. Россия на исходе XX века» (СПб., 1999) и в публикации на страницах «Русской народной линии», посвященной т.н. «хрущевской оттепели».

 

В январе 1984 года журнал «Time» назвал Юрия Андропова (наряду со смертельным врагом СССР-России Рональдом Рейганом) «человеком года». По свидетельству наших разведчиков, представители руководства ФБР США той поры держали у себя в кабинетах портреты Э.Гувера и Ю.Андропова. Спрашивается, за какие такие доблести и великие заслуги воздавалась Андропову столь высокая честь во враждебном нашей стране лагере? Не странно ли? Ответа пока нет. Остается лишь разводить руками и недоумевать.

 

Аналогичное чувство возникает и при обращении к явлениям настоящего дня, связанным со столетним юбилеем почившего тридцать лет назад генсека, которого за давностью ухода из жизни и скромностью очевидных значимых дел пора бы и позабыть. Но не тут то было: Андропову, руководящему деятелю презираемой и проклинаемой тоталитарной советской системы, уделяется повышенное внимание – статьи в прессе, фильмы на телевидении, историко-документальные выставки в Москве, Ставрополе, Кисловодске, Рыбинске и др. Столетие со дня его рождения отмечается, можно сказать, с большим размахом и на самом высоком уровне. Недавно (17 июня) в Выставочном зале федеральных государственных архивов (Москва) состоялось открытие выставки, посвященной Андропову. Открыл ее Спикер Госдумы С.Нарышкин. При этом была зачитана приветственная телеграмма Президента РФ В.В.Путина, в которой говорится о том, что Андропов «был государственным, партийным и общественным деятелем, талантливым, неординарным, наделенным огромным потенциалом человеком».

 

И все же в нынешней ситуации, связанной с Андроповым, характерно то, что его подают в каких-то полутаинственных чертах как самого «загадочного» из советских вождей. Недаром на телевидении прошел фильм об Андропове с выразительным подзаголовком «Terra incognita» («Неведомая земля»). Вырисовывается некая непознанная личность, во всяком случае, личность неоднозначная, сотканная из противоречий. Вот почему С.Нарышкин, открывая упомянутую выставку, отметил двойственность Андропова, сочетавшего в себе консерватора и реформатора, т.е. отрицательные и положительные свойства. Но, судя по празднеству, приуроченному к его столетию, позитива в нем было все-таки больше, чем негатива. Отсюда и звон литавр во славу Андропова. Можно даже подумать, что он в некотором роде есть предтеча отдельных наших современников, обладающих большой властью.

 

Не исключен, однако, иной взгляд на двойственность деятельности Андропова, вытекающий из известной формулы И.В.Сталина: «Ни один вредитель не будет все время вредить, если он не хочет быть разоблаченным в самый короткий срок» (Доклад на Пленуме ЦК ВКП(б) 3 марта 1937 года). Так думал не один Сталин. Например, А.А.Андреев на Июльском (1953) Пленуме ЦК КПСС говорил: «Дело в том, что враг, чтобы не разоблачить себя вынужден вести у нас полезную работу, а иначе он провалится в три счета…». При таком подходе естественным образом возникает вопрос, был ли и в чем состоял вред, причиненный советскому государству Андроповым, послом СССР в Венгрии, заведующим отделом ЦК КПСС, секретарем ЦК КПСС, Председателем КГБ СССР и, наконец, Генеральным секретарем ЦК КПСС. Для ответа на поставленный вопрос необходимо (хотя бы вкратце) обозреть основные факты номенклатурной деятельности Андропова.

 

Трамплином в Москву ему послужила должность второго секретаря ЦК компартии Карело-Финской ССР, что произошло не без поддержки и протекции О.В.Куусенена, с которым у Андропова сложились довольно тесные отношения и который, будучи руководителем Карелии, затем секретарем ЦК КПСС и членом Президиума ЦК КПСС поднимал Ю.В. по номенклатурной лестнице вплоть до своей смерти в 1964 году. Исследователи считают Андропова учеником Куусинена. По словам Р.Медведева, «общение с Отто Куусиненом было чрезвычайно важным для Андропова, оказав на него большое влияние». И еще: «Андропову очень повезло, что первые шаги на поприще партийной работы он делал под руководством Куусинена». Медведев также замечает: «С благословения О.Куусинена Андропов перебрался в Москву». Этот финн столь же загадочен, противоречив и непрост, как и Андропов. Он долгое время работал в качестве секретаря Исполкома Коминтерна, превратившегося со временем в средоточие масонства и социал-демократии. Похоже, что в том числе и по этой причине Сталин ликвидировал данную организацию. Точных сведений о принадлежности Куусинена к масонам у нас нет. Но похвальные отзывы масонов о нем имеются. «О.В.Куусинен, – говорил Г.Арбатов, – был прекрасным учителем. Вопреки возрасту, это был человек со свежей памятью, открытым для нового умом, тогда [конец 50-х годов] очень непривычными для нас гибкостью мысли, готовностью к смелому поиску. Ну а, кроме того, он думал». Биографы Куусинена не сомневаются в его приверженности социал-демократическим взглядам, чуждым идеологии КПСС. И вот мы теперь можем догадываться, с каким идейным инвентарем и потаенными мыслями вступил Андропов в «большую политику». Кое-что здесь обозначилось уже на фоне венгерских событий 1956 года.

 

Посол СССР в Венгерской Народной Республике Ю.В.Андропов, находившийся в Будапеште более двух лет, почему-то не заметил или недооценил событий, приведших к восстанию 1956 года, и потому заранее не предложил Москве соответствующих эффективных мер превентивного порядка. Но чтобы создать, вероятно, себе «алиби», он решительно настаивал на вводе советских войск в венгерскую столицу. Итак, вместо гибкости Андропов проявлял жесткость и прямолинейность, что, в конечном счете, обернулось трагедией 23 октября – 9 ноября. Это был удар по престижу СССР и КПСС. Что это – оплошность или умысел? Однако Ю.В. чудесным образом «вышел из воды сухим», больше того – пошел на повышение в ЦК КПСС. По-видимому, и на этот раз роль покровителя сыграл Куусинен, бывший в тот момент при силе, являясь секретарем ЦК КПСС и членом Президиума ЦК КПСС, с которым Хрущев «нянчился» как со старым мастодонтом-большевиком ленинской гвардии.

 

Показательна позиция Андропова и во время так называемой «пражской весны». Председатель КГБ поставлял руководству страны, мягко говоря, недостоверную информацию, сбивая кремлевских старцев с глузду. «Существующее положение в Чехословакии, – писал он, – требует немедленного вовлечения рабочего класса и народной милиции в борьбу с антисоциалистическими силами, а при необходимости – и создания рабочих революционных отрядов». Даже симпатизирующий Ю.В.Андропову историк-писатель Р.Медведев вынужден был признать: «Эти предложения не соответствовали тем настроениям, которые преобладали летом 1968 года в рабочем классе Чехии и Словакии». Но выявить подобные настроения такому органу, как КГБ, не составляла особого труда. В чем тогда дело? Быть может, Андропов, радея внешне о социализме, хотел вооружить чехословацких рабочих, отрицательно настроенных к существующему режиму в стране, чтобы сделать более кровавыми их столкновения с советскими войсками, на ввод которых в Чехословакию решительно настаивал, стараясь преодолеть сомнения на сей счет у Л.И.Брежнева, А.Н.Косыгина и М.А.Суслова. Вопрос остается открытым, но, на мой взгляд, не беспочвенным. Ясно одно: насильственное окончание «пражской весны» под дулом танков служило и будет еще долго служить историческим укором СССР, а через него – и России.

 

Андропов «проворонил» или нарочно не заметил назревающую апрельскую революцию (1978) в Афганистане, опрокинувшую, в общем-то, благожелательный по отношению к СССР режим президента Мухаммеда Дауда. Для советского руководства Афганская революция явилась, словно гром среди ясного неба. Она породила множество проблем и привела в конечном счете к вводу советских войск в Афганистан, на котором опять-таки упорно стоял Андропов. Война в Афганистане стоила нашей стране огромных материальных и финансовых затрат, гибели многих тысяч лучших сынов России, ссоры русских с мусульманским миром. За все это мы во многом должны быть «благодарны» Андропову.

 

Таковы его «достижения» во внешней политике. А что в политике и жизни внутренней?

 

В 1957–1958 гг. О.Куусинен возглавлял «творческий коллектив» по написанию учебного пособия «Основы марксизма-ленинизма», куда вошли Л.М.Шейдин, Б.М.Лейбзон, Г.А.Арбатов, Ф.Бурлацкий, Ю.А.Мельвиль, А.Г.Милековский, С.А.Выгодский и др. То был, по образному выражению Арбатова, «оазис творческой мысли». В этом «оазисе», по словам того же Арбатова, была предпринята попытка «развить, расширить тот прорыв, который совершил в наших представлениях о мире и о себе XX съезд КПСС, сделать настоящий шаг вперед в развитии общественно политической мысли». Л.Ф.Ильичев едва ли ошибался, назвав пособие «социал-демократическим», т.е. по обстоятельствам тогдашнего времени, диссидентским. Следовательно, диссидентство наверху зародилось в коллективе Куусинена. Роль же «повивальной бабки» выпала Андропову, когда он, закончив работу посла в Венгрии, оказался в ЦК КПСС в должности заведующего Отделом по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран, а затем – и секретаря ЦК КПСС. В это время вокруг него сложилась группа партийных интеллектуалов-консультантов. Среди участников ее мы видим представителей куусиненского «оазиса творческой мысли», таких как Арбатов и Бурлацкий, что позволяет говорить об идейной и кадровой преемственности, существовавшей между Куусиненом и Андроповым (показательно, что Арбатова с Андроповым познакомил именно Куусинен). Помимо Арбатова и Бурлацкого, в помянутую группу входили, Бовин, Богомолов, Шахназаров, Шишлин, Петренко Черняев и пр. Эту братию Е.Примаков именует «диссидентами в системе» или «внутрисистемными диссидентами». Они, по словам Примакова, действовали в двух направлениях, но не одновременно, а последовательно (так оно дипломатичнее и вернее!): «Можно говорить о двух взаимосвязанных направлениях деятельности “внутрисистемных диссидентов”, Первое – стремление убедить общество в том, что Сталин извратил Ленина, создал нечто, противоречащее его идеалам, мыслям и устремлениям.Второе направление объективного идеологического расшатывания существовавших порядков заключалось уже не только в показе отступничества Сталина от ленинских принципов, а в той или иной форме признания несоответствия догматических постулатов марксизма-ленинизма реальности». Такую логику расшатывания системы подтверждает Г.Арбатов – один из столпов внутрисистемного диссидентства: «Сначала “назад к Ленину” и лишь потом “вперед от Ленина”…». Это диссидентское движение наверху возглавил Андропов. А нам сейчас говорят, будто у него не было никакой программы по части управления страной. Как видим, она у него была, являясь изначально разрушительной относительно сложившейся в середине XX в. советской системы и дожившей в основных компонентах до момента его вступления в должность Генерального секретаря ЦК КПСС.

 

«Диссиденты в системе» плотным кольцом окружили руководство страны. Некоторые из них приобрели огромное влияние на первых лиц Кремля. Бовин, например, имел прямой выход на Брежнева. Об Арбатове сложилось мнение, что он «чуть ли не вертит генсеками». Нельзя сказать, что наши правители совершенно не понимали, с кем имеют дело. Известно, к примеру, что Брежнев называл этих людей «мои социал-демократы». Терпимое отношение к ним свидетельствовало о далеко зашедшей идейной апатии высшего советского руководства.

 

Тесно связанные с творческой интеллигенцией (учеными, поэтами, писателями и пр.), «внутрисистемные диссиденты», если не породили, то дали сильный толчок развитию диссидентства на низах – Сахаров, Солженицын, Галич, Бродский, Зиновьев, Максимов, Аксенов, Войнович, Амальрик, Гинзбург и многие другие, имя которым легион. И тут обнаруживается любопытная особенность в поведении Андропова – «на заседаниях Политбюро, Секретариата или в заочных обсуждениях он нередко настаивал на более мягких решениях и приговорах, чем это требовали Подгорный, Шелепин, Суслов, даже Косыгин и Брежнев» (Р.Медведев). Андропов изобрел оригинальный по тому времени способ «борьбы» с инакомыслием (враждебной идеологией) – высылку из страны диссидентов. Некоторым из них давали даже нечто похожее на подъемные. Так, А. Солженицын по приземлении самолета во Франкфурте-на-Майне получил какую-то сумму в валюте. Обещал вернуть, Не знаю, вернул ли. Другому диссиденту В.Красину перед высылкой выдали три тысячи долларов, возможно, за предательство товарищей и в память о деде Л.Б.Красине. Сейчас, по истечении времени и происшествии знаковых событий такая форма борьбы с диссидентами как высылка за рубеж не может быть истолкована иначе, чем политика по их сбережению. Находясь заграницей, они продолжали вредить СССР. Благодаря связям диссидентов в оставленной ими стране, «книги, журналы и газеты, изданные на Западе, стали мелкими ручейками проникать в Союз. Были предприняты попытки организовать в СССР журналы, которые затем публиковались на Западе и частично возвращались обратно. Такими изданиями стали альманахи “Память”, “Метрополь” и некоторые другие» (Р.Медведев). Но самое главное состояло в том, что диссиденты с началом горбачевской перестройки хлынули потоком в нашу страну и активно включились в ее разрушение. Объективно получалось так, что высланные за пределы СССР диссиденты ожидали своего часа, чтобы вернуться назад и осуществить свой план ликвидации советского строя. Приход к власти Горбачева открыл им путь в этом направлении. Бережливое отношение к диссидентам – еще одна «заслуга» Андропова, но, увы, не последняя. Правда, кое-кто из диссидентов осознал подлинный смысл произошедшего со страной. К ним надо отнести Александра Зиновьева и Владимира Максимова, говоривших: «Целились в коммунизм, а попали в Россию». Начал, кажется, прозревать и Александр Солженицын. Но понимание к ним пришло слишком поздно, когда историческую Россию уже расчленили.

 

В качестве положительной приметы короткого правления Андропова часто называют его попытки укрепления дисциплины, а также борьбу с коррупцией – дело Щёлокова, Узбекское (Хлопковое) дело. Что касается дела Щёлокова, то оно явилось главным образом следствием внутриноменклатурной борьбы за власть и соперничества силовых органов – КГБ и МВД. В итоге шумной возни вокруг этого дела была опорочена милиция, что не способствовало, конечно, поддержанию правопорядка в государстве. Иной вопрос – Узбекское дело. Оно, действительно, выявило массу правонарушений и преступлений. Но поражают масштабы судебных преследований. По словам А.П.Шевякина, автора книги «КГБ против СССР. 17 мгновений измены», в Ташкенте стараниями осатаневших от вседозволенности Т.Гдляна и Н.Иванова «пересажали всех, кого можно». Не исключено, что это – некоторое преувеличение. Но факт остается фактом: за решеткой оказалось много невинных людей. И это не могло не вызвать в Узбекистане чувства отторжения от Центра. Узбекское дело стало сигналом для других республик, прежде всего среднеазиатских. Хотел ли того Андропов или нет, но Узбекское дело (методы дознания, огульные обвинения, множество нарушений процессуального характера) вызвало у элиты союзных республик, вскормленной в эпоху Хрущева и Брежнева настороженность, переходящую в отчуждение по отношению к Москве, ослабляя тем самым скрепы Советского Союза. Что это – «неосмотря учинено», как любил поговаривать Петр Великий, или же сделано обдуманно с целью замышляемого рассечения СССР? Время, возможно, раскроет и сию тайну…

 

Борьба за укрепление дисциплины свелась к вылавливанию прогульщиков на улицах и облавам в кинотеатрах. Сколь серьезным было объявление мер по укреплению дисциплины, показывает появившаяся на прилавках магазинов дешевая водка, остроумно прозванная в народе «андроповкой». Трудно представить себе укрепление дисциплины трудящихся в объятиях «зеленого змия», ибо одно исключает другое.

 

В одном из своих выступлений Андропов заявил, будто «мы не знаем общество, в которой живем и трудимся». В устах Генерального секретаря ЦК КПСС заявление более, чем странное, поскольку оно перечеркивало весь предшествующий опыт социалистического строительства в СССР. Ведь теоретики неустанно твердили, что с 1917 г. партия строила в нашей стране социализм, объявив в начале 60-х годов на весь мир о его полной и окончательной победе, и вот теперь, в 1983 г., ее Генеральный секретарь заявляет, что современное ему общество по существу не изучено, не раскрыты его закономерности, особенно экономические, т.е. фундаментальные, и что «рулевой» (партия) ведет корабль в тумане, вслепую. Эти утверждения создавали, во-первых, сумятицу в теории и открывали возможность теоретических блужданий в поисках «общечеловеческих ценностей», «социализма с человеческим лицом» и прочей белиберды, которой предавался Горбачев, «запудривая» общественное сознание. Важно, однако, подчеркнуть: здесь между Андроповым и Горбачевым существует прямая преемственность. Да и в остальном она прослеживается явственно. Достаточно сказать, что и Андропов и Горбачев начали свою «реформаторскую деятельность» с деклараций об ускорении, т.е. действовали, что называется, один в один. Поэтому рассуждения о том, будто Андропов не успел осуществить задуманного, будто, поживи он дольше, СССР был бы сохранен, следует отнести либо к разряду заблуждений, либо к намеренной лжи. Замыслы Андропова были воплощены в жизнь руками Горбачева, а за ним – усердием Ельцина. Конечно, будь Андропов жив, иными были бы, по всему вероятию, нюансы, детали, темпы. Но целеполагание оставалось бы тем же. Правда то, что Андропов являлся «талантливым, неординарным, наделенным огромным потенциалом человеком». Эта одаренность позволила бы ему, вероятно, одному осуществить то, что пришлось разделить между ничтожными сравнительно с ним Горбачевым и Ельциным.

По чьим трупам шли к власти Андропов и Горбачев

Как и все советские люди, мы жили своими заботами и проблемами, выполняли порученную работу и не особенно вникали в происходившее «там, наверху». Перестановки в ЦК  и Совмине нас не затрагивали, даже и не интересовали. Был один член Политбюро, вместо него другой – ну и бог с ними. Как говорилось в анекдоте тех времён, «у них своя компания, у нас своя».

Лишь по прошествии многих лет стали возникать проклятые вопросы. Как мог заурядный болтун Горбачёв достичь высшей власти в стране, чтобы её потом предать и отдать врагам на растерзание? Как  самая устойчивая в мире экономика, обеспечивавшая всем гражданам СССР незыблемую уверенность в завтрашнем дне, вдруг покатилась вниз? Как  грамотный, политически подкованный народ вручил свою судьбу проходимцам и мошенникам, состоящим в услужении у тех, кого всегда знал как подлых и жестоких противников? Вот уже третий десяток лет эти вопросы не дают спать миллионам и миллионам.

Ни в коем случае не претендуя на истину в последней инстанции, попробую дать собственное видение событий последних десятилетий, которые начались как раз с моего перехода в «Литературную газету».

У главных разведок мира, прежде всего британской, существует проверенная методика достижения интересов своего государства. В  державе, против которой они работают, выдвигают сотрудничающих с ними деятелей и убирают противоборствующих. Самый известный эпизод – покушение на Ленина в 1918 году. Удайся тогда этот теракт англичан, и во главе России стал бы их (и международного сионизма) агент Троцкий. Следующими их жертвами были Дзержинский, Киров.

Владимир Ленин	Феликс Дзержинский	Сергей Киров

В 70-80-х годах политических фигур такого масштаба не просматривалось. Сбылось пророчество Сталина, произнесённое за два месяца до смерти: «Кончилось время гениев, начинается время дураков». Тем проще стало передвигать фигуры на великой шахматной доске.

Главными пешками,  которые тонкими ходами неуклонно двигались в ферзи, являлись Андропов, а затем в параллель с ним Горбачёв.  Какие могущественные силы рассчитывали и осуществляли эти ходы – у меня нет даже догадок. Велика тайна сия есть.

 Крёстным отцом Андропова был его наставник ещё со времён работы в Карелии Куусинен. Отто Вильгельмович  очень интересная фигура. В молодости он вращался на политическом Олимпе Финляндии, водил дружбу с богатыми и влиятельными масонами.  9 лет был депутатом сейма, 6 лет возглавлял социал-демократическую партию. Потом – «на подпольной работе» (согласно справочникам). С 1921 по 1943 г. – один из руководителей Коминтерна. С 1941 года до самой кончины (1964 г.)  член ЦК ВКП(б), а при Хрущёве – секретарь Центрального Комитета КПСС. В 1939–м был один неординарный эпизод, связанный с советско-финской войной. Куусинен возглавил тогда созданное на случай нашей победы, в которой никто в СССР не сомневался, правительство народной Финляндии. Как же его поносили на Западе! Везде, кроме Великобритании. А крупный английский политик Криппс, тот публично заступился…

В ЦК КПСС Куусинен ведал международными вопросами. В том же 1957 году, когда Хрущёв выдвинул его  секретарём ЦК, Андропов с должности посла в Венгрии сразу стал заведующим подведомственным Куусинену отделом по связям с коммунистическими и рабочими партиями соцстран, а через пять лет – секретарём ЦК. Отто Вильгельмович подготовил себе надёжную смену. Британия высоко оценила его заслуги перед спецслужбами. Как пишут в таких случаях, по некоторым данным, секретным указом королевы он награждён высшим британским орденом, получил рыцарское звание, а коллегами назван самым успешным агентом в их тёмной истории. Последняя жена Куусинена откровенно написала в своих мемуарах: «Его ведь, в сущности, мало интересовал Советский Союз. Строя свои тайные планы, он не думал о благе России».

Чем руководствовался Брежнев, назначая Андропова председателем КГБ, мы никогда не узнаем. Может быть, рекомендацией послужила его крайне жёсткая позиция при подавлении контрреволюционных выступлений в Венгрии? Но что произошло, то произошло, и с 1967 по 1982 год крестник Куусинена находился на этом посту, а с 1973 года входил в состав Политбюро ЦК КПСС. Юрий Владимирович сумел приобрести сильное влияние на Брежнева, однако у большинства членов Политбюро, начиная с А.Н. Косыгина, симпатий, мягко говоря,  не вызывал. Особенно чётко прописал это в своих мемуарах В.В. Гришин («От Хрущёва до Горбачёва»). Его опорой были Громыко и Устинов. Для истории: эти трое уговорили Брежнева ввести советские войска в Афганистан.

Люди, дошедшие до вершины политической власти, коей являлось Политбюро, прошли такой естественный отбор, что долгожительство им было вроде бы обеспечено. Об их здоровье неустанно заботилась кремлёвская медицина. А вот поди ж ты…

Публицист Валерий Легостаев, работавший ещё при Андропове и после него помощником Лигачёва,  составил говорящий сам за себя список череды смертей членов Политбюро, открывших сначала Андропову, а затем Горбачёву дорогу в генсеки.

Андрей Гречко		Федор Кулаков

В 1976 году «уснули и не проснулись» лично преданный Брежневу министр обороны Гречко, весьма перспективный Кулаков. Через год освободившееся место секретаря ЦК КПСС по сельскому хозяйству по настойчивой рекомендации вышеупомянутой группы товарищей и примкнувшего к ним Суслова  занял Горбачёв. Александр Ильич Агранович прокомментировал это назначение словами: «Мы недавно сделали анализ эффективности вложений в сельское хозяйство; в Ставропольском крае она самая низкая».

В 1980–м в странной автомобильной катастрофе на сельской дороге погиб П.М. Машеров, которого рассматривали как одного из возможных преемников Брежнева, и умер после не менее странного происшествия во время прогулки на байдарке А.Н. Косыгин.

Алексей Косыгин	Семен Цвигун	Петр Машеров

Рассказывая о рекордном по числу смертей среди руководства страны 1982 годе, одним перечислением не обойдёшься. Тут тот самый случай, когда чёрт в деталях. 19 января вроде бы застрелился первый заместитель Андропова Цвигун, особо доверенный Брежнева, женатый на сестре Виктории Петровны. Причём при странных обстоятельствах: на кратком отрезке садовой дорожки от машины к даче, из которой охрана не выпустила к месту происшествия его жену. Кроме шофёра из гаража КГБ,  никто не видел момента  «самоубийства», а тело Цвигуна семье предъявили только на похоронах. Я спрашивал об этом тёмном деле его сына: он убеждён, что отца убили. Чазов писал: «Я хорошо знал Цвигуна и никогда не мог подумать, что этот сильный, волевой человек, прошедший большую жизненную школу, покончит самоубийством». В итоге Брежнев лишился очень важной подстраховки.

В июне 1982 года было произведено покушение на В.В. Гришина, о котором нигде никогда не было упомянуто. Когда его машина приближалась к  Можайскому шоссе,  наперерез выехал автобус «Львов».  У сидевшего на переднем сиденье  офицера охраны снесло поллица. К счастью, взрыва бензобака, коими обычно сопровождаются столкновения такой силы, не произошло, Виктор Васильевич серьёзно не пострадал, хотя был доставлен в Кунцевскую больницу. При разборе ДТП выяснилось, что автобус из гаража КГБ…

Андропов был давно тяжело болен. Он понимал, что для прихода к руководству партией и страной времени у него совсем немного. Но из КГБ в генсеки не попасть ни при каком раскладе. Для этого нужно хотя бы недолго поработать в аппарате ЦК. Соответствующая его плану должность имелась только одна – второго секретаря, но её занимал М.А. Суслов, отличавшийся аскетическим образом жизни и отменным здоровьем. Как пишет Легостаев, операция по его устранению разрабатывалась при непосредственном участии начальника всей кремлёвской медицины Чазова, давно являвшегося личным агентом Андропова. Сам Чазов в книге «Здоровье и власть» писал, что их встречи происходили на конспиративных квартирах КГБ.

Членам Политбюро, достигшим 70 лет, полагался зимой дополнительный двухнедельный отпуск. Михаил Андреевич провёл его в «люксе» Центральной клинической больницы («кремлёвки»). Револий Михайлович, сын, рассказал мне, что там произошло в последний день перед выпиской. Суслова пришла навестить дочь. Он ей сказал, что чувствует себя хорошо и завтра прямо из больницы поедет на работу. В это время  лечащий врач принёс какую-то таблетку. Михаил Андреевич, человек сталинской школы, никаких таблеток в больнице никогда не принимал. Однако врач так настаивал, упирая на намерение ехать на работу, что пришлось согласиться. Почти сразу же после приёма лекарства Суслов сильно покраснел и сказал дочери: «Иди домой, что-то мне худо». Через несколько часов он умер. Это случилось через день после смерти Цвигуна. А ещё через месяц врача, давшего роковую таблетку, нашли в петле в собственной квартире.

Деталь многозначительная. Начальник охраны Сталина Хрусталёв, пославший от его имени всех офицеров спать в роковую ночь 1 марта и полсуток не вызывавший медиков, тоже умер через месяц после смерти охраняемого. Фанни Каплан, которой одной приписали покушение на Ленина в 1918 году, не прожила и двух суток: после формального допроса её застрелили и сожгли в керосиновой бочке на территории Кремля. Закон террористов: свидетелей не оставлять.

Через четыре месяца после смерти Суслова на ближайшем Пленуме ЦК КПСС  вторым секретарём избрали Андропова. Случай в нашей послевоенной истории уникальный. Не только в главном ЦК, но и во всех республиканских, кроме Армении, пост второго секретаря всегда занимали русские. Для еврея Андропова сделали, однако, исключение.

На место Андропова Брежнев назначил председателя КГБ Украины Федорчука, известного своей жёсткостью по отношению к обслуживаемому контингенту. Он был в нём абсолютно уверен.

Что бы ни говорили о позднем Брежневе, но он как уже очень опытный политик вполне контролировал ситуацию и серьёзно готовился к передаче власти. Первый секретарь Приморского крайкома Д.Н. Гагаров рассказывал о разговоре на эту тему во время его пребывания в крае. Перебирая возможные кандидатуры, Брежнев назвал и Андропова, но тут же отверг: «не годится, сжёг себя на работе в КГБ». В конце концов Леонид Ильич определился. По словам И.В. Капитонова, ведавшего в ЦК партийными кадрами, за месяц до уже назначенного пленума ЦК генсек позвал его к себе и сказал: «Через месяц в этом кресле будет сидеть Щербицкий. Все назначения делай с учётом этого». Для себя Брежнев наметил создать должность председателя партии. Знал ли он о том, что по утверждению Роя Медведева вокруг него существовала скрытая оппозиция в лице Андропова, Устинова и Горбачёва? Фамилии названы несколько неожиданные, но тут уж Медведеву виднее.

Леонид Брежнев	Владимир Щербицкий	Иван Капитонов

Какой же опрометчивый шаг  сделал тогда Леонид Ильич! Брежнев, конечно, был в курсе того, что КГБ денно и нощно прослушивает всех членов Политбюро. Наверняка обо всех заслуживающих внимания разговорах и даже репликах ему Андропов докладывал. Микрофоны были везде, даже в спальнях. Но что так же точно прослушивают и его самого, генсек не предполагал. Как и того, что пленум состоится гораздо раньше определённого им срока и совсем не с той повесткой, которую утвердило Политбюро.

Брежнева давно мучила бессонница. За многие годы он настолько привык пользоваться снотворными, что уже не мог без них обходиться. Всему его окружению было категорически запрещено потакать этой слабости Леонида Ильича. В крайних случаях он обращался к Юре (так и в глаза и за глаза звал Андропова).  Андропов был последним, с кем встречался Брежнев перед смертью. Как Берия со Сталиным. Что сделали эти два приближённых со своими патронами, мы тоже никогда не узнаем. Известны только результаты: Сталин получил тяжёлый инсульт, Брежнев, как повелось с 1976 года, уснул и не проснулся. Фармакология, как видим, на месте не стоит. Накануне смерти и тот, и другой чувствовали себя нормально, Брежнев даже съездил в Завидово на охоту, спокойно отстоял на мавзолее весь парад и демонстрацию 7 ноября.

Я подробно расспрашивал начальника охраны генсека Владимира Медведева, вчитывался в строки чазовской книги. Всплыла только одна несообразность. В ночь без пробуждения на брежневской даче не было ни одного медицинского работника, хотя до того, куда бы он ни ехал, в кортеже следовала машина реанимации с полным штатом положенного для крайних случаев персонала. Медведев и в книге «Человек за спиной» и устно рассказал, как он вместе с дежурным сотрудником охраны безуспешно пытался делать Брежневу искусственное дыхание. Больше помочь было некому. Через некоторое время явился Чазов, засвидетельствовал смерть. Почему он не вызвал реанимационную бригаду, когда получил первое сообщение о случившемся? Всё знал заранее?

Смерти Брежнева сопутствовало ещё одно обстоятельство, о котором нигде ни слова. Его вдова Виктория Петровна рассказала вдове В.В. Гришина Ирине Михайловне, что первым тогда на дачу, буквально через 10-15 минут после первого звонка Медведева приехал Андропов. Молча прошёл в спальню, взял из сейфа брежневский кейс  и так же молча, не зайдя даже к Виктории Петровне, уехал. А потом прибыл вместе со всеми членами Политбюро, будто здесь до того и не был. Это подтвердил мне и её зять Ю.М. Чурбанов. Не профилактикой ли утечки информации такого рода объясняется его арест и восьмилетнее заключение по нелепому обвинению? Члены семьи Брежнева не раз пытались дознаться у него, что хранится в таинственном кейсе. Леонид Ильич отшучивался: «Тут у меня компромат на членов политбюро».

Как положено, после похорон состоялся  пленум ЦК КПСС для выбора нового генерального секретаря.  Андропова избрали единогласно.

На «Литературной газете» смена власти никак не отразилась. Многолетние контакты с ним Чаковского сослужили нам хорошую службу. Был сделан и ещё шаг к укреплению благоприятствования.

– Юрий Петрович, – сказал он как-то, – я слышал, что сын Андропова пишет стихи. Попросите его отобрать несколько стихотворений для публикации.

Я позвонил, попросил. Но получил вежливый отказ.

Давайте зададимся вопросом: зачем смертельно больной Андропов так рвался к власти? Даже если и суждены ему были благие порывы, то свершить-то ничего не дано. Какие уж свершения, коли половину генсековского срока пришлось провести в больнице, прикованным к аппаратуре искусственного диализа? Кроме облав в кино и ресторанах на злостных прогульщиков, период правления Юрия Владимировича ничем в памяти народа не запечатлелся. Немного для деятеля такого масштаба. Наверняка не для этой операции уровня командира народной дружины были затрачены усилия великих шахматистов.

Так для чего же?

Расставить на нужные места кадры, которым предстояло завершить смену власти в СССР.

Кадр № 1 – Лигачёв. Цитирую уже упоминавшиеся выше мемуары В.В. Гришина: «Никто не принёс партии столько вреда, сколько Лигачёв».  Его руками Андропов, а затем Горбачёв заменили в составе ЦК и партийном аппарате проверенную надёжную гвардию партийных работников бывшими директорами заводов, строителями, а также учёными, которых, как знают  все политики мира,  нельзя допускать к власти. В книге «Загадка Горбачёва» Егор Кузьмич приводит оценку Андроповым этой его деятельности, данную за полтора месяца до кончины в кремлёвской больнице: «Вы для нас оказались находкой». Подчеркнём эти слова: «для нас»… Приведу и ещё одну цитату из книги: «Юрий Владимирович планировал обновление социализма, понимая, что социализм нуждается в глубоких и качественных изменениях». Каких именно, нам наглядно потом показал Горбачёв, который первое время то и дело возглашал: «Больше социализма!».

Кадр № 2 – Яковлев. Андропов вернул его в Москву из канадской посольской ссылки, куда тот был отправлен за антирусские выступления, дав должность директора второго по важности и по антикоммунистическому внутреннему климату международного института Академии наук. Без всякого на то научного багажа. Но с дипломом о прохождении годичной стажировки в Колумбийском университете США. Из института Яковлев со скоростью кометы перескакивал с должности на должность: зав. отделом пропаганды ЦК, секретарь ЦК, член Политбюро – серый кардинал.

Кадр № 3 – Горбачёв. Именно при Андропове он возвысился с слабейшего по положению секретаря ЦК КПСС до одного из самых влиятельных, который при больном Черненко заправлял всеми кадровыми делами, расставляя всюду своих сторонников. Именно он перетащил из Томска на важнейший в партийном аппарате пост заведующего отделом оргпартработы Лигачёва. Интересны детали этой операции. Такой должности прежде не существовало. Всю кадровую работу вёл первый замзав этим отделом Николай Александрович Петровичев, пользовавшийся в партии заслуженным уважением. А его непосредственным руководителем был секретарь ЦК Капитонов, подчинявшийся в свою очередь второму секретарю ЦК Черненко. Решение по Лигачёву Андропов с Горбачёвым провели за один день, когда Черненко находился в отпуске, ни с кем из членов политбюро его не согласовывая. Высший пилотаж!

Одних новый тандем выдвигал, других задвигал. Осторожный Брежнев держал в КГБ при Андропове двух первых замов,  своих верных людей – Цвигуна и Цинёва. Безмерно предан ему был и министр внутренних дел Щёлоков. Через месяц после смерти Брежнева Щёлокова уволили.  На его  место  перевели из КГБ Федорчука, выдвиженца Щербицкого. В 1984 году Щёлоков вроде бы застрелился – дома из охотничьего ружья. В 1985 году, уже при Горбачёве Цинёва отправили в «райскую группу», созданную для престарелых высших военачальников. Брежневских кадров в КГБ не осталось.

После смерти Андропова генсеком по предложению Устинова был избран Черненко. Решение об этом, кроме него, обсуждали Громыко, Тихонов и сам Черненко. Фамилия Горбачёва ими даже не упоминалась.

Константин Устинович трезво оценивал свои возможности, очень не хотел этого. Когда приехал домой с пленума ЦК, возложившего на него непосильную ношу, жена спросила:

– Костя, зачем тебе это?

– Так надо.

Коллеги по политбюро уговорили его, дабы не пропустить к власти Горбачёва, которого давно раскусили. Но какого преемника мог подготовить Черненко? Его окружали такие же старцы, как он сам. Человек помоложе и поэнергичней других, ленинградский первый секретарь Романов был с подачи радио «Свобода» полностью дискредитирован в глазах народа.  Из уст в уста передавалось, что он устроил свадьбу дочери в царском дворце, где перепившиеся гости разбили антикварный сервиз. Романов тогда потребовал опровержения в печати: ведь свадьба происходила в столовой обкома, никаких сервизов не было, а сам он на ней даже не присутствовал. Андропов, к которому он обратился, отказал: мол, мало ли чего ещё придумают вражеские голоса, на каждый чох не наздравствуешься.

Гришин, возглавлявший почти миллионную партийную организацию столицы, тоже был оболган. О нём, кристально честном и щепетильном человеке, распускали слухи один нелепее другого: что он бросил семью, женился на Татьяне Дорониной и теперь молодожёнам ежедневно доставляют из елисеевского гастронома всякие бесплатные яства; что он замаскированный еврей и покровительствует всем подпольным дельцам этой национальности. И так далее.

Жестоко расправились с Устиновым. В конце 1984 года в Чехословакии проводились манёвры войск Варшавского Договора с участием министров обороны. По возвращении с манёвров  один за другим поумирали с интервалом в несколько дней главы военных ведомств ГДР, Венгрии, Чехословакии и СССР. От чего умер Дмитрий Фёдорович, так никто и не объяснил. Чазов писал, что его смерть «оставила много вопросов в отношении причин и характера заболевания». Есть чему поудивляться! Массовый теракт в отношении высокопоставленных руководителей четырёх государств – и ни расследования, ни наказания террористов…

Черненко умертвили с двух попыток. Летом 1983 года еще при жизни Андропова он был  смертельно отравлен на отдыхе в Крыму.  Вместо расследования придумали байку о недоброкачественной копчёной ставриде. Но ели-то её все, кто жил на госдаче, а пострадал почему-то один Константин Устинович. Да так, что чудом не отдал богу душу. Его и без того слабое здоровье было капитально подорвано, он долго не мог восстановить работоспособность. Вскоре после избрания генсеком Чазов путём сильнейшего давления отправил Черненко для поправки на высокогорный курорт Кисловодск.  Для больного, страдавшего энфиземой лёгких, это было похуже отравления. Через 10 дней его на носилках погрузили в самолёт и срочно вернули в Москву. Какая уж тут работа…

После второго медицинского покушения Черненко изо всех сил старался взять в руки бразды правления. Его окружение тоже изо всех сил старалось показать, что он действует. По распоряжению первого помощника генсека Боголюбова в Москве организовали инсценировку участия Константина Устиновича в голосовании на выборах в Верховный Совет. Но дни его были уже сочтены. Не дали ему никаких шансов, чтоб решить  главную задачу, ради которой взошёл на высший пост.

Черненко умер 10 марта 1985 года. По поразительному совпадению за несколько дней до этого Щербицкого во главе делегации Верховного Совета СССР направили в США. Узнав о смерти генсека, он потребовал от посла немедленного возвращения на родину. На что получил ответ: «Ваше возвращение сейчас нежелательно». На основании каких же указаний решился посол на такую дерзость по отношению к члену политбюро? Мой сосед по дому, командовавший тогда правительственным авиаотрядом, подтвердил: и он получил приказ задержать вылет Щербицкого на три дня. Выходит, всё было спланировано.

В Москве в это время шла напряжённая подковёрная игра, в которой участвовали Примаков, Яковлев и сын Громыко. Главным действующим лицом был Лигачёв. Андрею Андреевичу пообещали пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, если он в свою очередь предложит политбюро избрать генсеком Горбачёва. Судьба будущего лучшего немца висела тогда на волоске: никто из членов политбюро, собранных для сообщения о смерти Черненко, не назвал его в качестве преемника. Ночью с предложением занять этот пост некоторые из них обратились к Гришину, но он отказался. А Громыко  предложенную сделку принял. Наутро, как только политбюро собралось, он, не ожидая официального открытия заседания, встал и сделал то, чего от него ждали Горбачёв, Лигачёв и стоявшие за их спинами могущественные силы мирового масштаба. Проголосовали единогласно. То же произошло и на открывшемся двумя часами позже пленуме ЦК КПСС. Так был подписан смертный приговор Советскому Союзу и партии, которая подняла страну из пепла, сделала великой державой, победила Гитлера, спасла Россию и человечество.

Всё вышесказанное я узнал много лет спустя, а тогда, в апреле 85-го вместе со всеми радовался, что наконец-то на смену немощным старцам пришёл полный сил человек, свободно говорящий с трибуны без бумажки, обещающий всё обновить, улучшить и усовершенствовать. Наступило время больших надежд, больших ожиданий.

Боже, какими мы были наивными!

Подсчитать, сколько трупов образовали лестницу для восхождения Горбачёва на вожделенный пьедестал, предоставляю читателям.

http://izyumov.ru

Андропов нарушил правило "не буди лихо, пока оно тихо"

, Накануне

На этой неделе исполняется 30 лет со дня избрания главы КГБ Юрия Андропова генсеком ЦК КПСС. После смерти Брежнева 12 ноября 1982 года решением пленума ЦК КПСС он был избран на руководящий пост в стране. Андропов явился одним из самых загадочных и противоречивых деятелей СССР, последствия деятельности которого продолжают вызывать бурные споры, поскольку, так или иначе, во многом именно тогда был запущен процесс развала империи. О его роли в истории, о созданном им слое "коммерциализированных чекистов" и якобы имевшем место "плане Андропова" Накануне.RU рассказал историк Андрей Фурсов.

Вопрос: Как Вы думаете, почему сейчас так обострилась дискуссия вокруг результатов крайне непродолжительного правления Андропова, ведь еще недавно было принято считать, что генеральный секретарь Андропов – это старый больной человек и один из эпизодов в главе учебника "геронтократия в СССР", но не более? Есть ли смысл так пристально изучать период правления Андропова?

Андрей Фурсов: О фигуре Андропова имеет смысл говорить, как и вообще о советской истории и о нашей истории последних 40 лет. Самое главное, в эти годы, в 60-е и 70-е, вызрели и сформировались силы, в интересах которых была начата "перестройка", и Андропов имел к ним самое непосредственное отношение. Жизнь 60-70-хх годов - штука потрясающе увлекательная. При этом, надо отметить, что там было много смертей, убирались противники Андропова, например, первый секретарь ЦК Компартии Белоруссии Машеров, который при странных обстоятельствах погиб за десять дней до того, как он должен был сменить Косыгина в его должности.

Вопрос: Кто такой Андропов, как Вы считаете? Масса версий появилась сейчас, разброс колоссальный: от зловещего демиурга разрушения СССР, до человека, у которого был идеальный план спасения Советского Союза, реализовать который ему помешала смерть. При этом не меньше противоречий и в самом плане Андропова, который никто в глаза не видел: одни считают, что это был "китайский вариант", другие говорят, что план Андропова – это есть план Путина. Какое Ваше мнение?

Андрей Фурсов: У Андропова, безусловно, были идеи реформирования СССР, тем более, что он действительно собирался править страной. И, несмотря на то, что у него было достаточно плохое здоровье, он вряд ли предполагал, что через год умрет. Для того же, чтобы начать правление, было необходимо реформирование страны. И вот тут возникает основная проблема, поскольку как раз четкого плана у Андропова-то и не было. У него были некоторые идеи и противоречивая схема. Сейчас из различных воспоминаний можно часть этих идей реконструировать и попытаться понять схему. Так, одна из этих идей была в том, чтобы силами КГБ, силами чекистов взять под контроль экономику, ужесточить контроль над населением и партийной верхушкой, ограничить коррупцию и провести экономические реформы, которые приблизят СССР к Западу, тем самым обеспечить развитие системы. Кстати, о том, что Андропов не собирался конфликтовать с Западом, свидетельствует фраза, произнесенная им на одном из первых выступлений. Он сказал нечто странное и наивное для главы КГБ, я за точную цитату не ручаюсь, но звучало это как-то так: "Пусть империалисты знают, что если они нас не тронут, мы их не тронем". Хотя ясно было, что империалисты не оставят СССР в покое, пока он существовал, поскольку СССР был экономическим, социальным и политическим конкурентом.

Вопрос: Но все пошло не так, потому что Андропов умер?

Андрей Фурсов: Да, вышло по-другому, но не по этой причине.

Оказалось, что Андропов до конца не понимал уровень разложения системы и верхушки, прежде всего, и после его смерти этот слой "коммерциализированных чекистов" или "эконом-чекистов", как я их называю, тот слой, на который он рассчитывал, внутри страны пошел на союз с той частью номенклатуры, которая хотела превратиться в собственников, и с воротилами теневой экономики, а вне страны они заключили альянс с иностранным капиталом. Нужно отметить, что уже в первой половине 80-х годов был создан целый ряд предприятий за рубежом, который вел аккумуляцию средств и капиталов, и эти фирмы, насколько я знаю, до сих пор функционируют.

Есть мифы, которые создавались в "перестройку" западной пропагандой, перестроечной шпаной и прямыми врагами Советского Союза, о том, что крушение СССР было запрограммировано экономически или определено гонкой вооружений. Их не нужно воспринимать всерьез, но надо понимать, что советский правящий слой в 70-е годы очень четко ощутил, что он вот-вот может оказаться собственником и стал осознано подталкивать реформы в стране в этом направлении. Они не учли одного, что превращение в собственников будет означать развал СССР. Связано это было с тем, что они очень плохо представляли страну, в которой живут. Андропов однажды сказал: "Мы не знаем общества, в котором живем и трудимся". Говоря это, Андропов, видимо, имел в виду и себя. Но, что еще хуже, руководство страны не понимало не только свое Отечество, но и мир, в котором живут.

Вопрос: Получается, что смерть Андропова никак не повлияла на процесс? Помимо озвученной вами связи "эконом-чекистов" с желающей превратиться в собственников частью номенклатуры, остаются вопросы и о том, каким образом нынешними олигархами стали совершенно определенные люди, почему не был арестован Ельцин в 1991-м.

Андрей Фурсов: Трудно сказать, что было бы, если бы Андропов остался жив. Я думаю, этот процесс пошел бы так же, как он и шел, и Андропова либо отправили бы в отставку, либо с ним случилось бы то, что случилось с Черненко: поел бы рыбки и отравился, либо разбился бы на автомобиле.

Но в любом случае, Андропов инициировал тот процесс, которым ни он, ни тогдашний КГБ управлять не мог и не мог его контролировать. Слишком сильные социальные кластеры и слои общества оказались заинтересованы в компромиссном варианте, когда все заинтересованные стороны: "эконом-чекисты", номенклатура и теневые воротилы превратились бы в собственников. Иными словами, можно сказать, что Андропов нарушил железное правило: "Не буди лихо, пока оно тихо". "Лихо", разбуженное Андроповым, должно было контролировать процесс, но вдруг "лихо" решило просто договориться с теми, кого должно было контролировать, включившись в процесс, чтобы затем принять участие в приватизации.

Вопрос: Давайте поговорим об "эконом-чекистах", что это за класс такой?

Андрей Фурсов: Это не класс, а слой. Это люди, которые, по косвенным данным, готовились (хотя прямых доказательств нет) для решения неких масштабных внешнеэкономических задач. Выведение активов, создание капитала, который бы работал на страну, проникая и захватывая иностранные рынки и успешно конкурируя за рубежом. С конца 50-х годов СССР интенсивно продавал нефть за рубеж по дешевым ценам, в результате в течение 60-х годов сложился целый номенклатурный слой и слой сотрудников КГБ, курирующих процесс, который был заинтересован в расширении торговых контактов с Западом, увеличении объемов продажи сырья, и вот этот слой сыграл огромную роль в ходе "перестройки". Не надо забывать и о тех директорах, которые обогатились в ходе косыгинской реформы, приобрели средства, затем превратившиеся в капитал. Иными словами, шел процесс разложения советского общества, и Андропов предполагал, что сможет его контролировать, направив в определенное русло, но история распорядилась иначе, отведя ему слишком короткий срок, хотя, повторюсь, даже если бы он остался жив, думаю, он не совладал бы с процессами, которые он вызвал к жизни.

Вопрос: Многие относят к ним и Гайдара с Чубайсом и остальную когорту младореформаторов. Как Вы считаете, если основания полагать, что все эти творческие научные кружки для экономистов в 80-х, о которых любит вспоминать Чубайс, например, проводились с санкции Андропова и под присмотром КГБ?

Андрей Фурсов: Я думаю, что это вполне возможно. Представьте, что есть Андропов, который решает запускать реформы. Кто должен был готовить кадры для реформ и находить их? Естественно, это делает КГБ, как самое информированное ведомство. Более того, я не вижу в самой этой задумке ничего плохого и порочного. Этим людям совершенно необязательно было знать, кто их готовит и кто проводит их отбор. Это нормальный рабочий процесс. Другое дело, что с развитием ситуации инициативу перехватили наши противники на Западе, и те люди, которых обучали и готовили в западных учебных заведениях, для того, чтобы они проводили реформы в интересах СССР, вдруг стали проводить реформу, работающую на разрушение СССР.

И тут нет конспирологии никакой. Это нормально, когда специалистов посылают учиться за границу. С другой стороны, те люди, которые уехали учиться в институт прикладных системных исследований в Вене, не понимали, что большинство западных методов не годится для СССР, и более того, их внедрение приведет к разрушению СССР. Это лишний раз напоминает нам о том, насколько значительная часть верхушки СССР и даже часть верхушки КГБ, которые вовсе не хотели разрушения своей страны, не представляли, как устроен мир, насколько провинциально и местечково было их сознание.

Вопрос: Тогда хочется понять, в какой момент главной идеологией младореформаторов стала ультралиберальная платформа, почему именно на нее пал выбор?

Андрей Фурсов: Для того, чтобы ответить на ваш вопрос, нужно хорошо представлять себе расклад сил в верхушке СССР на рубеже 70-х - 80-х гг. Я думаю, что ультралиберализм как идеологическое течение пришелся по душе тем, кто собирался превратиться в собственников, своим радикализмом, своим жестким отношением к населению, ведь очень трудно было перераспределить общественный пирог, присвоив то, что 70 лет строило все население. Давайте вспомним, как развилась доктрина в период "перестройки". Сначала говорили: "Больше демократии, больше социализма!" Потом: "Больше рынка, больше социализма". Потом, когда после критики сталинизма началась критика социализма, был отброшен и сам социализм и было провозглашено: "Даешь больше рынка!" Те люди, которые проводили приватизацию и разрушение СССР, конечно, никакие не либералы, просто ультралиберализм стал наиболее адекватной, по их мнению, идеологической установкой под процесс ограбления страны. Вот и все.

Вопрос: Получается, что скоропостижный уход Андропова из жизни выпустил на волю эти кадры, которые стали просто делать то, чему научились, но уже преследуя личный интерес, а не государственный. Может быть, будь он жив, все пошло бы по-другому?

Андрей Фурсов: Я думаю, что в какой-то момент включился бы тот же сценарий, что и во время косыгинских реформ. После запуска этих реформ наверху поняли, что их результат опасен для системы: люди наверху догадались, что они растят целый слой граждан на среднем уровне, который будет обладать деньгами и сможет эти деньги конвертировать во власть. У Брежнева еще было время дать задний ход. Проживи Андропов еще немного – и он оказался бы перед дилеммой: вводить сталиниский режим или отпускать вожжи. Но этот же сформированный слой не дал бы Андропову запустить неосталинизм, а я не думаю, что у Андропова хватило бы сил противодействовать этому слою. Горбачев же сделал то, что как раз можно назвать "отпустить вожжи", дав "зеленый свет" новому классу собственников.

Вопрос: Инициировал его восхождение в свое время, как известно, тоже Андропов. При этом еще XX съезд покончил с идеологией, что осложнило работу с номенклатурой, так?

Андрей Фурсов: Нельзя сказать, что идеологию убил XX съезд, идеологию убило перерождение номенклатуры, а XX съезд и в еще большей степени XXII съезд зафиксировали это положение. Они осудили культ личности, а вот съезд в 1961 году, где была принята новая программа КПСС, вбил последний гвоздь в гроб СССР, было записано, что главное – это удовлетворения растущих материальных потребностей советских граждан. В качестве критерия выполнения функции КПСС была введена вульгарно-материалистическая, рыночная категория, после этого СССР стал превращаться в мещанское, мелкобуржуазное общество.

Вопрос: Был ли Андропов сознательным застрельщиком развала Союза или он пытался его спасти?

Андрей Фурсов: Сложно в социальных процессах выделить роль личности. Да, личность роль играет, но Андропов крупной личностью не был, как пытаются представить его помощники Андропова, которые серьезную роль играли в период "перестройки" и после нее. Да, он пытался что-то сделать, но еще раз отмечу, большая их часть пошла во вред советскому обществу.

Знаете, если говорить исторически и эволюционно, то в советском обществе процессы развивались именно так, как предсказывал Сталин, который утверждал, что классовая борьба по мере строительства социализма будет усиливаться. Во времена "перестройки" над ним смеялись, говорили, что якобы он имел в виду кулаков, однако сейчас ясно, что Сталин говорил о номенклатуре, которая превратилась в буржуазию. События, которые произошли у нас в 80-е, вытекали логически из тенденций 60-х годов. На рубеже 60-х - 70-х годов СССР столкнулся со структурным кризисом, но структурный кризис еще не означает автоматического слома системы. К слому системы привел Горбачев и те силы, о которых я говорю.

В этой ситуации Андропов стал катализатором процесса крушения СССР. Но я не думаю, что он сам хотел этого. Он хотел власти в стране, которая должна была быть реформирована в соответствии с некими идеями. Грустная ирония есть в том, что СССР, скорее, пал жертвой отсутствия плана Андропова, а не его наличия. В результате бесконечных и беспорядочных барахтаний и шараханий Андропов ускорил падение СССР, за что и любим либералами.

Вопрос: И спецслужбами. Сейчас модно стало говорить, что план Путина – это и есть план Андропова, а план последнего сравнивать с китайским вариантом развития.

Андрей Фурсов: План Андропова – не план Путина. Потому что и у Путина нет плана. То, что реализовывается у нас последние 10 лет, более всего напоминает процесс стихийный, чем что-то спланированное. Если же сравнивать с китайским вариантом, надо сказать, что российской и советской бюрократии до китайской, которой более 3-х тысяч лет, очень далеко. Китайцы делают все с дальним планированием. У китайцев действительно был план, у Андропова же был некий набор краткосрочных идей, непонимание структуры и почвы, на которую попадут эти идеи. Механизм же, который запустил в итоге Андропов, привел к абсолютно противоположным результатам.

И, кстати, далеко не все службисты его любят. Андропов долго был председателем КГБ. Возглавив страну, он вернул ведомству полномочия, утраченные после смерти Берии. Если помните, в 53 году после переворота МГБ было переименовано в комитет государственной безопасности (КГБ) при совете министров. Андропов вывел КГБ из подчиненного положения, отменив формулировку "при совете министров". За это он снискал добрую память сослуживцев, и с точки зрения ведомства понятно, почему люди ему благодарны, но, к сожалению, для этих людей часто сливаются в одно интересы ведомства и интересы страны.

Вопрос: И Вы не видите никаких параллелей между политикой Андропова и современной Россией? Часто можно услышать, что все в стране пронизано чекистами, они управляют армией, финансами, промышленностью – это ли не сбывшаяся мечта Андропова – птенцы его гнезда взяли власть?

Андрей Фурсов: Во-первых, те люди, которые взяли страну в 90-е годы, конечно, уже не птенцы гнезда Андропова, а птенцы тех гнезд, которые возникли после Андропова. Эти люди – продукт разрушившейся машины КГБ. Нет, я не вижу никаких параллелей. Но если хотите сравнения, есть еще более сильная параллель.

КГБ демонстративно организовал либеральное диссидентское движение, потому что оно было менее всего опасно (больше всего Андропов ненавидел русских националистов, называл "руссистами" и душил их всерьез) и КГБ стимулировало их организацию, чтобы показать степень накала борьбы. Аналогично вела себя царская охранка на рубеже веков. В конце XIX века охранка перестала сильно давить революционеров, а стала давать им возможность расширяться. Преследовалось две цели, с одной стороны ведомство доказывало свою нужность царю, а с другой использовало революционное движение в своих целях, потому что провокаторы в среде революционеров прямо работали в целях элиты. Например, Витте ненавидел Плеве и через три звена организовал его убийство революционерами.

Вопрос: Как итог, как бы Вы оценили Андропова как историческую фигуру?

Андрей Фурсов: У меня, скорее, отрицательное отношение к Андропову, чем положительное. Хотя, мне кажется, что к позднесоветской верхушке просто трудно относиться иначе. Пусть и вызывают ностальгию брежневские времена, обманывать себя не нужно, нужно помнить, что вся та мерзость и плесень, которая вылезла на свет в годы "перестройки", возникла и подспудно развивались в брежневское время.

Я не ругаю Андропова, ругать исторических деятелей бессмысленно, надо пытаться понять их действия. Знаете, на кого был похож Андропов? Был такой фильм "Операция "Ы", там в одной сцене Вицин пытается достать горшок из-под массы других горшков, он берет самый нижний, и рушит всю конструкцию. Вот - это и есть моя главная претензия к Андропову, он просто вынул самый нижний горшок, из вполне хороших побуждений и желаний. Многие говорят, что Андропов хотел разрушить Советский Союз - ничего подобного. Он хотел управлять СССР и понимал, что для этого нужны реформы. Но в меру своего понимания он сделал то, что сокрушило Союз, например, в меру своего понимания отобрал самых коррумпированных людей для того, чтобы они стали проводниками его идей, но он умер - и этих людей перехватили другие - Запад. И это было понятно сразу - у этих людей был узкий провинциальный кругозор областного уровня, у них не было самостоятельного мышления, и они действительно были сильно коррумпированы. Андропов действовал недальновидно, он был тактик, но не стратег, как раз стратегического плана реформ-то у него и не было. Не было плана Андропова. 

Накануне