topwar.ru
Обозреватель «Гардиан» Шеймас Милн считает, что первые весточки о конце так называемого Нового мирового порядка пришли в 2008 году. «В августе, — пишет прогрессивный британский журналист, — клиент США Грузия была сокрушена в краткой, но кровавой войне, после того, как её армия была атакована российскими войсками на спорной территории Южной Осетии».
Бои закончились, и Джордж Буш-младший предупредил Россию: не надо, мол, признавать Южную Осетию. Но Россия признала.
Здесь автор статьи видит первый поворотный момент геополитического уровня. Причём независимое решение России было принято на фоне подорванного военного господства Америки (о чём идёт речь, ясно: Ирак и Афганистан). «После двух десятилетий, в течение которых США нависали над миром подобно колоссу, — говорит Милн, — годы непререкаемой власти США были закончены».
Второе событие, ознаменовавшее собою грядущую перемену миропорядка, датируется 15 сентября. В этот день пошатнулась вся финансовая система США: обанкротился четвёртый крупнейший инвестиционный банк «Lehman Brothers». Милн находит, что западный мир оказался перед лицом глубочайшего, если отсчитывать с 1930-х годов, экономического кризиса.
Мир во главе с США, «провозглашённый» Дж. Бушем-старшим в 1990-м году, подчинённый капиталистическим западным стандартам и почти избавленный от социализма, вдруг дал трещину. (Фукуяма засел писать свою идеалистическую книжку «Конец истории», добавим от себя, где предрекал, что история человечества оканчивается на демократии американского образца — потому как далее идти некуда, все страны мира, одна за другой, демократизируются).
«Но между атаками на башни-близнецы и крахом «Lehman», — пишет Ш. Милн, — этот мировой порядок рухнул. Решающими стали два фактора. К концу десятилетия затяжных войн США достигли успеха скорее в обнаружении пределов, нежели степени влияния своих вооружённых сил. И неолиберальная капиталистическая модель, царившая на протяжении целого поколения, затрещала по швам». Причём как раз реакция США на атаки 9/11 и сломила ощущение непобедимости первой «глобальной империи» в мире.
Журналист пишет: «Дико переоцененный ответ администрации Буша превратил атаки в Нью-Йорке и Вашингтоне в самый успешный теракт в истории». «Глобальный бегемот» оказался неспособен навязать свою волю ни Ираку, ни Афганистану. Оба вторжения явились бесспорным стратегическим поражением США.
Что касается экономики, то «модель ненасытного капитализма», реализуемая корпорациями «за счёт наращивания неравенства и деградации окружающей среды», тоже оказалась дискредитирована. От коллапса её спасло масштабное вмешательство государства.
И стратегический, и экономический крах ускорил быстрый подъём Китая. Его аналитик относит к третьему эпохальному изменению.
За ростом КНР явилось четвёртое глобальное изменение — родом из Латинской Америки. «По всему континенту, — пишет британский журналист, — к власти продвинулись социалистические и социал-демократические правительства, которые нацелились на экономическую и расовую несправедливость, создание региональной независимости и возврат ресурсов из корпоративных рук. Два десятилетия после того как нас уверили в том, что неолиберальному капитализму не может быть альтернатив, латиноамериканцы смогли их создать».
Идеология не создаётся на пустом месте. Бытие определяет сознание. Все системные альтернативы, от советской до тэтчерско-рейгановского неолиберализма, выросли из конкретных исторических обстоятельствах, замечает автор статьи. И теперь, из-за последствий кризиса неолиберального порядка, возникла необходимость реконструкции экономики в более демократическое, эгалитарное и рациональное русло. Именно здесь журналист видит форму для новой жизнеспособной альтернативы.
Брэд Франклин, житель Ванкувера, в прошлом политический репортёр, телеведущий и федеральный государственный служащий Канады, а ныне постоянный обозреватель ресурса China.org.cn, подсказывает американским идеологам ту новую форму мирного и взаимовыгодного существования государств, до которой добрался в своей статье товарищ Милн. (Собственно, Милн прав — форма эта уже определилась исторически. Другое дело, что похудевшая Америка продолжает носить одежды толстяка…)
Несмотря на экономический спад, пишет журналист, США все ещё могут претендовать на звание самой богатой и могущественной страны планеты. Однако, внимание всех теперь приковано к тому, как дело пойдёт дальше — после того как мировая экономика восстановится. Многие американцы считают, что всё пойдёт так, как было прежде: Америка опять будет мировым лидером, а новый «глобальный герой», то есть Китай, будет оттеснён куда-то ниже второго места.
Но те, кто умеет думать, видят, что в мире появился новый порядок. Если и будут ездить по дорогам «Форды» и «Шевроле», так китайского производства. Суть именно в этом, а, точнее, в международном сотрудничестве.
Если прежде классикой геополитики и мировой экономики было отношение сторон по принципу «я выиграю, вы потеряете» (который, кстати, был распространён в первую очередь среди американцев), то теперь такая «игра» — далеко не лучший способ продвижения вперёд, тем более, если кто-то один затеял противостоять всем другим игрокам.
Сингапурский аналитик Саймон Тэй, на которого ссылается Франклин, полагает, что вместо жёсткой конкуренции США и КНР (а также другим азиатским странам) следует перейти к партнёрству. Они должны допустить взаимосвязь своих экономик. Он постулирует, что в этом сценарии каждая из бывших сверхдержав играет роль регионального лидера, но заодно устанавливает новый баланс, при котором Америка относится к Азии именно как к партнёру, а не как к конкуренту, которого необходимо победить на рынке. Саймон Тэй утверждает, что, действуя сообща, государства могут быть сильнее, чем были бы, действуя отдельно. Кроме того, стратегическое партнёрство привело бы их к беспроигрышному положению в мире.
Однако, существует ли у сверхдержав политическая воля, готовая принять новый исторический вариант развития? Франклин, работавший политическим обозревателем в течение многих лет, сомневается в том, что правительство Америки готово допустить это. Да и «приключения» США в Ираке и Афганистане, увы, отражают ту позицию Америки, согласно которой другие страны должны вести себя в соответствии с «американскими ценностями».
Что касается Китая, то он больше внимания уделяет решению своих собственных внутренних проблем и предпочитает не вмешиваться в дела суверенных государств.
Поэтому журналист предполагает, что идея сотрудничества и партнёрства гораздо легче была бы воспринята в Китае, нежели в Америке. Впрочем, замечает Франклин, «в конце концов, у Америки не может быть большого выбора в этом вопросе». Экономические и геополитические отношения, когда все на планете подчиняются кому-то под номером 1, закончились, пишет автор. Будем надеяться, что на смену однополярному миру придёт партнёрство, заключает журналист.
От западной журналистики не ускользнул и тот факт, что, пока власти Америки пытаются по-прежнему реализовывать доктрину «глобального правительства», президент России Владимир Путин представил видение мира, идущее вразрез с так называемым «новым мировым порядком».
Евразийский проект, изложенный год назад в статье российского премьера Путина «Новый проект интеграции для Евразии: будущее в созидании» («Известия» от 3-го октября 2011 года), — одновременно и угроза для «нового мирового порядка», и альтернатива ему.
Реакция западных СМИ на проект интеграции была единодушно негативной. Аллергия Запада на план Путина объяснима, однако этот проект евразийской интеграции вырос из постсоветского геополитического и культурного пространства и созвучен современным глобальным тенденциям.
Дело в том, считает журналист, что большая часть человечества осознаёт: «новый мировой порядок» — демоническая сила. Ведь это путь к установлению унификации и деспотизма в планетарном масштабе.
Враждебность Путина к «новому мировому порядку», возглавляемому США, — вот основная причина, по которой Россия считается опасной для финансовых «хозяев мира». Между тем, полагает автор, политическое спасение через глобальное правление — это абсурдный кошмар…
Таким образом, если США по-прежнему воспринимаются во всём мире как сторонники «старого» образца «нового мирового порядка», то Китай и Россия учитывают новейшие тенденции в современном мире и стремятся к партнёрству, а не к гегемонии в масштабах земного шара. Сегодня, когда кризис допекает так называемые развитые страны, миру нужен не залежалый товар под названием «американские ценности», а нужно спасительное лекарство в виде взаимовыгодного сотрудничества.
Обозревал и переводил Олег Чувакин
|
Сообщения
