Бондарев. Россия в противостоянии "евразийцев" и "атлантистов".

В заключении главы рассмотрим вопрос о том, как разыгрывается еврейская  "карта" в  "евразийско-атлантическом" противостоянии. Не из особой любви к  этой теме я еще раз возвращаюсь к ней. Напротив, я делаю это с крайней неохотой хотя бы потому, что рискую быть обвиненным в "зоологическом" или каком-то там еще (тут любят крепкие выражения) антисемитизме. Впрочем, за любую из  затронутых в книге тем следовало бы — так скажут носители группового сознания,  "вживленные" в те или иные закулисные структуры — мое имя, по меньшей  мере, вычеркнуть из  "книги жизни" (в существование которой сами они вряд ли  верят). Но я готов подождать до тех пор, пока способные учиться лишь путем  бедствий и тяжелых страданий не получат свой урок и не придут к тому же самому, о чем идет речь в моей книге, где в общем-то показано лишь чуть больше  вершины айсберга, а если поднять эти темы во всем их объеме, то пришлось бы  совсем отказаться от надежды иметь читателя. 

В обстановке сложной политической борьбы, которая сейчас разгорается в  мире, к пониманию ее сути особенно трудно прийти потому, что в ней противоборствующие силы прикрываются, как террористы заложниками, еврейским  вопросом. Делается это для того, чтобы в том случае, если дело примет неблагоприятный оборот, бросить, так сказать, евреев на  "автоматы" и в создавшейся  неразберихе быстро скрыться и  "перетасовать колоду". Я уже говорил, что точно  таким образом поступили с немцами и   русскими. В этой связи в США крупнейшая организация русских эмигрантов  "Конгресс Русских Американцев" одну из   главных целей видит в борьбе с распространяемой в прессе и по каналам радиовещания тенденцией приравнивать русских к  "советским" или  "большевикам", а  Россию — к СССР. То же самое систематически подчеркивали и диссиденты. 

Подобным же образом следовало бы поступать людям и в других  вопросах,  когда речь заходит о мчащемся в ничто  "экспрессе цивилизации". Я понимаю,  что тут нужна смелость, ибо движение  "экспресса" так возросло, что у многих  захватывает дух при мысли, что с него надо прыгать; к тому же в нем еще сохранилось так много спальных вагонов, привлекательных буфетов и т.п. Что ж, в  таких вопросах насильно мил не будешь. Поэтому я и вынужден адресовать свою  книгу лишь немногим читателям. 

Предупреждение, сделанное Самим Богом:  "Иерусалим, Иерусалим... сколько  раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и  вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст" (Мф.23, 37—38), — оно во  время Его Второго Пришествия звучит с новой силой. Только теперь oпacнocть стать  "пустым"  угрожает  "дому" всего человечества. 

Когда в России  "евразийцы" заговорили вслух об оккультно-политических кулисах перестройки,  "атлантисты" на каждом шагу, по поводу и без повода стали   тыкать им в лицо:  "А, вы повсюду видите жидо-масонский заговор! Это ваша  идефикс!" — Такое заявление стало своего рода опознавательным знаком для  "левых". Немало авантюристов начало пользоваться им для своих корыстных целей,  поняв, что сделавший такую декларацию может рассчитывать на поддержку всех  "либерально-демократических сил". В массовом же сознании стало крепнуть представление, что евреи и масонство — это одно, и что все они — разрушители России. С другой стороны, в бывшем СССР укоренилось представление, что масонство является некой силой, способной уберечь евреев от национализма других народов, помогающей им построить собственное государство и т. д. 

Тогда  "евразийцы" дали открыто не лишенное глубины разъяснение своей позиции по этому вопросу.  "Альянс масонства и политического иудаизма, — заявили они,— это альянс... жертв", поскольку и те и другие углубили в нем свой упадок:  "...масонство пропиталось весьма сомнительной  "юдофилией", не зависящей от конкретных обстоятельств... а иудаизм... пропитался масонским  "просветительством", в  котором, как религия, потерял последние, сохранившиеся аутентично, религиозные  черты". Иудео-масонский блеск стал  "маской контр-инициатических центров" (т.е.приобрел антиклерикальную направленность. — Авт), он  "потворствует аппетитам черни" и  "толпа становится игрушкой в руках темных сил". ( *89 ) 

Председатель исламской партии возрождения (в бывшем СССР) Ахмадкади  Ахтаев пишет:  "Соединенные Штаты выступают как бы глобальным патроном  евреев, а остальные — скажем, мусульмане — как бы в роли антисемитов". Но "арабы — исконные и чистокровные семиты. Коран признает и иудаизм, и христианство как Божественные откровения, как религии-откровения. И потому, противопоставляя всех евреев и иудаизм исламу и христианству, американцы тем самым не защищают евреев, а наоборот, подставляют их и иудаизм под удар".( *90 ) 

Интересно, что в подобном же духе высказываются и некоторые евреи. Газета  "День" перепечатала статьи двух раввинов, опубликованные в бельгийском журнале  "Вулуар". Один из них, раввин Бекк — традиционалист и активист движения  "Натурей карта", пишет:  "Сионизм — это относительно новое движение, которое основывается на еретическом отказе от иудаизма". ( *91 ) 

Я понимаю, что все публикации, которые я теперь цитирую, — не чистые источники информации, а средства острой политической борьбы. В то же время, в  них, о чем я уже говорил, содержится масса серьезнейших сведений, в общем потоке идеологии встречаются высказывания серьезных и добросовестных людей. Такие ведь тоже существуют, и они не молчат. Возможно, я бы не обратил внимание на статью Бекка, если бы сам не услышал однажды по радиостанции  "Свобода", ставшей ныне рупором сионизма в большей мере, чем  "Коль Израель", заявление следующего рода. В программе, посвященной жизни евреев, автор ее тоном, каким обычно задают риторические вопросы, спросил:  "А как быть с ожиданием Мессии?" — и дал такой ответ:  "Да никак! Тысячи лет благополучно обходились без него, обойдемся и впредь!" 

Раввин Бекк утверждает (и это стоит в Талмуде), что евреи поклялись  "...не восставать против народов мира... не участвовать в действиях, которые могут ускорить  наступление конца света... не  возвращаться  всем   вместе в страну Израиль".( *92 ) 

Раввин Мейер-Шиллер, профессор Иешеботского университета в Нью-Йорке, пишет, что если христиан считать идолопоклонниками, то это значит, что все они, жившие в последние 2000 лет, "...не будут иметь никакого места в "хаолам хаба" —в "мире грядущего". ( *93 ) [*Примеч. автора:   А Зальция Ландман утверждает, что все христиане — потенциальные антисемиты. ] 

Об идее  "всемирного еврейского заговора"  "евразийцы" пишут, что она получила такое тотальное распространение, что  "оставила позади себя" идею  "масонского заговора". Судьба евреев в XX веке — гонения в Германии, создание Израиля,  война с арабами,  "...не только подпитывает теоретиков   "еврейского заговора", но и   делает   "еврейский фактор" действительно важнейшей геополитической концепцией". ( *94 ) И с этим в известной мере нельзя не согласиться. 

Повсеместно видно, что евреям сейчас не просто предлагают, а навязыва ют, суют  в руки разного рода власть. Но это ловушка. Нужно набраться разума, чтобы власть  эту не брать, — в первую очередь власть прессы. Опять-таки потому, что так же поступили с русскими в 1917 г., объявив:  "Кто был никем, пусть станет всем! Грабь награбленное!" и т.д., — с немцами после 1933 г., предложив им считать себя высшей  расой. Цена соблазна оказалась огромной. 

В России сейчас получает развитие курьезный и опаснейший процесс. Однажды все по той же  "Свободе" прозвучал еще один  "риторический" вопрос:  "А кто  сейчас является истинно русским интеллигентом?" И на него был дан такой ответ:"Конечно же, истинно русскими интеллигентами теперь являются только евреи!" Яслышал это собственными ушами, а когда затем начал внимательнее прислушиваться к тому, что творится  вокруг  вопроса  о русской культуре, то мне, признаюсь, стало не по себе. 

Если кто-то недоуменно пожмет плечами и скажет, что изреченное радиостанцией есть простая констатация факта, а не провокация, то ведь известно, что при этом будет сказано с русской стороны. Даже простой человек в России, не интеллигент, возразит:  "А зачем было после 1917 года истреблять русскую интеллигенцию?  под корень, вплоть до гимназистов? Мы растили ее два с лишним века; свою состоятельность она доказала плодами культуры. Как посмели перестрелять ее, выморить  голодом и непосильным трудом на Соловках, Беломорканале, на Колыме? Зачем уж  так-то было вести себя: 

"Не стянув сапоги. 

Не сняв кобуры, 

Не расстегнув гимнастерки?" 

(повторяю, я не цитирую антисемитов). А вспомним  декрет  Троцкого, изданный в  1922 г., который предоставил евреям преимущественное право поступать в любые   учебные заведения и т.д. Одним словом, если разговор перевести в эту плоскость, то  нам никогда не расквитаться. И остается только спросить: кто и зачем его в эту плоскость все же переводит? (Я имею в виду инициаторов.) 

Как сказал один писатель:  "Евреи хорошие тактики, но плохие стратеги". Если, положим, кому-то взбредет в голову фантастическая идея собрать взвод солдат, вооружить гранатометами и в мирное время бросить на штурм атомной электростанции, то, с точки зрения тактики, в успехе такой операции можно не сомневаться — до  тех пор, пока не проявится просчет в стратегии: пока не начнут взрываться реакторы. Ведь, продолжая в духе вышеприведенного заявления радиостанции, можно также спросить: а кто сейчас является истинно американским интеллигентом?...французским? ...английским? ...польским? ...Так можно ставить риторические  вопросы, ответы на которые, якобы, заведомо известны, и не заметить опаснейшего стратегического просчета, что такими успешными  "тактическими" приемами пережимается, так сказать,"сонная артерия" культуры человечества. Мысля  материалистически, этого не понять, но если мы знаем о существовании Духов  народов, о Божественных Духах-Водителях целых культурных эпох, о беспредельном, безграничном по силе мире Божественных Иерархий — Творцов Вселенной,  Творцов всей эволюции человечества, знаем о смысле развития, предназначении  народов и человека как такового, — то нам не нужно долго объяснять, что фальсифицируя  культуру, манипулируя  ею, можно и саму земную ось сдвинуть с места. Именно по причине остановки культурного процесса, деградации культурных слоев общества, извращения культурных ценностей, искажения целей культуры исчезли с лица земли величайшие цивилизации. 

Живя в эпоху  "ученого невежества", мы вконец разучились пользоваться уроками прошлого. Каждый новый день мы встречаем с нулевой отметкой памяти и сознания. О давно познанных и осмысленных вопросах мы начинаем рассуждать как бы  впервые. А все, что требуется подчас, — вспомнить, что думали и что понимали до  нас люди, не спавшие в социальных отношениях своего времени. 

В 1990 г. в одном из московских журналов была опубликована статья Андрея Белого — человека, вне всякого сомнения, знавшего цену культуре, — которая называется  "Штемпелеванная  культура". (Впервые она была напечатана в 1909г. в журнале "Весы".) В ней он размышляет о понятии и значении национальной культуры, об  отношении русской культуры к культуре Запада и о кризисе культуры. "Нормы культуры, — пишет он, — универсальны; форма и содержание ее конкретны, индивидуальны, многообразны, народны. Поэтому смешно, когда идею самобытности культур космополит отрицает во имя  "прогресса"; еще более смешно, когда защитник  самобытности видит уничтожение самобытности в необходимой политической и экономической эволюции... 

Гений — фокус, собирающий лучи жизни народной; вся культура любого народа   основана на творческих личностях, претворивших землю народа в культуру. ...В гениях обнажена и освещена душа народа; земля народа — источник рождения гениев". Далее Белый пишет о политизации понятия культуры, о привнесении дурного   привкуса в слово  "самобытность" и попытке откреститься от него, дабы не оказаться в одном лагере с радикальными сектантами и сугубыми славянофилами. Однако,   в любом случае, через космополитизм искореняется  "само содержание души народной". Штемпель прогресса, наносимый на продукты культуры, фабрикует одну всеобщую  "прогрессивно-коммерческую культуру". 

Разве не замечаете вы, восклицает Белый, ужасающего роста такой культуры?  Растут книгоиздательства, единственная цель которых — нажива;  все книжное, музыкальное дело концентрируется в одних руках. Вместе с тем, наблюдается  ".. .страшное падение литературных нравов, продажность прессы, понижение уровня критики   и все большая ее гегемония в вопросах творчества... Вырастает ужасная цензура... 

переводится, рекламируется и распространяется только то, что угодно королям литературной биржи; выпускается на эстраду только то, что угодно королям биржи   музыкальной; а их идеал — интернациональное искусство, одинаково доступное и  понятное плебисциту всего мира... А духовно отравляемые интеллигентные массы  всего мира наивно продолжают верить, что в этой бирже и в этом хаосе понятий  совершается таинство служения культуре. 

Много лет   "интернационалисты" замалчивали Вагнера, но когда замолчать  не могли... грянул тысячеголосый хор критиков во славу Вагнера... Ницше... только по знаку дирижера господина  Брандеса хлынул поток похвал; и реклама ныне  уже запятнала имя Ницше". (А что сделали с ним потом? — спросим себя. — Ведь  доконали все-таки!) 

Андрей Белый задается вопросом:  "Кто же эти посредники между народом и  его культурой в мире Гениев? Кто стремится "интернациональной культурой" и  "модерн-искусством" отделить плоть нации от ее духа, так, чтобы плоть народного духа стала бездушна, а дух народный стал бесплоден? Кто, кто эти оскопители? Странно и страшно сказать, но приходится. 

Это — пришлые люди: обыкновенно оторванные от той нации, в недрах которой они живут... главарями национальной культуры оказываются чуждые этой  культуре люди; конечно, не понимают они глубин народного духа в его звуковом, красочном и словесном выражении. И чистые струи родного языка засоряются своего рода безличным эсперанто из международных словечек, и далее:  всему оригинальному... бессознательно (а иногда сознательно) объявляется бойкот. Вместо Гоголя объявляется Шолом Аш ...наряду с Бетховеном фигурирует  Мейербер". 

Я не думаю, чтобы у кого-то повернулся язык обвинить Белого в антисемитизме. В той же статье он пишет: "Бесспорно, евреи — глубоко  талантливый, способный и самобытный народ; бесспорны отзывчивость и чуткость евреев на все вопросы, связанные с искусством; бесспорно и то, что среди еврейства есть отдельные личности (как Левитан, Юахим, Мендельсон, Гейне и др.), способные глубоко проникнуть в дух арийского творчества... Но, но и но... 

Интерес ко  "всему культурному" порождает эклектизм... рождается  поверхностный интерес ко всем нациям; так возникает международный базар искусств... устанавливается международная связь равно далеких от народа, но равно (национально) близких друг другу издательств и фирм... Глубокоталантливые и вдумчивые единицы еврейства тонут в стихийном потоке культуртрегеров   " чего угодно, на всякий вкус". ...базар порождает коммерцию; так является готовая, интернациональная (а изнутри узконациональная) биржа: и отсюда невольная, инстинктивная борьба еврейской критики сперва с арийцем   Вагнером и арийцем Ницше, а потом стремление к монополии в истолковании того и другого.  (Заметим, что это пишется в 1909-м году). 

...вы посмотрите списки сотрудников газет и журналов России; кто музыкальные, литературные критики этих журналов? Вы увидите почти сплошь имена евреев,.. есть немногие среди них, которые понимают задачи национальной культуры,  быть может, и глубже русских; но то — исключения... 

Если принять, что это все  "законодатели вкусов" в разных слоях общества, то  становится страшно за судьбы родного искусства. 

То же с издательствами; все крупные литературно-коммерческие предприятия  России... или принадлежат евреям, или ими дирижируются; вырастает экономическая зависимость писателя от издателя, и вот — морально покупается за писателем писатель, за критиком критик. Власть  "штемпеля" нависает над творчеством: национальное творчество трусливо прячется по углам; фальсификация шествует победоносно. 

И эта зависимость писателя от еврейской или юдаизированной критики строго  замалчивается; еврей-издатель, с одной стороны, грозит голодом писателю; с другой  стороны — еврейский критик грозит опозорить того, кто поднимает голос в защиту  прав русской литературы быть русской и только русской". Далее Белый пишет о  "торжестве еврейского городового" в западной культуре. 

Я позволил себе такое длинное цитирование статьи Андрея Белого потому, что не  хочу  "изобретать велосипед" в огнеопасной теме колоссального значения. Андрей  Белый и многие другие русские и западноевропейские интеллигенты пытались в начале века найти выход из кризиса культуры. Для этого им нужно было говорить  правду. Никаким расизмом, национализмом они не были обуреваемы. Например,  Белый постоянно горячо выступал за полное гражданское равноправие евреев. В их  неравноправии он видел первопричину всего того, что изложил в выше цитированной статье. Но в ином положении находимся мы. Более 80 лет спустя мы видим, что  наделение равными правами повлекло за собой ничем не оправданное желание получить еще такие права, осуществление которых возможно лишь за счет лишения других людей их прав. 

Речь тут, разумеется, не идет о желании евреев иметь свое национальное государство. Если они так сильно хотят его иметь, то пусть имеют, пусть соберутся  все в нем и живут как только пожелают, но без мировых спонсоров, собственным  трудом обеспечивая свой жизненный уровень. Дело,  однако, в том, что никакая  сила в мире именно такого государства иметь не желает. — Я уж не говорю о том,  что множество евреев на   Западе считает евреев Восточной Европы, за счет которых, главным образом, возводится государство Израиль, потомками хазар —тюркского племени, жившего в далеком прошлом на юге России и исповедовавшего иудаизм. Я не говорю о том, что реставрировать историческое прошлое двух-тысячелетней давности настолько же невозможно, насколько невозможно вернуть   США индейцам, Европу — кельтам, весь север России, включая Московскую область, — финнам. Анализ политических событий в мире уже десятилетиями подтверждает одну и ту же истину: создание еврейского государства есть не самоцель, а средство для чего-то иного, в чем мы и пытаемся разобраться. Вот где  корень проблемы. Она обладает общечеловеческим значением и разобраться в   ней не только имеет право, но просто обязан каждый человек. 

Поэтому евреям следует со всей серьезностью обдумать вопрос: Что будут они  делать после того, как отпадет политическая нужда в существовании Израиля? Для  человечества опасен не политический, не националистический сионизм. Рано или  поздно, пусть дорогой ценой — если иначе нельзя, — он сам обнаружит перед своими приверженцами всю свою реакционность, всю невозможность осуществить его  цели в современном мире. Страшна духовная, культурная экспансия, страшно доведенное до крайнего безобразия искажение, оболгание не то что человеческих, межнациональных отношений, а самого культурно-исторического процесса. 

Да, люди — плохие стратеги, чего не скажешь о тех духовных существах, которые враждебны правомерной эволюции мира и человека. Только приняв их во  внимание, можно по достоинству оценить глубину кризиса, охватившего мир, величину опасности, перед которой стоит человечество. Люциферические, ариманические, а теперь еще и азурические существа — они просто гениальные стратеги.Они понимают, что элементарными методами, с наскока развитие мира не увестина нужные им пути. 

В 16-й главе у нас шла речь о том, что для современной, европейской культурнойэпохи мировым водительством было задолго приготовлено особое народонаселение,  обладавшее задатками для выработки автономного я-сознания. Теперь перед народами Европы стоит задача на путях науки, Духовной науки выработать в человеке  новые органы восприятия, которые бы позволили ему прийти в индивидуальную  сознательную связь с духовными мирами, обогатить культуру, обновить ее за счет  высокоспиритуального индивидуального творчества, обновить социальную жизнь  моральными интуициями, создать предпосылки для духовного братства людей и все   это постепенно и органично передать Восточной Европе, повернув движение культурного импульса на восток. 

Прямо противоположного хотят азурические духи. Они хотят культурный импульс двигать далее на запад, а в Европе навек законсервировать его под эгидой  англосаксонской расы. В своей стратегии они учатся подражать Божественным Водителям мира. По этой причине они также ищут особых носителей для своей  "культурной"  работы. В значительной мере они, так сказать, ставят на карту англосаксонских народов. Но через них они преследуют далеко идущие цели. Что касается настоящего времени, то здесь для них главным является создание антикультуры. И в такой  работе исторически сложившиеся народы Европы не вполне надежны. Всегда остается опасность, что через них выступят инспирации Духов народов и разрушат работу азуров и других духов тьмы. А все, что возвышается до общечеловеческого, еще   менее приемлемо для них. 

Национал-социализм и большевизм имели целью лишь расшатать связь народов  с Духами народов, исказить культурные традиции путем перенапряжения люциферического и ариманического принципов, путем профанации духовного творчества.  Кроме того, в большевизме наравне с ариманическим проступили и угрожающие  признаки присутствия азуров. А теперь мы уже полностью живем в антикультуре, инспирируемой азурическими существами. Она глубоко враждебна христианской  этике, традиционным представлениям о красоте. И в то же время, она работает с  человеческим  "я". Апологеты поп-арта, его учредители и хранители считаются с закономерной эмансипацией личности, всячески поощряют ее и .. доводят до абсурда.Такова методология современной массовой культуры. Для работы по ее законам  нужны люди совершенно особого склада — сущностно чуждые любой национальной культуре, интернационалисты в марксовом смысле, индифферентные к духовным запросам личности — по сути говоря, материалисты. 

Вот эту глубоко оккультную опасность для культуры человечества и почувствовал Андрей Белый. У него было на этот счет особое чутье, о чем свидетельствует его роман  "Петербург" и ряд других произведений. Что же касается фактологии, которой он пользуется в своей статье, то она в наше время разрослась  до гигантских масштабов. И без всякой антисемитской пропаганды все больше  людей замечают, кто являются активными и даже агрессивными носителями антикультуры, чьи лица мелькают повсюду, где только имеются кино- и телекамеры, микрофоны, подиумы, сцены. Под громкие вопли о зле шовинизма, национализма, расизма на радиостанции  "Свобода" произведен идеально чистый расовый  отбор сотрудников и всех сотрудничающих с нею лиц, в какой бы части мира, в  каком бы народе они ни жили. В программах о русской, славянской культуре главным образом фигурируют лишь  "истинно русские интеллигенты"; и только спорадически в них включают  "инородцев", т.е. собственно русских, украинцев, поляков, чехов и т.д. 

В Москве ввели в моду учреждать что-то вроде старых аристократических салонов (с показом по телевизору), где навевают ностальгию по русскому прошлому, ломают комедию с аристократическими привычками и т.п., учреждают клубы миллионеров, устраивают телетусовки, на которых абсолютно ничего не происходит, и повсюду —"истинно русские интеллигенты". А всех  "неинтеллигентов", пишущих романы, рисующих картины, и, несмотря ни на что, даже снимающих порой кинофильмы, как-то необыкновенно ловко и быстро затолкали в правую оппозицию, перемешали с необольшевиками, просто большевиками, агентами тайной полиции и т.п. Так сознательно тотально поляризовали русское общество, не дав ему опомниться после большевистского гнета; а далее уже ясно  прорисовывается подобная же поляризация всего человечества. Примеры во множестве — у каждого на виду. 

Как-то раз мне довелось разговориться с одним советским антрепренером, устраивавшим у нас гастроли эвритмической труппы Гетеанума. Он начал сетовать на  программу концертов.  "Они ее очень неудачно составили, — говорил он. —Вы представляете, включили в нее Пушкина! Сначала я подумал, что в этом кроется какой-то особый смысл. Потом, смотрю — нет, просто Пушкин! Ну разве так можно! Ведь  есть же поэты: Бродский, Мандельштам, наконец,  Пастернак". 

Приведу еще пару примеров, не посчитаться с которыми может лишь недобросовестный человек. Седьмого сентября 1992 г. по первому каналу телевидения была  показана программа, в которой прямо в студию была приведена живая свинья. Ведущий программы, указывая на свинью, заявил:  "Она являет образ России, вечно комплексующей, наполненной вечными комплексами, которые нельзя разрешить, а можно  только разрубить!" Вслед за тем на глазах у миллионов телезрителей свинья была  убита и разрезана на куски, которые расхватали участники программы. 

"Истинно русских интеллигентов" видишь повсюду, где ведется пропаганда сексуальной распущенности. Через средства массовой информации народ не только агитируют, но уговаривают, упрашивают: да чего вы боитесь? вы только попробуйте  отбросить все старые нормы нравственности и вскоре увидите, что сексуальная  революция сама пойдет на убыль. Так уже происходит на Западе. Сначала они тоже  боялись дать сексу полную свободу, а теперь теряют к нему интерес. — Кто противится таким уговорам, тех клянут последними словами, а главное — называют шовинистами и необольшевиками! 

Нет более непримиримых, чем  "истинно русские интеллигенты", борцов за права  так называемых  "сексуальных меньшинств". Их апология ведется с такой основательностью, что за нею явно просматривается намерение превратить эти  "меньшинства" в  "большинство". Расскажу об одной из регулярных телевизионных программ,  с помощью которых ведется массовое перевоспитание молодежи, освобождение ее  от  "вечных комплексов России". В ней показывают заседания некоего дискуссионного клуба. Участие в нем принимают главным образом представители  "меньшинств",  за стол сажают  "эксперта"; между  "экспертом" и аудиторией суетится ловкий журналист. На одном из заседаний журналист задает вопрос пожилому мужчине с внушающей доверие внешностью. 

— Сколько раз вы любили? 

— Два, — отвечает тот. 

— В который раз сильнее? 

— Во второй. 

— Почему? 

— Я любил мужчину! 

— Браво! — восклицает журналист, и в аудитории раздаются аплодисменты.  Затем следует интервью с лесбиянкой и с нормальной девушкой, у которой  существуют религиозные убеждения. Первая, что называется, "печатает слова  истины", вторая лепечет что-то жалкое. Далее следует исповедь молодой четы.Они живут вчетвером, еще с одной парой. Муж рассказывает с подчеркнутой откровенностью:  "Если друг удовлетворяет сексуальные потребности с моей женой, то я чувствую себя одиноко, обделенным, поэтому я соединяюсь с его женой. А  если я совокупляюсь еще с какой-нибудь женщиной, то моя жена присутствует  при этом мистически, и это не измена." 

Вступает  "консультант":   " Однолюбы — это люди, как правило, с ненормальной психикой. Самый прекрасный возраст для сексуальной любви — от 7  до 14лет! Берите пример с Ромео и Джульетты!" 

Известный теперь у нас "сексолог"[*Примеч. автора:  Из  "истинно русских интеллигентов"; при большевиках он был  "истинно советским интеллигентом", "светилом" советской социологии.]   Игорь Кон в одной из центральных газет  заявляет:   "В России самый высокий уровень гомофобии  (т.е. отрицательное отношение к половым извращениям) в мире. ...явление это того же порядка, что и  расизм, недопустимый в демократическом обществе" (!). Далее газета сообщает,что в августе 1992 г. Кон созвал международную конференцию геев и лесбиянок,  на которой русские (опять:  причем тут русские?) геи   "дружески похлопывали по  плечу американских". ( *95 )

Таков,  как говорят юристы, "момент истины". Вот он, конечный адрес, по которому направляется  всемирная историческая борьба с расизмом. Цель ее — принудить человечество погрузиться в ту аморальную жизнь, которая, как о том  давно  говорят пророчества, будет предшествовать приходу Антихриста. И не за горами  то время, когда за отпор, данный растлителю или сексуальному маньяку, пытающемуся   растлить ребенка или подростка, будут привлекать к суду за расизм и  давать тюремные сроки. У нас уже повсеместно случается, что к школам приходят такие растлители и открыто соблазняют школьников деньгами, вещами. Совершается и такое, о чем даже писать не хочется.

Пока что таких типов можно прогнать, но к суду их уже не привлечь. Если же  процесс  "демократизации" пойдет и дальше в этом духе, то к суду станут привлекать  учителей и родителей, пытающихся защитить своих детей. А на Западе удивляются,  почему это русские так слабо поддерживают своих освободителей: Горбачева и  Ельцина?

[*Примеч. автора:   Поскольку в мире ничто не стоит на месте, непрерывно развивается и рассматриваемый нами  теперь вопрос. Особую заостренность он получил в статье директора Центра социального прогнозирования и маркетинга, опубликованной в  "Вестнике Российской Академии наук" (той Академии,  куда Ельцин обращался с просьбой сформулировать понятие  "расизм" для готовящегося антирасистского закона) в №1 за 1995 г. Статья называется  "Перспективы развития русского этнического  сознания". В ней, среди прочего, поворится:  "Основные сдвиги в социальной структуре (российского общества) и вызываемые ими изменения в этническом сознании будут относительно скоротечными — в течение 2—3 поколений. Что касается развития этнического сознания в результате активного включения страны в международное разделение труда, то этот процесс, как нам кажется, будет  разворачиваться в историческом споре между двумя суперэтносами: достигшим своего расцвета еврейским и находящимся на стадии становления, но являющегося доминантным генотипом, — русским. Подобное соперничество ставшего к началу XX века доминантным генотипа еврейского этноса с завершившим свое онтогенетическое развитие германским едва не закончилось трагедией.  Как поведут себя нынешние суперэтносы, покажет время. Для русского вообще не ясно, идет ли  он... по традиционному пути развития, что предполагает становление генетически четко обозначенной соматической конституции личности, или же о нем можно говорить как об абсолютно открытом генотипе, реализующем себя благодаря саморастворению в других этносах.

Первый вариант таит в себе угрозу перерастания русского этнического сознания в жесткий, непредсказуемый по своим последствиям национализм в рамках мощной государственности. Второй будет   способствовать тому, что оно (сознание) приобретет своеобразный  "интернациональный" характер.Это воплотится в массовом миграционном синдроме и стремлении к межэтническим бракам.

На наш взгляд обе тенденции сегодня органически присущи России, и каждая угрожает ей расколом. Европейская часть русских может сплотиться в этноцентрическое, национальное государство, которое в условиях борьбы за защиту своего национального рынка выродится в государство фашистского типа, а сибирские великороссы, ценностные ориентации которых в значительной степени  отличаются от ориентации их европейских соотечественников, образуют собственно русское государство". (Выделено нами. —Авт.)

В завуалированной в псевдонаучную терминологию форме в статье, по сути, России объявлена  этническая война. Германии, как мы помним, была в свое время объявлена война лишь экономическая.  В таких случаях, как учит исторический опыт, неизбежно возникают диктатуры и всплески антисемитизма. Я бы еще попросил читателя вспомнить эту цитату, особенно ее последний абзац, когда он будет читать о будущей политической карте мира в гл. 18. ]

 Так  "разогреваются",  "воспаляются" отношения в России. Никого не интересует,  что никогда прежде, говоря об интеллигенте, в России не подчеркивали его национальное происхождение. Главной считалась его духовная пробужденность, а вместе  с нею, естественно, — высокая нравственная позиция, энтузиазм в отстаивании нравственных основ жизни.

То, что творится сейчас, можно охарактеризовать однозначно — чертова  карусель. Как ни пересаживайся, пока ты остаешься в ней, ты движешься по ее  законам. На   "карусели" предусмотрено все! Ты измучен диктатурой? — Иди к   демократам, но тогда закрой глаза на развал страны, на голод, на войны. Не  смущайся, что порой об этике проповедуют вчерашние урки, которые в недавнем прошлом носили бритву в кармане, а сегодня наняли банду телохранителей  и обзавелись виллами на Женевском озере. Читай спокойно о том, как идет торговля детьми в дома терпимости, не унывай, что презрение к человеку выражают сами либеральные власти. Надейся, что кто-то выплывет из этой клоаки, и  сам ты в   "свободной конкуренции" отвоюй себе место под Солнцем свободы.   На всех, конечно, мест не хватит, но такова плата за демократию:   "пусть неудачник плачет, кляня свою судьбу".

Если ты за сохранение России и тебе по нраву, что в прошлом ее народы жили вмире, что не было национализма, что здравоохранение и образование были бесплатными; если тебе дорого завоеванное страшными жертвами то материальное положение в последние 20 лет, когда все-таки никто не голодал с опасностью для жизни, то  иди к коммунистам, встань под красное знамя, где снова намалеваны вместе Ленин и  Сталин, слушай как   "радеют" об интересах России генералы КГБ и т.д.

Если ты за дружбу с Германией, то иди к тем, кто сейчас развивает теорию о господстве  "сеньоров"; и т.д., и т.п.[*Примеч. автора:   я приведу несколько выдержек из центристской печати, характеризующей положение в стране (я  уже говорил, что отдельные здравые голоса звучат повсюду):  "Народ не примет этого наглого захвата  его собственности. Он не смирится с переводом миллиардов долларов на частные счета в зарубежные  банки, с обесцениванием его личных трудовых накоплений, он не примет новых господ..."    "...мы на пороге не просто голода, холода, диктатуры, но — взаимоистребления. Мы на пороге   гигантской человеческой мясорубки".    "Итак, вот они знаки беды: в идеологии — остро конфликтное мышление, агрессивность, готовность к взаимоистреблению; в экономике — спекулятивно-рэкетный рынок и бюрократическая приватизация, обеспечивающая захват созданного народом богатства новой господствующей элитой; в политике — реформирование новототалитарной системы".  "Независимая газета" от 22 августа 1992 г. ] Ну, а если кто-то спросит: а нельзя ли так, чтобы не рвать Россию на части, ведь она— не империя, и в то же время обойтись без большевиков? нельзя ли улучшить экономику, не передавая ее из рук одной, партноменклатурной мафии в руки другой? нельзя липри перестройке сохранить хотя бы прежний, весьма скромный жизненный уровень?  нельзя ли быть демократами, не разрушая нравственные устои обшества? — то на такого рода вопросы повсюду на   "карусели" человек получает отрицательный ответ. И никто — ни демократы, ни большевики, ни   "евразийцы" — не объяснят, почему нельзя так  сделать. Не объяснят не потому, что не знают. Напротив, все они хорошо знают, как  можно улучшить положение в России, как сделать ее процветающей, свободной и самостоятельной страной. Но тогда отпадет надобность в существовании всех этих  "левых",  "правых",  "центристских",  "полуцентристских" направлениях и партиях. А в таком случае любая из них говорит себе:  "Да пропади она пропадом, эта Россия и все ее народы  вместе взятые, если для ее блага я — партия — должна лишиться власти." Почему так  думают? — легко понять. Россия не иголка в стоге сена. Это крупная фигура, вовлеченная в мировую игру, главная ставка в которой — сама душа человека! Но чтобы спасти  душу, идеальной целью объединения людей должен стать этический  индивидуализм с его  элитарностью за счет одного лишь духовного развития, с его демократизмом, понимаемым как любовь к ближнему, с его стремлением к свободе, которая побуждает человека  обращаться с другими так, как он желает, чтобы обращались с ним.

Рано или поздно возникнет объединение таких людей. Они не станут писать уставов, создавать Центральные Советы, институты власти харизматических проходимцев. Но на пути к такому союзу вздымаются горы непонимания, фанатизма, злобы и  ненависти. И только  "претерпевший до конца, спасется".

Хватит ли на это сил у России? Должен сказать, что я не вижу ни одной группировки, партии, ни одного интеллектуального, духовного центра сил, которые давали бы  хоть какой-то повод для надежды. В междоусобной борьбе партий сквозь бутафорский дым политического плюрализма как единственная реальность проступает всевозрастающее противостояние большевизма и тех, которые идут с Ельциным. Все, очем сейчас можно говорить, — это отдельные хорошо думающие люди, которые уже  понимают, что нам угрожает. Но большим влиянием в обществе они не обладают, их  каждодневно либо ошельмовывают, либо  "примазывают" к разным группировкам с  пустыми или откровенно разрушительными программами. От всего этого и у понимающих голова идет кругом. Лишь основательно владея Духовной наукой, можно  сохранить понимание происходящего. Однако и в этом случае сделать, кажется, ничего нельзя. Ход событий жестко управляется из-за кулис. А если что и может вырваться из-под того контроля, то — одна лишь ярость разрушения.  Случается, правда, так, что недобрые силы во взаимной борьбе нейтрализуют одна  другую. Ведь было же так, что ариманическую магию римского сената разрушил  люциферический разгул страстей в легионах. Скорее всего, что-то подобное предстоит и России. Разгул мировых сил зла приведет их к взаимопогашению. Но путь  этот труден, его, как говорится, и врагу не пожелаешь. Лишь уповая на Бога можно  будет уцелеть в начавшихся испытаниях. Но уповать следует не расслабленно, а строя  активное конкретное, реальное отношение к духу.
Г.А.Бондарев.

Страны Балтии исчезнут в середине XXI века

VESTI.LV


Россия не будет терпеть постоянно немецкие, английские, американские танки в 700 км от Москвы и американские военные эскадрильи в 10 минутах полета от Санкт–Петербурга, — пишет газета «СЕГОДНЯ»

Яков Кедми — человек занятой. И достучаться до него относительно трудно. А очень хотелось: экс–глава израильской спецслужбы «Натив» не только знающий и тонко чувствующий любую тему эксперт, но и не лезущий за словом в карман, говорящий весомо и достаточно откровенно, не боящийся резких оценок, которые, к слову, всегда по делу.

И тут — спасибо Всемирной ассоциации русской прессы (ВАРП)! — на помощь пришли наши друзья и коллеги из Израиля. Которые, со своей стороны, воспользовались нашими вопросами, сделав телеинтервью с Яковом, — его можно увидеть на YouTube.

Прежде чем перейдем к нему, скажем читателю по секрету: в наших планах в этом году целая серия интервью с известными и нетривиальными людьми. Следите за газетой!



Войны не будет

— На Земле напряженно, все говорят о грядущей третьей мировой. Дайте свою оценку в целом тому, что сейчас происходит и куда катится мир. И если «рванет» — то где.

— Пока не рванет нигде, потому что сознательно войны никто не хочет. Ни у России, ни у Китая нет никаких агрессивных намерений, чтобы инициировать военные действия на какой–либо территории. А у Соединенных Штатов нет сил, чтобы начать эти действия. США никогда не воевали против сильной страны, против сильной армии.

После Второй мировой Штаты начинали все свои войны, когда они были на 1000% уверены в своей победе. Не всегда это получалось, но не их это вина — они были уверены. В данном случае вряд ли они могут пойти на действия, которые могут привести к войне. Так что войны не будет.

Идет противостояние между попытками США сохранить свое главенствующее положение и полное военное и политическое превосходство в мире и нежеланием других стран мириться с этим, поскольку они считают, что мир должен управляться согласно желаниям всех стран, а не только Соединенных Штатов. И эти страны, которые нарушают, по мнению США, мировой порядок, — это в первую очередь Китай и Россия. Они отстаивают свои свои интересы, и этот процесс будет идти, и никто его не остановит.

Штаты потеряют свое главенствующее положение и полное превосходство и перестанут определять все процессы в мире так, как они это делали до последнего времени.

— Каким образом можно реорганизовать ООН, чтобы она реально могла работать, улаживать конфликты, наводить в мире порядок, и что мешает этому сейчас?

— ООН не может решать проблемы, потому что проблемы, которые порождаются противоречиями интересов, могут решаться только в рамках переговоров всех стран, учитывая интересы всех стран. И не всегда, иногда интересы противоречат. Противоречия между Россией, Китаем и США она решить не может. То есть ООН, в той мере, в которой она есть, должна оставаться. Способность организации, в которой представлены все страны, и Совбеза, в котором представлены основные страны, обсуждать эти проблемы, пытаться найти решения, должна сохраняться неприкосновенной. Любое нарушение идет от тех стран, которым невыгодно, что при решении проблем будут учитываться интересы других. Они хотят, чтобы учитывались только свои. ООН по своей сути этому противоречит.



…Включая Латгалию

— В какой точке Европы, на ваш взгляд, в ближайшее время может возникнуть очередной локальный кризис, подобный каталонскому?

— Для этого, во–первых, нужна слабая власть в стране, как это было в Испании. Во–вторых, одна из проблемных территорий — это Корсика. Есть еще автономные территории с отличным населением. К примеру, территориальная целостность Италии тоже не гарантирована, и она зависит от экономического положения и устойчивости страны. Северная Лига и Ломбардия тоже говорят:

«Почему мы должны кормить паразитирующий юг?» Там, где сливаются экономические, политические, этнические проблемы со слабой центральной властью, это может произойти.

Есть проблемы, о которых не говорят. Это проблема Тимишоара, венгерское население в Румынии, которое, чем хуже будет там, тем больше будет тяготеть к Венгрии, которая считает, что нужно исправить историческую несправедливость…

Таких территорий много, вся Западная Европа. Все зависит от экономического равновесия и благосостояния. А там может быть где угодно, включая даже Латгалию.

— Европа омусульманилась, и такой, как прежде, уже никогда не будет. Какова ее судьба?

— Пока все развитие Европы идет в направлении усиления национализма — как в Восточной, так и в Центральной и Западной. И то, что сегодня происходит в Украине, Польше, Венгрии, это только начало этого процесса. И он будет усиливаться по мере обострения социальных, межгосударственных противоречий. Плюс прибытие чуждого населения, которое усугубляет как социально–экономическое положение, так и является чуждым по культуре. Пока это еще касается мусульманских беженцев, завтра это может начаться с иностранцами из Восточной в Западную Европу, вплоть до украинцев в Польше.

— Почему все это случилось и кто поимел с этого профит? Кто ответит за этот бардак? И ответит ли когда–нибудь вообще?

— Основной поток беженцев, который шел и продолжает идти, — за это ответственны прежде всего Англия, Франция и Италия, которые уничтожили Каддафи — последний заслон, который стоял перед африканскими беженцами в Европу. Сейчас они получают справедливую расплату. За это еще будут долго платить.

Второе — это те же самые партнеры, без Италии, плюс Штаты, которые разрушили стабильность Ближнего Востока, разрушили несколько государств и создали огромное количество беженцев. К ним присоединились беженцы из стран, где тоже действовали США, — это Пакистан, Афганистан.

Основная страна, через которую они пошли и которая наживалась на этом, — Турция. Наживалась на их пребывании в стране, на их транспортировке, шантажируя Европу и требуя отступных за то, чтобы сдерживать их.

То есть каждый в свою очередь виноват.

— Сирия совсем рядом с вашей страной. Что будет дальше с этим государством, с регионом?

— С одной стороны, можно ответить одним старым анекдотом советского периода, когда спрашивают армянское радио, будет ли война. Радио отвечает: войны не будет, но будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется.

Такие «борцы за мир» в Сирии достигли большого успеха.

В конце концов Сирия восстановится как единое светское государство с сильным авторитетным правителем. Как его будут звать — Башар Асад или кто другой, не знаю. Но попытки расчленить Сирию или попытаться ввести ее в такой же хаос, как Ливию, закончились, к счастью, неудачей. Хотя сирийский народ за это дорого заплатил.

Думаю, что в этом году уже закончится гражданская война, а дальше будет процесс восстановления.



Ломка интересов

— Вопрос гипотетический: будь у вас возможность, что бы вы сделали в первую очередь на посту руководителя США, России, Китая, Украины, Латвии?

— В отношении Китая, думаю, Си Цзиньпин справляется со своими задачами намного лучше, чем я мог бы что–то сделать. Тут трудно давать какие–то советы. В отношении России не собираюсь конкурировать с Владимиром Владимировичем Путиным. Думаю, он это сделает лучше, чем я бы это мог сделать.

Вообще, чтобы определять, что нужно делать в какой–то стране, надо прежде всего определить национальные интересы этой страны. Сделать это может только человек, чья это страна. Не могу определить сегодня национальные интересы Латвии. Могу смотреть на Латвию со своей стороны — со всеми плюсами и минусами. То же самое другие страны.

Что является национальным интересом? Франция считает, что ее нацинтересом является обеспечение мира и порядка во всем Средиземноморском бассейне. Если президент придерживается этой концепции, то политика одна. Если Франция решится спуститься до естественных размеров, тогда вопрос другой, политика другая.

Я могу определить национальный интерес своего государства, и только. А политика уже определяет способ достижения и обеспечения национальных интересов. За других не берусь.

— Сможет ли президент Трамп оперативно укрепить свои позиции внутри США, и если да, то за счет чего?


— В Соединенных Штатах огромный системный кризис политический. Избрание Трампа — это первый симптом ломки и перестройки политических и социальных элит. Так что вряд ли он вернет когда–нибудь себе способность управлять Штатами, как управляли предыдущие президенты. А к чему придут США, к чему приведет этот кризис, это очень сложная проблема. Но вряд ли они через десять лет будут обладать такой же силой и таким влиянием в мире, как сегодня.



Основная задача

— Россия — так ли уж она страшна своей непредсказуемостью для «западной цивилизации», что ее ждет в обозримом будущем?

— Я занимался Россией профессионально несколько десятков лет. Не видел никакой проблемы понять, что она делает, или определить, какие будут ее будущие действия. То, что на Западе не понимают Россию, так это их проблемы. Это значит, что они недостаточно профессиональны, недостаточно умны, недостаточно знают, а пытаются судить и определять по своим стандартам. А у каждой страны своя специфика.

Потенциально, если РФ решит две основные внутренние проблемы — это проблема коррупции и проблема эффективной власти, — тогда у нее нет никаких ограничений, что она станет одной из сильнейших стран мира, поскольку обладает двумя очень хорошими качествами. Это очень способное, высококачественное население, которое доказало свои способности в течение прошлого века в области науки, техники, технологий. И несметные природные богатства. Соединив этих два качества — если они смогут достаточно эффективно развивать способности своего населения и его отдачу, — Россия будет одной из самых богатых стран мира.

— Выборы в России: как они повлияют на расстановку сил в мире?

— На Западе очень примитивно рассматривают как свои, так и чужие проблемы, тем более России. Они считают, если убрать Путина, они смогут сделать со страной то, что делали при Ельцине и Горбачеве. Но это слишком упрощенный, слишком примитивный взгляд на вещи. Одна из основных целей, которые будут у Путина в его последнюю каденцию в качестве президента, — это создание качественной госэлиты, из которой и будет выкристаллизовываться будущее руководство России, а не какая–то отдельная личность.

Все проблемы и трагедии России были из–за несостоятельности власти. Так рухнула первая российская империя 100 лет назад, так рухнула советская империя. Поэтому укрепление власти и становление качественной элиты, которая будет способна справляться с национальными госпроблемами, — это основная задача.

— Банальный вопрос: никто не сомневается, что США в большей степени так или иначе будет вмешиваться в российские выборы; почему им «можно», а России — нельзя?

— Американцы считают, что им все можно, поскольку они самые богатые, самые сильные и самые справедливые и самые–самые. Это похоже на период, когда в Средние века сильные страны считали, что они могут указывать другим, как им жить. В Штатах, можно сказать, это пережитки современного империализма или колониализма. А империализм как высшая стадия капитализма, согласно классическим теориям, еще никто не опроверг.

Попытки влиять на происходящее в других странах — это обычное явление в дипломатии. Вопрос в том, делается ли это в рамках закона или нет. Любая страна, когда смотрит на соседей или противника, имеет свои предпочтения, кого бы она хотела видеть во главе этой страны. Это не значит, что эти предпочтения надо пытаться трансформировать в какие–то активные действия.

США действовали так всегда во всем мире и, если было надо, устанавливали это военным путем. Нынешняя Россия старается так не действовать. На это не имеет право ни одна страна.

— Прошла информация, что посольство Государства Израиль в Латвии собираются закрыть за ненадобностью. Это знак? Какой?

— Это знак, который свидетельствует о тупости, недальновидности и примитивности мышления работников израильского МИДа, которые поднимают эти вопросы. Хочу привести один пример. Мало кто знает, при министре иностранных дел Моше Даяне (вроде бы не дурак) израильский МИД принял решение: а зачем нам посольство в Южной Корее? И закрыли посольство в Сеуле! За ненадобностью. Сэкономили деньги. Как Израиль потом харкал кровью, чтобы вернуть свое посольство. Вероятно, такие же «умники» не покинули министерство.

В каждом поколении есть свои «умники».

— Какой наиболее вероятный сценарий развития событий на Украине — в ближайшее время и в долгосрочной перспективе.

— На Украине идет процесс деградации власти и госинститутов и все больше попыток силовых структур влиять на политическую жизнь — то есть политические вопросы решаются не политическими методами, а силовыми. Скорее всего, Украина идет к политическому коллапсу, из которого выходом будет кровопролитная внутренняя война.



Прибалтийский фронт

— Каковы перспективы и возможные последствия развертывания натовских сил в республиках Балтии?

— Думаю, что в конце концов это закончится одним из двух. Или они сами уйдут, или их вышвырнут. Я предпочитаю для Прибалтийских республик, чтобы натовские базы и войска покинули эти территории. Россия не сможет долго терпеть такое состояние. А платить за это будут, кроме натовских солдат, население Литвы, Латвии и Эстонии. Всегда, когда размещают какие–то базы на своей территории, надо принимать во внимание: тем самым вы становитесь объектом борьбы между мировыми державами. И лучше не ставить свои города и свои территории под прицел оружия больших стран.

Россия не будет терпеть постоянно немецкие, английские, американские танки в 700 км от Москвы! Россия не будет терпеть американские военные эскадрильи в 10 минутах полета от Санкт–Петербурга! Через какое–то время, но она с этим покончит. Лучше, чтобы с этим покончили сами жители этих стран, договорившись с НАТО. Если нет, придет момент, когда Россия применит силу и вышвырнет их.

Хотел бы напомнить этим странам, что президент США сказал: пятый пункт не обязателен для НАТО, не всегда американская армия будет защищать членов альянса. Второе — в этом обзоре по ядерному оружию было сказано, что ядерная атака против одного из членов НАТО не обязательно приведет к тому, что Штаты применят ядерное оружие. А дальше понимайте как хотите.

— Почему Израиль (на уровне руководства) молча проглатывает глорификацию нацизма в Прибалтике в виде маршей, подобных шествию 16 марта — де–факто в честь латышского легиона Ваффен СС?

— Потому что, к сожалению, и среди нашего народа, и нашего госаппарата, и в правительстве, и в парламенте есть люди, для которых национальные интересы ниже их меркантильных политических. И которым абсолютно наплевать на кровь, пролитую во время катастрофы в странах Балтии. Потому что они предпочитают политическую выгоду. И заигрывают, пытаясь замазать это, считая, что тем самым они продвигают интересы Израиля. То есть если Польша покупает у нас много оружия, то они считают, что нам надо молчать о том, что говорят там.

У меня совершенно другой подход. Считаю, что позиция этих людей позорная. Не собираюсь продавать память погибших евреев ни за какие деньги, ни за какие торговые сделки, ни за какие улыбки тех стран, которые покрывают этих новоявленных последователей нацистов.

Я бы никогда не проехал, как проехал президент Израиля (неважно, что он говорил в раде) по проспекту имени Бандеры и дальше по проспекту имени Шухевича. Для меня, как для еврея, как израильтянина, это позор и унижение проехать по такой улице. Это все равно что проехать по Гитлерштрассе, Гебельсштрассе, Герингштрассе!

— Из Прибалтики, из Латвии в частности, высылают журналистов под предлогом национальной безопасности. Должна ли Россия отвечать симметрично

— Госприоритеты каждая страна определяет для себя. Должна Россия или нет, это зависит от того, что для нее главное, а что нет. Я — человек, уважающий традиции своего народа и, как написано у нас в Святой книге, «глаз за глаз». Единственное, что могу нарушить, — могу иногда ответить втройне. Но никогда не меньше. А Россия… У нее свои подходы. Часть из тех действий, от которых Россия воздержалась… Я бы от них не воздержался.

— В какую сторону движется пресловутая «свобода слова», если наших коллег лишают права на ведение профессиональной деятельности в Риге, Вильнюсе, Лондоне, Вашингтоне, когда невыгодная «цивилизованным» пропагандистам информация замалчивается?

— Уже давно довели журналистику во многих странах, и на Западе в особенности, до уровня древнейшей профессии. Этот процесс продолжается. Кто платит, тот заказывает музыку. Если страны и народы позволяют так дешево их оболванивать, заниматься вместо журналистики словесной проституцией и принимают это за правду… Ну так живите, так вам и надо.

Я родился в стране, где не было свободы печати, где не было свободы слова. Жил в этой стране. Но не потерял способность и чувствительность к тому, что мне врут и выливают ушаты пропаганды. Поэтому и не допускаю того, чтобы пропаганда действовала на меня, на моих знакомых, всегда сопротивляюсь этому. Ну а если народ этому не сопротивляется — так вам и надо.

— Можете ли вы представить, что страны Балтии — вместе или в каком–то другом раскладе — вновь окажутся в составе России?

— Если те или иные страны Балтии потеряют способность национального существования, как политического, так и экономического, то, вероятно, они перестанут быть независимыми. Если завтра останется в Эстонии 200 000 эстонцев, страна будет существовать? В Латвии сегодня наименьший уровень населения по сравнению с началом ХХ века. Если отсюда уедут еще полмиллиона латышей, это государство будет жизнеспособным? Если страна теряет жизнеспособность — экономическую, политическую, внешнеполитическую, — тогда она перестает существовать.

Экономику в прибалтийских странах разрушили, сельское хозяйство придавили. Цвет нации уезжает. Страны, из которых цвет нации, молодежь уезжают, не смогут долго существовать. А куда они потом прилипнут, это уже другой вопрос. Но для этого нужно страну сохранить. Не формально, а фактически.

Процессы, которые идут в балтийских странах, приведут к тому, что к середине этого века эти страны могут перестать существовать за отсутствием присутствия населения

* * *

Огромное спасибо редактору Александру Вальдману, директору по маркетингу Александру Гур–Арье (телеканал ITON–TV), главному редактору Марку Горину (газета «Спутник») за помощь в организации и подготовке этого интервью.

Евгений МЕШКОВ,

Сергей ТЫЩЕНКО.

Президент целиком остается внутри либеральной парадигмы

ДЕЛЯГИН.РУ

ИА FederalCity попросило рассказать известного экономиста о своих впечатлениях от произнесенного сегодня президентом Владимиром Путиным Послания Федеральному Собранию, о том, что понравилось и не понравилось ему в услышанном.

– Понравилось. Во-первых, конечно, военно-техническая презентация, после которой все остальные части как-то сильно отошли на второй план. Конечно, в значительном количестве случаев была показана компьютерная модель, а не реальная оперативная съемка, которая была бы менее красивой, но более убедительной. Тем не менее, те технические характеристики, которые там озвучивались – а я немножко слежу за исследованиями и разработками в военной сфере – в мою голову не помещались. Безусловно, это революция не только в военной технике, но и в военном деле в целом.

Это заявление существенно отодвинуло войну. После него появился серьезный шанс, что первый серьезный конфликт – это будет конфликт между США и Китаем, а не нападение на нас. Все шло к развертыванию наступательных вооружений в Европе против нас, осуществлялось очень откровенно, очень цинично. Нас совершенно не стеснялись, не скрывались. Это такой способ охладить и не дать развязать настоящую войну и заставить их продолжать вести традиционную холодную войну, которая ведется против нас достаточно долгое время.

Что еще понравилось. Сейчас происходит столкновение двух повесток дня. Если смотреть телевизор, то видно, что бюрократия на эти выборы с повесткой сугубо внешнеполитической – холодная война с Западом. А российское общество уже давно вернулось не только из Сирии, но и с Украины. И в повестке дня абсолютного большинства российского общества на первом месте – прекращение либерального разграбления страны и переход к нормальному человеческому развитию страны. Причем это требование объединяет всех, даже либералы его поддерживают. Столкновение двух повесток болезненно для выборов, и был большой риск, что Путин выступит с повесткой дня бюрократии. Но обошлось, и он говорил о развитии. Это большой плюс.

И он полностью сломал негативный фон, созданный вице-премьером Шуваловым, который сделал большую гадость – как раз накануне Послания выдвинул очередную “замечательную” либеральную инициативу о том, что налоговая служба будет оказывать услуги на платной основе. “Не хотите давиться, хотите чувствовать себя человеком – платите еще сверху”.

Плюс к этому – хорошо, что Путин говорил о необходимости модернизации инфраструктуры. Причем именно комплексной, на основе технологий завтрашнего дня, а не сегодняшнего, что принципиально. Что называется, дошло.

Очень порадовало, что впервые официальное лицо признало, что демографические последствия либеральных реформ в России сопоставимы с последствиями нападения Гитлера во время Великой Отечественной войны. Ранее никто такого не признавал, хотя статистика вполне очевидна. Понятно, что необходимо восстанавливать человеческий капитал, потому что либеральная машина по разграблению России разграбила материальные ценности и теперь перешла к разграблению социального капитала – уничтожению образования и здравоохранения. И Путин инстинктивно, рефлекторно реагирует на то, что если плохо с человеческим капиталом, необходимо его восстанавливать.


Что не понравилось. То, что президент целиком остается внутри либеральной парадигмы. Он верит официальной статистике Росстата, которая уже давно не означает ничего. В последний раз Росстат поймали на прямом вранье, когда они опубликовали  данные о реальных доходах в январе, но выяснилось, что при сопоставлении доходов они не учли отступные 5 тысяч рублей пенсионерам, которые Медведев выплатил в январе прошлого года. А если бы учли, то было бы падение на семь процентов, что катастрофично. Президент не понимает коренного изменения социально-экономической политики, не понимает, что для того, чтобы кредит был дешевым, нужно ограничить финансовую спекуляцию. А иначе все эти кредиты уйдут, как осенью 1992 года, на валютный рынок, другие спекулятивные рынки.

Путин объявил войну последствиям неправильной социально-экономической политики, но он не понимает, что нужно менять саму социально-экономическую политику. В этом отношении меня порадовало, что он перефразировал знаменитое высказывание Сталина 31 года о том, что отставание недопустимо, от этого всегда будут бить, всегда будут уничтожать.

Далее. Президент исходит из того, что на решение проблемы нужны деньги. Но, судя по всему, не понимает, что если деньги будут  распределять те самые люди, которые уничтожают социальную сферу, эффекта не будет. У нас уже в 14 году в полтора раза увеличились расходы федерального бюджета на национальную экономику – это реальная была попытка модернизации, но этого никто не заметил, потому что деньги использовали те самые люди, которые уничтожали российскую экономику. В той же самой парадигме. Можно сколько угодно увеличивать расходы на здравоохранение, но если задачей врача будет оставаться вытягивание денег из пациента, а не исцеление пациента, то это будет совершенно бессмысленно.

Президент обозначил правильные параметры - 4 процента от ВВП на здравоохранение. Ну и что? В США это 16 процентов, и все равно массовое здравоохранение хуже, чем на нищей Кубе. Это реальная проблема.

Так, проблему ясель увеличением финансирования можно решить легко, но проблему образования увеличением финансирования не решить. Сейчас людей уродуют только в школе, а теперь будут уродовать еще и в яслях.

Наша начальная школа все еще лучшая в мире потому, что до нее еще не дотянулась лапы кузьминовых и всех этих либеральных реформаторов. Они уничтожили высшую школу, уничтожают сейчас среднюю школу, потом дотянуться до начальной школы – ее тоже не будет.

Президент оперирует показателями, но не сущностями. И это большая проблема.

В целом послание в первый день весны свою задачу выполнило. Оно показало стране, что у нее есть президент. Причем на следующий день после того, как кандидаты в президенты экспериментально доказали, что они действительно клоуны: одни матерится в прямом эфире, другая его водой поливает, третий, такое ощущение, первый раз в жизни узнал, что такое дебаты, посмотрел, ужаснулся – убежал. В соцсетях шутят уже: “Грудинин сломался - несите следующего”, хотя из всех участников дебатов он выглядел наиболее прилично – надо отдать ему должное. По крайней мере, он показал нормальную человеческую реакцию.

Послание же показало: президент есть, думает о будущем, разумен, рационален, разбирается в деталях, говорит со знанием дела. С политической точки зрения Послание идеально, решает все политические задачи. Но пугает с точки зрения социально-экономической политики. Грубо говоря, оно несет смысл: “Мы будем делать то же самое, только лучше и чуть-чуть по-другому” и “Мы исправим ошибки”. Но когда государство  разрушает экономику, блокирует развитие, когда государство доводит людей до отчаяния, такого рода заявления скорее пугают. И я боюсь, что президент искренне не подозревает, что страну можно развивать, а не только блокировать ее развитие либеральной экономикой. Развитие сейчас идет в порядке исключения. О чем Путин сказал, то будет развиваться, о чем он не сказал, там все будет, как обычно.

России пора сворачивать проект «Украина»

РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО


Политика Москвы в отношении Украины должна реализовываться исключительно в соответствии с прагматическими имперскими интересами России. Совместить их с интересами хутора все равно не получится

«Мы не понимаем Украину», – фраза, которую мне годами приходилось и до сих пор приходится слышать в Москве от самых разных людей: обывателей, экспертов, политиков, дипломатов. Действительно, людей, которые считают, что они «понимают» США, Германию, Китай и т.д. в России достаточно. Те же четыре-пять известных мне человек, которые считают, что Украину «понимают», понимали ее не лучше (а, возможно, и хуже), чем «не понимающие».

В то же время, экспертное и политическое сообщества России, похоже осознали, что украинская проблема – это всерьез и надолго. Она останется и после преодоления текущего кризиса. То есть, спрос на «понимающих» гарантирован. Следовательно и количество «специалистов» по украинскому вопросу в ближайшее время должно резко вырасти. Не удивлюсь, если особо ушлые коллеги откроют курсы подготовки украиноведов.

Проблема действительно существует. Хотя бы потому, что тезис о «непонимании» Украины стал элементом общественного сознания, а значит и фактором, влияющим на формирование государственной политики. Поскольку же невозможно эффективно работать с тем, чего не понимаешь, проблема требует оперативного решения. Тем более, что ситуация на Украине такова, что уже в ближайшее время придется выбирать форму взаимодействия с этой территорией и ее населением, которая определит существенный элемент международной и внутренней политики России на длительную перспективу.

С моей точки зрения, для осознания реального положения вещей, необходимо в первую очередь дать ответ на следующие вопросы:

1. Как получилось, что после нескольких столетий жизни в одном государстве мы вдруг обнаружили, что не понимаем процессы, определяющие развитие огромной части нашего общества? УССР – примерно 1/6 часть СССР по населению, причем распад общего государства не остановил перетекание миллионов граждан из России на Украину и обратно.

2. Что именно мы хотим понять? Особенности традиционной украинской культуры? Причины текущего политического кризиса? Истоки и смысл русофобского украинского национализма? Актуальную прозападную ориентацию практически всей украинской элиты и значительной части общества?

3. Что мы хотим получить в итоге понимания? Абстрактные знания? Механизм выстраивания взаимоотношений? Рычаг для реализации амбициозной глобальной политики? Средство восстановления единого политического и/или культурного пространства?

В общем, традиционные вопросы: почему, что и зачем это надо?

Думаю, что не ошибусь, если скажу, что ощущение непонимания именно Украины возникло потому, что, приезжая в Германию или Австралию, мы не ожидаем встретить там русских людей, разделяющих наши взгляды, интересы и политические убеждения. С Украиной иначе. Мы до сих пор не знаем где реально проходит не политическая, а этническая граница Украины. До 2014 года Крым был украинским, а сейчас это один из самых русских регионов России (хоть состав населения практически не изменился). Донбасс разорван на русскую и украинскую части линией фронта, но при этом даже русский Донбасс не является Россией (в политическом смысле) и по поводу его перспектив существуют самые разные мнения. Так же, как разные мнения существуют по поводу актуальной русскости Харькова и Одессы, Днепропетровска и Киева, Чернигова и Запорожья.

Кто-то считает, что русские заканчиваются на бывшей административной границе РСФСР, уступая далее место украинцам. Кто-то числит русским все Левобережье. Кто-то помнит, что и Львов основан русским князем – потомком Мономаха, как русский город.

Кто-то согласен с украинскими националистами, утверждающими, что Юг и Запад Древней Руси изначально был населен иным народом – не таким как Русь Северная и Северо-Восточная. Кто-то ведет отсчет украинства от эпохи создания Великого княжества Литовского, Русского и Жемайтийского, ставшего позднее составной частью Речи Посполитой. Для кого-то украинство – польский проект XVIII века. Для кого-то – австрийский XIX века. Кто-то согласен с тем, что украинцев придумал германский генеральный штаб в 1914 году. А кто-то винит в их появлении национальную политику большевиков.

 Ни одна из этих точек зрения не дает ответа на вопросы:

каким образом вирус украинства поразил миллионы этнических русских, переехавших на Украину уже после 1945 года?
почему миллионы выходцев с Украины, живущие в России являются русскими людьми?

как объяснить явление, получившее с легкой руки пиарщиков Коломойского название «жидобандеровщина» - отнюдь не ограниченное рамками, сгруппировавшейся в Днепропетровске вокруг Игоря Валерьевича организованной преступной группировки, но реально охватившее широкие слои украинского еврейства – людей, чьи предки массами гибли от рук бандеровцев?

почему аналогичные процессы происходят в других национальных общинах, проживающих на Украине (грузинской, армянской, крымско-татарской)?

как получилось, что те же крымские татары, вчера еще составляли серьезный кадровый резерв бандеровщины, а сегодня большинство из них, оставшееся в Крыму – вполне лояльные российские граждане, а часть, оставшаяся на материковой Украине или выехавшая туда, дополнительно радикализировались, став большими бандеровцами, чем сами бандеровцы?

На самом деле, между нами и людьми, осознающими себя украинцами (или называющими себя таковыми) лежит ментальная пропасть. Причем на уровне элит эта пропасть наиболее глубока. Отсюда и появляется ощущение критического непонимания происходящего. Не немцы, не американцы, не китайцы, такие же люди, служившие в той же армии, заканчивавшие те же школы и ВУЗы, певшие те же песни, смотревшие те же фильмы, состоявшие в той же партии, и даже родившиеся, кто в Казахстане, кто в Курске, а кто в Якутии, занимающиеся тем же бизнесом, так же пришедшие в политику на волне перестройки, кто из комсомола, кто из кооперативов, а кто из «красных директоров», вдруг начинают декларировать абсолютно иные ценности.

Несовместимость ценностей хорошо заметна уже потому, что даже российские прозападные либералы, поначалу поддерживавшие майдан, вынуждены сегодня дистанцироваться от украинского режима, признав, что не понимали и не понимают происходящих там процессов. На стороне киевской бандеровщины остались только те из них, кто видит свою задачу в разрушении России любой ценой. Но здесь речь уже может идти не о политических взглядах, а об измене Родине (неважно имеет она идейную или материальную подоплеку).

Любое явление, сколь бы широким оно ни казалось, всегда имеет одну, зачастую внешне незаметную первопричину. Какой-то фактор всегда определяет дальнейшее развитие по расходящимся линиям, остальные же являются вторичными.

В нашем случае таким фактором, является менталитет элит, сформировавшийся в результате объективной разницы начальных условий. Российская элита обладает имперским мышлением, характерным для правящего класса любого государства с глобальными амбициями. Глобальные же амбиции диктуются одними только размерами России – насущными проблемами обеспечения ее безопасности и даже просто выживаемости.

Имперское мышление предполагает, что расширение зоны военно-политического и финансово-экономического влияния центра – всегда благо, поскольку обеспечивает регионам больший уровень зажиточности, безопасности, культурного развития. И это действительно так. Именно поэтому, пока Украина была имперской территорией, на которой проживала часть государствообразующего народа, она являлась самой лояльной частью империи, обеспечивая приток в центр военных, политиков, администраторов, деятелей культуры. Украинский же национализм (как в мягком варианте, так и в виде бандеровщины) был маргинальным политическим течением, не имевшим никаких перспектив на самой Украине. Сами же украинцы ощущали себя такой же составной частью русского имперского этноса, как сибиряки, поморы или донские казаки. Мелкие региональные отличия (значительно меньшие, чем между голштинцами и баварцами) не играли никакой роли.

А потом на Украину свалилась независимость. Нежданная и ненужная, но свалилась. И украинская элита, из части имперской элиты – совладельца глобального государства, превратилась в элиту пусть достаточно крупной, но второразрядной страны, амбиции которой объективно не могли выходить за рамки восточноевропейского региона. Перспективы имперской карьеры закрылись, зато появилась возможность стать монопольным владельцем своей территории.

Вот эти два фактора: ограниченность возможностей и необходимость сохранять монополию на владение определили менталитет украинской элиты, который со временем стал менталитетом значительной части украинского общества.


Неслучайно сегодня «прозревшие» адепты майдана винят радикальных украинских националистов в том, что своими бездумными действиями те разрушили украинскую государственность, объективно не оставив Украине другого выхода, как вновь попытаться стать частью России. Первоначальный «национализм» элиты был скорее сепаратизмом. С аналогичной ситуацией Россия сталкивалась в абсолютно русских регионах (в Вологде, Рязани, Брянске), когда на закате перестройки и в период ельцинского безвременья власть центра ослабела («берите суверенитета сколько сможете проглотить»), а местные элиты получили почти полную монополию на решение региональных проблем. Получи они в тот период независимость, международную субъектность, признание границ и собственную армию, ситуация в них мало бы отличалась от украинской.

Приведу простой пример. Нурсултан Назарбаев в Казахстане и Александр Лукашенко в Белоруссии оказались политиками неординарными, понимающими не только пользу интеграционных процессов на постсоветском пространстве, но и неизбежность для своих стран выбирать между интеграцией и деструкцией. Украинская элита в силу ряда причин до сих пор не осознала неизбежности именно такого выбора. Более того, до начала путинской эпохи именно Назарбаев и Лукашенко были моторами и инициаторами интеграционных процессов, буквально продавливая их сквозь вату равнодушия, а то и саботаж тогдашнего российского руководства. Тем не менее, за 25 прошедших лет, полностью отсутствовавший на момент распада СССР белорусский национализм возник, оперился и сейчас пребывает в том же состоянии, в котором находился украинский году в 1999-м (к концу первого срока Кучмы). Казахский национализм, хоть Назарбаеву и удается купировать его наиболее агрессивные проявления, существовал всегда и на данный момент теоретически обоснован и практически развит намного сильнее, чем был украинский в первые годы независимости. Причем в обоих случаях мы имеем не просто какие-то маргинальные народные кружки по интересам, но серьезные политические движения, поддерживаемые влиятельными элитными группами и имеющими в перспективе шансы на приход к власти.

То есть, на Украине возникли, быстрее развивались и достигли апогея те же процессы, которые характерны для всего постсоветского пространства, в том числе для самых дружественных в отношении России государств.

Почему так происходит? Местные элиты, становясь из провинциальных элит империи государственными, воспринимают и осознают государственные интересы именно на том политическом уровне, на котором находятся их государства. Осколки империи априори являются в лучшем случае региональными игроками, а то и вообще озабочены только сохранением собственного суверенитета (не путать с независимостью).

Малое государство (не глобальная империя) не может быть независимым в полной мере. Ему необходимо выбирать покровителя, который в обмен на долю его суверенитета будет обеспечивать ему геополитическое прикрытие. Сегодня такими протекторами в мире могут выступать США, Россия и Китай. На момент возникновения постсоветских государств и формирования их элит, эффективную протекцию могли оказывать только США и ЕС – объединенный Запад. Отсюда и соответствующая ориентация элит. Напомню, что Лукашенко к концу 90-х годов вынужден был, опираясь на поддержку народа, провести фактически зачистку прозападной политической элиты, вступив в определенный момент в борьбу с собственным парламентом и правительством.

Любая интеграция предполагает наличие интеграционного центра. На постсоветском пространстве таким центром может быть только Россия. Только она располагает соответствующими политическими, дипломатическими, военными и экономическими возможностями. Другой центр интеграции постсоветского пространства может приобрести актуальность, только в случае деструкции российского государства. Кстати, поэтому националистические элиты именно об этом и мечтают, даже если Россия их в упор не видит и не имеет никаких планов в отношении их стран.

Более мощная военно-политическая или экономическая сила, при самых равноправных условиях объединения, прописанных на бумаге, объективно растворяет в себе, постепенно поглощая, более мелких партнеров. Поэтому в НАТО все имеют право вето (действует принцип единогласия при принятии решений). Но никогда Люксембург не заблокирует предложение США. А Франция и Германия могут (как на Бухарестском саммите, где они блокировали предоставление Украине и Грузии плана действий по членству в НАТО), но только выступая совместно и с таким напряжением сил, что подобная фронда возможна только по суперпринципиальному поводу. По этой же причине Германия, являясь финансово-экономическим локомотивом ЕС, обладает в Евросоюзе определяющим влиянием, не совпадающим с ее официальным статусом.

То есть, интеграционые процессы, при формальном равноправии, и при отчетливой взаимной выгоде, всегда ведут к тому, что часть суверенитета более слабых партнеров переходит в ведение более сильного. Это объективный процесс и ни одна политическая воля не может его остановить или даже существенно затормозить.

Таким образом, политические элиты осколков империи всегда опасаются сотрудничества с элитой имперского центра, поскольку помнят, что исторически являлись имперской провинцией и опасаются, снижения своего статуса и своего влияния на собственной территории. Экономические элиты бывших провинций опасаются больших финансово-экономических возможностей элит имперского центра, которые, к тому же могут опереться на поддержку располагающего большими возможностями государства.

Все это приводит к попыткам ориентации на альтернативные глобальные проекты, а также к поддержке, как минимум частью провинциальных элит, местных национализмов. По мере же развития национальных государственных проектов, заинтересованность в сохранении их самости, распространяется на все более широкие слои населения. Создаются государственные ведомства, не характерные для провинции. Происходит обвальный рост чиновничества, которое понимает, что его статус и даже само рабочее место гарантируются только возможно более полным объемом суверенитета.

Интеграционные процессы на определенном этапе требуют, для повышения эффективности, перенесения центров управления на наднациональный уровень, делая лишними ряд национальных ведомств. Единая валюта, предполагающая единый эмиссионный центр делает лишними национальные банки, единое таможенное пространство в идеале требует создания единого таможенного органа и т.д., вплоть до единых структур управления Вооруженными Силами, минимизирующими влияние и статус национальных.

Именно поэтому украинская политическая элита всегда открыто выступала против создания наднациональных структур в любых интеграционных проектах, а элиты участвующих в постсоветской интеграции государств относились к ним с опаской, стремясь выхолостить их полномочия и оставить право принятия обязывающих решений на национальном уровне. В качестве компромиссного выхода из положения придуманы регулярные саммиты глав государств, правительств, а также профильных министров и глав ключевых ведомств, но такая структура громоздка и страдает не достаточной оперативностью и низкой эффективностью. То есть дальнейшая централизация в процессе интеграции неизбежна, как выдвинутый Францией и Германией проект превращения рыхлого ЕС в централизованные Соединенные Штаты Европы.

С точки зрения имперских элит, это – несомненное благо. С точки зрения провинциальных элит – посягательство на их права и полномочия.

Это противоречия преодолевается безвыходностью ситуации для провинциальной элиты, когда опасности отказа от интеграции превышают дискомфорт, испытываемый в связи с интеграцией. Если же провинциальная элита считает, что может обеспечить свои интересы вне интеграционных процессов, она будет им сопротивляться до конца.

Так же, как чиновничество на определенном этапе заинтересованным в сохранении суверенитета становится бизнес (не только большой, но и средний, и малый). Процессы, в которые он встроен, на которых зарабатывает, правовое поле, в котором работает, возникают в условиях независимости. Любое ограничение суверенитета предполагает изменение условий работы, которое пугает бизнес не столько своей невыгодностью (обычно для большинства бывает выгоднее), сколько неопределенностью и необходимостью конкуренции с более широким кругом производителей.

Деятели культуры и искусства опасаются потерять свою нишу. Те из них, кто способен осваивать имперское или глобальное пространство и так в нем работают. Те же, кто за пределами малой родины не востребован не желают терять монопольное положение.

В конечном итоге получается, что помимо элиты, весьма широкие народные массы, с течением времени, начинают извлекать выгоду из независимого статуса. Имперские проекты становятся им чужды и опасны. Основные силы страны бросаются на балансирование между разными глобальными центрами силы, с тем, чтобы они друг друга уравновешивали.

В случае с Украиной, общие пророссийские настроения населения настолько пугали элиту, что она допустила прозападный перекос в политике, а также радикализацию местных националистов. В конечном итоге это привело к опрокидыванию и разрушению корабля украинской государственности. Однако, если бы этого и не произошло, все равно предложения и проекты которые, с точки зрения имперской элиты, были бы взаимовыгодны, отвергались бы местной элитой исключительно по идеологическим соображениям – из опасения попасть в зависимость и утратить суверенитет, а с ним статус и доходы.

Отсюда видимость непонимания: как можно отказываться от таких выгодных проектов, как Таможенный союз, ради соглашения об ассоциации, несущего угрозу украинской промышленности и торговле? Чтобы понять, надо внимательно слушать, что говорит украинская элита, заявляющая, что не хочет попадать в зависимость от России. Это ключевое словосочетание. Элитная группа, стремящаяся сохранить свой удел, смертельно боится элитной группы, восстанавливающей имперское пространство.

Так герцоги и графы, бароны и бояре, привыкшие к практически полному иммунитету, опасались усиления королевской и царской власти, даже, если на первом этапе такое усиление несло сплошные выгоды. Интересы политической системы, обслуживающей замкнутое хозяйство, вступали в противоречие с интересами политической системы, ориентированной на максимально открытую в большой мир экономику. Поэтому в России страдают от того, что страна мало станков экспортирует (хоть уже и наладила собственное производство), а на Украине радуются, что государство заканчивает процесс деиндустриализации и претендует на статус «аграрной сверхдержавы».

Эти два менталитета, два образа мышления, базирующиеся на двух совершенно разных политических и экономических системах, совершенно не пересекаются. Они формируют под себя и разные человеческие общности, укомплектованные диаметрально противоположным образом мыслящими индивидами. Поэтому мы и сталкиваемся с кажущимся парадоксом, когда вчера переехавший на Украину русский вдруг оказывается бандеровитее потомственного местного бандеровца. Поэтому и задаемся вопросом: что там за вирус в воздухе распылен?

Именно поэтому независимая Украина может быть одна, их может быть несколько, она может включать или не включать коренные бандеровские территории Галиции. Одного не может быть – никакая Украина не может быть устойчиво, долговременно пророссийской. Даже если украинское правительство будет утверждаться в Кремле, все равно, через некоторое время оно осознает, что его объективные интересы, как элиты независимого государства, стремящейся к максимальной степени суверенности, лежат в максимальном от Москвы дистанцировании.

Вся идея не только украинства, но и любой постсоветской суверенности выражена в названии кучмовской книги «Украина – не Россия». Подставьте название любого другого независимого постсоветского государства и вы получите «национальную идею» в чистом виде. Другое дело, что не везде «национальная идея» смогла возобладать, но везде она к этому стремится.

Поэтому нам проще договариваться с восточноевропейцами. Они никогда не обладали полным суверенитетом, но всегда были независимы. Для них вопрос смены протектора является проблемой материальной выгоды и военно-политического зонтика.

Для постсоветских элит проблема деимпериализации собственного сознания связана с самоидентификацией и внутренним обоснованием своего права на суверенность. Мы по разному мыслим, мы говорим на одном языке, но в одни и те же слова вкладываем разный смысл. То, что для нас хорошо, для них плохо. И так будет еще очень долго. Поэтому не надо стремиться их «понять». Это так же бессмысленно, как пытаться понять процесс дыхания. Мы дышим не задумываясь о том, что и как мы делаем. «Понимание» украинства, проникновение в его суть будет только мешать выработке рациональной политики, отвлекая внимание на множество второстепенных факторов и несущественных отличий.

Понять надо только одно. Российская политика в отношении Украины (или того, что от нее останется) может и должна формироваться, изменяться и реализовываться исключительно в соответствии с прагматическими имперскими интересами России, как глобального государства. Совместить их с интересами хутора все равно не получится, сколько не вникай в проблемы хутора и как ни напрягайся.